Его фанатка

— Я бы не навредил тебе. Да и без твоего разрешения я бы не сделал это. Просто хотел проверить насколько быстро ты отдаешься сексуальным утехам. Прости, если спугнул тебя. Пожалуйста, не шарахайся меня на каждом шагу, я не такой каким ты меня представляешь. Я попытаюсь загладить свою вину. А сейчас мне пора на работу, пока дорогая, — утром зашел Чон Сон объясняя своё поведение в прошлый раз. Твердил, что не изнасиловал бы ее, что не тронул бы девушку если она сама не захочет. Айова конечно поверила, ведь Чон так внушительно просил прощения и раскаялся, говоря что не хотел спугнуть. Но, девушка давно сделала свой выбор. Ей любым путем надо родить здорового ребенка, поэтому у девушки уже имелся план, который она осуществит через неделю. Ребенку уже месяц, а девушка все еще не проверялась ни разу. Сегодня Ким решила сходить в больницу. Всем в доме сказала что пошла к подруге. А свекровь все кричала, что она уже не свободна и скоро выходит замуж, поэтому должна сидеть дома, а не разгуливать по улицам. Девушка пропустила всё мимо ушей и направилась в больницу. Вот она сидит на лавочке, поглаживая живот и ждёт свою очередь. — Ким Айова? , — высунув голову спросила молодая медсестра в белой одежде. — Это я, — девушка прошла в кабинет. — Здравствуйте, я Ким Айова, — сказала она стоя рядом с главным врачом. — Присаживайтесь пожалуйста, — сказала женщина что сидела на голубом стуле. — Сейчас вас осмотрят и возьмут анализы. — Хорошо. — Какой уже срок? Проверялись в другой больнице? На учёт встали? — Нет… Срок, примерно месяц… -Да, молодая будешь мамаша. В Корее самая молодая мама была в 30 лет. Тебе наверное лет 18-20,как залетела то! — Вот так вот залетала. От любви, — сказала девушка явно настроенная осуществить свой план, это теперь точно. Она не хочет пополнять ряды молодых мамочек в Корее. Наконец все процедуры закончились, девушка сдала нужные анализы. — С ребенком всё хорошо. Дальше будет продолжаться лучше если будешь хорошо питаться, не напрягайся много, а также не таскай тяжестей… * * * После приема врача у девушки на душе легче стало, ее ангелочку ничто не угрожает и он родиться вполне здоровым, если конечно сама девушка будет хорошо заботиться о нем. — Мой ангел, — сказала Айова поглаживая совсем немного выпирающий животик. В обтягивающих вещах немного заметно, а в широких футболках и толстовках совсем ничего не видно. По дороге домой ей захотелось поесть уличной еды, то ли токпокки или чанчжанмён. Теперь она будет есть все что захочет маленький ангел в ее животе. Он требовал еды, поэтому девушка заказала токпокки в первом попавшемся ларьке. Девушка уселась на лавку и принялась поедать еду. — Оо, какие люди, собственной персоной! , — раздался громкий и мерзкий голос. — ЧанДи… — протянула девушка доедая свое лакомство. — Представляешь это действительно я, собственной персоной, — сказала девушка. Раньше они дружили, но как оказалось ЧанДи аферистка, она дружила с Айовой только из-за денег и славы ее отца. ЧанДи украла большую сумму денег у семьи Ким. Но ее поймали. ЧанДи оказалась совсем не ангелочком, а дьяволом во плоти. Айова с тех пор ни с кем не дружит. От друзей только проблемы, считала девушка. — Ты чего тут сидишь, уличную еду ешь… Что из дома выгнали, — строя из себя кого-то спросила она. — Пха… Ты сама слышишь что ты несёшь? Закрой свой тухлый рот и иди дальше, куда шла, — сказала девушка даже не посмотрев на приятельницу. — Ты что думаешь папочка известность, бабла куча, это значит всё можно и на тебя не найдется того кто поставит тебя на место. Так вот знай это я. Знай свое