Стирая расстояние

Прошло чуть больше года с того времени, как они вернулись из Хорватии. *** Антон читает, уютно растянувшись на диване. Телефон в левой руке. Большой палец время от времени скользит по экрану, чтобы продвинуть текст. Правая ладонь поддерживает спину Арса, положившего голову ему на плечо. Антон иногда проводит пальцами по его позвонкам, на что тот бы отозвался кошачьим урчанием, если бы не спал. Арс зашевелился, укладываясь так, чтобы размять затекшие мыщцы. - Тох. - А? - Я придумал. - Да ну? И что ты решил? - Я решил тебе ничего не говорить. Полный и тотальный сюрпрайз. - И почему-у я не удивлён? – тянет Антон. Арс целует Антона куда-то под скулу и собирается снова заснуть. Антон: - Я могу хотя бы узнать - когда? Арс: - М-м (произнесено как «нет»). Антон: - Зараза. Арс: - М-м (произнесено как «да»). Через полчаса Арс открывает глаза: - Завтра утром. Шастун смеется: - Ну спасибо, что не за пять минут сообщил. Брысь! Пошли вещи собирать. Шастун отложил телефон и, придерживая себя руками, выскользнул из-под Арса. Арс растёкся по дивану, недовольно двигаясь в поисках так быстро исчезнувшей тёплой, длинной грелки. - Вернись... - Спи, соня. – Накинул на него плед и пошел заваривать чай. Это было их первое дальнее путешествие. Шибеник не считается. Там они оказались вместе по счастливому стечению обстоятельств. А сейчас, собираясь в отпуск, Арс предложил, что в этот раз он сам выберет, куда они отправятся: - В следующий раз «à toi de jouer» / «Твоя очередь» – пер. с франц. / Всю подготовку он брал на себя и Антон уже месяц сгорал от нетерпения, пытаясь узнать, что выбрал Арс. *** Приехав в Шереметьево, подошли к стойке регистрации: «Мальпенса. Malpensa Airport». Через четыре часа шагали по миланскому аэропорту, но не к выходу. Антон, посмеиваясь, ждал, что будет дальше. Перешли к другой регистрацинной стойке и он прочёл: «Narita International Airport». - Япония? - Ouais, - промычал довольный Арс. /«Да», разг. форма от «oui» - перев. с франц./ Полёт был бесконечным, больше 12 часов. Чувствовались сильная усталость и желание выспаться, что неудивительно, так как они вышли из дома почти сутки назад. Полусонные, с затекшими ногами и спинами, покинули здание аэропорта. Оставалось добраться до Токио, гостиницы, душа, постели. Город встретил их тучами, мелким дождем, похожим на водяную пыль фонтана, и жарой, от которых одежда и волосы сразу стали влажными. Конец июня. Ну вот, наконец, и их номер. Душ, душ, душ – чтобы заново родиться. На часах полдень, а на их биологических часах ночь. При таких перепадах часовых поясов самое лучшее, что можно сделать, это промучиться первый день и лечь спать вечером по местному времени. Так адаптация пройдет быстрее и безболезненней. То есть нужно продержаться хотя бы еще девять часов без сна. Арс первым занял душ - рыба по гороскопу – запусти его на день в воду, просидит там с превеликим удовольствием. Теплая вода стекала по его телу, усталость она не смывала, но неприятные запахи от двух долгих перелетов плюс следы от влажной жары города утекали вместе с ней. Мыло приятно пахло и пенилось. - Антон! Не спишь? Не спи! Антон открыл дверь в ванную комнату и остановился у порога, подперев плечом косяк. - Нет. - Помоешь спину? Антон хитро улыбнулся: - Нет. - И ко мне не присоединишься? - Нет. - Ты забыл все слова, кроме «нет»? - Нет. - Я тебя ненавижу. - Я знаю. Тебе идет эта пена. Его глаза скользили по телу Арса. Пена скрывала его, а вода, смывая, открывала. Он за всё это время, что они вместе, не насмотрелся на него. Ему всегда было мало. Арс, конечно, не отказал себе в удовольствии подставить себя этим жадным глазам. Мистер «Нет» присоединился к нему через минуту. Быстро намылился, чтобы смыть с себя «дорожную пыль», а Арс начал медленно ласкать себя, наблюдая за тем, как это заводит Антона. Что может быть красивее двух любящих тел, которые соединяются в голодных горячих поцелуях? Только две руки, встретившиеся внизу живота и мягко обхватившие два ствола, тянущихся навстречу друг другу. Напряжение и желание нарастали так, что их шумное дыхание уже не могла заглушить вода в душе. Через несколько минут, разрядившись почти одновременно и успокоившись, они ещё сильнее захотели спать, готовые сделать это стоя. Теплая вода продолжала хлестать по их телам и это уже не бодрило, а убаюкивало. Антон: - Спать? Арс: - Нет... Я хочу есть. И спать. Но есть больше. Антон: - Согласен. Разомлевшие, вялые, начали вытирать друг друга замедленными движениями, что почему-то их рассмешило. Через минут тридцать они пошли на поиски еды, полностью потерявшись в надписях на японском языке. На ближайшей улице увидели сразу несколько заведений. Перед одним ресторанчиком стояла очередь, а в соседнем – всего несколько человек внутри. Антон остановился и спросил: - Куда двинем? Там мало людей, значит хреново готовят? А сюда ломятся, значит вкусно? - Умничка. Пошли сюда, не будем отрываться от коллектива. На самом деле так и было – очередям перед ресторанчиками можно было доверять. Если ты видишь, что здесь много посетителей – иди смело. А если пусто, то не иди. Зашли внутрь. Длинный зал, с одной стороны закрыт стеклом, там готовят еду. А вдоль стекла узкий стол со стульями. Садишься не лицом друг к другу, а боком, и наблюдаешь за тем, что делает человек за стеклом. Меню хоть читай, хоть не читай – разницы нет. Даже если ты увидел слова, написанные латиницей, «тонкацу» или «такояки» не выдадут тебе своих тайн. И ты узнаешь что это только после того, как отхлебнешь или надкусишь еду. Или не узнаешь. Ни Антон, ни Арс к всеядным не относились и брать что попало не могли. У одного аллергия на крупы, второй не переносит всё рыбное. - Щас, я подготовился. – Арс достал телефон и открыл галерею с картинками. Там у него была сфотографирована бумажка с наименованиями блюд и пояснениями из чего они. Оставалось их правильно произнести и, главное, чтобы они были именно здесь и сейчас. После нескольких минут мучений им все-таки удалось найти суп-лапшу с отростками бамбука и на мясном бульоне, к ней они взяли классические пельмени со свининой, обжаренные до хрустящей корочки. Вкусноты неописуемой. А когда Антон узнал, что японцы, как и он, из всех чаёв отдают предпочтение зеленому, радости его не было предела. Он с удовольствием попробовал чай маття, так и называл его потом – матя. Попробовать саке решили позже, боялись, что развезёт от крепкого напитка, а им нужно дотянуть до вечера. Хотя после еды сон навалился на них с новой силой, бороться с ним было всё трудней и трудней. Антон хотел уже на всё плюнуть и вернуться в гостиницу, но Арс убедил его, что если сейчас не перемучиться, то адаптация придет тогда, когда нужно будет уже возвращаться домой. - Крепись, мужик, завтра мне спасибо скажешь. - А сегодня мне хочется тебя придушить. Куда пойдем? - Смотреть Токио, конечно! Для начала сверху – с башни Tokyo Tower. Увидев город с высоты, они сонно впечатлились. Город был виден весь – от начала и до конца, а за ним полоска воды. Они устроились удобно у одного из проемов башни и смотрели молча на небоскрёбы Токио, на буддитские храмы, на птиц, пролетающих далеко внизу. Сделали круг, осмотрев город со всех точек. Потом спустились вниз и зашли, кто бы сомневался, в длинный торговый павильон, где Арс мог находиться часами. Пока тот стоял, наклонившись, над