Искушённость неизведанным.

      Раннее утро. Солнце пробивается первыми лучами в окна обеденной комнаты, в которой помимо меня находятся три дамы разного возраста. И в блаженной тишине раздаются лишь редкие стуки приборов о посуду. Дверь тихо, без скрипа, открылась, пропуская Виля. Помощник тенью скользнул ко мне, наклоняясь к уху, и зашептал на грани слышимости.       - Препроводи их в кабинет. Пусть ждут. Можешь подать им чай, - вполголоса отвечаю, откладывая приборы в сторону, когда с рыбным филе было покончено. Виль неслышно уходит, а рядом тотчас появляется служанка, чтобы заменить грязную тарелку на блюдо с тройкой пышных оладий, политых сверху вишнёвым сиропом. Рядом сидящая Милиль заметила десерт и в два укуса прикончила свою порцию горячего, быстро утирая рот тканой салфеткой и с нетерпением оглядываясь на служанок.       - Могу ли я поинтересоваться, какие гости в столь ранний час решили посетить тебя, дорогой племянник? - отпив из кружки чай, спрашивает тётушка Вайи, пока перед ней ставят десерт. Сейсиль пыталась не отставать от своего патрона, намеренно или нет, стараясь подражать даже в таких мелочах, как темп поглощения еды. Вот только, когда дело доходило до сладкого, подростку тяжело давались ограничения.       - Могу сказать, что это дела семейные. Не беспокойся, тётя, тебя это никак не коснётся, - со слабой улыбкой произношу, не переставая орудовать вилкой и наслаждаться едой. В этом мире нет химикатов в продуктах питания, и потому необходимо приложить немало усилий, чтобы приготовить что-то особенно вкусное и не пресное, и оттого удавшиеся блюда становятся более изысканными на пробу.       - Ты решил дело с будущим супругом? - правильно поняв мой ответ, переводит тему, аккуратно, с аристократическим изяществом пользуясь приборами.       - Мне удалось переговорить с Алертом Вольфом, остальные после короткого личного знакомства не подошли под критерии моего отбора. Господин Алерт дал согласие подумать над моим предложением и сообщить свой ответ в течение двух дней.       - Было бы очень хорошо, чтобы он не отказался. Прошлым вечером я немного поговорила с Чаре, когда мы были в её поместье, о личности этого верховного мага. Подруга отзывается о нём довольно двояко: с одной стороны он грубый мужлан без какого-либо тяготения к общественной жизни, с другой - заслуживающая уважения личность.       - Одним словом - простак, - подвожу итог, на что женщина снисходительно кивает.       - И от этого я нахожусь под впечатлением, ведь ему удалось выжить и прочно занять своё место среди столичных аристократов. И я могла бы помыслить о его матери или брате, однако те, судя по всему, больше заняты собой или друг другом, часто оставляя господина Алерта в стороне.       - Миссис Вольф приходится господину Алерту мачехой, поэтому я не удивлён такому её отношению. Что же до его брата, графа Вольфа, то он довольно неприятный в своих интересах человек, в некоторой степени, полная противоположность господину Алерту. Что ж... - тихо выдыхаю, откладывая вилку в сторону и отпивая из кружки травяной чай. - Мне пора. Скорее всего, теперь я смогу освободиться только к обеду. Милиль, - оборачиваюсь к малышке, которая за обе щёки уплетает свою порцию оладий. - Сегодня я уже не смогу с тобой позаниматься, поэтому можешь считать этот день отдыхом от учёбы.       - Если ты не против, племянник, я могла бы взять девочку с собой. Сегодня мы с Чаре решили прогуляться по магазинам. Уверена, Милиль пойдёт на пользу общение с дамами и некоторое прививание женской моды.       - Только если её няня отправится с вами, чтобы приглядеть.       - Несомненно.       - Ты хочешь поехать с бабушкой Вайи и её подругой за покупками? - обращаюсь к ребёнку, а со стороны герцогини тотчас полыхнуло трепетом. Несмотря на всю холодную чопорность, а тема внуков хватает тётушку за живое, почти заставляя терять всякий контроль. Что я точно успел узнать о родственнице, так это о её болезненном чувстве одиночества и бессознательной тяге к семейному теплу.       - Ум! Я согласна! - быстро покивала Милиль на мой вопрос, сверкая зелёными глазищами и не переставая лопать десерт.       - Тётя, если Милиль что-то захочет купить, то позже я верну тебе потраченные средства.       - Дорогой племянник, неужели ты думаешь, что я не в состоянии один раз побаловать свою... внучку? - с налётом праведного оскорбления спрашивает герцогиня. От Сейсиль потянуло колким чувством ревности; она поджала губки и сильнее прихватила ушко чашки. Не натворила бы эта девица дел...       - Хорошо. Тогда я оставляю Милиль на сегодня под твой присмотр. Мне пора, - поднимаюсь, целую детскую макушку в знак прощания и отправляюсь на выход.       В кабинете было тихо, как в склепе, и даже яркие лучи солнца не могли разогнать то напряжение, что нависло над головами пятерых визитёров, закутанных в серые плащи с глубокими капюшонами. Виль подал им чай, но они явно не прикоснулись к нему, замерев в креслах в полном молчании. Мой помощник находил эту картину достаточно странной, чтобы это отразилось на его лице хмуростью, хотя обычно он являл собой пример непоколебимого бесстрастия.       - Выдохните, - вполголоса протягиваю, обходя их сбоку и устраиваясь в своём рабочем кресле. - Виль, ты свободен. Никого к нам не пускай, можешь даже замкнуть дверь. Остальные гости, если будут таковые, пусть ждут в общей гостиной, - помощник коротко поклонился и тихо выскользнул за дверь, откуда следом послышался щелчок замка.       - Смотрю, первыми пришли последователи Алкея, - подвожу итог своим коротким наблюдениям. Пятёрка стянула с голов капюшоны, под которыми оказались две женщины и трое мужчин среднего возраста, с ухоженной внешностью, но чёрными завитками письмён и символов в виде татуировок по всей области кожи, включая лицо, уши и даже скальп. До боли родной вид.       - Старейший Карнас, прошлым днём мы обговорили последовательность посещения вас. Сегодня это будем мы и - после обеда - последователи старейшего Триария. Завтра днём - две оставшиеся группы, - с почтением взяла слово одна из женщин, с которой мне довелось прошлым днём перекинуться парой слов.       - Разумно. Тогда начнём без промедления, - закрываю глаза, откидываясь на спинку кресла. Пятёрка последовала примеру, заодно полностью открываясь передо мной на уровне ментала, снимая все защитные блоки. Энергия вокруг меня выплёскивается наружу, в сети захватывая пять аур. Мгновение, и мы вшестером предстаём во мгле, среди которой только наши души сияющими дымками распространяют вокруг мягкий свет. Оглядываю более тщательно каждого из членов Ордена, внимательно проверяя печати, что позволяют им переходить из жизни в жизнь, сохраняя память и постепенно наращивая ментальную силу. Пятёрка душ иногда вспыхивает иными цветами от испытываемых чувств или вздрагивает, когда я оказываюсь особенно близко.       - Начнём по убыванию, - сообщаю им на уровне ощущений, нежели словесно. Четверо тут же заключаются в клетку с полупрозрачными "стеклами", а оставшаяся душа затрепетала, когда вокруг нас всё вспыхнуло яркими красками и потянулись ленты чужих воспоминаний.       - Я хочу посмотреть твой последний закат, - оборачиваюсь в сторону, где среди движущейся летописи жизни раскрывается зазор для чёрного куба. Он подплывает ко мне и по щелчку распахивается цветком, предоставляя мне на обозрение свёрнутую цветную ленту. Протягиваю часть своей души к ней и чётко отыскиваю последний день жизни этого члена Ордена в прошлом мире. Всё оказывается весьма безобидно: женщина умерла в глубокой старости в стенах нашего Дома, и присутствующие там соратники мирно проводили её к новому рассвету. Щелчок, и я выныриваю из чужих отрывков воспоминаний. Лента сворачивается, и куб возвращает себе прежний вид.       - Теперь поглядим, что ты успела натворить в этом мире, - отмахиваюсь от куба, позволяя ему отправиться на прежнее место, и обращаю внимание на неторопливо кружащиеся кадры вокруг.       Спустя несколько часов я выныриваю из мира ментала, ощущая лёгкую усталость. Зрение постепенно возвращает себе чёткость, как и приходит осознание действительности окружающего пространства.       - За прежний проступок ты был наказан, - произношу в голос, разминая пальцами переносицу, и все понимают, к кому я обращаюсь. - Но с этого момента здесь я. Это понятно? - перевожу взгляд на бледную молодую женщину. Она сглатывает и кивает. Теперь, как ответственное за наказания лицо, я не позволю другим членам Ордена брать на себя эту ответственность. Один из этой группы ранее руками старшей был наказан за нарушение закона Ордена, но теперь всё иначе. И провинившийся заметно расслабляется, в мыслях радуясь, что я не стану повторно рассматривать старый вопрос.       - Вы можете быть свободны, - поднимаюсь из-за стола и направляюсь на выход. Время близилось к обеду. Виль, словно заранее почувствовав, торопился встретить меня.       - Какие-нибудь новости? - спрашиваю на выдохе, невольно облизывая пересохшие губы.       - Иных гостей не было; герцогиня Балара до сих пор не вернулась; в обеденной накрывают на стол.       - Хорошо. Проводи их на выход, и присоединяйся за обедом, - киваю головой за спину и ухожу.       Через два дня я закончил разбирательства с Орденом, прошерстив память каждого из них. Парочке пришлось сделать выговор, но и слов хватило, чтобы они впали в трепетный ужас. Никогда не разделял этой их тяги к демонизации меня.       Настал третий день, который я начал с обычного ритуала в виде получасовой разминки, посещения ванной и подборки гардероба на день. Прошёл спокойный привычный завтрак в обществе тёти Вайи, её воспитанницы и Милиль. Отправив племянницу подготавливаться к утренним занятиям, навестил Эйси и Шера в детской, справился у нянек об их здоровье и посоветовал чаще выводить детей на свежий воздух в полуденное время, пока тёплая осень располагала к прогулкам. В это время дети ещё спали, но их ауры переливались здоровьем, так что я спокойно оставил их в покое и отправился заниматься бумагами в кабинет, заодно следя за старшей племянницей, которой за моим столом было выделено отдельное место, чему она была довольна.       Через пару часов показался Виль со служанкой, которая принесла чай и десерт. Милиль с облегчением оторвалась от книжек и бросилась к дивану с низким столиком, который принялись накрывать к чаепитию.       - Маг объявлялся? - спрашиваю, поднимаясь с кресла и проходя к племяннице. Служанка коротко поклонилась и быстро ушла, закрывая за собой дверь, а мы с Вилем присоединились к ребёнку.       - Нет. Сегодня уже третий день, если не считать тот, когда вы переговорили с господином Алертом, - расслабившись в кресле и подхватив наполненную ароматным чаем чайную пару, ответил помощник.       - Тогда мне стоит напомнить ему.       - Не будет ли это казаться слишком навязчивым? Он может подумать, что у вас нет иного претендента на роль старшего...       - Боишься, попробует воспользоваться? Не выйдет. Если не замужество, то я могу просто перебраться с детьми к герцогине Баларе. Теперь, когда оказалось, что принцесса Амелла - одна из членов моего Ордена, то мне не составит труда получить разрешение на выезд и без использования сил внушения.       - Верно. Никак не могу свыкнуться с этой мыслью...       Наведаться в гости к Алерту Вольфу я решил сразу после обеда. К счастью, мужчина не последний человек в столице, и его дом найти не составило труда.       Дверь двухэтажного кирпичного строения нам открыл пожилой дворецкий. После короткого разговора там же, на пороге нам сообщили, что Алерт Вольф не проживает в столичном поместье вместе с остальными членами семьи, а со своими детьми живёт за чертой города. Старик предпочёл не вдаваться в подробности проезда к магу, а попытался выведать наши личности, однако к его несчастью всё необходимое быстро нашлось в его памяти, поэтому без ответов я попрощался и вместе с Вилем отправился обратно к экипажу.       - К посёлку Верхотур. Предупреди, когда будем подъезжать, - сообщаю вознице; угрюмый мужик кивнул и взялся за поводья, дожидаясь, когда мы заберёмся в карету.       Остановку мы совершили на подъезде к посёлку. Виль отдал серебряный в качестве платы за доставку, и мы шагнули по песчаной дороге в сторону огороженного низким забором посёлка.       - Почему вы предпочли пройтись пешком? - спрашивает Виль.       - А почему бы не насладиться прогулкой в столь чудную погоду? - с лёгкой улыбкой отвечаю вопросом на вопрос. По высокому небу плыли пушистые облака, тёплое солнце стояло в зените, а лёгкий свежий ветерок время от времени пробирался под полы плаща.       Посёлок Верхотур был не таким простым, как могло бы показаться. Это место отличалось опрятностью и спокойствием. Уже на подходе мелкий гладкий камень, по-другому - галька, стелился ровным слоем по ширине всей главной дороги, а сразу за распахнутыми настежь воротами по бокам начинался тротуар из коричневой плитки. Дома имели разную площадь, какие-то одноэтажные и длинные, какие-то компактные двухэтажные. По мере нашего хода нашлось и трёхэтажное деревянное строение с вывеской над дверью, на которой была нарисована кровать. У некоторых на участках имелись сады с различными растениями, не обязательно цветами или плодовыми деревьями, иные же ничего не выращивали, оставляя пустые клочки, заросшие мелкой травой. Всё вокруг говорило о хорошем доходе местных, этот посёлок просто нельзя было сравнивать с теми, в которых жил простой народ. Прогуливающиеся здесь люди относились к представителям, как минимум, среднего класса. Нельзя было найти оборванцев-воришек или бездомных, как и пьяниц со шлюхами. Главная дорога вела к центру, в котором расположился базар вокруг затейливого трёхметрового строения в виде полупрозрачной сферы с какой-то пузырящейся в ней бледно-зелёной жидкостью окружённой лентами серебристой стали. Голоса людей сливались в гомон, и нам с Вилем пришлось отойти в сторону, чтобы не попасть в "живой" поток. На удивление, здесь нашлось немало покупателей. Гонимый интересом, после короткого осмотра я двинулся вперёд, чтобы пройтись вдоль рядов и пронаблюдать, что же такого интересного можно было найти на местном рынке. Зону продовольственных товаров я лишь мельком осмотрел, задержался дольше на паре лавок, предоставляющие книги, чаще магического содержания, и уделил внимание сектору готовой продукции местных жителей, подавляющее количество которых являлись магами.       Итак, по прошествии часа, утолив свой интерес, я отправился в изначально намеченную точку нашего пути. Дом Алерта Вольфа оказался довольно просторным, двухэтажным в форме буквы "Г" с садом в передней части и окружённым деревянным забором по пояс высотой с колокольчиком на калитке и мощными защитными экранами, не позволяющими незаметно проникнуть на частную территорию. Ярко светило солнце, и единственное, что можно было увидеть в окнах - нечёткие очертания штор и тюля. Прихватив колокольчик за язычок, пару раз дёрнул, но ожидаемого тонкого перезвона не последовало, как и любого другого звука.       - Возможно, никого нет дома? - спрашивает Виль, когда я сделал шаг назад, и окружающую тишину никто не спешил нарушить. Дом находился в отдалении от центра посёлка, и окружающие строения напоминали тихий жилой район, где гости - явление редкое.       - Я бы тоже так решил, если бы не ощущал живых по ту сторону барьеров, - в задумчивости отвечаю, пряча руки в карманах плаща. Сердце отбило несколько ударов, и в голову пришла мысль повторить манипуляцию с колокольчиком, когда входная дверь распахнулась и выпустила среднего возраста женщину. Пока она спускалась по деревянному крыльцу и приближалась к нам по вымощенной серым камнем дорожке, я быстро оглядел её. Тёмные волосы собраны в пучок, на лице ни грамма косметики, лёгкая полнота и скромное платье из хлопка с передником на поясе. Женщина никак не была похожа на няньку или экономку, скорее, её вид полностью подходил бы кухарке.       - Доброго дня, гости. По какому поводу прибыли? - спрашивает, остановившись по ту сторону калитки, и внимательно вглядывается в наши лица.       - Доброго дня. Хотелось бы встретиться с господином Алертом. У меня к нему важное дело, - беру слово. - Прошу, передайте, что прибыл Мисцхаф Атемас, с которым он договорился о встрече на днях, на балу дебютантов.       - Мм... Хорошо, сейчас передам, - с заминкой кивает и уходит. Нас даже не пригласили войти...       