Мандаринка

В стрессовых ситуациях Марина всегда первым делом вспоминала старые анекдоты. Моргая и крутя головой в попытках понять, куда делся стол и стул, на котором она сидела, девушка заметила лежащего на земле мужчину. «Мужчинка! Ничей! Такси, такси!» — мигом всплыло в пьяной голове. Но через секунду она поняла — из-под странного шлема (странного? Она же смотрела на днях последнюю серию популярного в последние дни сериала «Мандалорец»!) по шее и грудной пластине брони течет струйка крови. Да и сам шлем выглядит помятым, будто его несколько раз со всей дури приложили чем-то металлическим. Поэтому первой протрезвела не Марина — первой протрезвела ее клятва Гиппократа. Ее буквально бросило на колени. Руки, не спрашивая совета у пьяной и хихикающей головы, ощупали шею, проверяя пульс — слабый, но есть — и попытались ощупать грудную клетку. Мятая броня не дала этого сделать — не определить, сломаны ребра или нет. Марина, трезвея буквально на ходу, рефлекторно полезла в подсумок бойца — на курсах медсестер, которые студентка медвуза прошла буквально несколько недель назад, до автоматизма заставили зазубрить, где именно солдаты носят свои индивидуальные медпакеты, которые рекомендуется использовать в случае отсутствия сумки первой медицинской помощи. Поэтому Марина не сразу удивилась, выудив из подсумка жестяную коробочку, крайне напоминающую классическую аптечку. Потом только мозг опомнился, пискнув: «Ты же явно не на Земле!» — но Марине было не размышлений о том, где она и почему на чужой планете медпакет именно там, где она ожидала его найти. В медпакете все препараты были на незнакомом языке, но шприц с автоматическим впрыскивателем был так похож на классический солдатский шприц адреналина, что Марина, буркнув себе под нос: «Ну, вряд ли тут яд…» — без колебаний нащупала на шее бессознательного парня артерию и поднесла шприц, собираясь вкатить дозу. Игла выстрелила автоматически, стоило поднести шприц к шее. И через секунду лежащий бревном, явно бессознательный человек подорвался и взвился на ноги, обведя пространство вокруг безумным взглядом — лица из-за шлема видно не было, но Марина легко его себе дорисовала в голове. «Мандалорец!» — восхищенно подумала она, позволив себе плюхнуться на задницу в грязь. «Красавец мужчина!». Он рявкнул какую-то отрывистую фразу, явно вопрос, но это точно был не английский. Марина уже было хотела покачать головой, но кулон неожиданно промурлыкал вполне приятным баритоном: — Ты кто?! — Ой, это что, переводчик?! — Ошарашенно опустила голову вниз девушка, взяв пальцами безделушку, завещанную ей матерью. Кулон тут же что-то намурчал на том же языке, на котором говорил мужчина. Мандалорец буркнул — кулон почти сразу же начал транслировать на старом добром русском — начиная слегка покачиваться: — Это штатный переводчик! Не видела, что ли? Ну! Ты кто? Назовись! — Мандарина, — икнула девушка, не вовремя подумав, что мандалорец и мандарин — очень похожие слова. — Ой, то есть Марина… Почему-то отчетливо представилось ошарашенное лицо мандалорца, который хлопает глазами, пытаясь понять, оскорбляют его или у девушки правда такое имя. Впрочем, колебался мужчина всего секунду: — Ты врач? — выдавил он. — Помоги до корабля добраться, пока опять не отключился, я заплачу… — Да… То есть, я… — Но договорить девушка не успела, мандалорец мотнул головой и рывком поставил ее на ноги, выдернув из грязи. — Пошли. Несколько минут они шли рядом, потом мужчина начал запинаться и шататься и Марина, мысленно хлопнув себя ладонью по лбу, подхватила его руку и перекинула через свою плечо. Тот попытался отстраниться, но девушка снисходительно хмыкнула: — Дотащу, не волнуйся. Мандалорец фыркнул и слегка навалился на нее. Конструкция из одной хрупкой девушки и одного инвалида зашаталась. — Погорячилась! — Признала Марина. — Пошли… Недалеко… У меня Лезвие бритвы… — Да знаю я, — буркнула Марина. Мандалорец слегка повернул к ней шлем и фантазия девушки отказалась дорисовать его лицо в этот момент — то ли интерес, то ли задумчивость, то ли он просто шевельнул головой, разминая шею. С каждым шагом мужчина тяжелел все сильнее и сильнее, вскоре Марина почти тащила его, заставляя его делать каждый новый шаг. — Давай, давай… Уже немного, еще чуть-чуть… — Бормотала девушка, не особо понимая, что именно несет. — Еще чуть-чуть… Вид корабля на посадочной площадке едва не заставил саму Марину грохнуться в обморок от облегчения. — Не… Снимай… Шлем, — прошептал Мандалорец, перед тем, как окончательно отключиться. Марина матюгнулась — даже вслух — и потянула мужчину к его кораблю, не собираясь прислушиваться к его словам. Перебьется. Умирать в шлеме или жить без него — для Марины выбор был очевиден. На ее личном кладбище врача еще не было ни одного трупа — и этот самоубийца в кастрюле не станет первым!