тем, что его заинтересовало, Антон ходил вокруг него и рассматривал японцев. Со стороны казалось, что он пританцовывает. Он делал два-три шага вперед, затем возвращался. У Антона, когда ему сильно хотелось спать, ломило ноги, и от этих очень острых и неприятных ощущений он мог избавиться только заснув. Или хотя бы постоянно переминаться с ноги на ногу, что помогало мало. Вот такая особенность организма - не страшно, но ломает. Он ходил за Арсом и видя его радостное лицо, терпел. Получалось плохо: - Арс. Отдам полцарства за 15 часов сна. - А я тебе другую половину за то, чтобы ты хотя бы ещё три часа потерпел. Вечером зашли еще в один ресторанчик, наелись вкусных куриных шашлычков и попробовали пиво, которое очень напоминало немецкое. После ужина Антон сказал, что если Арс сейчас еще куда-нибудь, не дай бог, подумает пойти, кроме как в постель, он за себя не ручается. Было восемь вечера и пытка отсутствием сна закончилась. Как они добрались до кровати, они помнили, а уснули в полёте – головы ещё не успели коснуться подушек. *** На следующее утро Арс положил перед Антоном лист бумаги, где тот увидел 20 пунктов с предложением сделать то-то и то-то. - Выбирай! Антон прочёл все пункты, 19-ый и 20-ый были без слов, там он увидел только точки. Антон сразу ткнул пальцем в эти два пункта. - Не знаю, что ты тут задумал, но начнём с этого. - Нет, - рассмеялся Арс, - 19-ый – бонус за хорошее поведение. К 20-му мы еще не готовы, нужно поймать волну, так что это в конце. Сейчас первые 18 пунктов. - Ну, тогда 1-ый. Десять дней пролетели быстро. Арс не давал расслабиться, он придумал такую программу, которой хватило бы на месяц, и они старались выполнить её по мере своих возможностей. Наглотавшись японской экзотики, Арс сказал, что они готовы к 20-му пункту и пригласил Антона на свидание... с гейшей. Тот удивился, не думал об этом. - И что мы там будем делать? Чёт я не особо горю. Арс настаивал: - Живем один раз, ты чё. В жизни нужно все попробовать. - Ну классно, да. Хорошо, что мы не в Таиланде, ты бы потащил меня на операцию по смене пола. - Пошли! Чайная церемония, музыка, разговорчики, танцы. Всё для нас, любимых. Ночь целомудрия и невинности. Гейша ж не юдзё. Или ты хочешь к юдзё? - Это что за зверь, твой дзё? - Юдзё. Девочки, для тела. - А гейши? - Для души. - Ла-адно. Уговорил. И то только потому, что хочу увидеть тебя на фоне этой фарфоровой живой миниатюры. Там разрешают фотографировать? Арс пожал плечами. Перед отъездом, в десятый день, Арс раскрыл 19-ый пункт – тест-драйв в салоне Тойоты, где Антон, обалдевший от радости, протестировал все машины, которые только можно было. Пожалел, что не дали попробовать болиды для гонок. Их можно было только рассматривать. Перенасытились впечатлениями так, что утром, перед вылетом, идти никуда не хотелось. Спали до обеда, готовясь к долгому перелету. Потом, собрав вещи, пошли последний раз поесть японской лапши. Зашли в тот же ресторанчик, где они ели в первый вечер, сразу после приезда в Токио, борясь со сном. Их заказ приехал к ним по ленте, которая медленно двигалась вдоль стола. Арс не сразу понял, что происходит. Сидя боком к Антону, вдруг почувствовал, что тот валится ему на плечо, роняя палочки на пол. Он повернул голову и, пугаясь того, что видит, схватил Антона за плечи. Его лицо надувалось как шар, белея и увеличиваясь в размерах. Губы опухали, занимая пространство от носа к низу подбородка и краснея как спелый помидор. Казалось, что сейчас кожа на его лице лопнет и забрыжжет все вокруг кровью. Арс закричал: «Врача! Doctor !! Ambulance !!!» Люди кинулись к ним, кто-то стал звонить в скорую. Помощь пришла быстро, и Арс