Спонсор моего сердца

Здание суда было оцеплено толпой пишущих и снимающих журналистов, которые ожидали появления действующих лиц, являющихся в последние пару месяцев горячей темой во всех новостях Бостона. Да чего уж Бостона, весь штат, если уж не страна, обсуждали последние события. Кроме местных журналистов столпились и граждане города, желающие увидеть своими глазами то, чем закончится судебный процесс. Все просили хлеба и зрелищ, но и справедливости тоже. — Сегодня на повестке дня последнее заседание по нашумевшему делу Льюиса Андерсона, сына влиятельного бизнесмена и владельца компании… — строго вещала милая девушка на камеру, ведя репортаж с места событий. — …которому может грозить пожизненный срок заключения за преступления, связанные… Янтарные глаза следили за секундной стрелкой на циферблате часов: та, будто с насмешкой, медленно шла по злосчастному кругу. Внешне Кроули был спокоен, но взгляд всё время задерживался на чем-то долгими минутами. Это второе заседание, и сегодня должно было все решиться. Энтони всей душой проклинал чертову бюрократию и журналистов, галдящих снаружи и перемывших кости всем, кому не лень. Однако больше всего мужчина беспокоился лишь об одном важном создании, занимавшем главную роль во всём этом фарсе — Азирафаэле. Парнишка отошёл в туалет несколько минут назад, но так и не вернулся. Тот переживал, и Кроули прекрасно понимал причину. В последнее время Фелл неплохо справлялся. Конечно, не без помощи его психолога и поддержки близких, но Энтони заметил небольшие перемены в молодом человеке, успевшем занять особое место в сердце мужчины. Кроули запустил пятерню в свои рыжие локоны, сел на стул в зале ожидания и вздохнул. Оставалось около двадцати минут до начала заседания. Холодная вода лилась из крана. Блондин повернул скрипучий вентиль и взглянул в зеркало, смотря на своё отражение. Капли воды стекали по щекам, охлаждая и даря немного бодрости. Фелл тяжело вздохнул, вслушиваясь в тишину. Первое заседание было для него сущим адом. Люди, адвокаты, присяжные. Ему нужно было выступить со своими показаниями, открыв всему миру то, что произошло с ним. Ему казалось, что он просто упадёт в обморок перед всеми, но, видимо, принятые препараты помогли ему не сделать этого. Затем суд перенесли из-за показаний адвоката со стороны Андерсона, тот лишь потянул время, заставив Фелла этот последний месяц жить в тревоге и страхе того, что всё было сделано зря.

***

Фелл сидел дома один и читал свой любимый роман за чашкой какао. Юноша столько времени провёл в диссоциации, что всё ещё не мог поверить в то, что пролетела целая зима. Он так абстрагировался от реальности из-за некой сюрреалистичности происходивших событий, что пропустил все праздники, в том числе и свой день рождения. За окном шёл небольшой дождь, что даже умиротворяло беспокойную душу паренька, пока не прозвенел дверной звонок. Азирафаэль без задней мысли открыл дверь, думая о том, кто мог бы к нему прийти, ведь, как оказалось, в его жизни уже были такие люди, что могли бы явиться к нему в любое время. Однако лично незваного гостя он не знал, лишь кого-то напоминал. В зале суда. Фелл замер, смотря на взрослого мужчину, одетого в офисный костюм. — Мистер Фелл, добрый вечер, — произнес брюнет, глядя в ясные глаза парнишки своими карими. — Д-добрый вечер, — выдавил из себя Ази, не зная что ему делать в сложившейся ситуации, хотя, кажется, Пульцифер мог что-то упомянуть о таком. — Могу ли я узнать причину, почему вы пришли ко мне домой? — Скажу кратко, мистер Фелл, мой босс не хочет давить на вас. Мы понимаем, что натворил молодой господин Андерсон, и мы не собираемся просить многого… — Чего вы хотите? — голос Азирафаэля предательски затих от нервов. От ответа Феллу захотелось истерически засмеяться, он смотрел на мужчину долгим и невидящим взглядом. Казалось, что Азирафаэль никогда не сможет понять мир, в котором власть и деньги были важнее семьи, раз отец был готов отказаться от сына, лишь бы сохранить свою репутацию, если у него не выйдет надавить на Азирафаэля единожды. Также в глубине души блондину стало забавно, что все думали, будто он слишком наивен. Разговор вышел кратким: Фелла лишь поставили перед фактом. И почему-то ему не хотелось никому говорить о нём. Возможно, потому что для себя он уже давно принял решение и хотел хотя бы раз в жизни довести то, что он хотел, до конца. В него верили и поддерживали, ему лишь нужно было просто дотерпеть и вырваться из оков прошлого. И не важно, если в яме уже окажется он сам.

