Чисс (временное)

Их встречали как победителей. СИД-Хищники только занимали места в стыковочных захватах и на палубе ангаров, а техники и дроиды уже окружали их в ожидании пилотов. Син видел, как на руках качали Лийэ, которая смеялась как ребёнок. Алию обнимали и хлопали по спине. Даже к нему подходили штурмовики: слух о его собственных подвигах распространился быстрее, чем он покинул захваченный корабль. И лишь Лозанну обходили стороной, но та этого не замечала. Она сидела на аппарели «Кромки», баюкала шлем в руках и смотрела в пустоту перед собой. — Учитель? — Ученик, — она перевела взгляд на него. — Ты достойно показал себя в схватке. — Спасибо, — он коротко поклонился. — Что будет дальше? Мы не выполнили свою задачу. — Это не страшно. Ты же не думаешь, что мы единственные герои в корпорации? Специалисты по внедрению из разведки, штурмовые отряды, другие агенты из одарённых, да мало ли кто ещё сейчас переворачивают галактику вверх дном, ища решение нашей проблемы с клонами. Не мы, так кто-то другой преуспеет. Статистика, ученик, против это лгуньи не попрёшь… — Учитель, я никогда не спрашивал, но зачем «Покрову» эти технологии клонирования? — Это сложный вопрос с простым ответом. Под нашим контролем кластер из двадцати обитаемых планет и полмиллиарда населения, считая весь военный и гражданский персонал вместе с некомбатантами. С помощью сопоставимого количества дроидов этого хватает для удовлетворения материальных потребностей как армии, так и флота. Ещё даже на хорошую жизнь остаётся, — Лозанна помолчала. — Но естественный прирост населения и скорость взросления детей не позволяют нам надеяться, что в этом поколении мы обретём полноценный паритет с любой возможной армией вторжения. Имперская армия всегда частично состояла из клонов. Разного качества и мест производства. — Почему не использовать дроидов? — Син поморщился, вспоминая хроники о Войнах Клонов. — Достаточно нескольких заводов… — Простое решение, да. Наших мощностей при целенаправленном использовании хватит, чтобы через пару лет запустить в производство более-менее полезных пехотных дроидов по условно-приемлемым ценам, — кивнула Лозанна. — Галактика такое не примет. Мы совместим в нашем образе две самых отрицательных характеристики, существующие на настоящий момент: боевые дроиды и Империя. Поэтому клоны. Вторая проблема, срок их вызревания. По кантинам и лабораториям упорно курсирует слух, что некий гений разработал методику, по которой клон достигает зрелости за сутки! — Лозанна вскинула палец. — И также полностью принимает флеш-обучение и не едет крышей от этого. Полноценный клон за сутки. Это… нереальная мечта, но мы её стараемся достичь. Даже менее эффективные способы клонирования пригодятся. И как-то так получилось, что в корпорации не оказалось ни специалистов, ни технических архивов. Но на ближайшую неделю это не наша проблема… «Кромка» требует полноценного ремонта, «Яростный» получил пробоины по фронту. Мы возвращаемся в пространство «Покрова», на Барбакан. Она хлопнула ладонями по бёдрам и встала. — Иди, ученик. Ты заслужил отдых. Больше никаких ударных тренировок. Сегодня мы живы, а завтра будет завтра. Лозанна быстро смешалась с толпой и исчезла из вида. А Син остался один среди этих разумных, с которыми его связывало… ничего. Он прошёл бой с ними, но кого из них он знал? Чисс не успел завести связей на «Яростном» с живыми или с дроидами. Лозанна, Алия, Лийэ, Арк, Мира, Бирка, Докмур, Красный и пятёрка суровых астромехов — вот его новая жизнь. Кирана и призраков джедаев он решил не учитывать. Син выдохнул и вернулся на «Кромку». Его разум