молился всем богам, чтобы Антона спасли. Японские посетители ресторана дисциплинировано отступили от Антона, лежавшего на полу, а санитар, мягко взяв Арса за локоть, показал ему жестом, что тот должен отойти в сторону. Арс сделал шаг назад, уступая место врачу. Тот быстро осмотрел Антона, достал из чемоданчика шприц, и, прямо через ткань джинсов, сделал укол в бедро. Дал сигнал санитарам, которые уже разложили носилки рядом с Антоном и те, четкими, выверенными движениями, подхватили его и подняли с пола. Первый санитар накрыл его тонким золотистым покрывалом, второй нажал на рычаг и носилки поднялись вверх. Санитары быстро побежали к машине скорой помощи. Арс едва успел за ними, пробиваясь через толпу. Носилки уже загрузили в брюхо скорой. Врач начал крепить маску к лицу Антона и Арс заметил, что рука Антона шевельнулась. Он попытался запрыгнуть в машину, но санитар вежливо отстранил его и сказал: - No! И захлопнул двери. Понимая, что сейчас Антона увезут и он даже не будет знать куда, закричал так, что люди в страхе притихли. А полицейский, который стоял рядом, потянулся к кобуре, висящей у него под левой рукой. Арс выхватил из кармана бумажник и поднял две руки над головой, как бы показывая, что он не опасен. - Паспорт. Хиз паспорт. Полицейский взял документы и отдал их врачу. Машина тронулась с места и, включив сирену, понеслась по улице города. Поток машин раскрывался, делая коридор для скорой помощи и сразу же, пропустив, смыкался за ней. Арсений стоял парализованный от ужаса и смотрел на мигалки скорой. Вскоре они скрылись из виду, но он еще слышал удаляющийся звук сирены. Полицейский не отходил от него. Арс спросил, говорит ли тот на английском. К счастью, да. – У нас самолет скоро, мы сегодня должны вернуться в Москву. Что теперь делать? – Арс был полностью дезориентирован. - Это член вашей семьи? Он всегда боялся этого вопроса. Как будто знал, что однажды его зададут. И он в мыслях будет кричать «да», а голосом должен будет произнести «нет». - Это мой друг. Мы вместе путешествуем. Сегодня у нас самолет. Подскажите, что делать! - Если вы не член семьи, вы должны сесть в самолет и вернуться домой. За вашим другом здесь присмотрят. У него же есть медстраховка на такие случаи? - Да, конечно. - Страховая компания займется вашим другом, а вы спокойно возвращайтесь домой. - А как я узнаю, что с ним? - Обращайтесь в вашу страховую компанию. Арсению казалось что его головы недостаточно, чтобы вместить весь рой мыслей и вопросов. Голова взрывалась. А ноги отказывались его держать и он сел прямо там, где стоял. - Тох. Тох. Тох. Только живи. Ты только живи. Полицейский подошел к нему и помог встать. Они зашли в тот же ресторан, откуда пять минут назад увезли Антона. Полицейский буквально заставил Арса выпить воды и спросил с собой ли у него страховой полис, там должен быть номер телефона. Вода не помогла успокоиться, но вопрос о номере телефона привел его в чувство. Надо срочно связаться с кем-нибудь, кто запустит всю эту бюрократическую машину. - Интернет? Where is the internet here? Владелец ресторанчика показал ему на дверь, Арс быстро зашел туда и увидел компьютер. - Спасибо. – Арс готов был обнять этого человека. Открыл фейсбук. Стал быстро просматривать, кто онлайн. «Марго, миленькая, будь на связи, миленькая... Есть!» Переключился на английскую раскладку клавиатуры и стал быстро писать транслитом, путаясь в буквах. - Марго. У нас беда. Антона увезли в больницу. Меня к нему не пускают. Я не знаю, где он. Его увезла скорая пять минут назад. Нажал на стрелку «отправить» и продолжил набирать текст. - Самолет через 5 часов. Пишу с компа владельца ресторана, где мы обедали. Я