***

Дверь в туалет хлопнула. Фелл настолько ушел в мысли, что не замечал того, что происходит вокруг него. Затем дверь вновь открылась, и показались рыжие пряди волос мужчины, уложенные вверх. Ази было непривычно, что Кроули сменил прическу и остриг свои волосы, хотя и эта прическа ему так же шла. — Ты как, ангелок? — первым делом спросил Энтони, абсолютно не заподозрив, что только что произнёс, благодаря месяц как незамолкающей младшей сестрички. — Нашёл же ты место для мозгового штурма. — Все нормально, — а Фелл вовсе не осознал обращения к себе. — Заседание через пять минут. Пора идти в зал, — уведомил мужчина, подойдя к молодому человек и облокотившись на раковину. — Скоро всё закончится. Янтарные глаза встретились с небесной синевой. Губы парня дрогнули в кривой усмешке, и он кивнул. — Да… Я готов. Кроули кивнул в ответ, лицезрея как трудно и даже невыносимо этому подростку, которому пришлось рано и довольно сильно повзрослеть. Они вышли из уборной и пошли по длинному коридору. — Твоя тётя так волнуется, что вновь начала говорить по поводу твоей учебы в колледже. Ты так и не определился, куда пойдешь? — Энтони решил развеять тишину между ними и скоротать время. — Я всё ещё думаю, — ответил Ази, тяжело вздохнув от этой темы, которая стала дома одной из основных. — Знаешь… Выбирай то, что тебе нужно. Не думай ни о чем, кроме своих собственных желаний. Если твоя душа тянется к чему-то определенному, то не тяни с этим и оставь сомнения. Выбор в твою же пользу всегда будет верным, — Кроули перевел взгляд на юношу и опустил свою руку в копну белокурых кудряшек. — Что бы ты не выбрал, мы тебя поддержим. Сердце Фелла обдало приятным теплом от заботливых слов человека, перед которым всегда было сложно сохранять полное спокойствие, ведь волнующий трепет сопровождал паренька при каждых взгляде, мысле о рыжеволосом. Казалось, что и светлая макушка Азирафаэля загорелась от прикосновения большой изящной ладони, которой объект воздыхания парнишки рисовал многогранные и непростые чертежи, внушающие восхищение, и которой готовил ему еду, и даже… От последующей мысли у блондина покраснело лицо, то ли от того, что он перестал дышать, то ли от стыда, а может и всё вместе. 《Как можно о таком думать в подобный момент?! Боже, какой я дурак…》 — кричал собственный голос в кудрявой голове. Когда Кроули убрал руку, Азирафаэлю неожиданно захотелось её поймать, прикоснуться хотя бы на мгновение. Да, это так эгоистично, ведь только ему здорово полегчало бы и был бы приятен этот, лишенный всякой вульгарности, контакт. Пальцы юноши дрогнули, как вдруг двери с зал суда открыли. Блондина это нисколько не расстроило, ведь он бы и так не смог из-за сильного страха взять начальника за руку. Из-за недавно посетившей его мысли и желания дотронуться до своего возлюбленного парнишка себя не узнал, — настолько его опьяняет чувство влюбленности, что он забывает про пережитые им не так давно травмы. Лишь бы быть рядом с ним… Зал суда уже был заполнен. Царил шум, больше состоявший из болтовни. Адвокат Колум поднялся с места, поправляя дорогой пиджак, и поприветствовал Фелла с Кроули, явно воодушевленный и готовый к победе. Почему-то Азирафаэль ощутил это предвкушение, и сам зарядился энергией. Энтони усмехнулся, заметив реакцию стажёра. — Скоро приведут Льюиса. Общество до сих пор требует расправы за его преступления. Участие в поджоге детской больницы вместе с преступлением, связанным с Вами, мистер Фелл, очень их раззадорило. Кажется, что и в тюрьме ему не дадут покоя. — О-о, это просто замечательно, — с ухмылкой прокомментировал Кроули, скосив взгляд на входящую охрану вместе с обвиняемым. Энтони предвкушал сладкий привкус победы и точно наслаждался тем, как время под стражей подкосило сукиного сына. — Просим всех занять свои места, — послышался голос прокурора посреди разговоров. В помещении наступила тишина, присутствующие разошлись по местам, ожидая начала заседания. Азирафаэль сидел рядом с адвокатом, ощущая, как его руки вспотели от нервов, но он попытался успокоиться упражнением от Мартин, некогда предоставленное в качестве экстренной самопомощи. Первые секунды получалось хорошо, однако следом катастрофические мысли вернули его в прежнюю тревожность. На первом заседании были представлены все показания и доказательства, тут лишь нужно было присутствие блондина на случай повторных показаний, остальное адвокат Колум должен был взять на себя. На этот раз обвиняемая сторона была обязана предоставить хоть какие-то опровержения для смягчения наказания Льюиса. Судья кратко изложила суть дела, по которому было собрано заседание. По ходу диалогов между адвокатами и их сухих комментариев, Азирафаэль понял, что ничего нового так и не было обговорено. После слов Лоуренса, адвоката Льюиса Андерсона, Фелл понял, что тот уже решил и правда побороться за срок наказания, пытаясь максимально выгодно снизить его. Всё заседание было похоже на жалкие потуги выбраться из помойной ямы. Азирафаэль молча слушал и наблюдал. В юридическом деле он был полным нулем, но понимал, что со всеми факторами и совершенными преступлениями смягчающего не добиться, если только не доказать невменяемость мужчины или отозвать выдвинутые против него обвинения. Однако тот был совершенно здоров, и, что удивительно, решил не играть на этом, не желая выставлять себя за душевнобольного. А вот Азирафаэль… решил, что ему пора действовать, ещё не поздно поступить самостоятельно и попробовать спасти репутацию своего босса. В памяти всплывал тот день, когда домой к Феллу заявился секретарь отца Льюиса. Та фотография, которую он положил перед юношей для очередного в жизни блондина шантажа, несмотря на вежливое словесное обращение. Азирафаэль поймал на себе взгляд секретаря и спустя пару секунд смотрел, как тот наклоняется к адвокату Андерсона, чтобы что-то сказать и начал что-то доставать из портфеля. Фелл заметил, как мистер Колум несколько напрягся и тихо обратился к Кроули, который пожал плечами в ответ на