Стирая расстояние

Антон, потеряв из виду такси, на котором Арс отправился в гостиницу, пошел к себе в номер. Он приехал сюда 11 дней назад, на двухнедельный семинар одного из самых известных в Москве фотографов – Алексея Щербакова. И хотя тема семинара мало интересовала Антона – «Свадебная фотография» - возможность потусоваться с одним из лучших фотографов Москвы, привлекала его. Он выкупил место на семинаре и приехал в Хорватию. Щербаков проводил такие семинары два раза в год - в ноябре, когда свадьбы утихали, и в апреле, перед свадебным бумом, который начинался в июне. Нет, конечно, свадьбы в Москве проходили круглогодично, но именно в теплое время года от заказов не было отбоя. И хотя Антон работал штатным фотографом в нескольких глянцевых журналах, поснимать молодоженов не отказывался. Во-первых, это было в выходные дни и он был свободен. Во-вторых, его об этом просил друг Серёга, который снимал видео и, по мнению Антона, был богом в этой области. А работать в паре тот хотел только с Антоном, редко приглашая к себе в группу других фотографов. Ну и в-третьих, платили за эти съемки хорошо. Поэтому, почему бы и нет? Он приехал на семинар к Щербакову, ему было интересно вести разговор с профессионалом, задавать любые вопросы, получать адекватные ответы. Щербаков тоже с удовольствием увидел имя Антона Шастуна в списках будущих участников семинара и радовался тому, что эти две недели пройдут не как тупой ликбез для начинающих свадебников, а можно будет поговорить за жизнь с этим молодым и очень интересным фотографом. В общем, оба были довольны, да и остальные участники семинара, слушая их профессиональные разговоры, держали ушки на макушке и всё жадно впитывали. Алексей разрешал Антону поработать после занятий в фотостудии, которую он сделал в одной из комнат своего хорватского дома, и тот проводил там время с желающими участниками семинара, отрабатывая постановку света, изучая портретную съемку. В общем, развлекались, как могли. Семинар проходил обычно с утра до обеда, всё остальное время группа была предоставлена сама себе и все с удовольствием проводили время на пляже. Апрель в Хорватии не самый жаркий месяц, но после сквозняков в московском метро и ночных заморозков, этот город казался маленьким раем. В тот день, когда Антон запрыгнул в поезд, где он встретился с Арсением, он не был занят на семинаре. Вся группа выехала на натурные съемки, им предоставили пару «молодожёнов» – парня и девушку, которые согласились позировать. Антон не поехал с ними, а съездил на ночь в Копрно, где был огромный магазин фотоаппаратуры и залип там с утра на два часа, рассматривая фотопрелести, такие милые для любого фотографа. Поезд, на котором он хотел вернуться в Шибеник, прибывал на вокзал в 11:15. Он стоял на перроне, в тени маленького павильона, где пассажиры могли спрятаться в случае дождя или сильного ветра. Погода в этот день была отличная и павильон был пуст. Поэтому Антон прикуривая, знал, что дым от сигареты не будет беспокоить других пассажиров. Затянувшись, он посмотрел на поезд, который, подъезжая к перрону и обдавая людей резким запахом горячего металла, с тихим скрежетом сбрасывал скорость. Стоянка поезда, как показывали вокзальные часы, продлится 10 минут, поэтому он курил не торопясь. Когда до отправки оставалось 2 минуты, он вышел из тени и поискал глазами куда можно выбросить сигарету. Увидев пепельницу, пошел к ней. На уровне его лица в окне поезда появился человек, сверкнув голубыми глазами и зафиксировав их на Антоне. Они смотрели друг на друга несколько мгновений, затем Антон быстро затушил сигарету и вскочил на ступеньку этого вагона. «Странные какие глаза», - подумал Антон. – «Я б такие поснимал». Он быстро прошел по вагону, отыскивая свободное место. Стукнув