Я добьюсь тебя, любой ценой!

Карин несмело разорвала свой отчаянный неуверенный робкий поцелуй и с мольбой в печальных свинцовых глазах жалостливо посмотрела на опешившего Тоширо. - Не уходи, останься со мной, пожалуйста, - тихо попросила девушка, крепко вцепившись своими бледными обессиленными ручонками в белую мятую рубашку Хитсугаи. Куросаки боялась оставаться одной в пустом доме. В школу Карин не собиралась идти. Брюнетка не может выйти на люди в таком усугубленном тяжелом болезненном состоянии. Девушка была готова в любой момент дать волю слезам и зарыдать во весь голос, плохо если Карин не сдержит себя в многолюдном помещении, да и сконцентрироваться на учебе Куросаки просто не могла. Одни мрачные и печальные мысли заполнили всю бедную, перегруженную девичью голову, не давая проходу ни одной положительной светлой эмоции. В душе Карин зародился какой-то непонятный тяжелый едкий страх от непонятно чего. Девушка нуждалась в чьей-то поддержке и утешении. Когда Тоширо направился вон из кухни, произнося при этом: "Ого, уже восемь тридцать пять, уроки, наверное, уже начались", Куросаки подумала, что беловолосый собирается покинуть ее и отправиться на учебу. Девушка решила во что бы ни стало остановить парня. На размышленья у Куросаки не было никакого времени, девушка просто сделала то что первым пришло ей в голову и все. Особого смущения от своего поступка брюнетка не чувствовала, но возможно потом, когда Куросаки немного отойдет от смерти бабушки, девушка не без пунцового румянца будет вспоминать о том как она отчаянно липла к Хитсугае и как самовольно осмелилась поцеловать парня прямо в губы. Тоширо положил свои теплые большие ладони на хрупкие подрагивающие девичьи плечи. - Да я и никуда и не собирался уходить, просто хотел принести тебе из своей комнаты пряники на завтрак, - успокаивающим тоном, заверил девушку Хитсугая. * * * К обеду Карин все же решилась сообщить родителям пренеприятнейшее известие. Даже на другом конце коридора Тоширо слышал какие громкие и мощные завывания доносятся у Куросаки из трубки. Ближе к вечеру прибыла семья Карин, тогда как раз Хитсугая шел открывать дверь. Целое стадо ревущих почти во весь голос, людей, как ураган, влетело в помещение. Первыми в дом вошли две молодые невысокие худенькие девушки. Одна темноволосая фиалкоглазая миниатюрная брюнетка с печальной мертвой миной на лице, утешала в своих крепких объятьях жалостливо хныкающую девушку, уткнувшуюся в грудь брюнетки своей медовой лохматой макушкой. Следом за ними вошла высокая красивая женщина средних лет с длинными пышными распущенными русыми волосами, плавно стирающимися по худощавой тонкой фигуре дамы. Женщина обнимала своими бледными обессиленными руками себя за плечи, а ее печальные опухшие от слез карие глаза были устремлены куда-то в пустоту. Ну а последними в дом ввалились два рыдающих во весь голос и что-то тихо причитающих себе под нос представителя сильного пола. Один был молодым высоким стройным мускулистым кареглазым юношей с растрепанной копной непослушных рыжих волос, а второму представителю сильного пола было на вид лет сорок-сорок пять, не больше ни меньше. Мужчина рыдал во всю глотку, прямо как маленький ребенок и растирал свои горькие печальные, никак не заканчивающиеся слезы о свою небритую темную щетину на подбородке. У обоих представителей сильного пола имелись под рукой, аккуратно свернутые в трубочку и подвязанные для надежности обычной зеленой тонкой веревочкой, рулоны. Мужчина и юноша быстро скинули с себя обувь и стремительно пришли на кухню, по пути разворачивая притащенные с собой, неизвестного содержания, рулоны. Как оказалось минутой позже это были огромные цветные плакаты, которые представители