вопрос адвоката. Внутри парнишки всё сжалось от уровня страха: его сердце буквально начало сдавливать и покалывать, а всё тело прошиб ледяной пот. Будто вся сущность кричала, что уже пора, нужно что-то предпринять, пока не стало слишком поздно. В этом случае уж точно лучше сделать, чем нет. — Прошу прощения, Ваша Честь! — блондин вскочил со своего места, как ошпаренный. — Что такое, мистер Фелл? — вопрос удивлённой судьи и её взгляд прямо в глаза паренька словно высосали из Ази остатки жизнеспособности за раз. — Я… — подрагивающим голосом начал он и обернулся на более удивлённых адвоката, тётю, Анафему, Пульцифера и, наверное, Энтони тоже, так как он был верен своим очкам. — Простите… — сочувственно прошептал он перед своими близкими и развернулся к судье. — Я соврал! — резко выпалил он. — Все мои показания против мистера Льюиса — ложь, поэтому, пожалуйста, не берите их в расчёт для вынесения приговора, — блондин опустил подавленный взгляд в пол и скривился от отвращения к себе, услышав, как Мишель тихо ахнула. — Простите, Ваша Честь, мой подопечный, кажется, немного переволновался, я запрашиваю небольшой перерыв, — встал с места Колум. Немного подумав, судья разрешила 10-минутный перерыв. Азирафаэль с противным ощущением на сердце понял, что сейчас ему придётся объясняться перед всеми за свой поступок. Больше всего ему сейчас не хотелось слышать тревожные вопросы на повышенных тонах от тёти или кого-то другого. И, к сожалению, он знал, что услышит их. Выйдя из зала суда последним из своей группы поддержки, юноша не нашёл в себе сил поднять голову, чтобы посмотреть кому-либо в глаза. Он закрыл двери и сделал пару несмелых шагов в сторону. Его небольшие пальцы на руках нервно сминали ткань штанов, почти царапая кожу под одеждой. Ази будто перестал дышать, к желудку подкатила привычная изжога, а морально он хотел настолько отстраниться от этой ситуации, что впал в ещё большую диссоциацию. — Азирафаэль! — с чётким волнением неуверенно воскликнула Френч. Фелл тут же зажмурился и вжал голову в плечи. Он почувствовал, как начинает щипать глаза. Вина будто съедала его внутренности изнутри. Он всё понимал, ведь все так старались, чтобы выиграть это дело. Помощи было немеренное количество, а он просто взял и похерил одним своим заявлением усилия всех участвующих. — Миссис Френч, пожалуйста, не переживайте так, — Гаджет подошла к женщине и приобняла её за плечи, стараясь обратить внимание Мишель на себя. — Истериками тут действительно не помочь, миссис Френч, — подал голос Пульцифер. — Я уверен, что поступку Азирафаэля есть объяснение, ведь он не из тех, кто с лёгкостью отбрасывает старания людей и делает, что хочет, — ободряюще улыбнулся молодой человек, Анафема благодарно улыбнулась ему в ответ. — Кто это, — глядя, кажется, в пол, холодно спросил Энтони, засунув одну руку в карман джинс и слегка сгорбившись. Азирафаэль испуганно поднял голову в надежде, что ему послышался жёсткий тон шефа. Но за стёклами очков паренёк не смог увидеть истинное выражение лица рыжеволосого и раскрыл глаза от страха сильнее. Блондин словно пытался что-то сказать, однако слова как назло не выходили, и он выглядел, как рыба, задыхающаяся на суше. В конечном итоге, ему удалось выдать негромкое извинение, после чего вновь склонил голову, чувствуя, как внутри мечется из стороны в сторону аутоагрессия. Кроули ушёл в неизвестном направлении, и образовалась недолгая тишина, которую прервал адвокат. — Азирафаэль, можно с тобой поговорить наедине? — Конечно, — низким и тихим голосом ответил юноша. Они оба вышли к другому входу в здание, так как у основного всё ещё толпились неугомонные журналисты. На улице никого не было, что идеально располагало к приватной беседе. Рецепторы обоняния слегка затриггерил отдалённый запах сладкого сигаретного дыма. Адвокат и его подопечный присели на небольшую лавочку. — Мне нужно понять причину твоего заявления, чтобы я смог исправить эту ситуацию. Расскажи мне, что произошло. — Я не могу, простите. — А ты упорный малый, — чуть посмеялся мужчина. — Знаешь, дело ещё не проиграно так, как ты думаешь. Несмотря на то, что ты сказал, у нас всё ещё есть шанс добиться максимального наказания для Андерсона. Твоя тётя наверняка изначально винила себя, что недоглядела за тобой, а тут ты берёшь свои показания назад, лишая возможности для её сердца успокоиться за тебя. Поверь, мы все понимаем, что на это была причина. Просто доверься мне, лучшему адвокату Бостона, и я уверяю, ты не пожалеешь. — Я правда не могу, простите, — парнишка поджал губы и сильно надавил на левое запястье рукой. — Не против? — мужчина захотел прикурнуть, и Фелл не возражал. — Дело в мистере Кроули? — Азирафаэль шумно вдохнул и распахнул веки. Колум чиркнул спичкой о коробок и поднёс к сигарете во рту. Через тройку секунд парнишка ощутил ментоловый аромат. — Хех, твоя реакция говорит сама за себя, — по-доброму усмехнулся мужчина и чуть откинулся на спинку скамьи, выловив взглядом знакомый силуэт в нескольких метрах от них. — Так что, ты гордо сражаешься в одиночестве за честь своего возлюбленного? — в шутку спросил он. — Ч-что? Н-нет, всё не так! — паренёк заметно разнервничался от точности юморного предположения. — Что не так конкретно: что ты его не защищаешь, или что он не твой возлюбленный? — П-прекратите так шутить, пожалуйста, сэр! — Ты чего так раскраснелся? Я же не всерьёз, — добродушно засмеялся Колум, наблюдая за тем, как Фелл трогает свои щёки и лоб, и поглядывая на место того силуэта. — Так что, расскажешь мне, что произошло на самом деле? —… Я уже решил, что не отступлю. Тем более, мистер Андерсон и так получит довольно большой срок, его преступления по отношению ко мне почти ничего не меняют, — замялся блондин и решил посмотреть на собеседника. — И мистер Кроули замечательный человек, сэр. Он не заслуживает попасть в неприятности из-за меня. Я просто возьму всю ответственность на себя. Лучше так, чем пострадает он. — Так ты всё-таки знаешь что-то, чего