Чисс (временное)

Син оттащил Кирана от входа, продолжая удерживать того в захвате. Перед тем, как войти в скалу джедай замёл следы, но надолго это преследователей задержать не могло. Они прошли ещё пару десятков метров по пологому уклону, и только тогда чисс разжал пальцы. — Говори тихо, — едва слышно выдохнул Син. — Ты видишь в темноте? — Плохо! А что? — Я чувствую, что тут целая система проходов. Мы оторвёмся от них. Потеряемся. Потом где-нибудь выберемся. Чисс говорил уверенно и чётко. Он не сомневался в своей способности потеряться в в подземных проходах, чтобы потом легко найтись. Вся жизнь под землёй давала ему право на такое самомнение. — Смотри под ноги, не хватало ещё ноги переломать в щели какой-нибудь. Они медленно двинулись вперёд, а Киран всё пытался вспомнить: входят ли в оборудование десантных групп спецназа миниатюрные дроиды-разведчики? Проход расширился, стены когда-то обточило водой, но теперь в них царствовал лишь песок и ветер. Часто им попадались ответвления и тупики, но Сила вела и хранила их от фатальных ошибок. Киран пытался ощутить окружающую породу, но камень оставался безразличен к его стараниям. Чисс, шедший впереди, вскинул руку. — Подождём. Они остановились в узком лазе, который чуть-чуть не дотягивал до звания «шкуродёр». — Чего? Мы наконец-то потерялись? — Как можно потеряться под землёй? Ты не запомнил маршрут? Киран с трудом удержал рот закрытым. Чисс не обладал его навыками и умениями, но демонстрировал превосходство в совершенно неожиданных вещах. — Я выведу нас при необходимости. А пока надо, чтобы он ушёл. — Кто «он»? Киран в темноте лаза скорее почувствовал чем увидел кивок спутника на противоположный конец пути. Усиленное зрение позволяло разобрать контуры выхода, но за ним царила непроглядная мгла. Пока в ней не появился огромный красный глаз и длинная лапа с когтистыми пальцами не заскрежетала по полу в бессмысленной попытке дотянуться до них. — Что это, ситх побери?! — прошипел Киран. — Если нам очень не повезло, то терентатек, — ответил Син. — Их всех вырезали! Проще найти хатта-мецената, чем этих тварей! — Сам ему расскажешь? — безучастно спросил чисс, разглядывая борозды от когтей на камне. Они чуть светились в его тепловом зрении. — Четыре пальца, яд на когтях. Не ощущается в Силе джедаями. — А ты его значит чувствуешь? — Я чувствую его голод. Син не смог бы объяснить, что именно он чувствовал. Учитель старательно вбивала в него умения, необходимые тёмному аколиту, но развитие чисса оставалось однобоким. И чувствительность к живым существам не была его сильной стороной. И всё же этот монстр находил отклик в его сердце. Терентатек очень напоминал Сину самого себя. Бледное, гротескное подобие разума, ведомое терзающим голодом. Чисс не сомневался: монстр разумен. Это не было знанием, посланным ему Силой, всего лишь работа одного из двух главных детекторов, которым верили рабы. Печёнка. Он печёнкой чуял, что считать терентатека простым животным — самая большая ошибка, которую они могли допустить. На них целенаправленно охотились, загоняли. Син несколько раз менял направления, петляя по подземному лабиринту, и всегда терентатек находил их, отрезал дорогу. — Жаль, нельзя поговорить с ним. Думаю, он смог бы поведать интересные вещи о Тёмной стороне, — задумчиво протянул Син. До его слуша уже доносились отголоски штурмового отряда. — Что ж, уходим! Чисс сделал шаг назад, наступив на ногу Кирану. — Куда уходить? Они позади нас! Это не самый разумный план, — прошипел джедай. — Верь мне. И шагай уже, мы теряем время. Киран фыркнул, но начал двигаться. Син не сводил взгляда с монстра. Тот тяжело засопел и растворился