сильного пола тут же присобачили на стену и сразу же начали жалостливо причитать у них, называя свои громадные плакаты по именам. На плакате молодого рыжеволосого юноши была изображена фиалкоглазая миниатюрная брюнетка, а на плакате бородатого мужчины - красивая русоволосая женщина. Хитсугая скептично пожал плечами. Немного странноватые родственники у Куросаки, или может быть они маленько двинулись от внезапного известия Карин? Их можно понять, да и Хитсугая не имеет никакого права судить о чужих тараканах в голове, у самого их не меньше, беловолосый еще те странные вещички вытворял, да и друзья у парня слегка двинутые. * * * Тоширо молча сидел за столом и спонтанно водил металлической серебристой небольшой ложкой по густому желтоватому, аппетитно пахнущему и съедобно выглядевшему месиву, наложенному в довольно-таки большой и сытной порции у парня в его глубокой фарфоровой, достаточно вместительной тарелке. Хитсугая все никак не мог отвести глаз от неподалеку сидевшей печальной милой кареглазой девушки, медленно впихивающей за обе щеки недавно приготовленный ей самой ужин. Блин, ну как же эта девушка внешне похожа на Карин, прямо как две капли воды, не считая цвета волос и глаз, а так одно лицо. Как Хитсугая узнал немного позже, это была сестра Карин, звали ее - Куросаки Юзу. Имена остальных членов семьи своей горячо любимой женушки Тоширо тоже выведал. Молодого рыжего кареглазого симпатичного паренька звали Ичиго, он являлся старшим братом Карин. Юноша заканчивал последний год обучения в университете и даже успевал подрабатывать в одной малопосещаемой, но зато хорошо оплачиваемой кафешке. Миниатюрная симпатичная брюнетка была законной женой Ичиго, и если Хитсугая правильно понял, то девушка была на первом месяце беременности и волноваться ей было не желательно, за что еще и пререживал и без того взвинченный рыжеволосый юноша, не на шутку обеспокоенный за супругу. Имя темноволосого бородатого, ноющего громче всех, мужчины было - Иссин. Догадаться было не сложно, что он являлся отцом Карин, Юзу и Ичиго, а так же супругом русоволосой прекрасной печальной дамы, звали которую - Масаки. Юзу все никак не могла осилить свою маленькую легкую порцию ужина и частенько давала волю слезам, ища утешенья на коленях грустной матери, сочувственно, нежно поглаживающей дочь по голове и тихо нашептывающей успокаивающие, еле слышные фразы. Масаки сама была готова в любой момент опорочить свое бледное, поврежденное маленькими морщинам, алебастровое лицо, одинокими холодными солеными слезами. Особых разговоров во время ужина за столом не завязывалось. Про полное удостоверение личности Тоширо никто подробно не расспрашивал. Всем было достаточно узнать имя парня, а кем беловолосый приходится Карин, они уже самостоятельно решили в своих больных, явно, не здоровых фантазиях. Так как недавно прибывшие члены дружного семейства Куросаки очень устали, умотались с дороги и вдоволь напереживались, полностью растребушив свою нервную систему, спать все решили ложиться пораньше. Свободных комнат было очень мало, в комнату покойной бабушки Хоши никто не смел и ногой вступать. Из-за нехватки помещения Карин переселили к Хитсугае. Да девушка и не упрямилась, брюнетка просто спокойно взяла свою любимую большую плюшевую мягкую подушку и не проронив ни слова протеста, спокойно двинулась в свое новое временное спальное место. Одеяло с собой Куросаки решила не брать, да и зачем это ей? Карин частенько мерзнет по ночам, и тонкое маленькое одеяльце совершенно не согревает хрупкое бледное девичье тело. У Хитсугаи одеяло гораздо толще и теплее,чем у Карин, поэтому девушка, пожалуй, присвоит его себе. Тоширо тепло принял Куросаки в свои скромные небольшие