не знаем мы, — самодовольно сдержанно улыбнулся адвокат. — Тебя снова шантажировали? — уже серьёзно продолжил он, Ази несколько опешил от внезапной смены атмосферы и заметно погрустнел. — Значит, да, — нехотя подытожил мужчина. — Это фотография, где кажется, будто мистер Кроули пристаёт ко мне, хотя это я тогда оттянул его в сторону, чтобы нас не сбил курьер на велосипеде. И мы выходили из его дома. Дело в ракурсе… Никто из нас до конца не знал об этом снимке и найти какие-то опровержения мы бы не успели, поэтому. — Поэтому ты решил нести это бремя один, — закончил Колум вместо Фелла и протяжно выдохнул. — Ну ты даёшь, конечно, парень, — адвокат хлопнул паренька по спине. — Самоотверженности тебе не занимать. И что, это решение стоило того? Просто потому что твой начальник — замечательный человек? — Азирафаэль помолчал с десяток секунд. — Я не жалею о своём выборе, — глубокомысленно ответил блондин, следом улыбнувшись так, будто никого счастливее него на этой планете не существует. —… Я тебя понял. Что ж, давай исправлять это недоразумение вместе. Согласен? — Колум протянул руку юноше. — Угу, — Фелл согласился на рукопожатие, продолжая улыбаться. Пришло время возвращаться. Адвокат отпустил парнишку первым, убедившись, что тот не заплутает на обратной дороге. Докурив, он потушил окурок об мусорку, прошёл до двери и заговорил вслух. — Мне придётся вскрыть этот инцидент первым, чтобы выиграть и от этого. Он в любом случае всплывёт, и мы к нему не готовы. Хотя, подобную грязную игру проворачивали все обвиняемые, в делах против которых меня нанимали. Вы же и так знаете, что я в таком хорош, поэтому Вы и наняли меня. Ведь так, мистер Кроули? — из-за колонны вышел рыжеволосый. — С самого начала знали, что я здесь? — Конечно, — прикрыв глаза, улыбнулся Колум, в то время как Энтони подошёл к нему. — Мои наниматели всегда должны быть в курсе всех деталей по ходу дела. Вы курите вишнёвые? Не люблю сладкое. — Редко. А я не люблю ментол. Нам пора, — деловито поставил точку в разговоре рыжеволосый. Всё получилось именно так, как и обещал Азирафаэлю адвокат. Колум первый ввёл в курс новоиспечённой ситуации всех присутствующих, максимально защищая своих подопечных и доказывая, что один не является педофилом, а второй соврал ради первого. Фелл слушал и удивлялся, как вообще возможно быть настолько уверенным в себе. Он поистине восхищался мужчиной как специалистом в его профессии и даже словил себя на мысли, что хотел бы с ним подружиться, как бы нелепо это ни звучало: дружба между 17-летним школьником и примерно сорокалетним мужчиной. Также Фелл посматривал на Кроули, который в свою очередь ни разу не повернулся в сторону паренька, а по-прежнему полулёжа сидел, нога на ногу, и глядел лишь перед собой. Судья выслушала присяжных и поднялась с места. Наступила тишина. Фелл сжал ладони в кулаки, ожидая вердикта. Рыжеволосый сам не понял, как от незаметно поднявшегося волнения начал хрустеть пальцами на руках. — Сегодняшнее заседание объявляет, что по доказанным преступлениям, Льюис Томас Андерсон будет приговорен к лишению свободы на 87 лет без права на условно-досрочное освобождение. Стук молотка, и в зале разразился гомон. Азирафаэль уставился на свои руки, находясь в некоторой прострации и вполуха слушая радостное щебетание своего адвоката и других. Кроули не сдержал тихого смешка, которого и так не было слышно среди всего шума, созданного расшумевшейся толпой. Ази поднялся и очутился в объятиях подошедшей Мишель, что мигом оказалась рядом с ним после заключения приговора. Её взгляд был направлен на Льюиса, которого уводили из зала суда. Женщина закрыла глаза, стараясь сдержать свой гнев на подлеца, что посмел совершить столько всего с её племянником. Она лишь мысленно возжелала подонку долгих лет мучений в тюрьме и мягко погладила Азирафаэля по голове, чтобы поддержать быстро выросшего парня, ощущая облегчение. Кроули наблюдал за этой небольшой семейной идиллией и украдкой расплылся в улыбке, чувствуя долгожданное освобождение от эмоционального напряжения, и надеялся, что Фелл сможет продолжить жить дальше, если не отпустив прошлое, то хотя бы приняв. Юношу же испугало то, что он не чувствовал никакой радости от выигранного дела. Все потерянные нервы не стоили результата. А ещё… похоже, его теперь ненавидит тот, кто дороже его собственной жизни. Азирафаэль точно не готов к такому. Мишель аккуратно отпрянула и оторопела от бледности лица племянника. Парнишку вывели из зала под руку с целью выяснить о его самочувствии, но неожиданно из ниоткуда вся компания наткнулась на приставучую прессу. — Как они сюда вошли? — озвучил мысли вслух Пульцифер. — Думаете, коррупция есть только в странах третьего мира? — навёл всех на очевидный вывод Колум. — Надо увести отсюда Ази, — обеспокоенно проговорила Мишель, поглаживая юношу по спине. Фелл продолжал бледнеть на глазах, тремор конечностей потихоньку усиливался и стал виден окружающим, лицо покрывалось испариной, из-за чего самые ближние кудряшки липли ко лбу. Он словно находился в бреду: не мог вникнуть в диалоги, ответить на поступающие ему вопросы и стоять, не опираясь о стену. К горлу подкатывала тошнота, дыхание превратилось в рваные и глубокие вдохи и выдохи. Тело переставало слушаться всё больше, и в конце концов блондин сполз по стене, бормоча себе под нос редкие: "нет". Рыжеволосый присел рядом, взял руками лицо стажёра и твёрдо попросил посмотреть на него, но веки паренька отказывались открываться полностью. Тогда Энтони взял того на руки и взглянул на адвоката. — Идите, я разберусь с этим, — заверил мужчина. — Мы тогда останемся и поможем, — Пульцифер и Анафема дружно переглянулись. — Тогда и я должна, как его опекун… — задумчиво произнесла Френч, глядя на племянника в руках Кроули. — Я должна сделать это ради него. Он сражался с таким совсем один, это самое малое, что я могу для него сделать. Позаботьтесь о нём, пожалуйста, мистер Кроули, — она благодарно улыбнулась. — Конечно, миссис Френч.

