Как Обито в армию провожали

      Проснулся Учиха в преотвратном настроении, несмотря даже на чудесную погоду за окном, которая являлась предвестником хорошего расположения духа. Голова трещала по швам, боль отдавалась вспышками в глазах, а в горле будто наждачная бумага застряла и скребла без остановки. Пить хотелось неимоверно. Однако не было сил сделать хоть одно малейшее телодвижение, и чтобы оно не отдалось резью в висках. Обито и валялся бы до посинения, умирая, если бы не звонок в дверь. Ещё один. И ещё. Кому, а главное, что понадобилось от бедного студентишки?! Ранним (Обито, уже обед!) утром. В выходной. Трезвонил ещё так, будто от Учихи его жизнь зависит.       «Может это Рин? Точно! Она же обещала зайти!»       Парень, превозмогая все и вся, кривя лицо в адских муках, поднялся с кровати. Театр одного актёра, ей-богу! Волоча слабые ноги, достигнул поставленной цели и заглянул в глазок. Твою мать… За дверью, скалясь (шаги услышал, волчара шерстяной), стоял мужчина в военной форме.       — Кто там?..       — В гости пришёл ваш любимый военком! Учиха Обито здесь проживает?       — Да…       — Вам повестка, открывайте!       Обито не думал, что этот день настанет так скоро. Нет, безусловно, долгое время он виртуозно бегал от военкоматчиков. Сначала нужно было закончить универ, в который Учиха попал только благодаря мозгам Хатаке. Потом произошёл несчастный случай, где пострадавшим вышел только он, получив перелом ноги, руки и плюсом сотрясение. Спасибо профессору Минато. Дернул же чёрт его попросить Обито перетащить шкаф, чуть не ставший персональным гробом парня. Практически два месяца Учиха провел загипсованным.       Перспектива провести целый год в качестве мальчика для битья не улыбалась. Он не видел в этом абсолютно никакого смысла. Армия существовала и существует лишь для запугивания псевдоврагов. Новые виды оружия создавались, чтобы сказать: «Смотрите, мы круче! Мы можем всех вас поубивать! Страшно?». Конфликты появлялись из пустого звука. Людям, казалось, нечем заняться. К чему всё это? Неясно. По какой-то неведомой причине всем не жилось в мире и согласии. Они с лёгкой руки отправляли молодых и не очень людей умирать. И цель святая — за Родину. Но какой в этом смысл, если власть дерьмовая? Если всё все равно пойдет ко дну?       Мадара Учиха, дорогой дядя Обито, в своё время ловко избежал участи служить любимой Родине, заплатив кругленькую сумму. У Обито не было возможности поступить так же, а просить денег у дяди приравнивалось к продаже своей задницы.       После прохождения медкомиссии и выслушания приговора «годен», Учиха отправился к двоюродному брату. С Рин они так и не увиделись.

*

      Обито сидел, привалившись к подоконнику, и курил в открытое окно. Шисуи достал из холодильника две бутылки пива и сел на соседнюю табуретку. Маленькая кухня, старенький гарнитур. Все комнаты похожи. Кудрявый Учиха снимал эту квартиру с ещё двумя одногруппниками.       — Сочувствую, брат. Надеюсь, тебе повезёт. В моей части старшина был тот ещё мудила. Сразу я ему не понравился. Учиха то, Учиха сё! На дежурство как не выйду, — всё ходит, проверяет. Все глаза измозолил. Армия из людей нормальных дебилов делает. А больным даёт карт-бланш на удовлетворение своих садистских наклонностей. Не место тебе там, Обито. Никому не место.       Шисуи вздохнул и отпил пива.       Так получилось, что кудрявый отслужил раньше, чем Обито.       — Эпизод был. Ну, в армии поговаривали. Вояка этот, ради продвижения по службе, покалечил друга своего, — и жёстко добавил: — глаза выдавил.       — Ему ничего не сделали?       — Ага. Вину не смогли доказать.       — Или это просто глупые слухи, — тихо проговорил Обито, туша сигарету в пепельнице.       Второй прищурился, разглядывая брата, но ничего не сказал.