уютные просторы и уступил для брюнетки большую половину своей небольшой, но зато очень мягкой и уютной кровати. Стелить себе что-то наподобие ложа на полу беловолосый не решился. Тоширо думал, что его обязанность находиться рядом с Карин, успокаивать ее и жалеть девушку в случае чего, если она вдруг опять начнет плакать, согревать брюнетку в своих теплых надежных крепких объятьях и нежно гладить Куросаки по голове, чтобы девушка поскорее расслабилась и отправилась в безмятежный волшебный мир грез. Но все это, конечно, было лишь самое обычное самовнушение. На самом деле Хитсугая из своих личных скрытых побуждений хотел обнимать нежное хрупкое девичье тело и утыкаться носом в мягкую брюнетистую макушку, от которой исходил приятный нежный аромат. Пока Карин удобно приминала свою любимую мягенькую подушку на новом месте, Хитсугая, пока есть время и возможность, решил задать брюнетке парочку интересующих его вопросов. - А вы с Юзу так похожи! - восхищенно воскликнул юноша. - А кто из вас старше? - Я. Но большой разницы в нашем возрасте нет. Мы близнецы, - спокойным равнодушным, прохладным тоном, лаконично пояснила девушка, закончив копошиться с подушкой и забираясь под мягкое широкое, еще непрогретое одеяло Хитсугаи. Куросаки переползла на другую сторону кровати, удобно примялась попой на новом временном месте и аккуратно отложила свою уставшую измотанную голову на мягкую плюшевую прохладную подушку. Хитсугая удивленно распахнул рот. Ну ничего себе, близнецы! Здорово! В раннем детстве парень безумно мечтал, чтобы у него был родной брат-близнец, который всегда бы ходил за Тоширо в садик, а Хитсугая сидел бы дома в теплой уютной кроватке и смотрел по телевизору своего горячо обожаемого Вини Пуха, а после того как интересный познавательный мультсериал с добрым желтым медведем и его верным другом поросенком Хрюником, подошел к концу, юноша отправился бы на кухню и начал рыскать во всех темных закоулках припрятанные родителями сладости. Эх, мечты, мечты! Жестокая несправедливая судьба не устроила Тоширо такой малины. А сестра-близняшка Карин довольно-таки миленькая, но брюнетка все равно нравится Хитсугае больше. У Карин такие большие объемные пышные и упругие груди! Они очень мягкие и нежные, да и еще в добавок чувствительные, а когда эти два огромных мягеньких чуда утыкаются в грудь парня, создается такое впечатление, что они вот-вот растают, как сахарная вата, на мускулистом юношеском торсе. Хитсугае еще не доводилось хорошенечко прощупать упругие сочные девичьи прелести и собственной рукой ощутить всю их бархатность и нежность, парню остается только мечтать и надеяться, что когда-нибудь на его несчастную долю выпадет столь редчайший и чудеснейший шанс. Блин, вот черт! Тоширо с силой хлопнул себя ладонью по лбу. Опять беловолосому всякая пошлятина в голову лезет! Как же Хитсугае стыдно за себя. Куросаки нуждается в его надежной крепкой поддержке и утешении, а Тоширо позволяет себе фантазировать всякую непристойную похабщину, да и к тому же начинает мысленно предполагать какого цвета и фасона девичье нижнее белье, надетое на Куросаки сейчас. Все-таки настал тот день и час, в который беловолосый в первый раз глубоко возненавидел свою слишком красочную фантазию, обогащенную натуральными, довольно-таки реальными картинами. - Тоширо, - вывел беловолосого из его запутанных досадливых рассуждений тихий жалобный девичий голос. Тоненькая бледная рука Карин легонько дернула Хитсугаю за штанину, привлекая к себе внимание. Тоширо отложил свою мысленную казнь на более другой подходящий момент и поднял свой немного недоуменный вопросительный взгляд на брюнетку. - Холодно, - обрывисто пожаловалась Куросаки, натягивая толстое большое