***

Азирафаэль медленно разлепляет веки и чувствует себя, на удивление, отдохнувшим. В носу щекочат рецепторы ароматы лаванды и ромашки. Ему довольно спокойно, несмотря на понимание того, что он не у себя дома. А если точнее, этот потолок он уже видел в апартаментах босса. — Как себя чувствуешь? — раздался ровный голос сбоку. — Лучше, чем когда-либо, — парнишка одарил тёплой улыбкой начальника. — Так мне ещё никто не льстил. — Это правда, — настоял блондин. — Вчера я… отключился? Я помню, как вынесли вердикт, а дальше как-то размыто. — Ты не совсем отключился. Тебя уже осмотрел врач: по её мнению у тебя была острая реакция на стресс, так что левой рукой пока не двигай, скоро нужно будет снимать капельницу. Тётя навестила тебя и после уехала на работу. Сказала, дома будет завтра вечером. — Понятно, — почти бесшумно вздохнул Фелл и несколько погряз в своей памяти. — Ты вообще ничего не помнишь после суда? — Кажется, отрывки вспоминаются, но всё ещё смутно. Хотелось бы узнать. Расскажите? — немного помедлив, Энтони всё же начал пересказ сегодняшнего дня, не вдаваясь в излишние подробности и опуская значительные фрагменты.