*

      Учиха возвращался из магазина, когда телефон заиграл ненавистной мелодией, оповещающей о звонившем.       — Мадара?       — Кто тебе звонить-то будет, кроме меня? Не смеши, малыш Обито.       — Если это всё, что ты хотел сказать, я отключаюсь…       — Стоять! Я по делу. Ты должен приехать ко мне. Не обсуждается.       Прозвучал сигнал об окончании вызова.       Дорога до квартиры Мадары не заняла много времени. Зато съела сотни нервов Обито, пока он раздумывал, что за дело такое важное, раз дядя не стал разговаривать о нём по телефону. Хотя обычно всё решал без лишних встреч, отнимающих время.       — Быстро ты. Знаешь, что папочка не любит ждать.       — Чего хотел? — младший Учиха спокойно проглотил колкость Мадары.       — Погоди. Присядь, отдышись. Я принесу воды.       Обито подозрительно покосился на родственника, но предложение принял. Он действительно бежал, и мечтал уже закончить внеплановое семейное собрание. Всего через несколько часов должно было состояться его с Рин свидание!       Мадара накинулся на него с тыла, фиксируя одной рукой на месте, а другой проводя чем-то по задней части головы. Затылок обдало холодом. На плечи попадали тонкие тёмные волоски. Он что… побрил его?! Учиха задёргался, пытаясь уйти из захвата.       — Не дёргайся, гадёныш! Уши покромсаю.       — Ты больной, пусти меня!       — Обито, скажи мне, почему я только сейчас узнаю, что ты собрался служить? Тебе же армия эта нигде не упёрлась. Или мечтаешь, чтобы тебя оттрахала куча мужиков? Давай я помогу тебе с этим, по ощущениями идентично!       — Отпусти!       — Никогда не думал, что ты такая похотливая сучка, Обито… — Горячо выдохнул Мадара в порозовевшее ушко.       Учиха сделал последние движения бритвой. Полезная вещь, бесшумная. Младший сорвался с дивана, как только рука дяди пропала, и скрылся в туалете. Доволен, Мадара? Довёл ребёнка! Будет сейчас сопли по щекам размазывать, жалея бедного себя. И, конечно же, ненавидеть плохого дядю!       — Обито, чего слюни распустил? В армии тебя бы тоже заставили побриться. Тащи свой зад обратно, — сказал мужчина, приваливаясь к стене у двери.       — Пошёл ты! — Обито вылетел из ванной, задевая плечом Мадару.       — Радуйся, что не под нолик, — хохотнул старший Учиха.       Племянник не удосужил длинноволосого больше ни единым взглядом. Собрал вещи и убежал.       С Рин вновь пришлось отложить встречу.

*

      — Какаши, ты дождешься меня?! — выпалил одним духом Обито, глядя на Рин. Глупо моргнул, не осознавая ошибки.       Хатаке слегка поменялся в лице. Нет, ну, что за идиот? Обито точно прибьют в первый же день службы, если он так же не будет думать, что говорит. Сам Какаши, к слову, «негоден». Левый глаз полностью перестал видеть, после получения травмы. Тогда они втроём возвращались поздно вечером, и навстречу вырулили несколько набравшихся гопников. В ходе драки ни Хатаке, ни уж тем более Обито или напуганная до смерти Рин не заметили блеснувшего в свете фонаря ножа.       «Дождусь», — подумал Хатаке. Под маской губы растянулись в слабой улыбке.       Покрасневшая Рин растерянно переводила взгляд с одного парня на другого.       Возникший из ниоткуда Мадара по-отцовски приобнял Обито за плечи и серьёзно начал:       — Слушай сюда. В бане мыло не роняй — жопу береги!       Шлёпнул племянника по заднице и заржал.