одеяло парня, никак не согревающее ее продрогшее озябшее ледяное тело, до самых ушей. Хитсугая снял со своих ног мягкие удобные тапки с забавными розовыми кроличьими ушками, аккуратно поставил их возле кровати, а затем осторожно подлез к Карин под одеяло. Девушка протянула руки навстречу парню. Тоширо придвинулся вплотную к стройному худому телу Куросаки. Карин крепко обняла парня за талию. Тоненькие маленькие ледяные девичьи пальчики цепко вцепились в расслабленную юношескую спину и постепенно начали понемногу согреваться о теплое тело Тоширо, согревающее лучше всяких ненадежных толстых одеял. Хитсугая положил свою большую горячую ладонь на маленькую черную брюнетистую макушку и легкими плавными движениями начал нежно поглаживать ее. Неожиданно, беловолосому пришла в голову замечательнейшая прекрасная идея. А что если ему спеть колыбельную для Карин? Может быть от "прекрасного", "бархатистого" пения Хитсугаи, Куросаки сможет нормально расслабиться и поскорее уснуть? А что, отличная идея! Парень так и поступит. Тоширо глубоко вздохнул, торжественно прокашлялся, и плавно захлопнув веки, медленно открыл рот и начал тихо петь: - Спят усталые игрушки... - пение Хитсугаи прервала маленькая, немного согревшаяся девичья ладошка, твердо и прочно заткнувшая горластую пасть Тоширо. Начал петь парень вроде как неплохо, но беловолосый был только на разогреве, Куросаки прекрасно знала какая тяжкая бессонница ожидала ее в будущем, и девушка решила остановить Тоширо заранее, пока не стало слишком поздно и у нее это пока что блестяще удалось, только вот беловолосый может и чуть позже продолжить травмировать своим хриплым медвежьим завыванием бедные уши брюнетки, которые вряд ли смогут противостоять сильному мощному натиску оглушительного голоса юного несостоявшегося недо певца. Нужно срочно что-то предпринять. Карин медленно убрала свою ладонь со рта Тоширо, с силой уткнулась носом в равномерно вздымающуюся грудь Хитсугаи и изобразила наигранное тихое сопение. Беловолосый юноша удивленно пожал плечами. Надо же, он только что начал петь, а Карин уже спит, все-таки великолепный у Тоширо голос, надо бы парню почаще развивать и показывать окружающим свой безупречный восхитительный "талант". * * * Прошло уже около трех недель с похорон бабушки Хоши. За столь небольшой промежуток времени Карин немного пришла в себя. Девушка старалась не думать о смерти своего родного любимого самого близкого человека на земле. Конечно брюнетку множество раз беспокоила назойливая невыносимо едкая мысль, что она не должна вести себя как обычно, что девушка не имеет право на счастье и веселье, это неуважительно и грубо по отношению к покойной бабушке, но Куросаки успокаивала себя мыслью, что бабушка Хоши бы точно не понравился усугубленный драматический печальный настрой внучки. Старушка желала Карин только добра и счастья и не хотела, чтобы девушка впадала в полную замкнутость и целыми днями ходила с кислой искаженной болью миной. Хоши безумно хотела, чтобы внучка наконец нашла себе друзей и научилась в полной мере радоваться жизнью и стала более открытой, веселой и общительной. Куросаки твердо решила, что она должна постараться запереть свою тоску, боль, горечь и страданья на прочный, еле пробиваемый замок и оправдать надежды и желания своей горячо любимой бабушки, которая, наверное, сейчас с интересом и надеждой наблюдает с небес за первыми неуверенными шагами внучки изменить свой немного грубоватый, равнодушный, замкнутый характер, понять, что девушка в действительности хочет добиться в своей жизни и отыскать надежных верных понимающих друзей, окрасивших бы обычные, ничем непримечательные банальные повседневные дни девушки. Может быть сразу кардинально