Так тому и быть

За три года до основных событий — Бабу Гелю я схоронил рядом с мужем, прах сына тоже перевез. Сколько мытарств с милицией принял — в двух словах не расскажешь. Коз и курочек, собаку с кошкой отвез к своей тетке, избу с банькой разобрал, по Томаке сплавил, на Пихтовке поставил заново, теперь это моя пасека. — Вольдемар не стал говорить Ларе, что старуха Клыкова завещала ему и квартиру-малометражку в Лебединском. — Только одно не смог сделать, про журавля и чайку. Я же думал, что бред предсмертный… — Не бред, — покачала головой Лара. — Надо точно вспомнить, что именно она говорила. — Когда высохнут моря и ветер унесёт горы, как листья*, — запинаясь, начал было Кормиша, но Лара прервала его: — Не то! — ее голос вдруг зазвучал мощно и властно, откуда-то запахло рекой и рыбой. — Что она сказала? Слово в слово! Кормиша закрыл глаза, и как ребенок, заучивающий стихи, начал нараспев: — Когда лес задушит пашню, когда поднимет голову гидра, трое и одна решатся на смерть лютую, и рассыплется гора как камень, и взойдет над землей три солнца, и все вернется на круги своя! Возьми чайку, брось гидре! Он был поражен тому, как легко пришли на ум слова, которые он мучительно вспоминал, ворочаясь от бессонницы.  — У бабы Гели какой колодец был? — спросила Лара своим обычным голосом, низким и глуховатым. — Журавль, — отозвался Кормиша, — причем тут… Конечно же, журавль! И я вот сейчас вспомнил, там была какая-то белая фигурка на рассохе.* — Не удивлюсь, если это фигурка чайки, — усмехнулась чему-то Лара. — Надо ехать забирать, пока не поздно. — А гидра? Что за гидра? — Пока точно не знаю, вряд ли баба Геля изучала зоологию* — пепельные брови Лары сошлись к переносице. — Но если это то, о чем я думаю, все очень и очень плохо. Вольдемар заглушил мотор, и лодка с тихим шуршанием уткнулась в галечный берег. Дунгарская протока обмелела настолько, что пройти по ней нельзя было даже на шестах. Кормиша подумал, что все же способности природы к восстановлению слишком преувеличены промышленниками. Не зря экологи говорят, что нельзя рубить леса в пойме, от этого реки мелеют. Пробираясь через высокотравье и отбиваясь от навязчивых слепней, клял себя за то, что согласился на эту поездку. Краюшка, бывшая деревня, а теперь урочище*, встретила Вольдемара стеной крапивы. Жердь журавля упала, и Кормиша с трудом нашел колодезный сруб и рассоху. В основании рассохи он обнаружил искусно вырезанную птичью фигурку. Он фигурки исходило приятное тепло, вызывающее спокойствие и умиротворение. Вольдемар поглаживал вырезанные перышки и улыбался. — «Все будет хорошо» — безо всяких на то оснований вдруг подумал он, и, зажав фигурку в руке, пустился в обратный путь. Лару он застал возле радиоприемника. Основные новости с «большой земли» доходили до «Чайки» по радио. — … возникла необходимость в возобновлении Лебединского гидроузла. Его строительство приведет к экономическому росту района и поможет снизить отток населения и безработицу… — вещал диктор. — К сожалению, мои предчувствия оправдались, — Лара посмотрела на Кормишу виновато, как будто сама была причиной грядущих бед. — Надо ехать на плотину. Наша «гидра» поднимает голову. — Ну, вот мы и пришли, что теперь? — спросил Вольдемар у Лары. Они стояли на верхней части недостроенной плотины Лебединской гидростанции. Ее верхняя часть в виде бетонного моста возвышалась над Томакой метров на пятьдесят. — Наверное, надо спуститься к воде, — вся уверенность Лары куда-то пропала. Они начали спускаться по железным лестницам к нижним уровням. Две трети спуска прошли без приключения. — «Только не смотреть вниз! Нельзя смотреть вниз!» — говорила себе Лара, но когда железный прут поручня вдруг отломился и остался в ее руках, невольно перевела взгляд на сверкающую внизу водную гладь. От солнечных бликов и ощущения высоты у нее сразу закружилась голова. Лара потеряла равновесие, оступилась и полетела вниз, в ослепительно синюю на солнце Томаку. Во время падения она инстинктивно ухватилась за Вольдемара, он тоже не смог удержаться на скользких ржавых ступенях и упал следом за Ларой. Вода легко приняла Лару в свои объятия и мягко, но властно потянула на дно. Лара опускалась все глубже, мимо ее лица проносилась серая бетонная стена. Подводная часть плотины уходила в серо-зеленые глубины. У самого дна Лара увидела в монолитной стене змеящуюся трещину. Повинуясь безотчетному порыву, она сунула в эту трещину птичью фигурку, оттолкнулась ногами от дна и устремилась вверх, к воздуху и свету. Последние метры до поверхности были ужасны. От нехватки кислорода разрывало легкие, мутилось в голове, но Лара упорно гребла и толкалась, пока не пробила тонкую перемычку, разделяющую две стихии. — Лара! Лаааарааа! — надрывался Вольдемар, беспорядочно кружа в воде. — Господи, я уже и не надеялся… — Наша кровожадная гидра едва не получила в жертву сразу двух чаек*, — отдышавшись, заметила Лара. — Все, я хочу на берег и греться.

