Предназначенные судьбой

      Цири и Геральт шли из спальни в ту комнату, где вчера Висенна проводила опыты над девушкой. Ведьмак проснулся среди ночи и потом не мог уснуть. Ему приснился кошмар, что Цири умерла на его руках, и после такого ведьмак просто не мог закрыть глаза. А вот Цири спала всю ночь крепко, отчего мужчина подумал, что девушка уверена в своих силах и завтрашнем дне. Но когда она остановилась перед входом, Геральт нахмурился.       Ему стыдно было признавать, но он безумно боялся. Пожалуй, больше самой Цири. Ему не хотелось отдавать девушку Смерти. Единственное, чего хотел ведьмак, — забраться с Цири на кровать и вечность разговаривать о своих шрамах, о драках, о детстве Цири и ее мечтах, о том, как она бы правила. Как хотела мира, но не вышло. — Я боюсь. — скорее для себя, чем для Геральта, произнесла княжна. Она была почти уверена, что умрет сегодня. Но ведь лучше попытаться выжить, чем просто сдаться, так ведь? Геральт бы ее не простил за такие мысли. — Порой я виню себя, что влез в твою жизнь. — мужчина повернулся к цинтрийке, заглядывая ей в глаза. — Если бы я не выбрал Право Неожиданности, этого всего могло бы и не быть. — Мы не можем этого знать. — Цири взяла ведьмака за руку, слегка сжимая. — Но я точно знаю, что счастлива рядом с тобой. И пусть я это редко говорю, но я счастлива, что встретила тебя в том лесу. Моя жизнь была бы пустой без тебя.       Геральт вдруг резко притянул к себе девушку, крепко обнимая. Мужчина старался запомнить все в ней: ее запах, ее улыбку, то, как она жмурится и щурится от солнца или склоняет голову набок, когда намеренно выводит Геральта из себя. Они оба понимали, что прощаются, но признать это вслух едва ли кто-то бы смог. — Так, голубки, заканчивайте. — из-за двери выглянул Лютик. Он понимал, что происходящее - серьезно, и для Геральта это очень важно, но барду казалось, что шутка всегда лучше угрюмых лиц и серьёзных слов. — Лютик. — прорычал ведьмак. — Все нормально. — Цири коротко поцеловала мужчину и вошла в комнату, из которой тут же вышла Йеннифер, слегка кивнув блондинке в знак приветствия. — Вас слышно даже за закрытой дверью. Что на этот раз? — темноволосая выгнула брови, оглядывая мужчин. — Ничего. — коротко произнес Геральт и тоже зашел в комнату. — Лютик. — губы чародейки расплылись в язвительной улыбке. — Йеннифер. — бард повторил за темноволосой. — А ты все стареешь. - Йен знала, что Лютика задевала тема старости, ведь ни она, ни Геральт не старели, а бард - ещё как. — А ты… — Лютик замер, не зная, что сказать. — Нет.       Бард тут же зашел в комнату, а Йеннифер, засмеявшись, вошла следом. ****** — Что ты хочешь сделать? Повтори. — Геральт вскочил с места. — Ты не будешь экспериментировать над ней! — Геральт. В такой короткий срок мы можем взять мутации только из твоей крови. — женщина старалась говорить спокойным голосом, не провоцируя сына. — Исключено. Мы не знаем, как ее тело отреагирует на все это. — ведьмак начал ходить по комнате, чувствуя злость из-за того, что не может помочь Цири. — Я справлюсь, Геральт. Даю слово. — цинтрийка старалась звучать уверенно, чтобы ходящий из стороны в сторону Геральт не понял, как ей на самом деле страшно. Хотелось расплакаться и убежать, но она уже не ребенок, и ее проблемы не решались теперь обычными слезами.       Она давно думала о смерти. Иногда ей казалось, что так будет проще. Она бы не мучилась. Но сейчас, оглядываясь назад, девушка поняла, что рада, что жизнь сложилась так. Все могло быть намного хуже. Она могла не встретить Геральта. Могла умереть в лесу. Могла попасть в плен. Черт возьми, она же так боролась за свою жизнь последние месяцы, и сейчас должна продолжать это делать. Хотя бы ради Геральта. — К тому же, я думаю, Цири легче будет усвоить мутации с твоей кровью, а не в чистом виде. — к спору подключилась Йеннифер, недавно вернувшись вместе с Лютиком. — Ладно. — устало проговорил мужчина и сел рядом с княжной. — Но если с ней что-то случится… — Не случится. — проговорила Йеннифер и вышла из комнаты.       