месте, Ким, — сказала ЧанДи взмахнув волосами. Она так взбесила Айову, что та готова была взорваться. Только собакам говорят знать своё место. А эта ЧанДи позволяет себе слишком много. Девушка встала с места, в руке одна палочка токпокки в соусе. Ким подошла к ней и измазала соусом рожицу наглой девицы, а затем эту же сосиску запихала ей в рот. Взяла сок и вылила на ее волосы. Та от шока не могла отойти, поэтому стояла молча и не шевелилась… — Так то лучше, дорогуша, — сказала Айова, дерзко развернувшись она пошла в дом будущего мужа. — Оо, ты вернулась, — сказала радостная Чжу Ран, которая нянчила дочку. — Да, — улыбнулась в ответ. — Тетя Айо, — сказала Суён, выбегая из комнаты и обнимая девушку. Айова хорошо сдружилась с этой неугомонной девицей. — Суён, ты почему не нянчишь сестренку? — Мне мама не дает! — Ты еще маленькая Суён, — сказала Чжу Ран. Они вместе наблюдали за малышкой Чон. И весело смеялись. Вечером вернулись братья Чон. Поужинав всей семьёй, все отправились спать. Этой ночью Айова крепко спала. На следующий день она позвонила другу который работает в аэропорту. — Алло, Хёнджин? — Хёнджин слушает. — Это я, Ким Айова. Мне нужна твоя помощь, — сказала девушка в трубку. — О, Айова, говори, что хотела, для тебя все что угодно, — смеясь сказал парень. — Мне нужен билет в Лос Анджелес, на этой неделе, срочно, — протараторила она. — Эм… А зачем тебе и кстати кому это? , — удивлённо спросил парень на том конце провода. — Мне. Давай без лишних вопросов, пожалуйста помоги, пробей один билет по дружески… — Ладно, сейчас посмотрю. Есть билет в Лос Анджелес, на *** 6 вечера, подходит? , — спросил парень. — Да, конечно. Пусть билет лежит у тебя, в день отлёта у ворот встретимся, там и заберу, ок? , — девушка была рада, что наконец сможет улететь от этой семьи, от нежеланного замужества, но с одной стороны тут Юнги, она не хотела покидать родную землю, но так надо, разум твердил что так будет лучше для всех. Да, это было ее планом, она запланировала улететь в другую страну. — Ок. — Эй, Хёни только об этом никому ни слова, понятно? Даже родителям, — грозно сказала она. — Понял… Прошла неделя. — Алло, Ли Джи можем встретиться? Мне нужна твоя помощь. Пожалуйста! Хорошо спасибо, — говорила по телефону девушка. — Привет Ли-Джи (дочка Сокджина). Как там твои родители? Дядя Джин общаются с моими? — Да, все хорошо. Общаются конечно. Иногда ходят в гости. — Ясно. Как я и говорила, мне нужна твоя помощь. — Конечно, онни. Я помогу. — Спасибо, — улыбнулась она. — Можешь передать эти письма кое-кому? — Хорошо. Кому? — Вот это с красным пергаментом для Юнги. А это зеленое для моих родителей. Пожалуйста передай им. Еще передай им что я их очень люблю, — сказала девушка и смахнула одинокую слезу. — Хорошо. У тебя точно все хорошо? — Да, все в порядке. Уже домой пора. Ты тоже давай ступай, а то простудишься.  — Ладно, онни. Если что обращайся. Пока. — Пока, — помахала девушка. Сегодня она улетает и не может не думать о нём. О Юнги… Она же сама приняла решение отпустить его. Так почему же так трудно. Почему так больно. Девушка закрылась в комнате и рыдала навзрыд. Раньше она могла видеть его, видеть его улыбку и знать что с ним все в порядке. А сейчас, сейчас их расставания прошло уже полтора месяца, Айова безумно скучает. Она ненавидит всех и всё вокруг. Почему жизнь так жестока? Почему она не может увидеть любимого ей человека, почему судьбе обязательно сделать ей больно. Зачем надо разлучать влюбленных и делать их несчастными. Айова рыдала не переставая. — Хотя бы раз тебя увидеть… — плакала она. Ее слезы текли по щекам, она была