Первая из спасительниц.

Прошло несколько дней с того момента, как Гера поселилась в замке у Румпельштильцхена. Всё шло как нельзя лучше. Девушка практически его не видела, то он отлучится куда-то, то запирается в кабинете и увлекается делами. Лишь изредка он выходил из своей «берлоги» и спускался к обеду или ужину, завтрак маг всегда пропускал. Девушка в это время бесцельно бродила по замку и рассматривала интерьер. Её поражало то, что почти весь замок был выполнен в темных и красных тонах, но некоторые из комнат были довольно светлые. В одной из таких, в шкафу Гера нашла отголосок прошлого. Это была старая, грязная, рваная в нескольких местах накидка. Слишком маленькая для взрослого человека. Что-то всколыхнулось в памяти и, девушка узнала её. Прошло уже много лет, а Румпель все хранил эту старую, совсем ему ненужную, но бесценную вещь. Гера положила накидку на место и спустилась в зал. Там за столом в своём троне сидел Темный маг. Он выглядел опустошенным и огорченным чем-то. Его мысли были не здесь, где-то витали. Трудно было сказать, что же его так могло тревожить. — Что тебе приготовить? — обратилась к нему Гера, возвращая мага в реальность. — Что угодно, мне все равно, — мрачно буркнул Румпель. — Что-то случилось? Ты сегодня злой. — А ты добрая, видишь все на своих местах. Темный сидел, мрачно смотря в на свою прялку, стоящую в углу. Он был погружен глубоко в свои мысли и раздумья, пока ему так нагло не помешали, прервав ход мыслей. — Я тут кое-что нашла в одной комнате. Темный не ответил, просто проигнорировав слова Геры, делая вид, что не замечает девушку. — Это накидка. Старая, рваная и грязная. Но она ведь не твоя, верно? — Что? — Румпель очнулся от раздумий и посмотрел на девушку с недоумением. — Та накидка, она принадлежала Бейлфайру? — Тебе какое до того дело? — Мне интересно. Я же пленница здесь, хочу знать больше о своём… — Гера на секунду запнулась, посмотрев на Румпеля. — Хозяине? — продолжил за неё Тёмный. — О, так ты считаешь себя моим хозяином? Интересно… — Я не считаю, я являюсь им. — Переубеждать не стану, не смогу. Думай как хочешь. — А это тебя задело, не так ли, дорогуша? Гера старалась не показать магу, что это и вправду ей не по душе, поэтому она решила перевести, а точнее вернуть разговор в прежнее русло. — Так всё же, эта накидка его, Бэя? — Хватит, больше не говори о нем, понятно? — резко вскрикнул Румпель, вскакивая со своего стула. — Почему же? Ты готов был за него умереть. Что между вами произошло? Ты же его так любил, а он любил тебя. — Теперь нет. И его со мной нет. Отныне я жестокий Темный маг, который не знает ни любви, ни сострадания. — Не правда! Ты не всегда таким был, когда-то ты любил, в твоём сердце жило… — Хватит, — он ударил по столу, — замолчи. — Но, Румпельштильцхен, ты же… — Я сказал хватит! — Что случилось Бейлфайром? Он ведь не погиб. — Не смей произносить его имя! Ясно? — Несколько небольших столиков, стоявших рядом, опрокинулись со всем содержимым. — Да что с тобой? Зачем ты их уронил? — Ну всё, дорогуша, хватит! Сегодня кто-то проведёт ночь в темнице, — мрачно проговорив это, он щёлкнул пальцами и девушку окутала дымка. Гера стояла не в просторной, хоть и тёмной комнате. Нет, это была ужасная, жуткая и сырая камера. В таких обычно держат преступников или провинившихся. — Румпель, от прошлого не убежать. Оно будет преследовать тебя, пока в один момент не ударит в самое больное, — закричала она, в надежде, что маг её услышит, но ответа так и не последовало. — Упрямец. Всегда им был. А еще и обидчивый к тому же. Девушка постояла там минуты две-три и решила попытаться выбраться. Вдруг она услышала шорох где-то в углу камеры. Гера резко обернулась готовая к атаке, но