Геральт снял с себя доспехи, оставаясь в рубашке, и закатал один рукав, а затем лег на соседней койке, рядом с Цири. Девушка повернула к нему голову, ища в его глаза поддержку. Ведьмак сплел их руки.       Висенна подошла сначала к Геральту и всунула в его руку иглу с трубкой, а второй конец этой трубки подсоединила к руке Цири. Спустя пару секунд от руки ведьмака кровь начала направляться к руке Цири, а из ее другой руки выходила ее собственная кровь. Девушка тяжело выдохнула, наблюдая за тем, как кровь медленно подбирается к ее руке. Когда кровь ведьмака попала в кровь к Цири, девушка зажмурилась, ожидая невероятной боли, но было лишь неприятное ощущение, появившееся не сразу, и его вполне можно было стерпеть. — Ты в порядке? — Геральт слегка нахмурился, оглядывая цинтрийку. — Больно, но терпеть можно. — девушка слегка улыбнулась, стараясь придать себе совершенно спокойный вид. Ей хотелось сейчас быть сильной, чтобы Геральт гордился ей. ******       Йеннифер вышла на балкон. Солнце ярко светило ей в глаза, отчего женщина улыбнулась, жмурясь. Редко ей удавалось урвать спокойный момент, когда она могла просто стоять и ни о чем не волноваться. Лютик вышел следом. Он уже не был тем веселым бардом. Да и не таким молодым. Вместо тех ярких нарядов, что он носил в путешествиях с Геральтом, он теперь носит темные штаны и рубашки. — А если она не выживет? — Лютик напряженно вглядывался вдаль. Он понимал, что Геральта это не просто подкосит, а убьёт. — А если я сейчас тебя сброшу отсюда, то что? — у Йеннифер не было настроения успокаивать еще одного мужчину, беспокоящегося о Цири. Все почему-то беспокоились только о блондинке, а на чародейку всем было плевать. Чем она была хуже? Что случилось с Геральтом, что он обратил свой взор на еще ребенка, забыв о том, что их связывало. — Нильфгаардцы. — медленно проговорил Лютик. — Это лишено смысла. Ты просто переломаешься и все. — женщина усмехнулась, но лицо Лютика было серьезно, поэтому Йеннифер взглянула туда же, куда смотрел бард. — Черт.       Йен быстро побежала в комнату, где и происходило кровопускание. Цири лежала с закрытыми глазами, а Геральт полусидел, наблюдая за цинтрийкой. — Нильфгаардцы здесь. — прокричала Йеннифер. Геральт тут же хотел встать, но Висенна его остановила, указывая на блондинку. — Отвлеки их чем-нибудь, Йен. Я закончу здесь и тут же приду. — ответил ведьмак, на что чародейка кивнула. Как они их нашли, а самое главное — зачем им Цири. — А мы поможем. — позади Йен появились Филиппа и Тиссая. Женщины были слегка обеспокоены, но стояли непозволительно близко друг к другу. Но едва кто-то обратил на это внимание.       Йеннифер направилась к центральному входу полуразрушенного здания, в котором они и находились, а Тиссая и Филиппа отправились на верхние этажи, чтобы создать специальный барьер, не пропускающий никого. — Долго еще? — напряженно спросил Геральт, вглядываясь в лицо Цири. — Мы поймем, когда надо закончить. — спокойно ответила Висенна и продолжила смешивать различные травы, не обращая ни на что внимание. ******       Йеннифер напряженно вглядывалась в лес, находящийся рядом с замком, но было тихо. Слишком тихо. Словно к ним не идет сюда огромная армия нильфгаардцев. Темноволосая никак не могла понять, зачем им Цири. Видимо, она уж очень важна, раз они бегают по всему Континенту за ней. Женщина опечатала каждый вход магией, чтобы солдаты не вошли, и направилась обратно наверх. ******       Геральт вдруг нахмурился. Было слишком тихо. Даже Цири притихла. Тишина его всегда напрягала. Если до этого было слышно ее дыхание, то сейчас ведьмак улавливал лишь едва различимый стук сердца. Даже Геральт замер.       