Спустя время на пороге дома показывается сам его хозяин, одетый в рубашку с закатанными до локтя рукавами и бурого цвета штаны и обутый в тёмные мягкие тапочки. На голове - воронье гнездо, а в глазах - лёгкое недоумение.       - Не думал, что придёшь за ответом после посещения принцессы, - выдаёт, быстро дойдя до калитки и распахнув ту в приглашающем жесте. Входим с Вилем.       - Не понимаю, о чём вы, - скольжу по нему взглядом и без лишних слов отправляюсь к двери. Заходим в дом. Тепло и сухо, а в воздухе - едва уловимый запах выпечки.       - Разувайтесь и верхнюю одежду вешайте в шкаф, - совсем не гостеприимно басит Алерт у нас за спинами и уходит в соседнюю комнату. Виль в первую очередь подаётся помочь мне, но я только поднимаю раскрытую ладонь, отказываясь. Спустя пару минут нахохлившийся маг возвращается и кивает мне на лестницу, ведущую на второй этаж. Проходя мимо двух арочных выходов, слева успеваю разглядеть удобно обставленную гостиную, справа - просторную игровую для детей. На втором этаже мы далеко не уходим, скрываясь за первой в длинном коридоре дверью, за которой оказывается кабинет. Диван у стены, пара удобных кресел перед хозяйским рабочим столом и заполненным книжным шкафом за ним. Алерт усаживается в своё кресло, кивая нам на два других, и некоторое время копается в выдвижных ящиках, шурша бумагами. Устраиваюсь с удобством и взглядом показываю Вилю, чтобы тот занял место рядом, а не стоял истуканом за моим плечом. Мужчина напротив, наконец, вытаскивает на свет тонкую папку и кладёт ту перед собой, после чего откидывается на широкую спинку кресла и закидывает ногу на ногу, с твёрдой уверенностью и самообладанием скользя по мне взглядом.       - Как тебе знакомство с принцессой? - вдруг спрашивает после недолгого зрительного контакта.       - Ваш вопрос что-то подразумевает под собой? Если вы объясните, в чём дело, я отвечу более полно.       - Принцесса Амелла редко когда приглашает к себе новые лица. Но если это случилось, то значит, отныне этот человек полностью её. Исключений ранее не бывало. Мне неизвестно, о чём она разговаривает с вами, но одной встречи хватает, чтобы человек начал меняться. Как и его мнение о принцессе, даже если такового ранее и не было вовсе. Словно попадает под влияние.       - Ментальное влияние на сознание? - приподнимаю бровь, и по дрогнувшему прищуру понимаю, что попал в цель. - Она этого не станет делать в подобных масштабах. Дело в том, что все, кто с ней встречаются, заранее с ней знакомы - не более. Скажем, как если бы вы вели переписку с незнакомцем, а потом вам вдруг открылось бы, что это принцесса. Можете воспринимать это именно так.       - Я бы не хотел, чтобы одна из её собак находилась рядом со мной и моими детьми, - с открытым неодобрением отвешивает жирный намёк.       - О, теперь я понял, к чему вы ведёте. Не беспокойтесь, после той встречи я не воспылал к ней подобострастными чувствами. Хотя некоторая связь между нами всё же имеется, но та, скорее, чисто деловая. О большем рассказать не могу - не в тех мы с вами отношениях, - развожу руки, держа локти на подлокотниках и слабо улыбнувшись.       - Понятно... - вздыхает, отводя взгляд вниз, и в задумчивости отстукивает пальцами по дереву подлокотника.       - Как я понимаю, вы решились подумать над моим предложением, - протягиваю, подталкивая в нужном направлении.       - Я обдумал все твои требования, - решительно кивает и открывает папку, из которой вытягивает лист и подталкивает к моему краю стола. - Здесь мои. Но прежде я всё-таки хочу узнать, что тебя связывает с принцессой, - пристально вглядывается в мои глаза и задерживает пальцы на листке, словно ставя на распутье дорог. Вздыхаю, мысленно коротко взвешивая все "за" и "против".       - Хорошо. Поверите вы мне или нет, но единственное, что нас с принцессой связывает - это факт того, что в моей власти следить за её делами и за проступки наказать или убить, чему она противиться не станет, - простодушно отвечаю и жду реакции.       - Пацан, ты понимаешь, насколько абсурдно это звучит?