в темноте. Ушёл встречать нерешительную добычу. Сильные пальцы чисса мгновенно сжались на одежде Кирана, не давая ему продолжить движение. — Стоим. Ждём. Молчим. Под землёй на Сина снизошло настоящее спокойствие, словно он вернулся домой. Чисс горько улыбнулся, но в темноте это не было видно. Если Сила не обманула чутьё бывшего раба, осталось всего несколько секунд до заполошной стрельбы. Ураган бластерного огня визжал эхом в коридорах, иногда перекрываемый рёвом терентатека и паническими воплями республиканских солдат. Киран постарался пошевелиться и снова начать пятиться, но Син не дал ему этого сделать. — Стоим. Ждём. Они пришли нас убить. Он пришёл нас убить. Пусть сдохнут, — последние слова он процедил с нескрываемой ненавистью, внезапно заклокотавшей в его груди. — Джедаям не спасти всех и каждого, не так ли? Последняя фраза словно состояла из боли. Киран напрягся: вот и внутренние претензии Тёмного к Светлым. По оговоркам и повадкам Сина можно было сделать вывод, что часть своей жизни он провёл в рабстве. Но как объяснить и рационализировать несправедливость, царящую в галактике на правах нормы, жертве этой несправедливости? Молодой рыцарь предпочёл промолчать. На планете, пропитанной Тёмной стороной Силы, вступать в споры — последнее дело. Стрельба стихла. Теперь эхо доносило до них лишь странные шлёпающие, рвущиеся звуки. Киран почти сразу понял, что именно происходит позади, и его замутило. — Земля стекловатой. — Что? — не понял джедай. — Так говорили на шахте, отправляя на тот свет зарвавшихся уродов. — А что такое стекловата? — Понятия не имею. Идём. Чисс снова двинулся вперёд, увлекая Кирана за собой. — А мы идём куда-то конкретно? — Да. Син не стал ничего объяснять и просто тянул Кирана вперёд. Когда терентатек ушёл, Сила указала ему на что-то. Ему нужно было идти вперёд. Такие же ощущения у него вызывал реактор фрегата. Зов. Под землёй время текло иначе, а реальность смазывалась, превращаясь в коридоры, щели, лазы, спуски и подъёмы. Что чисс, что человек использовали все доступные им силы в этом походе, срывали пальцы, но шли вперёд. И именно Киран заметил, что узкий проход обрёл правильную геометрию. А также слабое освещение от стен и потолка. — Син, стой. Мы входим в рукотворный коридор. Чисс повернулся к нему, и джедая охватило дурное предчувствие. Радужка красных глаз налилась оранжевым узором вокруг зрачков. — Мы сюда и шли, — голос Сина также изменился. Даже негромкая короткая фраза била Силой по Кирану, а звучала значительно хуже, чем скрежет металла по стеклу. Он отвернулся, шагнул вперёд и скрылся за поворотом. Киран последовал за ним, но оказался в длинном коридоре космического корабля. Мимо сновали дроиды и люди. Имперские штурмовики в чёрно-оранжевой броне с гербом Республики на нагруднике. Киран шёл, не сворачивая. Отец рассказывал о таком: место Силы играло с посетителями и могло разыграть до смерти. Испытание себя. Очередные двери раскрылись, и он вышел на мостик Имперского разрушителя. У транспаластиловых обзорных окон стояла мрачная фигура в плаще с капюшоном, а за ней сиял рукотворным светом Корусант. — Передать флоту: База Дельта Ноль. — Нет! — Киран взмахнул рукой, в которую тут же прилетел световой меч. — Да! — фигура обернулась. Левый глаз заменён кибернетикой, уха нет, волос на левой половине головы — тоже. Тонкие синеватые губы складываются в издевательскую улыбку. — Конечно же да! Киран с оторопью смотрит на своё искажённое подобие. Его правая рука заменена протезом по самое плечо, а когти на механических пальцах сделали бы честь терентатеку. — Разве не это — наша мечта?! Навести порядок в этой беспокойной