Неожиданно тело Цири стало биться в конвульсиях. Ведьмак тут же вырвал иголку из своей руки и оказался рядом с девушкой. Геральт пытался остановить ее, но она начала кричать от боли. Мужчина понимал то, что чувствовала Цири, но не мог ей никак помочь. Он лишь обеспокоено смотрел на неё. — Какого черта?! — его желтые глаза метнулись к матери, которая даже не придала значения тому, что начало происходить. — Твоя кровь добралась до ее сердца. Болезненный процесс. — спокойно ответила та. — Она умирает! — закричал Геральт. Вены Цири вдруг окрасились в черный, и девушка начала еще сильнее кричать, чувствуя адскую боль. Княжне казалось, что все ее органы расплавились и теперь кипят внутри нее. Сила, которая до этого была в ней, вдруг начала выплескиваться: стены начали шататься, что-то попадало со своих мест.       В комнату вбежала Йеннифер. Увидев происходящее, женщина бросилась к Геральту. Он старался успокоить девушку, но тело Цири продолжило биться в конвульсиях. — Что с ней? — Йен дотронулась до ее лба. — Ее тело горит. — Что? — неожиданно отозвалась Висенна и подошла к Цири. — Ее температура должна падать, а не подниматься. Что-то не так. — Неужели?! — Геральт продолжал держать девушку, как в комнату вбежал Лютик: — Йеннифер, нужна твоя помощь. — Иди. — ведьмак кивнул, продолжая держать Цири.       Неожиданно Цири успокоилась. Тело перестало биться в ковульсиях, а крики больше не вырывались из ее рта. Геральт выдохнул, вставая с кровати, как вдруг он осознал, что не слышит больше стука сердца девушки. Он быстро забрался обратно на кровать, нащупывая пульс. Но его не было. Мужчина положил ее себе на колени, продолжая всматриваться в ее лицо. — Ее сердце не бьется. — прошептал ведьмак и тут же попытался запустить ее сердцем, надавливая на грудь. Все его кошмары произошли наяву. Он потерял Цири, но не мог и не хотел это признавать. Мужчина давил на грудь девушки даже немного яростно. Но, похоже, это было бесполезно. — Она умерла, Геральт. — Висенна стояла недалеко от кровати. — Ты не умерла, ты не умерла. — Геральт продолжил попытки запустить сердце Цири. — Давай, давай. - ведьмак был в отчаянии. — Геральт. Там Йеннифер помощь нужна… — Лютик замер, увидев, Геральта, пытающегося реанимировать любимую. — Я вернусь. Обещаю. — прошептал ведьмак и поцеловал княжну в лоб, сильно зажмурившись. Он не верил, что она мертва. Что он больше не поцелует ее. Не дотронется до нее. Не услышит ее голос. Она умерла, и это его вина.       Геральт подошел к своей сумке и достал оттуда зелье. Выпив его залпом, ведьмак надел на себя доспехи и взял оружие. Его глаза почернели, а вены под глазами вздулись. Мужчина молча прошел мимо барда. А Лютик опустил голову, словно чувствуя всю боль, что Геральт пытается заглушить. *******       Тиссая старалась укрепить барьер, который только что прорвали, но выходило плохо. Филиппа стояла неподалеку от женщины и тоже пыталась исправить неполадки с барьером. — Я говорила тебе, что безумно рада, что ты переместилась тогда ко мне? — вытирая кровь из носа, проговорила Филиппа. — Нет. — слегка усмехнувшись, ответила де Врие, коротко оглянувшись на женщину. — Тогда говорю сейчас: я безумно рада, что ты переместилась ко мне. — Филиппа слегка улыбнулась. — Я не была уверена, что ты меня примешь, но решила попытать удачу. — прокричала Тиссая, чувствуя, как силы медленно заканчиваются. — Я бы приняла тебя в любом случае. — Филиппа подошла к ректорессе. — Забудь о бутылке, которой ты учишь своих учениц. Позволь хаосу взорваться. — Филиппа притянула к себе женщину, впиваясь в ее губы.       