*****

Демьян вел машину к ближайшей деревне. Карина обнимала Лару, обе, не стесняясь, ревели в голос. Выехав из опасной зоны, Демьян остановил машину, ударил обеими руками о руль и закричал, последними словами кляня всех и вся: строителей плотины, высокое начальство, упрямых ослов и собственную идиотку-жену. В разгар его монолога ожило, прокашлялось и начало вещать радио — верный признак возвращения в обитаемые места. — Здравствуйте, с вами телекомпания ТТК и я, Евгения Соболева. Мы ведем репортаж из Лебединского, где буквально через одну минуту состоится запуск плотины гидроузла, — вещал из приемника знакомый голос. — Посмотреть на запуск приехали…. — Чтоб им всем… — начал было Демьян, но тон ведущей внезапно изменился. С уверенного, хорошо поставленного контральто он сорвался на девчачий визг: — Смотрите, смотрите, что происходит! Над Томакой наблюдается редчайшее оптическое явление — летнее гало! Мы видим тройное солнце! А плотина… плотина раскололась надвое! Она продолжает рушиться, она рассыпается на глазах! Осторожнее, ааааа! — Поехали, Демьян, — крикнула Карина. — Это надо видеть собственными глазами! К остаткам плотины они пробирались сквозь стадо машин с мигалками и толпы людей. Мужчина с генеральскими звездами на погонах уверенно говорил на камеру: — Разрушение плотины произошло по неустановленным пока причинам. Пострадавших нет. Предварительные версии случившегося: сейсмическая активность, ошибки в расчетах гидроудара, теракт. По предварительным оценкам конструкция восстановлению не подлежит. Приблизительный ущерб составил…. — Признавайся, это твоих рук дело? Ты на это рассчитывала, когда решила остаться? — Карина трясла Лару, как грушу. — Кариша, ну какая из меня террористка, подумай! — Лара улыбалась, впервые за много месяцев. — Лучше подумай, как сделать так, чтобы Демьян меня не убил. — Я бы сама тебя убила, но в глубине души понимаю, что так было надо! — Так было надо, — эхом отозвалась Лара. — Посмотреть в глаза смерти, чтобы начать снова жить. И понять, куда ведет путь.  — И куда же? — за все это время Демьян впервые обратился к Ларе напрямую. — Все пути… — начала Лара, но закончили они уже хором: — ведут к Чайке!