*Флешбек*

Рыжеволосый отпихнул ногой дверь и вышел из районного суда. Стажёр в его руках изредка подёргивался и тихо мычал что-то невнятное, неосознанно прижимавшись к груди Энтони. Не успел он завернуть за угол, как перед ним появился знакомый автомобиль. — Я вовремя? — заряженная Эрика выскочила наружу, чтобы открыть заднюю дверь. — Как никогда, — Кроули осторожно уложил паренька на задние сиденья. — Вези его ко мне. — Постой, может ему лучше в больницу? — Нет. Поехали, — мужчина сел на переднее сиденье и пристегнулся. Уже на месте рыжеволосый попрощался с сестрой, не дав ей возможности сказать что-либо ещё и пойти за ним. Он поднялся домой, кое-как открыл дверь и как попало стянул с себя ботинки. На самом деле его руки были готовы отвалиться от непривычной физической нагрузки. Как можно скорее Энтони положил Фелла на диван в гостиной и обессиленно рухнул на пол. Немного отдышавшись, он начал улавливать обрывки слов от Азирафаэля. Кроули сел на небошьшой пуфик поблизости и положил ладонь на лоб юноши, аккуратно убирая прилипшие локоны с лица. — Не надо… Не уходите… — Азирафаэль, я здесь, слышишь? — мужчина взял руками кисть парнишки и растерялся от того, что блондин открыл глаза. — Аз… — Мистер Кроули, — юноша будто действительно ничего кроме себя не слышал. — Пожалуйста, не ненавидьте меня! Фелл не повышал голос. Выходило так, словно он восклицал тревожные просьбы полушёпотом. Юноша вскочил и схватил начальника за локтевые сгибы, а голубые глаза блеснули в свете домашних лампочек. — О чём т… — Прошу, не нужно меня ненавидеть! Мне кажется, я этого не вынесу… — паренёк скорчился словно от предсмертной агонии, задыхаясь в собственных словах. — Азирафаэль, я тебя не… — Мистер Кроули… Пожалуйста, мистер Кроули! — одна за другой лились горькие слёзы. — Азирафаэль! — Умоляю Вас! Я сделаю, что угодно, только не уходите! Не бросайте меня! Пожа!.. Энтони больше не смог слышать эти рвавшие сердце несознательные мольбы. Это было настолько невыносимо, что лучше бы рыжеволосый сейчас оказался без всего, что имеет, лучше бы страдал сам, чем видеть, как страдает… он. Лицо мужчины перекосило от внутренней боли. Одним движением руки он избавился от очков и откинул их на столик. Затем Кроули резко примкнул губами к светлому виску так, что противоположный край коснулся солёного и покрасневшего уголка глаза. Следом крепко обнял испуганного мальчишку. — Я не ненавижу тебя, ангел. — Правда?.. Я так рад… очень рад, — слова Ази становились тише, будто он вот-вот провалится куда-то далеко. Рыжеволосый ощутил, как тело стажёра обмякло. Логичный вывод пришёл сам собой: Фелл отключился. Энтони немного посидел в такой позе, слегка покачиваясь, дабы насладиться приятным шоколадным шлейфом белокурых кудрей и теплом хрупкого бледноватого тела, и позже отнёс паренька на свою кровать. Ему посчиталось разумным дозвониться до знакомого доктора для первичного осмотра Азирафаэля, что он и сделал. В подобные, пожалуй, единичные моменты он не жалел, что потратил тысячи часов на занимаемую ныне должность, приносившую ему неплохой доход. Никакой врач высшей категории за центы не приедет по одному лишь звонку, если у тебя нет денег. К тому же, ещё и проверенный врач гарантирует полноценную конфиденциальность, в отличии от больницы, куда могут влезть нежелательные репортёры.

*Конец флешбека*

— Так Вы снова столько сделали для меня, — уголки губ приподнялись в неловкой улыбке. — Чувствую себя заядлым должником перед Вами. — Ты можешь рассказать, почему тебе стало плохо? — блондин перевёл взгляд с потолка на стёкла тёмных очков и заметался в сомнениях. — Миссис Мартин смогу, наверное, — вполголоса проговорил Ази, накрывая пол-лица одеялом и отводя взгляд в сторону. — Линда Мартин? Так она твой психолог? — паренёк положительно промычал. — Это замечательно, — одобрительно подметил мужчина. — Что ж, тогда я сейчас уберу капельницу и, с твоего позволения, отвезу тебя домой. — Было бы прекрасно. Надеюсь, я смогу должным образом отплатить Вам за Вашу доброту, мистер Кроули, — нежной интонацией проговорил Фелл.