витал далеко от реальности, а тело уже привычно начало движение через цикл медитации. Стойки и удары терас-каси то тягуче медленные, то взрывные на пределе выносливости. В такие моменты он начинал чувствовать Силу. Ему всё так же не давались какие-то фокусы вроде телекинеза или значительного усиления и ускорения, но теперь завеса над будущим немного приподнялась. Пускай всего на три секунды. Сину этого хватало. Волна Тёмной стороны разошлась от него во все стороны, наполняя трюм едва заметной дымкой. Природный кокон вокруг чисса распускался смертоносным голодным цветком. Но это не было Поле Смерти, нет. Син выбросил вперёд руку, стискивая пальцы в кулак. Дымка забила фонтаном в том месте, где он представил врага. Вот это могло убить наверняка, иссушив неудачника, попавшего в западню. А так это было его Поле Поглощения. Здесь и сейчас ему не смогла бы нанести вреда даже протонная бомба. Падение метеорита. Пламя звезды. Син лишь недавно понял, что может создавать нечто подобное, и сегодня это получилось впервые. Сила пела, проходя потоком через него, смешивалась с его чувствами, окрашивалась одним индивидуальным оттенком и растворялась в пространстве. Сколько часов он находился в медитации? Син потерял счёт времени, а Красный, зависший под потолком и молча наблюдавший за происходящим, должен был подать сигнал о прекращении, если бы медитация излишне затянулась. — Впечатляюще. Син замер и посмотрел на Лийэ. Тви’лечка замерла у входа в трюм, привалившись плечом к стене. Лекку свободно лежат на груди, лётный скафандр распахнут, шлем в руке. На лице лёгкая полуулыбка, едва заметное искривление губ. Мимика расслабленная. Даже температура тела чуть-чуть пониженная. — Спасибо, — кивнул чисс. — Син, пойдём, уединимся? — озорная улыбка осветила лицо Лийэ. — Для чего? Чтобы ты снова меня жёстко поцеловала? Точнее, изобразила то, что ты считаешь поцелуем? — скептически вскинул бровь чисс. — Всё такой же бука. Не строй из себя недотрогу, я же чувствую, что ко мне в тебе нет того страха и ненависти, с которыми ты только появился в учениках. Я опасная, но не ненавистная тви’лечка. Это неправильно! Рывок Лийэ Син предсказал. Он всё ещё находился в потоке Силы, поэтому уклониться от укола световым мечом было проще простого. Оранжевая полоса промелькнула мимо, но и пинок чисса пропал втуне. Они разошлись в стороны и снова бросились друг к другу. Укол в сердце оранжевого лезвия заблокировала синяя ладонь, но тут её обхватили голубые пальчики с силой вывернули наружу. Дальше должен был последовать перелом, но Лийэ лишь мазнула лекку по лицу Сина и пнула его в бок. Чисс отшатнулся назад, но в его прищуренных глазах горел огонёк ненависти. Такое движение лекку могли себе позволить любовники между собой, в ином случае это было символом сексуального доминирования. — Ты хочешь сверху? Или снизу? — чисс выпрямился и открыто, ласково улыбнулся. — И да, ты ведь глотаешь? Там, откуда тебя… вынули, должны были учить глотать не только кровь и слёзы, но и что-то более интересное? Лийэ замерла. Застыла. Эта детская подначка уколола её в самое сердце, и даже куда-то дальше, глубже, потревожив то, что она старательно пыталась забыть. Слова Сина всегда достигали самых потаённых страхов и ужасов воспоминаний. Сила вела его? Лийэ не стала об этом думать. Она рванула вперёд, собираясь отсечь чиссу всё, что не требуется для боя! Световой меч засверкал вокруг неё, набирая скорость и инерцию, укутывая хозяйку оранжевой полусферой. Обманчиво широкие удары вспыхивали то справа, то слева от Сина, едва-едва царапая его Поле Поглощения. Как только чисс