в одну из дверей и открыв купе, снова увидел этого мужчину. Теперь он мог его видеть во весь рост. «Хм, да тут не только синие глаза, он весь мечта любого фотографа», - подумал Антон. Где-то в подсознании мелькнула мысль, что он уже мог видеть этого мужчину раньше. Убедившись, что свободных мест нет, он извинился, закрыл дверь и пошел дальше. Но вагоны были переполнены, и он остановился в одном из тамбуров, глядя в окно и думая об этом красивом мужчине. Ему неудержимо хотелось его поснимать. Такой тип людей попадался редко, они менялись в лице, как огонь. Одну минуту ты видишь одного человека, в другую он уже изменился. Они могли быть одновременно очень красивыми и тут же полностью лишиться красоты. Фотоаппарат ловил эти моменты и на выходе можно было получить такие снимки, глядя на которые Серёга обычно говорил – «Бомба». Антон видел эти «бомбы» ещё до съемок, он и сейчас уже выстроил в голове целый ряд ракурсов, в которых хотел бы видеть этого голубоглазого красавчика. Ехать долго, стоять три часа в тамбуре – малоприятное занятие. Он увидел, что скоро откроется вагон-ресторан и решил доехать до конечной остановки там. Зайдя в ресторан, он сразу заприметил голубоглазого, который сидел в лучах солнца и тихонько раскачивался, то ли в такт движению поезда, то ли в такт музыки – на нем были наушники. Антон прошел чуть дальше, развернулся и сел напротив мужчины. На вид ему было лет 35. Потеряв всякую осторожность, стал бесцеремонно его рассматривать, как-будто он находился сейчас не в вагоне поезда, а на семинаре Щербакова. Он даже мысленно вел разговор с Алексеем: как бы поставил свет, какой бы выбрал фон, ему было интересно, как бы мужчина стоял, сидел, двигался. Он был уверен, что тот не боится камеры и будет вести себя в студии, как рыба в воде. Когда мужчина открыл глаза и увидел Антона, почему-то не удивился, а затем, впав в какое-то оцепенение, замер. Антон аж затаил дыхание – вот, начинается. Мужчина уже вел себя так, как будто на него направлен объектив. Антон рассматривал его руки, плечи, шею, волосы, потом «отсканировал» все тело, остановившись на ногах. «Да... Красив, чёрт. Хорош». Антон заметил, что голубоглазый снял наушники и подался немного вперед, как бы приглашая его к разговору. Его глаза медленно ласкали лицо Антона, опускаясь к губам, поднимаясь к вискам, прохаживаясь по волосам, затем снова медленно очерчивали контуры губ. Антон обалдел - мужчина смотрел на него глазами хищника, как паук с попавшей к нему в паутину мухой. Как будто хотел завернуть его всего в легкий полог, обездвижить и затем высосать все жизненные силы. Никто никогда не смотрел на Антона так. Но он сразу понял, что этот взгляд адресован не ему. Это всего лишь часть того шарма, которым обладают все фотогеничные люди. Этот взгляд – ловушка и он говорит – я вижу, что нравлюсь тебе, и мне это нравится. Так они сидели, изучая друг друга, пока мужчина не спросил, не хочет ли Антон нарисовать его портрет. Антон сразу узнал этот голос. Вот где он его видел! Но, подумав, что Арсений его не узнал, решил подождать, интересно же, что будет дальше? Ему захотелось пересесть поближе. Он сел в левый ряд, за столик, который стоял наискосок от Арсения, лицом к нему. Еще раз остановив взгляд на вытянутых ногах голубоглазого, тоже вытянул свои ноги и подумал: «Чёрт, а мы бы неплохо смотрелись вместе». Когда принесли еду, они сосредоточились на обеде. «Как здорово, что я приехал к Щербакову, как классно, что я встретил Арсения.» Арс был находкой, редким человеком, который может не только позировать на камеру, но и сделать это так, что твое сердце визуала лопнет от счастья. Скорей бы завтра. Скорей бы фотостудию освободили и он начнет свою магию. Магию рисования светом. И поможет ему в этом Арсений.