поменяться у Куросаки не выйдет, но постепенно Карин будет старательно пытаться измениться в лучшую положительную сторону и избавиться о своих некоторых плохих отрицательных мешающих черт характера. Для начала Карин нужно отблагодарить Хитсугаю за его теплую поддержку и утешения. В школе, во время большой перемены, Куросаки отправилась в класс Тоширо. Но беловолосой макушки там не было, поэтому девушке пришлось около полу часа выслеживать парня в длинных многолюдных коридорах. Как только белобрысая растрепанная шевелюра была замечена на горизонте, Куросаки широкими спешными быстрыми шагами полетела к Хитсугае, цепко ухватила его за шиворот рубашки и не проронив ни слова объяснения уволокла в самый темный коридор школы, где ни нашлось ни одного лишнего свидетеля и ненужных любопытных ушей. Куросаки вплотную прижалась спиной к прохладной твердой стене на которую подала мрачная темная тень и смущенно опустила голову в пол. Поблагодарить парня было не так-то просто, как первоначально казалось. Брюнетка совершенно растерялась, находясь с Тоширо наедине. Воспоминания о том, как Карин лезла целоваться к Хитсугае и самовольно тянулась в его крепкие уютные теплые объятья, не давали девушке никакого покоя и безумно стесняли ее. И что самое удивительное и странное: когда Куросаки начинает невольно воспроизводить в памяти те каверзные неловкие картины событий, у девушки почему-то возникает како-то непонятное глупое чувство радости, а сердце ускоряет свой ровный и замедленный ритм и начинает весело отплясывать в девичьей груди. Хоть Карин не хочет, но она почему-то постоянно вспоминает, как Хитсугая нежно и бережно прижимал ее к себе и ласково поглаживал по голове, от этих приятных, греющих душу мыслей, у Куросаки значительно повышается настроение, и брюнетке хочется вновь вернуться в те короткие недлительные моменты и вновь погреться в сильных теплых юношеских руках. Образ Тоширо даже как-то немного поменялся в глазах Куросаки. Карин и позабыла о ее первоначальной вражде с Хитсугаей и о всех гадких пакостях, которые хитроумная белобрысая макушка сумела натворить. - Что-то случилось? - удивленно протянул Тоширо, с долей беспокойства и взволнованности, вопросительно глядя на брюнетку. Слегка похолодевшие от волнения бледные девичьи ручонки перебрались к подолу легкой короткой школьной юбки и нервно сжали прочную темную ткань. Куросаки тревожно сглотнула. Молчание девушки не может затягиваться слишком на долго, если Карин будет тянуть резину, то вообще не сможет и полу слова связать. Карин глубоко выдохнула и на резком быстром выдохе, громко выпалила: - Я хотела поблагодарить тебя за то что ты был рядом со мной и поддерживал меня. Спасибо. - Куросаки робко чмокнула парня в щечку и стремглав смылась в спортивный зал на кратковременную тренировку, пытаясь скрыть от попадавшихся на пути подростков свои пунцовые пылающие щечки. * * * Что-то тихо напевая себе под нос, Тоширо как балерина, крутясь на одной криво согнутой ноге, легко впорхнул в класс. На лице парня красовалась довольная счастливая лучезарная улыбка, аж до самых ушей. Краем глаза Хитсугая заметил медленно приближавшегося к нему Иккаку. Не долго думая, беловолосый стремительно поскакал другу навстречу и как только намеченная дистанция была пройдена, Тоширо крепко обвил руками шею Мадараме и запечатал на щеке друга крепкий смачный поцелуй. - Спасибо-оо, - мечтательно пролепетал Хитсугая, удушивая опешившего Иккаку в своих стальных крепких счастливых объятьях. - Что это с ним? - недоуменно протянул неподалеку стоявший Кира, пытаясь отгадать какое же событие заставило Тоширо светиться как новогодняя елка. - Кто знает, - скептично пожал плечами, не меньше пораженный Абарай.