вступил в бой, его концентрация рассеялась как туман под солнечными лучами, а значит и кокон его Силы начал возвращаться в привычную форму сферы. Поэтому удары по касательной чисса не беспокоили: он выдержит, поглотит. А Лийэ всё распалялась и ускорялась, гнев вёл её руку, укрепляя и даруя свежие силы. Тви’лечка пыталась загнать чисса в угол, но красноглазый ублюдок раз за разом ускользал из ловушки. — Какая-то ты неаккуратная, — хмыкнул Син, безуспешно подсекая ноги противнице. Он всё лучше чувствовал себя в ближнем бою. И пусть чисс пока не мог поглотить энергию Лийэ, световой меч перестал его страшить. Будущее раз за разом раскрывало перед ним свои тайны, и Син всё лучше понимал, как искать путь в паутине предсказаний. Обманные финты, постоянное движение, неожиданные направления атаки и прочая акробатика нужны для запутывания противника не только в реальности, но и в будущем. Одарённые всегда сражаются на нескольких уровнях. — Если бы ты по мне попадал своими детскими ударами, то мог бы разевать пасть, а так сдохни молча, не позорься! — Лийэ разорвала дистанцию и вскинула руку. Силовые тиски сжали Сина до треска в костях. — Вот это неаккуратность! Она наращивала давление, грозя раздавить чисса как перезрелый плод. Его способность к поглощению снова дала сбой. Сина захлестнули страх и гнев. Он не мог пошевелиться, не мог сопротивляться. Это уже происходило в его жизни. Но в этот раз всё будет по-другому. Сила взревела вокруг него, и путы распались. Чисс рванул вперёд, почти моментально оказавшись перед тви’лечкой. Укол в горло прошёл мимо, его собственный удар в грудь скользнул по плечу Лийэ, а дальше ситуация изменилась. Девушка схватила его за кисть, чуть подкрутила, помогла телом и бросила на палубу, а затем уселась сверху. — Какой ты резкий, не любишь, когда беззащитная тви’лечка доминирует над таким злым тобой? — усмехнулась Лийэ. Она наклонилась вперёд, тряхнула головой, и её лекку упали Сину на грудь, кончиками касаясь подбородка. Настроение схватки изменилось. Погасший световой клинок лежал на палубе, забытый хозяйкой. Ненавистная тви’лечка, оседлавшая ублюдочного чисса. Обнаглевший чисс, со знанием дела гладящий её лекку. — Сегодня ты показал себя годным хоть на что-то, Синий, продолжай в том же духе, и возможно сможешь реализовать свои фантазии, — под конец фразы ей пришлось упереться руками в палубу, потому что жёсткие пальцы чисса оказались очень умелыми, ловкими и незаметно перебрались с лекку на грудь. — Дети, хотите играть, идите в комнату, — мимо них профланировала Лозанна. Агент Амит источала ауру спокойствия и удовлетворённости. Чисс и тви’лечка проводили прошедшего человека взглядами, а потом Лийэ грациозно поднялась на ноги, поправила комбинезон и подмигнула Сину: — Ты стал сильнее и интереснее, но не так чтобы очень! Стремись! — и ушла следом за Лозанной. Син остался лежать на палубе, лишь закинул ногу на ногу, да заложил руки за голову. Этот опыт был для него новым. Странная смесь ненависти и страсти, выдавившая холодный расчёт из головы чисса. «Почти добровольный сексуальный контакт?..» — Син усмехнулся своим мыслям. Обучение сделало его более агрессивным? Раньше такая ситуация парализовала бы его, но сегодня лишь вызвала возбуждение и интерес. Он поморщился, когда голову прострелило болью: это всплыла из памяти ещё одна программа обучения — противодействие манипуляциям. Син лежал на прохладной палубе, разбирая по полочкам произошедшие с ним события в свете «новых воспоминаний». Манипуляции его окружали, но это и неудивительно. Он был новым элементом в стабильной, рабочей системе, а значит