***

Капли дождя падали на лобовое стекло черного бентли, колесившего по дорогам вечернего Бостона. В салоне тихо играла Богемская рапсодия Фредди Меркьюри, разряжая тишину, нависшую между молчаливым парнишкой и задумчивым мужчиной за рулем. Азирафаэль глядел в окно, наблюдая за прохожими и быстро сменяющимся вывесками бутиков. Его голубые глаза исподтишка посматривали на рыжеволосого и на его руки, расслабленнно сжимающие руль. Указательный палец левой ладони слегка постукивал в такт музыке. Вид мужчины был довольно безмятежным. Казалось, песня его погрузила в свою атмосферу, от чего Фелл слегка улыбнулся и вновь отвёл глаза, уже смотря на дорогу. Через пару минут бентли остановилась на парковочном месте, и они оба вышли из машины. — Погоди, ангелок, — Кроули мигом оказался возле стажёра с раскрытым зонтом, ведь дождь все ещё моросил. — Вечно ты куда-то торопишься. — Простите, — Фелл кротко улыбнулся мужчине, и янтарные глаза поймали очередной очаровательный образ. Энтони в который раз рассыпался в благодарностях всем возможным богам за то, что существуют солнцезащитные очки, а то он бы давно уже спалился на том, каким взглядом смотрит на это прелестное создание. Парочка двинулась по тротуару, находясь под одним зонтом, в сторону любимого книжного магазина Азирафаэля. Эрика проболталась, что там должен был быть книжный вечер и выставка. Откуда ей были известны такие новости, как и наличие пропусков на ограниченное посещение, — осталось тайной. Однако Кроули всё-таки заметил многозначительный взгляд юной особы. Кажется, коварность и хитрые уловки были у них в крови. Энтони не смог не оценить щедрый жест и большущий намёк со стороны сестры, но для вида поворчал. Ворчание было недолгим, ведь Фелл от такой новости, казалось, засиял ярче звезды Сириус, так что у Кроули ничего не оставалось, как составить молодому человеку компанию. До блондина в процессе открытия двери дошли последние слова Энтони, однако осознать и оказаться в шоке он не успел, ибо внимание уже поглотило внутреннее пространство магазина. Вскоре рыжеволосый мужчина лениво осматривал книжные полки, пока Азирафаэль с восхищением метался из стороны в сторону, разглядывая новинки. В другом конце зала звучал глубокий мужской голос, зачитывающий главу какого-то нового романа. Кто-то сидел перед автором на стульях, внимательно слушая главного гостя вечера, а кто-то просто ходил по залу между стеллажами. В другом самом дальнем углу за круглым столиком сидела владелица книжного магазина, покуривая из длинной трубки и наблюдая за всем спокойным действом. Мадам Трейси представала довольно необычной женщиной, но постояльцам она определённо нравилась. Женщина заметила знакомую кудрявую и светлую макушку и широко улыбнулась, махнув пареньку рукой. — Надо же, Азирафаэль, рада тебя здесь видеть, милый мой, — заговорила мадам Трейси, когда он подошел к ней. — Добрый вечер, как поживаете? — с улыбкой поздоровался Фелл, радуясь встрече. — Ох, ну что ты так формально, мальчик мой. У меня всё прекрасно! Лучше расскажи старой даме, как твои дела? Кроули заметил, что Ази куда-то отошёл и проследил за ним глазами. Мужчина обнаружил, как тот мило беседует с какой-то женщиной. Отметив её поведение, рыжеволосый понял, что скорее всего данное место принадлежит этой рыжей бестии. Почему-то он был уверен, что, хоть та мило улыбалась, она явно имела тот ещё характер. Энтони подошёл к ним и слегка хмыкнул, видя, как Фелл увлекся в диалоге, обсуждая новинки, которые уже успел изучить. — Приветствую Вас, мистер?.. — произнесла женщина, обратив внимание на подошедшего мужчину. — Вечер добрый. Мистер Кроули. — О! Приятного познакомиться, мистер Кроули. Я мадам Трейси, владелица данного книжного магазина. Так Вы спутник Азирафаэля на сегодня? — спросила она с обворожительной улыбкой, переводя глаза с одного на другого. «Эта интонация. Мне показалось или она специально…» — возник вопрос в голове Энтони, и теперь у него на губах заиграла ухмылка. — Мистер Кроули мой… Эм… Начальник, но мы… — Неплохо общаемся, и я решил составить ему компанию, — ответил Кроули, заметив, как замешкался Фелл. — Вот оно что! Друзья Ази и мои друзья, мистер Кроули. Не хотите ли вы выпить со мной чаю после того, как закончится книжный вечер? — Почему бы и нет? — согласился Энтони и посмотрел на чуть залившегося румянцем Азирафаэля. — Ну, если мистер Кроули не против… В книжном тускло горел свет. Посетители лишь недавно покинули магазинчик, оставив троицу наедине. Мадам Трейси пошла заваривать чай, пока Энтони и Азирафаэль устроились за небольшим деревянным столом, расположившись на стульях довольно близко друг к другу. Кроули поставил локоть на стол и подпёр голову рукой. Он глянул на парнишку, и уголок его губ тут же приподнялся. — Ну как тебе книжный вечер? — Было довольно интересно. Не ожидал, что смогу лично поговорить с автором. Хоть с его работами я не сильно ознакомлен, но наслышан. Было интересно узнать о его опыте в писательстве, — ответил Фелл с радушной улыбкой, несомненно наслаждавшись проводимым временем. И самое главное — он был не один. Кроули понимающе кивнул, устремив взгляд на Ази из-под оправы очков, но отвёл его, когда к ним подошла владелица места с подносом в руках. Женщина поставила перед ними чашки и налила какао и чай, явно привезённый из-за границы. — Я так рада, что Азирафаэль пришёл сегодня. Я давно его не видела, — проворковала она с доброжелательной улыбкой, очевидно, говоря от всей души. — Ты тут очень важный гость, мальчик мой. — Спасибо… — застенчиво проговорил в чашку Фелл. Женщина правда была счастлива его видеть и не скрывала своего искреннего сердечного отношения в сторону молодого человека. Энтони это заметил и понял, что на стороне Азирафаэля есть ещё человек, который столь ценит его. Разговор вновь зашёл по поводу сегодняшнего вечера и гостей. Кроули уловил некоторую суть, осознавая, что Эрика получила допуск для них двоих через своих знакомых, которые также были здесь сегодня. Ну и хитрюга. Фелл приметил на краю стола колоду таро, которую мадам Трейси часто раскладывала гостям, когда он бывал тут. Она уловила интерес со стороны паренька и шире улыбнулась. — Хотите я вам погадаю? — затейливо предложила она и поставила чашку на блюдце. — Я любитель, конечно, но мои расклады всегда точны. — Звучит интересно, — воодушевлённо проговорил Ази, смотря, как мадам Трейси тасует колоду. Блондин услышал смешок со стороны Кроули, который явно скептически относился ко всей этой эзотерике. В его окружении хватало и Анафемы, любящей говорить о гороскопах и при встречах упоминать о том, что его ждёт. Фелл припомнил пару забавных случаев, связанных с гороскопами и еле сдержал улыбку. — Итак, что у нас тут… — пропела мадам Трейси окрылённо, бросила на этих двоих быстрый взгляд и затем вернулась к изучению таро. — Хо… На-адо же. Как много любви, — довольно промурчала рыжеволосая. Ази почувствовал прилив жара к лицу, но попытался это скрыть, попивая любимое какао. Кроули несколько скучающе глядел то на разложенные на столе карты, то на стажёра и слушал о раскладе. — Шестой главный аркан. Влюбленные, — мадам Трейси взяла карту и предовольно повернула лицевой стороной к слушателям. Энтони немного задел чашку, чуть не пролив чай, но вовремя взял себя в руки и кашлянул. — Счастье, прибыль, и, кажется, вижу успешное завершение дела. Над чем-то работаете, мистер Кроули? — мило улыбнулась она, заметив дёрганную реакцию мужчины. — А… Эм… Да. Есть один проект, — рыжеволосый запил нервозность чаем. — Точно-точно. Хорошая удача, может у Вас талисман имеется? Могу с уверенностью сказать, что кто-то приведёт много счастья и благополучия в Вашу жизнь. Азирафаэль аккуратно нашёл глазами Энтони и так же аккуратно перевёл внимание обратно на карты. — Да, все-таки всё процветание в любви. Эх, молодость, лучшее время, — проговорила мечтательно женщина, специально переводя тему, чтобы совсем не засмущать парочку молодых людей. — Помню свою первую любовь, он был…