галактике! Выполоть сорняки преступности, работорговли и коррупции! Выжечь этот рассадник порока до планетарного ядра!!! — Нет! Так нельзя! Насилие лишь порождает насилие! — крикнул Киран в ответ. Он заметил, что на мостике царит абсолютная тишина, а на планету не льётся плазменный дождь. Надо продолжать говорить. — А что же по-твоему должно нести Свет в галактику? Сострадание?! — он прикоснулся пальцами к искусственному глазу, а затем согнул протез в локте и словно впервые увидел крутящуюся вокруг своей оси кисть. — Быть может, доброта? Нет, друг мой, только порядок и закон, через порядок и принуждение! И Светлая сторона свидетель, я сделаю это! Только сейчас Киран понял, что разговаривает не с ситхом или падшим джедаем. Нет, перед ним стоял верящий в дело Света рыцарь! Лейтенант республиканской разведки надавил на кнопку активации светового меча. — Нет, не сделаешь! *** Син не заметил, как отстал его спутник. С каждым новым шагом он чувствовал как приближается к чему-то великому. Нет, коридоры не становились произведениями искусства или чем-то высокотехнологичным. Тот же едва обработанный камень, лёгкий наведённый лоск, не более. Но потоки Силы струились по ним в одном определенном направлении. Син следовал за ними. Новый коридор вывел его к лестнице. Массивная, вырубленная в камне, она уходила вниз, в темноту. На стенах начали появляться барельефы, но время было безжалостно к ним. Чисс иногда пытался разобрать, что на них изображено. Безрезультатно. — Удивительная способность разумных. Раз за разом пытаться познать предмет, — раздался голос справа. Син посмотрел в ту сторону и без удивления отметил, что тви’лек-призрак самый приятный вариант тви’лека. Высокий, статный, на удивление приятный лицом, призрак при жизни обладал четырьмя лекку и, наверное, не имел отбоя от соплеменниц. Лишь тяжёлый, даже на вид, доспех наводил на невесёлые мысли о его прижизненном опыте. — Будет ли уместно отметить, что я всей душой ненавижу тви’леков? — у Сина прорезался голос, а из памяти выплыла смесь знаний об этикете. — Безусловно! — кивнул призрак, пока они продолжили спускаться по лестнице. — Ненависть — это важный элемент нашей жизни… и смерти. Без ярких, пограничных чувств ситх не может быть ситхом. Они дают нам свободу в самом широком смысле этого слова! — Вы постоянно в гневе? — Что? Нет же! Ты так юн и необучен! Как ты прошёл стража? — Скормил ему несколько республиканцев, — пожал плечами Син. — И возможно одного мандалорца. Или скормил им его? Я не смотрел на результаты. Чисса охватило спокойствие, граничащее с безразличием. Он погружался в настоящее море Тьмы, но чувствовал себя лишь лучше. — Ммм… холодный расчёт! Я тебя понимаю, молодой аколит! Ты не из тех, кто врывается в гущу схватки? Даже меча у тебя не вижу! — тви’лек обошёл Сина по кругу. — Хотя… конечно… энергия. Ты вернулся к папе, сынок! Син скорее почувствовал, чем догадался, что произойдёт в следующий момент. Поток молний смёл его со ступеней, отправляя кубарем вниз. Но далеко ему укатиться не дал Силовой захват, сдавивший его тисками. — Прогуляемся, молодой чисс. И поговорим. В Империи служило много чиссов. Ох уж это ваше быстрое взросление и аналитический склад ума. Сколько тебе лет, мальчик? Хотя какая к Силе разница?.. вижу, мой эксперимент удался. Средоточие Тёмной стороны в живом объекте и в тоже время ты не маньяк, бредящий короткими, красивыми лозунгами. Удивительно. Тёмные чиссы — это было сильное решение! Не лучшая из моих работ, но какая долгоиграющая! Тысячелетия! Сотни поколений! Тви’лек разорялся и разорялся, не прекращая сыпать медицинскими терминами и воспоминаниями. Син и не пытался