тут же успокоилась. — Крыса, — констатировала она факт, — всего лишь. Немного успокоив шалящие нервы, девушка решила выбираться. Ей все-таки не хотелось провести остаток дня и ночь в темнице. Она медленно подошла к двери, почти вплотную, так, что до ручки было не более шага. Но как только она коснулась её, Гера почувствовала жгучую боль. Пленница отдернула руку, как от огня. — Защитное заклинание? Умно, но я умней, и тоже кое-что могу и умею. Внимательно осмотрев след от заклинания и немного подумав, Гера решила действовать. Ей стоило только взмахнуть рукой, как дверь со скрипом отворилась и она ступила за порог из этой сырой камеры. Ещё раз посмотрев назад, она пошла прочь от этого ужасного места. Пройдя несколько длинных коридоров, поворотов, дверей и залов, девушка все же добралась до нужного. — Больше так не делай! — крикнула с порога Гера, увидев сидящего на том же месте Румпеля. — Как ты освободилась? — посмотрел на неё с недоумением маг. — Там было сильное заклинание, которое просто так не разбить. — Разве это важно? — А что по твоему важно? — хитро улыбнулся маг. — Зачем ты это сделал? Румпель хотел что-то сказать, но Гера не дала ему и слова сказать, перебив его. — Только не надо лжи, ты можешь врать кому угодно, но себя не обманешь, Румпельштильцхен. — Хм, — маг задумался, — ладно, сыграем по твоим правилам. — Как ни крути правила все равно будут твои, а не мои. — Хах, — Темный усмехнулся и хлопнул в ладоши, — и то верно. — Ну так что? — Хочешь услышать правду? Дорогуша, ты ничего не знаешь обо мне. — Неужели великий и непобедимый Темный маг боится? Или мне всего лишь показалось, что я увидела в глазах страх, когда мы говорили? — Я ничего и никого не боюсь, ясно! — мужчина стал мрачнее тучи. — Но тогда почему ты не хочешь поговорить о Бейлфайре? — И все же, как ты выбралась из темницы? — попытался перевести тему Тёмный. — Не ты один обладаешь магией. — Но там была сильнейшая защита. Это темное заклинание. — Мне не впервой разрушать темные заклятия, не говоря о заклинаниях. — Что ты имеешь ввиду? На это девушка лишь ухмыльнулась и пожала плечами. Она остановилась позади Темного, кладя руки на спинку его трона. Маг не шелохнулся, он все также сидел, облокотившись на спинку, держа золотой кубок в руке. — Сам догадайся. — Если бы знал, не спрашивал бы. — Ты, вроде бы, умный, но не хочешь подумать. Не можешь заметить очевидного, сложить картинку воедино. — Не говори загадками, скажи прямо. — Загадки это дело Темных, не моё. Вы обычно сначала говорите загадками, затем от этого люди страдают. — Дай мне ответ на заданный вопрос! — Какой ты не сообразительный и занудный. Заладил одно: Ответь да ответь. Зосо был и то веселей. — Да кто ты, черт возьми, такая? — он вскочил со стула и приблизился к девушке настолько близко, что между ними не было и шага. — Думаешь мне страшно, Румпельштильцхен? Нет, — растянула она последнее слово. — Главный вопрос не в том, кто я такая. Не в этом. — А в чем? — маг начал сердиться. — Вопрос в том, кто ты такой? И кем ты себя считаешь? — Послушай сюда, дорогуша, не играй со мной, иначе… — Иначе что? Ах, да, играть с людьми — это твоя прерогатива. — Ты нарываешься. — Ну и что же ты мне сделаешь? Убьёшь? — Почему бы нет? — Но тогда со мной умрут и ответы на твои вопросы, а ты хочешь знать. — Ничего подобного. Я уже говорил тебе, милочка, ты меня не знаешь. — Я знаю тебя лучше, чем кто-либо, даже, чем ты сам. — Не думаю. А убить тебя мне ничего не стоит. — Ну, удачи, — она ухмыльнулась, и пошла прочь из залы. Но прежде чем скрыться за дверьми, она сказала: — Думай, Темный маг, откуда я столько знаю о проклятии, и откуда знаю предыдущего мага. Ты умный, но ты не хочешь замечать очевидного.