***

Время перевалило за полночь. Азирафаэль сидел в своей комнате за рабочим столом и с нежностью перематывал сегодняшний день в своей памяти. Блондин чуть клевал носом, потому что они немного задержались в магазинчике из-за того, что мадам Трейси всецело предалась воспоминаниям собственной молодости. Слегка приглушённый свет не так сильно давил на глаза в отличие от обычного, отчего сильнее убаюкивал. С влажных волос на ноги стекали редкие капельки, поэтому Фелл вновь накинул полотенце на голову, а затем раскрыл тетрадь бирюзово-голубого оттенка на пружине. Миссис Мартин порекомендовала ему записывать каждый день его эмоции, чтобы следить за его путём. Это было важно для того, чтобы он смог прочувствовать моменты в здесь и сейчас лучше, осознать их и весь день в целом. Фелл принялся записывать, что он делал сегодня и как провёл время, что ощущал в эти моменты и какие чувства у него появлялись. Сначала запись шла суховато, однако немного погодя он стал записывать более быстро, еле поспевая за своими мыслями и желая расписать всё как можно подробнее. «…этот день был и правда насыщенным. Мне было спокойно и весело, разговоры отвлекли меня от надоедливой дереализации, это дало мне отдохнуть. Но самое главное… Я был не один. А вместе с ним… Расклад выбил меня из колеи на время, чуть ли не заставив сердце выпрыгнуть из груди. Кажется, я люблю Энтони сильнее, чем думал.»