уследить за рассказом, единственное, что его интересовало — оковы Силы, пытавшиеся выдавить из него дух. — А почему ты ещё жив? — внезапно задался вопросом призрак древнего ситха. Они остановились и хватка на Сине ослабла. Тви’лек нахмурился и снова осмотрел чисса. Потом его лицо просветлело. — Ну конечно же! Приспособление! Адаптация! Именно в этот момент Син решил нанести удар. Безразличная апатия сменилась кипящей яростью, будто вулкан взорвался в его груди, сбрасывая ледяную шапку с жерла. Он протянул руки к тви’леку, и в того ударили красно-чёрные жгуты Силы. — Это… необычно… В ответ полетели молнии. Толстые разряды электричества, ослеплявшие своей яркостью, вонзились в Сина, но не отбросили, как в прошлый раз, а завязли в сфере сгустившийся вокруг его тела Тьмы. — Это ещё более необычно!.. — ситх растворился в воздухе, а лестница превратилась в тот самый коридор, где Син и Киран заметили изменения в окружении. Джедай сидел здесь же, глядя в бесконечность ошалелым взглядом. Чисс потрепал того по плечу, и Киран посмотрел на него. — Больше не будем спускаться в Места Силы в ближайшее время. Как-то не этого я ожидал, уходя на задание. — Согласен. Явно, не приключение на двадцать минут, — чисс сел рядом. Его обострённое чувство направления утверждало, что рядом выход на поверхность. Но до встречи с древним и не до конца мёртвым ситхом Син его не чувствовал. Они помолчали. — Ты не такой, каким должен быть, — сказал наконец Киран. — А каким я должен быть? Склонным оторвать твою бестолковку? Вечно выглядеть погружённым в страсти? Боль, страх, ярость, ненависть? Успеется ещё… — отмахнулся Син. — Я тёмный одарённый всего месяц, я же говорил. Боли и страха я натерпелся на всю жизнь, ярости и ненависти мне хватит на троих. Так что… — С твоими умениями ты не можешь быть одарённым «всего месяц»! — Джедай, чего тебе надо? Мы живы? Живы! Недалеко — выход на поверхность! Не колупай меня, а то получишь и боль, и страх, и дальше по списку! Син вытащил из-за спины блюдце дроида и постучал по нему: — Красный, просыпайся. Оптический сенсор дроида подсветился. Он встряхнул своими механическими лапками и вопросительно пиликнул. — Там выход где-то, — махнул рукой чисс. — Лети, осмотрись. Только аккуратно. — Разберусь, — отрезал дроид и с тихим гудением поднялся в воздух. — Злой он у тебя, — заметил Киран. — Родовидовая особенность. Ты из него пластинку с информацией вынимал? — спросил Син. Один из носителей данных он оставил в Красном на всякий случай. — Вынимал. Знаешь, что на ней? — Нет. А ты? — И я не знаю. Ты помнишь, что я спас тебе жизнь? — Конечно. Я очень признателен. Поэтому и водил тебя по лабиринту, не давая терентатеку приступить к обеду с котлетой из фарша по-джедайски. Они сидели, оперевшись на прохладный камень, и перебрасывались фразами, пытаясь выторговать отсрочку от конфликта. Моральных сил на сражение не было у обоих. Внезапно из маски Сина донёсся тоновый сигнал. — Прервёмся, — Син приложил маску к лицу. — Да? — Хватит ворковать с этой республиканской шавкой, — прошипел ему в ухо голос Лийэ. — Мы запеленговали маяк Красного, будем через двадцать минут. Орбита кишит республиканскими кораблями, так что твоего нового дружка точно спасут. К сожалению. Тащи свою синюю задницу на поверхность! — Ты же понимаешь, что твоя задница тоже ни разу не белоснежная? — не удержался от остроты Син. Его не бросили. Хотя он бы не удивился обратному исходу. В конце концов, кто он для них? Новый член экипажа? — Мозговая деятельность нового члена экипажа превышает ранее установленные пределы в два целых семьсот восемьдесят семь тысячных раза. Рекомендуется использовать