Искушённость неизведанным.

      За окном искрились снежинки, падая редкими хлопьями с неба, заполненного кучевыми облаками с проглядывающим из-за них небесным светилом. Вдоль дороги сильными махами работал метлой мужик в тулупе и кожаных сапогах, время от времени нахлобучивая шапку, которая норовила сползти с наклонённой головы. Мимо него проносились кареты, пассажирские сани и гружёные повозки, а по тротуару пробегала малышня, чопорно вышагивали господа с тростями или незаметными тенями проскальзывали служки.       - Молодой господин, письмо от герцогини Балары, - прозвучал сухой голос Виля за спиной. На мгновение задержавшись на виде по ту сторону стекла, обернулся. Передав опустевшую чайную пару, принял свёрток. Развернул, вчитался.       - Метель в соседнем городе вынуждает их задержаться на несколько часов, так что прибудут не к утру, а ближе к вечеру завтрашнего дня, - коротко излагаю суть написанного, сворачивая кусок бумаги.       - Они ж в Хартиге, - хмыкнул Алерт, в это время ковырявшийся в зубах зубочисткой, которые мне пришлось приказать изготовить ради того, чтобы только не видеть, как будущий супруг после очередного приёма пищи чисто по-варварски лезет в рот мизинцем или вилкой. - Там стоит телепортационный круг. Подкинули бы пару звонких местному чинуше да тут бы уже были.       - Со слов градоправителя круг этот сломан на данный момент. А приближающуюся метель лучше переждать за стенами города, нежели застать в степи.       - Кто там с твоей тёткой, если даже самый дряной магщит сможет защитить от сильного ветра? - пророкотал в не лучшем расположении духа Алерт и отбросил своё орудие на стол, с которого в этот момент слуги споро убирали посуду после проведённого обеда, к слову нисколько не успокоившего вояку, этим утром прошедшего первый сеанс по возвращению утраченной конечности, что при всей имеющейся разновидности магии и болеутоляющих, оказалась весьма болезненной. Накачиваться до состояния "овоща" Алерт отказался и теперь страдал от раздражающей ноющей боли.       - Давай я схожу, - громко прозвучал грубый женский голос со стороны дверей, в которые широким шагом под звон ножных и ручных золотых браслетов вошла смуглая бритая на лысо Магна. - Покажите на карте, где это, и через пару минут эта "тётя" будет тут. Интересно посмотреть, кто это там себе в племянники заимел моего старшего брата.       - Да, - хмыкнул с неприкрытым сарказмом Алерт со своего места. - Пусть за герцогиней соседней страны в укреплённую цитадель среди зимы припрётся кучка полуголых магов на рожу дикари-головорезы.       - Кто-кто, зятёк? - недобро сощурилась Магна.       - Алерт прав. Я напишу письмо тётушке, а вы высадитесь за пределами стен и, как нормальные цивилизованные люди, попроситесь внутрь через главные ворота. И наденьте хоть плащи приличия ради. Это не наш прежний мир, где не только на пляже можно было увидеть полуголых людей, здесь - дремучее средневековье с его собственными правилами и нормами морали.       - Старший брат, - чуть не захныкала эта почти-нудистка, но от меня получила лишь безразличный взгляд. - Ладно. Поняла. Позови, как закончишь с записулькой, - резко развернулась на пятках и ушла прочь. Перевожу взгляд на Алерта.       - Я могу сделать так, что ты перестанешь испытывать боль.       - Как? Вырубишь меня или заставишь пускать слюни в потолок?       - Нет, - возвращаю кусок бумаги Вилю и плавным движением руки отправляю того прочь, а когда за помощником закрывается дверь, как и за служанками - другая, и мы остаёмся с будущим супругом наедине, приближаюсь тихим шагом по мрамору пола.       - Мне придётся немного повозиться в твоих мозгах, чтобы отключить чувствительность нервов левой руки. Кропотливая работа на несколько минут, но ты перестанешь мучиться до следующей процедуры, - приближаюсь почти впритык, и Алерт берёт меня за руку, вынуждая усесться верхом к нему на колени, упершись спиной в ребро столешницы.       - Не нужно. Я, наконец, хоть что-то ей начал чувствовать, - вполголоса произносит и оглаживает ладонью мою скулу и висок, отводя в сторону прядь распущенных волос, кольцами завивающихся на концах.       - Я тебя понял, - киваю, глядя в горящие алые глаза боевого мага, пышущего силой и жизнью. - Готов к гостям? Не знаю, как с твоими родственниками, а моих ты знаешь - одни сумасбродны, другие - до крайности аристократичны.       - Поскорее бы дом отстроили, да можно было бы туда вернуться. И пусть тогда твоя тётушка со своей компанией останавливается у Рута, - мягко усмехается, погладив меня по голове и скользнув рукой на пояс, очертя изгиб плеча.       - Уверен, маркиз Хаишер не будет против подруги своей супруги, - слабо улыбаюсь в шёпоте и приникаю ближе, чтобы запечатлеть ласковый поцелуй в уголок чужих губ.       - Ещё бы он был против, - хохотнул благоверный и притянул ближе, нажимая на поясницу. - Отвлеки меня от этих мучений, как делал это ночью, или богами клянусь, к ужину с твоими родственничками я опустошу половину винных запасов.       - Не могу позволить своему дорогому будущему старшему супругу, - не сдерживаю усмешку, близко-близко глядя в горящие огнём глаза и переходя на шёпот, - упасть в грязь лицом перед будущими родственниками и предстать пьянью, - договорив, выжидаю мгновение и приникаю с чувственным поцелуем к таким уже знакомым желанным губам, моментально отзывающимся с равной жадностью.       Вопреки надеждам Магны о "пришёл-увидел-захватил", я отправил вместе с ней Катерину, под чутким присмотром которой ей пришлось соблюдать мои наставления о приемлемом поведении во время переброса тётушки Вайи и её сопровождения в наш дом. Поэтому вся операция продлилась не ожидаемо несколько минут, а более часа, за которые мы с Алертом урвали время друг для друга. Дети ранее были предупреждены о прибытии гостей, поэтому оставались на третьем этаже, полностью отведённом только для членов нашей семьи. Гостей, как и прибывшую среди них дальнюю родню, было решено расположить уровнем ниже, преградив лестницы на этаж выше особой магией, позволяющей проходить лишь постоянным обитателям дома. Так что когда ожидаемые лица, наконец, оказались в холле, Алерт порядком расслабился и менее резко реагировал на внешние раздражители. Коих оказалось немало. Тётушка Вайи слегка недоговорила, когда обозначила число её сопровождающих коротким: "несколько человек", так как по итогу я обнаружил восемь господ и три десятка слуг с горой багажа. Магна к тому моменту была доведена до точки кипения, щерясь на всех и каждого.       - Их послы отказались идти со мной, всё равно во дворец, а эти - тут, и полностью в твоём распоряжении, старший брат, - быстро вбегая вверх по лестнице, оттарабанила младшая, уводя за собой и шестёрку "псов" вместе с хладнокровной Катериной. Останавливаюсь в нескольких ступеньках от пола, с высоты расположения оглядывая компанию, принявшуюся осматриваться. По мысленному приказу ответственные за встречу домовые слуги шустро появились, вышколено выстраиваясь в линию.       - Доброго дня, тётушка Вайи, - чуть повышаю голос, чтобы в поднявшемся шуме меня можно было расслышать. И моментально зарабатываю внимание множества глаз.       - Дорогой племянник, - женщина в пушистой чёрной шубе с меховой шапкой на голове обернулась, подавая голос, едва поддёрнутый теплотой. Её глаза раскрылись шире и быстро пробежались по мне взглядом. Кажется, оставшись довольной, она слабо улыбнулась и сдержанно, как истинная аристократка древней крови, раскрыла объятия, дождавшись, когда я спущусь к ней, и мы обменяемся тремя церемонными поцелуями в щёки, едва соприкасаясь кожей.       - Рад видеть вас в здравии, тётушка Вайи. Позвольте вам помочь, - женщина одобрительно кивнула и принялась расстёгивать пуговицы шубы, после чего я помог её снять и передал уже вместе с шапкой подошедшей служанке. Остальные гости не отставали.       - Я вижу, ты себя хорошо чувствуешь, - выпрямившись в своём траурно-чёрном платье, не лишённом элегантной роскоши, взяла она слово. - И рада этому. Надеюсь, мои внуки тоже не испытывали неудобств и в полном здравии с момента нашей последней встречи.       - Не беспокойтесь, - улыбаюсь уголками губ. - Дети в порядке и готовы повидаться с вами в любую минуту. Но, думается мне, для начала вам стоит отдохнуть в своих комнатах. И за ужином ровно через три с половиной часа мы встретимся и поговорим более обстоятельно.       - Не могу не согласиться, дорогой племянник. Проводи меня, - подхватив женскую руку в тонкой ажурной перчатке, повёл в сторону лестницы.       Уже в выделенной тётушке спальной с лица женщины спала располагающая улыбка, заменившись едва заметным встревоженно-настороженным взглядом.       - Атемас, скажи мне честно: что за люди тебя нынче окружают? Из писем я знаю, - она прервалась, когда в комнату вошла тройка слуг с поклажей наперевес, и под локоть отвела меня к дальнему окну, понизив голос до едва слышимого. - В письмах ты упоминал только то, что с будущим супругом живёте в мире, как и с его детьми, которые сошлись с моими внуками. Ты упомянул о вторжении в дом, вашем переезде в столицу и некоторых более мелких делах. Однако ты ни словом не обмолвился, что члены Совета Магов проживают под одной крышей с вами и, прямо говоря, используются тобой в качестве телепортационистов-перевозчиков.       - Тётушка Вайи, нам, действительно, стоит обстоятельно обговорить некоторые перемены, которые затрагивают не только меня, но и вас в частности.       - Это что же ещё такое? - чёрные аккуратные брови чуть нахмурились. - Во что ты успел влезть за то время, что меня тут не было? - и было сказано так отлажено, будто она не в первый десяток раз произносит этот вопрос.       - Думаю, до ужина это обождёт. Разговор длинный. Просто помните, что маги эти тут на добровольной основе, а с их главой я вроде как в братско-сестринских отношениях, - на сказанное женщина нетипично округлила глаза, а я только кивнул в знак прощания и покинул её, пока расспросы не разгорелись в полную силу.       - Все добрались в живых? - с иронией поинтересовался Алерт, полулёжа на кровати с поддерживаемой на коленях книгой по высшей магии на иностранном языке.       - К счастью, сестра с недавних пор умерила пыл, так что головы гостей остались при них, - поддерживаю шуточку и забираюсь на кровать. - Ты знаешь Энейский?       - Это основной язык магов. Откуда тебе он известен? Хотя... - меня с сомнением смерили взглядом, так и говорящим: "ну да, нашёл, кого спросить".       - Мне было скучно в четырнадцать, когда библиотека родителей закончилась, как и общественная, так что я решил добраться до той, что держит гильдия магов. Но для чтения вашей литературы чаще необходим язык Энейев. Пришлось учить, - заканчиваю, оглядывая положение будущего супруга, которое совсем не располагало к удобству. Слева от него можно было бы улечься на свободную половину постели, но не подкатиться под бок - больная рука, а справа - край кровати. Вздыхаю и седлаю чужие бёдра, пользуясь возможностью, когда книгу в немом удивлении отводят в сторону, открывая вид на мощную грудную клетку, скрытую под натянутой тканью рубахи. Замирает, когда я обнимаю его и укладываюсь щекой на плечо.       - При первой встрече ни за что не подумал бы, что ты настолько неженка, - бормочет чуть растеряно. Но отмирает, аккуратно устанавливая книгу мне на спину.       - То же мне, подставку нашёл, - фыркаю.       - Да. Тёплая и сносная. Ещё бы не тряслась, а то буквы пляшут, и цены бы не было, - делано серьёзно произносит и дарит поцелуй в лоб. Некоторое время так и лежим, наслаждаясь тишиной и теплом чужого тела. И, конечно, нас прерывают, заставляя меня вздрогнуть и распахнуть глаза, осознавая, что в какой-то момент я успел пригреться настолько, что задремал незаметно для себя же.       - Сколько времени прошло, - протерев пальцами глаза, слезаю с чужого тела.       - Да не больше десяти минут, - ворчит Алерт, откладывая книгу. - Кого там принесло опять?       - Войдите! - говорю громче, откинув волосы за спину и окончательно разлепив сонные глаза. Дверь открылась, визитёром оказался Виль.       - Прошу прощения, что прерываю ваш отдых, - со слабым поклоном, но искренним сочувствием произносит и приближается, чтобы передать конверт. - Прибыл мальчишка из дома графа Вольфа от вдовствующей графини.       - Даже письма твоей мачехи умудряются появляться не вовремя и портить настрой, - не удерживаюсь от сарказма, приняв письмо.       - Ужин распорядиться подавать в назначенное время?       - Да. Мы будем присутствовать без детей, им там нечего делать. Как дела с чужой прислугой?       - Некоторые слишком гордые, до сих пор не понимают, что они не в доме своих хозяев. А камеристка герцогини Балары, прибывшая вместе с ней в этот раз, отчего-то решила, что в этом доме её слова стоят выше моих приказов, - прямолинейно, отчасти безразлично ответил помощник, так как при любой попытке утаить что-то, он знал, я смогу легко всё узнать, причём напрямую через его же воспоминания.       - Передай ей, что если она идёт наперекор твоим словам, то в прошлый раз её хозяйка вполне своём прекрасно без неё обошлась, так что и в этот раз сможет то же проделать. Незаменимых людей не существует, особенно среди прислуги.       - Понял вас, молодой господин, - коротко поклонился с затаённой долей гордости и ушёл прочь, тихо прикрыв за собой дверь.       - Сожги его, - хмык из-за спины заставил меня в удивлении повернуться. - Я о письме, а ты что подумал?       - Ну... - перевожу взгляд на конверт в руке и разворачиваю тот. - Пишет, что хочет повидаться с внуками. А ещё упоминает нашу свадьбу, на которой ей с твоим братом придётся присутствовать в виду вашего родства и общественного мнения, "...если Алерт не желает стать посмешищем на всю столицу и за её пределами...", - зачитываю и поднимаю глаза.       - А она там больше ничего не хочет? - раздражённо кивает на бумажку. - Например, половину твоего состояния за мою покупку. Чутьё мне подсказывает, что золото за мою последнюю продажу давно исчерпало себя в её беспечном растранжиривании средств. Глядишь, на новое зубы точит.       - Сколько помню, ты отрицательно о ней отзываешься, - отбрасываю на пол листок и переползаю на прежнее, тёпленькое место, которое с готовностью предоставляют и даже поощрительно награждают поцелуем в висок.       - Эта женщина играла роль прекрасной мамаши, пока у неё свой отпрыск не появился, извини, поправлюсь, равноправный наследник. Тогда-то я и хлебнул с лишка всей её истинной любви ко мне.       - А что же покойный граф?       - Когда она стала действовать, он уже не был способен не то что на наблюдения за делами в доме, но даже элементарное связное мышление давалось ему с трудом. И мозга мне тогда хватило, чтобы прийти к закономерному выводу всего происходящего вокруг и вовремя сбежать из дома на учёбу под патронажем предыдущего императора. Поступление в военную академию с последующим вступлением в ряды служак лишило меня возможности наследования отцовского титула, но, я уверен до сих пор, сохранило мне жизнь.       - Ты когда-нибудь пытался вызнать истинность произошедшего? - спрашиваю, прижавшись к широкой груди щекой и улавливая ухом гулкий мерный бой чужого сердца.       - По началу. Тогда у меня не было каких-то более-менее существенных средств или связей, так что толку было ноль. А потом... какая теперь разница?       - Отомстить?       - Мне есть, что терять, - его рука ласково, заботливо оглаживает мою голову, - и это не стоит того, чтобы ворошить прошлое ради какой-то мести.       - Но теперь, - поднимаю голову, утыкаясь подбородком в чужое солнечное сплетение и заглядывая в алые тихо тлеющие глаза, и заканчиваю доверительным шёпотом, - у тебя есть я. Теперь всё, что ты пожелаешь, будет в твоих руках.       Ужин проходил в большой столовой, в которой по всем правилам этикета был накрыт стол, присутствовал должный штат слуг, а участники расселись в требуемом ситуацией порядке. Во главе - я, как нынешний хозяин дома, по левую от меня руку - Алерт, мой жених, по правую - тётушка Вайи, занимающая самое высокое положение среди гостей; следом за Алертом расположилась Магна, а с противоположной стороны - окружение герцогини численностью в семь голов.       - Пока мы не приступили, - взяла слово старшая родственница, пребывая в привычном для неё сдержанно-прохладном расположении духа с лёгкой суровостью в уголках чуть поджатых тонких губ, - я бы хотела представить своих компаньонов. Дорогой племянник, это мои дети и твои кузены - Гвирелла и Татиан, - женщина указала на парочку молодых людей, неуловимо схожих друг с другом чертами лица и унаследовавших от матери волосы черней ночи. Девушка оказалась приблизительного моего возраста с цепким умным взглядом, однако не лишённая подростковой непоседливости и озорства на глубине глаз несмотря на всю строгость в исполнении её внешнего вида или поддержке достойного воспитанной леди поведения. Парень заметно старше... Одного взгляда ему в лицо мне хватило, чтобы снова обратиться к тётушке. Следом дама представила супружескую чету Болтуршер, которые имеют титул маркизов и приходится давними друзьями моей семьи по материнской линии, а трое других оказались их младшим отпрыском, к слову, ненамного старше меня, и его двумя приятелями. Я в свою очередь представил гостям свою сторону. Магна не удержалась от насмешливого фырка, стрельнув издёвкой во взгляде в сторону Татиана. Без учёта последнего, все на первый взгляд показались располагающими к себе людьми, умеющими с достоинством держаться в обществе и, между тем, привносить в неспешную беседу живость красок и разнообразие тем.       После ужина было принято решение перебраться в гостиную, в которой подали чай, кофе и слабый алкоголь, а один из "псов" младшей сестрицы уселся за этакий местный аналог пианино, чтобы с заметным удовольствием негромко исполнять приятные слуху композиции, что не преминула одобрить тётушка Вайи. Компания расположилась кто-где, иногда перетекая между собой и сменяя одну тему другой. Тётушка успела в относительном уединении переговорить со мной, уверив в своём терпении до следующего утра, в которое она ожидает полного объяснения происходящему вокруг, а потом к нам присоединилась её дочь, которая подняла тему детей этого дома и выказала желание следующим днём повидаться с племянниками. Не прошло и часа, как старшее поколение собралось на отдых, а Гвирелла вызвалась сопроводить мать. Пожелав доброй ночи, мы остались в меньшем числе.       - Эй, Сокор, вы ж собирались завтра рано встать, чтобы наведаться в то местечко? Чего ещё тут просиживаете? - спрашивает с веселой усмешкой Татиан у младшего отпрыска четы Болтуршер. Тот фыркнул, ответил, что слишком рано ложиться спать, но если гостеприимные хозяева снабдят тройку парней бутылочкой хорошего вина, то те понятливо не прочь перебраться в одну из своих спален. Я щёлкнул пальцами и кивнул появившейся из воздуха Катерине. Точно фарфоровая куколка, она заинтересовала молодые головы, но лишь до тех пор, пока в руки Сокора не опустился запыленный, довольно старый на вид тёмный бутыль, имеющий существенный объём, и несколько бокалов. Гости расплылись в улыбках и незамедлительно распрощались с нами.       - Проследи, чтобы они не шастали по дому ночью, - отдаю распоряжение Катерине, и та с лёгким поклоном растворяется. Наступившую тишину разве что звук игры на клавишном инструменте разбавлял.       - Ты не представляешь, как сильно я рад тебя видеть, - расплывается в откровенной улыбке парень напротив меня, сидя в кресле со стаканом в руке, в котором на дне плескалась янтарная жидкость. И во взгляде тёмно-синих глаз сквозило отчётливое удовлетворение.       - Не могу ответить тем же, - спокойно выдаю и отпиваю из кружки чуть остывший чай.       - Кто на этот раз? - с заметным раздражением пополам с усталостью спрашивает сбоку от меня Алерт, опускаясь на подлокотник по возвращении из уборной.       - А вот теперь мне становится интересно! - громко отзывается Магна, со звоном золотых браслетов на лодыжках забрасывая ноги на столик, сидя в стороне от нас на диване, словно готовясь к занимательному представлению.       - Я тот, над чьей могилой обычно бесчувственная душа позволила себе проронить слёзы, - с довольной улыбкой бесхитростно отвечает парень напротив, устремляя полный чувств взгляд на меня. - Не так ли, Карнас, любовь моя?