Вокруг чародеек появилось свечение, которое с каждой секундой увеличивалось. Когда же женщины выставила руки вперед, то из их рук начало выходить пламя, которое уничтожало огромное количество солдат. — Если мы выживем сегодня, я больше не позволю тебе уйти. — прокричала Филиппа. ****** — Геральт. Слава Богам, ты здесь. Они прорываются. Я, конечно, сдерживаю их. Но моих сил надолго не хватит. — прокричала Йеннифер, направляя свои силы на солдат, прорывающихся через барьер. Но Геральт молча пошел вперед. — Куда ты?! Там самая гуща!       Ведьмак приготовил свой меч и продолжил идти к барьеру. Ему казалось, что вместе с Цири умерла последняя его часть человечности. И теперь он не видел смысла дальше жить. — Геральт! Остановись! — чародейка догнала мужчину, схватив того за руку. — Что ты делаешь?! — Йеннифер! — прорычал Геральт. — Она мертва. Понимаешь, мертва?! — Боги… — женщина остановилась. — Геральт.       Но ведьмак упрямо продолжил идти в самую гущу битвы. Йеннифер направилась следом, но вдруг увидела недалеко от себя, среди деревьев, Фрингилью. Чародейка произносила какое-то заклинание, смотря на ведьмака. Йен резко отправила поток хаоса прямо в нее. Фрингилью откинуло прямо вглубь леса. ********       Висенна стояла над княжной, разглядывая ее. Цири была бледнее обычного, а губы уже приобретали синеватый оттенок. По всем признакам девушка была мертва, но чародейка продолжала стоять рядом, словно княжна вот-вот откроет глаза и вдохнет воздух. Но этого не происходило.       Висенна начала шептать себе под нос заклинание и водить руками над телом девушки. Реакция была, но слабая. Сердце ее все-таки остановилось.       Разумом же Цири была очень далеко. Было так свободно, хоть и темно и пусто. Но она впервые за последнее время почувствовала, что не нужно никуда бежать и спешить. Цири не ощущала своего тела. Лишь легкость.       Чародейка продолжила произносить заклинание и вдруг по рукам девушки поползли, словно черные змеи, вены. Они чернели, затем синели, а потом и вовсе возвращались к нормальному цвету. Висенна расстегнула рубашку и увидела, что по телу вены также чернели. Добравшись до сердца, процесс ненадолго остановился, но спустя пару мгновений продолжился. Вены на шее, на щеках, под глазами почернели. И как только чернота исчезла, Цири резко вскочила, жадно хватая воздух ртом. ******** — Как легко тебя выманить, Йеннифер. — Фрингилья встала, ухмыльнувшись. — Зря ты сюда пришла. После того, что ты сделала под Содденом, я тебя убью. — сквозь зубы проговорила Йеннифер, готовясь к атаке. — Едва ли у тебя хватит хаоса. — темнокожая чародейка прошлась из стороны в сторону, стараясь вывести Йен из себя. — На тебя точно хватит. — Йеннифер оскалилась и отбросила чародейку еще дальше, а затем еще и еще.       Фрингилья закашлялась, но все-таки встала, и настала очередь Йеннифер отражать атаки. Темнокожая чародейка отправила огненный шар в нее, но Йен успешно отразила атаку. — Ты всегда была слабой и уродливой. — ухмыльнувшись, произнесла Фрингилья, когда темноволосая пропустила удар. — Как ты видишь. Я сейчас сильна и красива. — Йен не осталась в долгу и ударной волной свалила Фрингилью с ног. — Но внутри ты всегда будешь слабой и некрасивой горбуньей. — темнокожая женщина ухмыльнулась, чувствуя, что ментально победила Йеннифер из Венгерберга. — Ты питаешься моей злостью. Я не дам тебе еды. — Йеннифер остановилась: ее больше не задевали слова Фрингильи. Да и вообще всех этих двуличных и лицемерных колдунов и чародеек. — Ты проиграла, Фрингилья. — О, нет. Я уже выиграла. — неожиданно в плечо Йеннифер вонзилась стрела, отчего женщина зашипела, слегка покачнувшись. — Глупо было приходить одной.       