в полной жопе. Мне сказали, что я должен лететь по времени, указанному в билете. - Пиздец. - Что там у нас с медстраховкой? Как это работает? Скажи, что я должен сделать? - Арс, что с Антоном?? - Я думаю, что приступ аллергии. Но какой-то очень жёсткий. - Кошмар. Не волнуйся за страховку. Я сейчас сразу этим займусь. Документы при Антоне? - Да, я сообразил в последнюю секунду и отдал врачу. - Отлично, теперь собери силы и отправляйся в аэропорт. Ты всё равно ничем там помочь не сможешь. - Ты в своем уме? Как, как я поеду? - Арс, держись. У тебя сейчас шок. Понимаю, но выбора у тебя нет. За Антона не беспокойся, он в смысле визовых дел в порядке - проблем не будет. А тебе надо ехать. - Да мне тут как будто яйца прищемили. Я с места двинуться не могу. - Арс, слушай меня внимательно. Антон придет в себя и его переправят в Москву сразу, как он сможет лететь. Страховщики не будут его там держать больше, чем нужно. Это деньги. А ты, если останешься там, нарушишь визовый режим, билет пропадёт, это будет ещё одна большая жопа. Потом Антон прилетит в Москву, а ты где будешь? Визовые проблемы решать? Всекаешь? Тебе надо лететь. Арс сидел перед компом и старался вникнуть в то, о чем писала Марго. - Мы не люди. И даже не винтики. Мы - хлам. - Сейчас не об этом нужно думать. Соберись. Когда у меня будут новости, я тебе сюда напишу. Езжай в аэропорт. - Я потом себе этого никогда не прощу. Ну как я его брошу? - Арс, ты его не бросаешь. Закон в этой ситуации не на твоей стороне. Завтра прилетишь в Москву, приходи сразу ко мне. Попробуем связаться с больницей. Я у страховщиков всё узнаю. Поговоришь с Антоном. Договорились? - Поговорю? – Арс зацепился за это слово, как за соломинку. - Конечно. Всё, ВСТАЛ – ПОШЁЛ !!! - Как что узнаешь, сразу дай знать. - Естественно. - Пока. - Пока. *** Арс вернулся в гостиницу. Открыл чемодан Антона, убедился, что ему будет во что переодеться после больницы. Сверху положил зарядку, достал из бумажника банковскую карту «Виза» и положил рядом. Быстро написал записку: «Тох, свяжись со мной как только сможешь. Я через пять минут двину в аэропорт. Прости.» Закрыл молнию чемодана и спустился на ресепшн. Объяснил ситуацию дежурному, тот взял чемодан и сказал, что поставит его в камеру хранения. Арс попросил ручку и крупными буквами написал на видном месте чемодана: «Anton Shastoon, Russia, Moscow» Сидя в поезде, который нёс его в аэропорт Нарита, он прокручивал в голове всё, что случилось в последние два часа и чувствовал себя предателем. Антон остается здесь. А он улетает. Система прогнула его как больного в приступе столбняка. Сердце едва билось. Оно сжалось еще в тот момент, когда Антон лёг ему на плечо, так и не разжалось с тех пор. Арсу казалось, что санитар, закрывая машину скорой помощи, зацепил его за кишки и те сначала тянулись веревкой за машиной, а потом лопнули, а он так и остался с открытым, распоротым животом и странно, что он ещё жив. При этом способен соображать и даже идет к самолету, садится в него и летит в Милан. «Блять. Почему я не могу быть рядом с самым близким мне человеком и знать каждую минуту что с ним? Как он? Очнулся? Ему лучше? Понимает ли он, где он и что с ним случилось? Ищет меня, а я, сука, в самолете, лечу домой, сука! Как ни в чем не бывало, сука, лечу домой. Я, блять, не семья?! А кто я тогда?! До Москвы и нормальной связи ещё хуева туча часов. И кто-когда мне скажет, что Антон жив и с ним всё в порядке?» Он вспомнил, как лицо Антона раздувалось у него на глазах и почувствовал вкус крови во рту. Арс зажал зубами внутреннюю часть нижней губы и раскусил её. Чёрт. Боль от укуса вернула его в реальность. Он надавил на кнопку вызова