ему ещё предстоят проверки и провокации. «Были ли бы они все такими приятными!» — ощущения от тела Лийэ всё ещё оставались на кончиках пальцев. Желание причинять боль тви’лекам смешалось с мыслями о ситуациях, в которых это можно осуществлять, но Син задвинул получившийся результат подальше. — Красный, идём, разберём тебя ещё разок… — чисс с трудом поднялся. Дроид что-то обречённо пропищал, но послушно вынырнул из тёмного угла трюма. Лучше его разберут сейчас и под присмотром знакомых астромехов, чем позже и где-то. *** Следующие четыре дня Син провёл в рабстве у Алии. Расслабившаяся на «Яростном» зелтронка с пылом взялась за ремонт «Кромки». Обшивка шлюпа сильно пострадала от попаданий и требовала полноценной замены на верфи. В один из счетверённых лазеров прилетел выстрел тяжелого орудия, и турель почти расплавилась. Син слушал затейливую ругань Алии, подавал инструменты и идеи, иногда руководил работой астромехов и блох, а остальное время тренировался с Лозанной, Арком, Мирой и Лийэ. Про свободное время ему пришлось забыть, но это того стоило: в чиссе проснулась любовь к ближнему бою. С каждой новой схваткой что-то в его голове перестраивалось и переключалось, нейроны выстраивали новые пути, а память выдавливала из себя новый кусочек знаний. Докмур следил за происходящим с плохо скрываемой радость садиста-вивисектора, но под руку не лез. За восемь учебных спаррингов Син трижды пробил кулаком внешнее покрытие палубы. Терас-каси и искусство эчани смешивались в нём, объединялись с Полем Поглощения и превращались в страшное сочетание. Дважды Лозанне пришлось вмешаться Силовой Молнией в тренировку, когда увлёкшийся чисс потерял контроль над своей Силой. Сначала с Лийэ, но ту это лишь раззадорило, да и защищаться от фонового воздействия Сина она научилась. С Мирой получилось иначе. Девочка умела держаться за световой меч, и даже прилично владела Третьей Формой боя — Соресу. Она прекрасно защищалась от выстрелов бластера, но когда закованный в броню Син подскочил, произошел сбой в плазменной петле меча, и Мира осталась беззащитной перед армопластовым налокотником, нёсшимся ей в голову. Молния агента Амит спасла девушку, отбросив Сина к стене ангара. Когда до выхода из гиперпространства оставалось совсем немного времени они собрались на обзорной части одной из палуб. Сквозь транспаластиловые листы можно было рассмотреть игры всей палитры изнанки космоса.  — Хорошо медитировать на эту красочную фантасмагорию, но я бы предпочла поспать, — заметила Лозанна. Она сидела перед обзорной панелью, поджав под себя ноги и закрыв глаза. — Тебе не хватает сна, инквизиторша? — удивился агент Лот. — По моим ощущениям, ты спишь большую часть суточного цикла. — Не большую, а всего десять часов, — ответила Лозанна. — Я опытная, усталая женщина, чтобы поддерживать красоту мне нужно много спать на холоде. В холодильнике спать неудобно, поэтому я использую только первую часть совета. Син следил за их разговором молча. Статические медитации ему не давались, но он заставлял себя раз за разом пробовать постигнуть Силу через них. Пока что безрезультатно. Чисс ощущал вихрь энергии, закрученный вокруг него в тугой кокон Тьмы, научился менять его форму, но не более. Что ещё он мог? Выпить силы и саму жизнь на расстоянии? Его чёрно-красные молнии могли иссушить жертву за мгновения, Син чувствовал это. А мог ли он нормально контролировать свои способности в любой ситуации? Син смело и честно признавал — нет, не мог. Только когда его обуревали страсти, только когда страх, гнев и боль вели его руку, с его пальцев срывалось зримое свидетельство его