Некроманты

      Над магической Англией сгущались тучи.       Караул! Волдеморт вернулся!       Да не просто вернулся, а со спецэффектами! Возродился с помощью древнего темного ритуала на глазах двух верных приспешников и тут же, сходу, устроил шоу, разнеся половину Азкабана, освободив плененных ПСов и не забыв повесить в небе Черную Метку.       Министр Фадж, узнав об этом, с перепугу тут же подал в отставку. Он, мол, администратор, а не полководец, и вообще стар уже для всего этого.       Магическое сообщество в ужасе замерло, но довольно быстро очухалось и побежало искать крайнего. А кто у нас герой-то? Ясное дело — признанный специалист по Темным Лордам, Величайший и Светлейший и т.д., и т.п. По крайней мере, за отсутствием внятной альтернативы.       Альбус Дамблдор (которому крайним быть совершенно не хотелось, но кто ж его спрашивал?) глубокомысленно почесал в затылке и созвал Орден Феникса.       Не то чтобы калека-параноик, бывший заключенный, потрепанный жизнью оборотень, воришка-карманник и дурной… простите, двойной агент-зельевар были похожи на грозное светлое воинство, но как звучит! Хоть какая-то видимость активных действий.       И вот теперь это спешно собранное общество метеорологов-любителей сидело в гостиной своего импровизированного Штаба на Гриммо и думу тяжкую думало.       Как бы так нависшие над Англией тучи разогнать, чтобы и эффективно, и самим под дождик не попасть?       Дамблдор, как идейный вдохновитель, толкнул речь.       Мол, настают, товарищи, темные времена! А потому все храбрые духом и чистые совестью должны сплотиться, дабы одолеть Великое Зло, защитить себя и ближнего своего и вообще спасти мир!       «Товарищи» слушали, идейно вдохновлялись, но сами с предложениями выступать не спешили. Ибо инициатива, она, как известно, наказуема.       Люпин, как самый сознательный, повелся было на пафосные речи директора, но его вовремя ухватил за шкирку недавно оправданный Блэк.       — Не дергайся, Лунатик, не дергайся…       — Так миссия же!       — Сиди, говорю. Пусть сначала Светлейший сформулирует что-нибудь конкретное…       Но Светлейший с конкретикой не торопился, все больше вещая про Великое Общее благо и непобедимую силу любви.       Аластор Грюм, слушая его витиеватую, но удивительно бесполезную речь, тихо матерился себе под нос.       Нет, ну серьезно! Стелет старик, конечно, красиво, только какая, нахрен, сила любви, когда у Волдеморта армия и энное количество крестражей в загашнике? Тут нужно что-то более весомое, чем «пылающие сердца, подобно фонарям освещающие путь во мгле»…       Сидящий в темном углу Северус Снейп про фонари не слушал.       Он мучительно пытался понять, что он вообще здесь делает, и когда в его жизни что-то пошло не так. По всему выходило, что во всем виновата Лили. Но ее уже давно нет, как и ее исчезнувшего пять лет назад ребенка, а значит, и причин сидеть тут и слушать всю эту ахинею про Благо вроде как тоже нет.       Инерция — все же страшная штука.       Переметнуться, что ли, на темную сторону, пока не поздно? У Малфоев хоть кормят нормально…       А Дамблдор, в своих вдохновляющих речах заходящий уже на третий круг и чувствующий, что красноречие его иссякает, быстренько агитацию свернул и уставился на зевающих соратников.       Соратники, сообразив, что фоновый бубнеж закончился, зевать резко перестали и вообще сделали умный вид, но гениальными идеями по спасению мира делиться почему-то все еще не жаждали.       Дамблдор, расчитывавший на несколько другой эффект, вздохнул.       А что с них взять-то, в конце концов? Как ни крути, а феникс — хоть и птица магическая, и символ света, и так далее — по сути своей мало чем от обычной курицы (прости, Фоукс!) отличается, а ведь как корабль назовешь…       Ну, короче, сам дурак.       Эх, не упустил бы он тогда Избранного, сейчас все было бы куда как проще! А теперь придется самому, все самому…       Хотя…

***

      В это же время, в Малфой-мэноре, Темные силы в составе скоропостижно воскресшего Волдеморта и некоторого количества потомственных аристократов разной степени вменяемости тоже без дела не сидели.       У них в самом разгаре был добровольно-принудительный мозговой штурм на тему: а что дальше делать-то, собственно?       Правда, штурмовал в основном Волдеморт, остальные все больше делали вид. Потому как у некоторых (вроде Сивого, МакНейра и Петтигрю) штурмовать было особо нечем, другим (вроде Малфоев, Ноттов и Гринграссов) особо незачем, а остальные (вроде Лестренджей в количестве трех штук) вообще не понимали, чего тут штурмовать, когда есть такое универсальное изобретение, как Авада.       Но у Темного Лорда на этот счет было другое мнение.       Потому что Авада — это, конечно, прекрасно, но только чтобы стать полноправным правителем магической Британии, надо бы иметь, кем править. Стало быть, массовая бойня отменяется, остается сплошная скучная политика.       С другой стороны, просто сесть в кресло министра и объявить себя самодержцем Волдеморт тоже не мог — ибо Дамблдор.       Старик со своим ощипанным Орденом одним своим существованием капитально осложнял ему жизнь, и поэтому первым делом от Светоча и его шайки-лейки нужно было избавиться.       Но как?       Вот тут Волдеморт неизменно впадал в ступор, потому что хорошо помнил, чем закончилось его последнее противостояние с фениксовцами и понимал, что переть напролом — себе дороже.       А значит, надо действовать хитро. И, желательно, чужими руками…       — О! — измученное тяжким интеллектуальным трудом чело Волдеморта неожиданно просветлело.       Все остальные, успевшие забыть, зачем они, собственно, собрались, так перепугались радостного оскала начальства, что аж позеленели, а особенно впечатлительные даже хлопнулись в обморок.       Волдеморт, окинув критическим взглядом сторонников своих, вздохнул.       Хлипкий нынче Пожиратель пошел… прям стыдно, честное слово!