Еще трое стражников подошли к Фрингилье. Они держали луки наготове. Сама же чародейка подошла к раненой Йеннифер, из-за чего не увидела, как все трое стражников рухнули. — Она не одна, чертова ты сука. — произнесла Цири, пронзив Фрингилью мечом. Чародейка рухнула, а цинтрийка помогла Йен подняться. — Я думала, ты мертва. — Йеннифер тут же обняла девушку, крепко, насколько позволяло раненое плечо. Она вдруг поняла, что и сама прикипела к блондинке. — Я тоже так думала. — Йен отстранилась от цинтрийки, разглядывая ее лицо. Теперь лицо Цири напомнало лицо Геральта. Черные глаза, вздутые под ними черные вены и бледная кожа. — Где Геральт? ******       Ведьмак смело шел в самую гущу, умело отражая удары нильфгаардцев. Но на самом деле Геральт был далеко отсюда. В голове у него все звучало предсказание Ренфри: «Лесная дева всегда будет с тобой. Она твое Предназначение». Геральт закричал, продолжая убивать солдат. Тиссая и Филиппа сверху старались ему помочь, как могли. И солдат действительно становилось меньше.       Очнулся Геральт от забытья ровно тогда, когда воткнул меч в последнего солдата. Ведьмак рухнул на колени, наконец-то почувствовав боль от потери Цири. Он поднял голову к серому небу и закричал, что есть мочи. Это был крик боли и отчаяния. — Ты убил моих солдат, ведьмак. Сразись уж и со мной. — Черный Рыцарь спустился со своей лошади и медленно шел на Геральта, который и не думал подняться. Он не видел смысла бороться дальше. Нильфгаардец достал меч и продолжал идти на ведьмака. — Хочешь, скажу, что я сделаю с Цириллой из Цинтры, которую ты так отчаянно защищаешь. Сначала я покажу ей твою голову, а затем возьму ее силой.       Геральт зарычал и в момент, когда узурпатор замахнулся на него, отразил удар и нанес ответный. Нильфгаардец умело увернулся и ранил маленьким кинжалом ведьмака в ногу. Геральт сжал челюсть и, не издав ни звука, вытащил кинжал, и бросил куда-то в сторону. Узурпатор попытался ранить Геральта в грудь, но тот умело отразил атаку и ударил того в живот, откидывая от себя. — Не смей произносить даже ее имя. — прорычал ведьмак, медленно надвигаясь на него, на что узурпатор лишь ухмыльнулся. — Даже если не я заберу ее у тебя, это сделает Белый Хлад. — сплюнув кровь, проговорил узурпатор. — Что ты имеешь в виду? — Геральт рывком поднял нильфгаардца за доспехи, разглядывая его лицо. — А этого ты уже не узнаешь. — усмехнувшись, узурпатор резко воткнул нож ведьмаку в живот, отчего тот отпустил нильфгаардца и отошел на пару метров. А после рухнул на колени.       Геральт зарычал от боли, а противник медленно подошел к нему, приставив меч к его горлу. — Ты сильный противник, Геральт из Ривии. Но ты проиграл. — нильфгаардец замахнулся, но вдруг его пронзил меч. — Это ты проиграл, ублюдок. Это тебе за бабушку, за Цинтру и за каждого, кого ты убил там. — Цири слегка прокрутила меч, а затем резко его вытащила, отчего противник упал замертво.       Цири тут же подбежала к Геральту и обняла его. Мужчина лежал с закрытыми глазами, но сердце его билось. Цири это отчётливо слышала. Она чувствовала изменения, которые произошли с ней, но только сейчас обратила на них внимание. — Геральт, открой глаза. Я жива. — цинтрийка взяла лицо ведьмака в свои руки. — Геральт. — Цири. — мужчина приоткрыл глаза, разглядывая девушку. — Это, правда, ты. — ведьмак провел по щеке княжны, после чего впал в беспамятство. Он уже ничего не слышал и не видел. Но боль в груди куда-то ушла, отчего дышать было легче.       «Она жива».