стюарта и, дождавшись, когда тот подойдет, попросил: - Vodka. Тот предложил: - Wisky. Арс показал два пальца. Промокнул бумажным носовым платком рот, крови не было. Ну хоть так. Провел языком по укушенной губе, вкус крови был, но она не вытекала из раны. Уже легче. Выпил виски из первого бокала залпом, как водку. Напиток, разливаясь по пищеводу и желудку, обжигал. Он взял второй бокал и стал пить мелкими глотками, избавляясь от привкуса крови и чувствуя, что голове становится легче. Он впервые смог глубоко вдохнуть и выдохнуть. «Ну вот, дожили. Без посторонней помощи наши организмы не способны действовать.» Сидел, закрыв глаза, и вспоминал маску на лице Антона, которая вкачивала в его легкие кислород и помогала дышать. Алкоголь немного расслабил мышцы Арса и он сначала забылся в какой-то болезненной полудрёме, а потом провалился в сон. Его разбудил тот же стюарт, который принёс виски. Арс открыл глаза и увидел перед собой еще одного человека. Тот показывал ему белую салфетку со следами крови и спрашивал по-английски, всё ли с ним в порядке. - Я – врач. Я могу вам помочь? Арс лизнул губу, она кровила. И, видимо, во сне, кровь полилась из уголка рта, что напугало пассажиров, сидящих рядом. Он поспешил уверить всех, что все в порядке, вытер рукой что-то мокрое на подбородке. Арс показал врачу укус на губе и тот сразу успокоился. Он понял, что кровь течет из этой раны. И пассажир вне опасности. - Но вы мне можете помочь, пожалуйста, могу я с вами поговорить? Врач вернулся на свое место, а Арс присел на пол рядом и объяснил, что случилось с Антоном. - Скажите, каковы прогнозы? Что нам ждать? - По вашему описанию очень похоже на анафилактический шок. Не видя пациента, нельзя сказать каковы прогнозы, мы не знаем, что сейчас происходит в его организме. В больнице должны сделать необходимые анализы. Если помощь оказали быстро, то скорее всего, всё обойдется. - А что значит быстро и какая помощь? - Первое что нужно сделать – положить человека горизонтально, ноги выше уровня сердца. Затем сделать укол адреналина. Ему наверняка сделали, когда приехала скорая. Его кололи? - Да, вот сюда. – Арс показал место у себя на бедре между коленом и животом. - Правильно. Укол помогает повысить упавшее давление, это снимает отеки гортани и человек может снова нормально дышать. И кислород, это тоже необходимо. - А как долго он будет приходить в себя? - Минут 20 после укола достаточно чтобы выйти из шока. Если не помогло, то сделают еще один укол. А потом нужно ждать несколько часов, его состояние должно стабилизироваться, за ним будут смотреть. Опасность в том, что после того, как человек приходит в себя, симптомы через несколько часов могут повториться. Поэтому хотя бы сутки он должен быть под наблюдением врачей. Потом, в принципе, сможет вернуться домой. Арс молчал. - Но это теория. Как на практике будет именно в вашем случае, время покажет. Организм молодой. Справится. Не беспокойтесь вы так. Он был в сознании? - Не знаю, он был без движения, но когда ему ставили маску на лицо, он шевельнул рукой. - Хороший знак. Значит адреналин начал помогать. - Спасибо вам. Арс вернулся на свое место и его паническое состояние стало ослабевать. Врач дал надежду. В миланском аэропорту он нашёл вайфай. Но никаких новостей, пусто. Прошло 17 часов после того, как Антона увезли. В Москве Арс будет еще через 6. Свихнуться можно. *** Антон открыл глаза и увидел больничную палату. Осмотрелся. – Как я тут очутился? Что со мной? К нему подошла женщина в униформе, что-то сказала по-японски. - Что я тут делаю? Где Арс? Который час? Никаких ответов, медсестра не уходила и ждала Антона, показывая ему жестами, чтобы он