Первая из спасительниц.

— Ты совсем спятил? — Гера, не злись! — Джефферсон бежал по коридору своего особняка, попутно уворачиваясь от летящих в него вещей. — Я понимаю, что тебя называют безумным шляпником, но ни разу я не убеждалась в этом так, как сегодня. — Ну, Гера, я же всего лишь… — Всего лишь? Всего лишь?! Зачем ты ее похитил? — продолжала кричать волшебница, но уже не бросая предметы в своего друга, постепенно успокаиваясь. — Я подумал, раз она избранная, то она может сделать шляпу, которая перенесет нас обратно в наш мир. — А, так вот в чём тут дело. Есть одна маленькая деталь. Ты похитил её! — Я думал, она мне поможет и я её выпущу, тем более, что она должна уверовать в наш мир. Я попытался с ней поговорить. — И как успешно? — усмехнулась Гера. Это был риторический вопрос, ибо ответ она уже знала. Эмма посчитала шляпника сумасшедшим и сбежала. А про веру в магию она даже не задумалась. Спасительница далеко уже не ребёнок, и так легко в магию она не сможет поверить. Тем более, что её жизнь была далеко не радужной. Она росла в приюте и все годы своей жизни думала, что её просто бросили. Затем она связалась не с тем человеком, что надо, и оказалась в тюрьме, где родила ребёнка, от которого сама отказалась. Вот теперь этот ребёнок нашёл её и притащил в этот странный городок. — Эмма смогла бы сшить такую шляпу, да, в этом ты не ошибся, но… — Гера на секунду замолчала и о чём-то задумалась, но вскоре снова продолжила. — Есть одно «но», всегда оно есть. В этом мире нет волшебства, даже у нее, поэтому, она не сможет помочь. — Но она принесла его с собой! — воскликнул Джефферсон. Сейчас и вправду походил на сумасшедшего. В его глазах проскакивали недобрые искорки, волосы на голове были взлохмачены. Он стоял и смотрел на подругу не отрываясь, заламывая и выкручивая свои пальцы до хруста костяшек. А взгляд метался по комнате, будто в поисках чего-то, что могло бы ему помочь, но не находя этого он не задерживался ни на одной вещи вокруг. — Раньше, до её приезда, я был пленником этого дома, но с появлением Эммы всё изменилось! — Хоть она и принесла магию с собой, ее было ничтожно мало! Джефферсон сначала удивленно приподнял брови, а затем, когда до него дошёл смысл сказанных Герой слов, он недобро нахмурился. — Она освободила меня из каменного плена, благодаря той магии, что была с ней. Шляпник резко отвернулся от подруги и подошёл к рабочему столу. Он наклонился над ним, упираясь руками о край. Его плечи начали подрагивать. — Так вот оно в чём дело, — тихо, практически шёпотом произнес хозяин дома, усмехаясь. Гера насторожилась, но не стала подходить к другу, пытаясь выяснить, что он будет делать дальше. — Так это ты виновата в том, что ничего не вышло! — Шляпник внезапно перешёл на крик. Он неспешно повернулся к собеседнице лицом, на котором не возможно было разобрать эмоции. Это была полу улыбка — полу оскал. В его руках блеснули острые швейные ножницы, которые он медленно покручивал. — Джефферсон? — немного удивлённо проговорила Гера. — Это ты уничтожила мою последнюю надежду на счастье. Слегка склонив голову на бок, Джефферсон наступал и наступал, всё так же вертя в руках свой инструмент. Гера, не давая ему приближаться, начала двигаться назад в такт другу, пока не уперлась в стену. — Шляпник! — Это ты отняла у меня Грейс! — Прекрати, слышишь? Ты не злодей, ты не убьешь меня ради пустой мести. — Ты меня не знаешь! Ни капли! — почти полушёпотом сказал Шляпник. Он приблизился на расстояние вытянутой руки и остановился. — Ты же знаешь, что это не я виновата, просто ты потерял надежду. Отчаявшуюся душу видно сразу. — У меня был шанс спасти от заклятия мою Грейс, но ты его забрала. Ты решила спасти свою шкуру, нежели помочь остальным. Джефферсон уже не сдерживал своих эмоций и кричал во весь голос. Его руки тряслись, а лицо сложилось в жуткую гримасу ненависти, боли и страха. Отчаяние захватывало его все больше и больше. — Прости меня. Я не знала про твой план. Голос предательски дрогнул, когда Гера произносила эти слова. Ей не хотелось терять друга, но он, кажется, уже не реагировал ни на что. — Уходи, — спокойно произнес шляпник, опуская ножницы, — вон, я сказал уходи вон из моего дома. Если я ещё хоть раз тебя здесь увижу, то ты уже не уйдёшь. Гера не стала спорить с ним. Она медленно отошла от стены и прошла по коридору к входной двери. Открыв её, она ещё раз взглянула назад, надеясь увидеть там Джефферсона, но взору предстала лишь пустая гостиная. Девушка вышла из дома, захлопнув за собой дверь, и пошла прочь от этого места. — Простите, мисс, — послышалось за её спиной, когда она проходила очередной поворот дороги, проходящей вдоль леса. Гера обернулась на голос и увидела блондинку в красной кожаной куртке со сверкающим значком шерифа. — Эмма, — проронила от неожиданности Гера. — Это же вы!