уникальности. В прошлом не всякий ситх мог кидаться молниями, и ещё меньшее число одарённых умело пить чужую жизнь. — Юноша, успокойся, твои мысли не просто видно на лице и слышно в Силе, они, словно черви, настойчиво лезут в мой череп, — сказал вдруг агент Лот. — Ты ученик пару месяцев, ты не должны ничего уметь. И то, что Докмур смог обойти начальный период адаптации — всего лишь удача, которая ещё может выйти и Лозанне, и тебе боком в какой-нибудь опасной ситуации. Учись. Стреляй, сражайся, пилотируй, взламывай. На Барбакане лучшие тренировочные полигоны в этой части галактики. Лозанна и Лийэ смогут научить тебя очень многому. Син упрямо сжал губы. Слова Арка были правильными, но принять их чиссу было нелегко, хотя раньше у него не проявлялась гордыня. С другой стороны он признавал, что гордыня и раб на шахте — плохо сочетающиеся понятия. — Ты научишься, мальчик, или умрёшь, стараясь, — добавила Лозанна. — Или, может быть, ты хочешь занять какую-нибудь необременительную должность и состариться на ней? Син не хотел. Чем бы это отличалось от рабства? Пока он ученик агента, он мобилен, активен и обучаем. Мир активно раскрывает себя перед ним, открывая одну дверь за другой. — Нет, учитель. Меня устраивает статус вашего ученика. А повышенная угроза моей жизни, перманентно возросшая на порядок, — это несущественная особенность. Моя жизнь никогда не была в безопасности. Но возможно однажды она будет в моей власти. — Слова не мальчика, но мужа! — воскликнула Лозанна и плавно поднялась на ноги. — Не могу, не хочу, не буду! Такая медитация удел слабых, уставших и джедаев. Истинный одарённый не должен просиживать свою драгоценную жизнь в неподвижном познании вселенной и себя. Идём… Она не договорила, потому что калейдоскоп гиперпространства сменился чернотой космоса. — Эх, ладно. Гляди же, ученик, на бриллиант имперской мощи, столп имперского порядка… Лозанна подбирала эпитеты, но Син её не слушал. «Яростный» вышел в реальное пространство под углом к голубой планете, укутанной шапками облаков. Обширные моря и острова зелени. Тонкие полоски пляжей и серые укрепления, которые было видно даже с этого расстояния. Планета была закована в белоснежное орбитальное кольцо. — Это Нимб Барбакана, — с затаённой гордостью произнесла агент Амит, на мгновение ставшая торжественно-серьёзной. — Обеспечивает оборону поверхности. На нём служат лучшие. И ленивые. Син во все глаза рассматривал гигантское кольцо, терявшееся за линией планетарного диска. Множество орудий смотрели в черноту космоса, готовые разразиться волнами плазмы. — Теперь понятно, зачем корпорации клоны… такая громадина… — На самом деле Нимб почти необитаем. Мы не можем позволить себе дроидов во внешних системах, да. Но кто сказал, что у нас их недостаточно, — хмыкнул из-за спины Сина агент Лот. — Мы сделали очень большой шаг в сторону автоматизации, юноша. Очень большой! Чисс смотрел на легкоузнаваемые обводы имперских звёздных разрушителей, которые были пристыкованы к Нимбу. Десятки модернизированных, уменьшившихся в размерах, но сохранивших боевую мощь линкоров. Взгляд Сина зацепился за вытянутый серый силуэт, двигавшийся параллельно «Яростному». Виски заломило болью, когда он вспомнил, что это за корабль. Звёздный суперразрушитель класса Заявитель. — Внемли «Гласу» и склонись перед его мощью, — торжественно произнесла Лозанна. — Там тоже… дроиды? — тихо спросил Син. — Да, мой юный ученик. Везде, где можно без потери эффективности заменить людей, и кое-где там, где нельзя. Син окинул потрясённым взглядом открывающийся вид. — И зачем вам клоны?.. прочел?! Прокомментируй!