седативные средства и высокоинвазивную хирургию головного мозга! — встрял Докмур. — Уйди, электронный болван, — тут же вызверилась Лийэ. — Син, если тебя не будет в нужной точке, когда мы прибудем, агент Амит обещала отдать тебя мне в личное пользование на неделю! — Облезешь, Кусочек. Сейчас отдохну и подойду, — чисс отключил связь и снял маску. — Мои говорят, что твои вьются вокруг планеты. — Значит они получили сигнал. Почему подмога всегда прибывает с опозданием? Не отвечай, это риторический вопрос. — Что решим по пластинке? — вернулся к предыдущей теме Син. — Я оставляю её себе, ты оставляешь себе все остальные, запиханные в твой пояс. Ситуация плавно катилась в тупик конфликта. Верность корпорации «Покров», подстёгнутая признательностью не бросившим Сина агентам, требовала отобрать у разведчика Республики любую полезную «Покрову» информацию. И то, что джедай выступал как вестник мира и сотрудничества, здесь роли не играло. Не стоило сбрасывать со счетом и тот факт, что Киран был вооружён, подготовлен и уже однажды почти обезглавил Сина. — Плюнь на носитель информации, — сообщение отразилось на линзе маски. Син поднёс её ближе. — Я сжёг его перед отключением. Протокол безопасности. — Тогда, все последствия этого поступка ты принимаешь на себя. Хорошо. Киран вскинул брови на такое внезапное безразличие Сина, но тот уже нацепил маску и направился в сторону выхода на поверхность. Красный парил у широкой трещины, убегавшей вверх на десяток метров. Дроид приветливо махнул манипулятором и занял место на спине чисса. — Ты полезная летающая тарелка, да? — Больше, чем ты думаешь! — пропиликал Красный в ответ. Воздух перед ними исказился, когда маскировочное поле «Склянки» отключилось. Син выглянул из трещины наружу и без удивления увидел долгий отвесный обрыв. Дорога приключений привела его к пропасти. — От лица Республики выражаю благодарность за оказанное содействие в спасении важного офицера! — донёсся ему в спину голос джедая. — Обращайся, — махнул на прощание Син и прыгнул в открывшийся люк. Его там уже встречали Лийэ и Докмур. Дроид-палач недовольно гудел репульсорами, но исправно сканировал чисса на предмет ран и инородных предметов в теле прямо сквозь броню. — Первичный осмотр завершен. Новый член экипажа может быть допущен до путешествия на «Яростный», где он будет подвергнут процедуре инвазивной процедуре контроля состояния… — Да-да, завали! — отмахнулась от него тви’лечка. — Ты цел, значит тебя можно будет позже отпинать. Информация. Ты что-нибудь вынес с «Шулера»? Син без слов щёлкнул клапаном на поясе и достал из защищённого отделения стопку информационных карт. — Всё, что было в его каюте. Лийэ, а скажи мне… бывают тви’леки с четырьмя лекку? — Бывают, но редко. У них мозга побольше, они редко всплывают в галактике. А что? — нахмурилась девушка. — Да так… думаю, пошла бы тебе ещё пара щупалец на голове или нет? К удивлению Сина Лийэ не вспылила, а ухмыльнулась. — Чем больше лекку, тем лучше. Женщина с четырьмя лекку — мечта многих, так что мне бы точно пошло! Но такая мечта не для таких, как ты! — она ткнула пальцем ему в грудь. Син схватил её палец в кулак и отвёл от себя руку. Лийэ от удивления даже не стала бороться с ним. — Ты нарушаешь моё личное пространство. Прекрати. У тебя ещё будет шанс. Лийэ словно ледяным душем окатили. Она ожидала чего угодно, но не показательного безразличия. А из-за сферы Тёмной стороны, охватившей Сина, она даже не могла настроиться на его чувства. Чисс же задумчиво крутил в памяти слуховую галлюцинацию: ему показалось, что он слышал голос призрака-ситха. — Возвращайся, когда станешь сильней. И дружка своего прихвати!