шёл за ней. Встал с кровати, вышел в коридор. Она подвела его к телефону и набрала номер. Сказав пару слов, передала трубку Антону: - Здравствуйте. Вы – Антон Шастун? - Да. А с кем я разговариваю? - Я переводчик, ваша страховая компания попросила меня объяснить ситуацию, в которой вы оказались. - Я слушаю, что случилось, где я? - Несколько часов назад у вас была очень сильная аллергическая реакция и вас отвезли в больницу. Сейчас с вами уже всё в порядке, но вам нужно будет там остаться еще немного. Затем вы сможете вылететь в Москву. - А который час? - Сейчас 9 вечера. - У меня самолет был в 7 вечера. - Да, мы знаем, в вашем паспорте нашли страховой полис и билет. Время вылета вам сделали открытым, когда вы сможете вылететь, вам сообщат точное время. - А человек, мужчина, который был со мной, он где? - Я не знаю о каком человеке идет речь. Вас привезли в больницу одного. - А когда я выйду отсюда? - Скорее всего завтра утром, если ночью не будет нового приступа. Завтра я снова с вами свяжусь, и мы обговорим дальнейшие действия. У вас есть ещё вопросы? - У меня масса вопросов, но, видимо, у вас нет на них ответов. Спасибо. - До завтра. На том конце отключились. Антон отдал трубку медсестре, которая всё это время стояла около него. И не знал что делать дальше. Вернулся в свою палату, сел на кровать и стал рассматривать обстановку вокруг себя. - Где Арс? Если бы я сюда не загремел, мы бы уже были в небе. Может быть он ждет меня... в гостинице? А где мой телефон? Почему меня привезли одного? Раньше у меня были аллергические реакции, но дальше соплей и слезящихся глаз не шло. А тут прям в больницу и я ни хера не помню. И где Арс? *** Утром с ним встретился социальный работник больницы и через того же переводчика передал информацию о времени вылета, о том, что ему продлили гостиницу ещё на сутки, он может там отдохнуть перед поездкой. Антон забрал бумажный пакет со своим именем, в нем он нашел телефон, который был разряжен, портмоне, в котором он с облегчением нашёл немного денег и свои документы. В городе он уже ориентрировался, поэтому без труда нашел гостиницу. На ресепшене ему выдали ключ и, попросив подождать, вынесли его чемодан. Он увидел на нём свое имя. Поднялся в номер, никого. Стал искать зарядку к телефону, открыл чемодан, нашел, рядом записка и карта «Виза». Прочел: «Тох, свяжись со мной сразу как сможешь. Я через 5 минут двину в аэропорт. Прости.» «Арс улетел?» Подключил кабель к телефону и к розетке. Дождался, когда телефон проснется. Зашел в мессенджер. - Арс. С тобой всё в порядке? Ты где? Я в нашем номере. Жив, здоров. Вылетаю вечером. Время тоже, что и вчера. Антон сидел на кровати и прокручивал в голове то, что с ним случилось. «Ничего не помню. Если Арс улетел вчера, то сейчас он где-то на подлете к Москве. Нужно дождаться, когда он сможет выйти на связь.» Телефон пискнул. - Антон, это ты? Я вижу тебя онлайн. Как, как ты? В двух словах, напиши. - Марго, да, меня выписали. Всё нормально. Ты в курсе, что происходит? Где Арс? - Господи, ну слава богу. Мы с Арсом вчера чуть коней не двинули. У тебя была очень сильная аллергическая реакция. Тебе вызвали скорую. Потом увезли. Арс вылетел в Москву. Сейчас он прилетит и сразу с тобой свяжется. - Ок. - Страховщики сообщили уже дату вылета? Где ты сейчас? - Ну.. номер в гостинице за мной сохранили до вылета. Вылетаю в 19 часов. Чувствую себя нормально. Пойду поем что-нибудь. Голодный как волк. Потом в аэропорт, чё тут сидеть. - Как же я рада, что всё обошлось. - Ну да, я тоже. - Увидимся в Москве. - Увидимся. Антон принял душ, переоделся в то, что нашёл в чемодане, отдал ключи на ресепшене, сказав, что не вернется