***

      — Воу! — невольно вырвалось у Поттера в первую секунду при виде лица ректора. Если, конечно, то, что скрывалось под капюшоном вообще можно было назвать лицом. Но почти сразу на смену первому шоку пришел исследовательский азарт. — А что это с вами?       Забыв обо всем, в том числе и о правилах приличия, он вскочил со стула и навис над столом, разглядывая во всех деталях открывшуюся перед ним картину. А посмотреть было на что. И сразу становились ясны причины, по которым ректор предпочитал не появляться на публике без капюшона.       У него фактически не было половины лица.       То есть был почти нормальный подбородок, рот, левая щека и глаз, а с правой стороны все это по диагональной линии переходило в голый череп с мерцающим в провале глазницы черным огоньком. А в том месте, где живая плоть переходила в неживую, через всю голову тянулась тонкая металлическая полоса, густо покрытая мелкими руническими символами.       — У-у, — Поттер наморщил нос. — Что это — проклятие? Необратимое, да? А зачем эта полоска?.. Погодите! — он вдруг осекся и плюхнулся обратно на стул. — Вы сказали, что мы родственники?       Ректор криво усмехнулся и снова накинул на голову капюшон.       — Любопытная расстановка приоритетов. Пожалуй, отвечу по порядку. Да, это проклятие, и да, оно необратимо. А полоса, о которой ты спрашивал, сдерживает дальнейшее его распространение. Что же касается наших родственных связей, то они действительно есть, хоть и весьма призрачны. Я, как и ты, являюсь потомком знаменитых братьев Певерелл. Только твой род ведет свое начало от Игнотуса, а мой от Кадма.       Гарри на мгновение подвис.       — От Кадма… О, я знаю, вы из Гонтов, да?       — Вижу, ты интересовался своей родословной…       — Шутите? — Поттер фыркнул. — Я еще на первом курсе раскопал все, что можно было раскопать.       — Как и я в свое время, — хмыкнул ректор.       На мгновение в кабинете повисла тишина, а затем Поттер вдруг слегка прищурился.       — Но вы же меня не о предках поболтать позвали, правда?       — Правда, — легко согласился ректор, откидываясь на спинку кресла. — Я позвал тебя, чтобы предложить тебе одно не совсем стандартное задание…

***

      — Некроманты?!       Вот уж чего-чего, а такого поворота событий последователи Светлейшего точно не ожидали.       — У вас есть другие предложения? — Дамблдор был спокоен, как чучело удава.       А чего ему дергаться-то, с другой стороны? Он ждал от орденцев инициативы, не проявили — сами виноваты!       Орденцы, в свою очередь, мучились неразрешимой дилеммой.       Вроде и нехорошо как-то ради победы над темным магом просить помощи у еще более темных магов, но больно уж привлекательной была возможность спихнуть всю грязную работу на кого-нибудь другого!       Да и вообще — Дамблдор сам предложил, а кто они такие, чтобы с Мудрейшим спорить?       — А они согласятся? — наконец сформулировал относительно нейтральную позицию Блэк.       Он бы вот на месте этих самых некромантов послал бы Светоча куда подальше.       Но Дамблдор был настроен оптимистично.       — Договориться можно с кем угодно, мальчик мой! Здесь главное — найти правильную мотивацию!

***

      А вот в рядах противоположной стороны смелая идея начальства никаких дискуссий не вызвала.       Что ни говори, а совесть у Пожирателей отличалась особенной гибкостью, а когда нужно и вовсе впадала в кому, поэтому предложение свалить проблему на чужие плечи была воспринята на ура.       Один Люциус Малфой всеобщей радости не разделял, мысленно подсчитывая убытки. Потому что идея-то Лорда, а вот оплачивать работу неизвестных некромантов придется ему.       Если, конечно, Лорду вообще удастся с ними договориться.

***

      — То есть… вы даете мне полный карт-бланш? — недоверчиво уточнил Поттер, выслушав суть предложения.       Ректор развел руками.       — Сам понимаешь, заказ специфический. Разборки между магами — не наш профиль, но мне показалось, что именно тебе это задание могло бы быть интересно.       — Значит, все переговоры…       — Полностью на тебе. Магам пообещали только организовать встречу со специалистом. Впрочем, если это дело тебе не интересно, можешь отказаться, я настаивать не стану.       Поттер задумчиво почесал бровь и хмыкнул.       — Ну почему не интересно? Это явно веселее, чем гонять упырей и болотников.       — Так ты согласен? — ректор усмехнулся.       — Я согласен встретиться с ними, — Гарри пожал плечами. — А там посмотрим.       — Что ж, в таком случае, место и время встречи тебе сообщат позже. У меня все.       Поттер молча кивнул и, поднявшись со стула, направился к выходу из кабинета. Но уже у самой двери вдруг обернулся.       — Один вопрос…       — Да? — ректор слегка наклонил голову.       — Если все получится, мне зачтут это задание, как преддипломную практику?