больше в номер, и пошел в Макдо, чтобы уж наверняка – картошка фри, чизбургер, зеленый чай. От этого не шарахнет. Потом отправился в аэропорт. Нашёл вайфай. Сообщение от Арса, отправлено полчаса назад: "Только что сели. Я в Шереметьево." - Арс. - Тох. - Как ты? - ТЫ КАК? Где ты сейчас? - Жив-здоров. В аэропорту. Они сидели, оба - один в Москве, второй в Токио, смотрели на мигающий курсор каждый в своем телефоне и разговор просто не клеился. Арсению казалось, что он выполоскан до последней клеточки своего организма. Получив сообщение от Антона и узнав, что тот летит домой, сел в зале прилетов и сидел не двигаясь. Антон, выйдя из одного шока, попал в другой – сидеть чёрти где, одному, «тут помню, тут не помню»... Что за йоб твою мать? - Ты здесь ещё? - Да. Как две пустых бочки. - Арс. Поезжай домой. Завтра увидимся. Арс смотрел на свой телефон и понимал, что любая буква, любое слово, любая мысль, которая могла придти ему сейчас в голову, и он бы написал её Антону, будет блеклой, лишенной смысла и не передаст и капли того, что он чувствовал. Этот совершенно нетипичный для них разговор додавил в нем всё то живое, что еще оставалось. Антон был потерян, выжат, его напичкали чем-то в больнице, он провёл бессонную ночь, впереди долгий изматывающий полет, неестественно молчаливый Арс – в голове пустыня. «Господи, как же я хочу домой.» - Арс, езжай. Со мной всё в порядке. Правда. - Тох. Завтра встречу тебя. - Отключаюсь. - Обнимаю. - Я тоже. - До завтра. - Да. *** На следующий день Арс стоял в толпе ожидающих прилета и смотрел поверх голов пассажиров, выходящих из ворот багажного отделения. Вот он! Голова Антона мелькнула вдали и, исчезнув на секунду, снова появилась: Антон взял чемодан и пошел на выход. Он тоже сразу увидел Арса и подошел к нему. - Арс, домой. Я хочу домой. - Конечно. Они молчали всю дорогу, прижимаясь друг к другу руками, плечами, кистями. Вокруг было слишком много людей, шума, движения. Все это отдавалось в голове болью. Хотелось тишины. Такой, как были они сами. Ни эмоций, ни слов. Когда дверь квартиры за ними закрылась, Антон лег спиной на дверь и прижал к себе Арса. Арс чуть отстранил голову, чтобы они могли видеть друг друга. Шаст: - Арс. Арс: - Тох. Шаст: - Прости, что напугал тебя. Арс: - Ты жив, здоров и ты здесь. Все остальное фигня. Шаст: - Нет, не фигня. Замолчали. Шаст: - Как ты... смог... уехать? Арс набрал воздух в легкие и дернулся. За спиной мертвой хваткой сжались руки Антона. Он обмяк, посмотрел на Антона, положил подбородок ему на плечо. Арс: - А я и не смог. Меня смыло. Как сломаное дерево. Щепку. Сначала толпа зевак, которая отрезала меня от тебя и я едва успел к машине скорой. Потом санитар, который сказал мне сухое, противное «No!» и закрыл дверцу у меня перед носом. Я... не стал качать права, видя как тебе качают кислород и счёт идёт на секунды. Потом полицейский, который положил руку на кобуру, когда я полез в карман за твоими документами. Еще раз этот же полицейский, который талдычил про то, что я могу спокойно... споко-о-ойно лететь домой. Марго, которая орала на меня буквами, что закон не на моей стороне. Цунами. Цу-на-ми. Вот так оно смывает всё на своем пути. И ты больше не человек - мусор. Они стояли, молчали и не хотелось шевелиться. Антон: - Знаешь куда мы поедем в следующий раз? – прижался губами к макушке Арса. Пауза затягивалась. Арс: - Догадываюсь. Шастун: - И..? Ты согласен? Арс закачал головой, кивая: - Да, Антон, да. С прерывистым шумом потянул носом воздух. Шастун: - Иди ко мне, – подвинул щекой лицо Арса к своим губам. - И я - да. Арсений. *** Через год они поехали в тур по Скандинавии, где первой страной значилась Дания.