разбита. Ее сердце не залечит ни один врач мира. Оно разбито в клочья, жизнь боль, Ким в этом убедилась. Но, у нее будет ребенок, от Юнги, это безусловно радует, но жаль что сам Мин об этом не узнает никогда. Айова так хотела, снова увидеть его бледное лицо, гладкую на ощупь кожу, ощущать тепло его рук, его длинные пальцы, держаться сплетая их вместе, она хотела прикоснуться к его шелковистым волосам, цвета черного угля, заглянуть в его карие глаза, что поблескивали черным огоньком, обнять его, прижаться и почувствовать аромат его одеколона. Когда она думала об этом, ей хотелось просто наплевать на всё и сбежать к нему. Но, что-то задерживало ее, она не должна опозорить родителей вот так вот, да и портить репутацию Мина не хотела, поэтому ей придется просто сбежать оставив всё и всех. Да вот так вот сбежать, как трусливая мышка. Но что ей остаётся делать? *** Айова так и лежала, головой утыкаясь в мокрую от слез подушку. Взяв в руки телефон она пересматривала их совместные фото с Мином и опять хотела реветь, но поставив фото Юна на обои экрана, она взглянула на время, как оказалось уже 2. Айова немедленно встала с кровати и побежала собираться. Быстро собрав маленький чемодан вещей девушка вызвала такси, а затем принялась одеваться. Надев черные джинсы, белую футболку и широкую спортивку сверху девушка оставила письмо на столе предназначенное Чон Сону. «Извини, но я не люблю тебя. Мы не сможем жить вместе. Думаю ты ещё женишься на хорошей девушки. Не на такой как я. Поэтому, желаю обрести счастье» Родители Чон Сона уехали по делам. Чжу Ран в своей комнате с девочками. Тихо спустившись, Айова поспешила к подъехавшей машине. — Тетя Айо, а вы куда? , — неожиданно появилась Суён. — Суен… — разволновалась она. — Я в магазин, нужно кое-что купить. Ты только никому не говори, хорошо! Тшш, — девушка приложила палец к носу указывая ходить тихо и никому не говорить. — Хорошо, — улыбнулась та. — Это тебе, — протянула Айова ей шоколадку. — Это наш маленький секрет, ладно? — Ага, — покачала головой девочка. — Пока. — Пока. Никому не слова. *** Аэропорт Инчхон. Добиралась до него Айова приличное время, целые 2 часа потратила, но зато вздремнула и насладилась любимой музыкой, конечно временами попадались произведения Агуста Ди. — Спасибо, — девушка протянула купюры мужчине и вышла с такси. Таксист помог ей вытащить чемодан, а затем захлопнув багаж поехал дальше по своим делам Поставив чемодан рядом с собой Айова набрала Хенджина. Телефонный разговор: — Хенджин? — Да, это я. — Я в аэропрорту… Встретимся у главных ворот? — Да, хорошо. Сейчас выйду. — Ага… И билет не забудь. — Окей. *** — Айоооова… — Хён~ии, — девушка набросилась на парня с обьятиями. Он был для нее как старший брат. Айова единственный ребенок в семье, поэтому ей хотелось братской любви. Хенджин принял ее такой какая она есть, терпел ее характер, заботился. И сейчас очень рад видеть этот комок счастья. — Вот твой билет, держи, — сказал парень протягивая ей кусочек бумаги. — Спасибо огромное! — Ты потолстела что-ли? , — Хенджин тыкнул ее в бок. — Эй, там вообще-то мой ангел спит, — сказала Айова, а затем прикрыла рот ладошкой, поняв что проговорилась. — Какой еще ангел, — у него такое выражение лица, это надо видеть. — Ты чё беременна? , — ахнул он. — Ну, да… — Ёпрст… И кто это тебя обрюхатил? , — Хенджин обнял девушку, заметив что ей сейчас нужна поддержка. — Юнги, — тихо сказала она. — Кто? Юнги?! Какой еще Юнги?! — Мин Юнги. Агуст Ди. Шуга, — произнесла Айова. — Твой дядя что-ли? — Эй, — ударила его девушка. — Он мне близко не дядя. Он же даже не родной мне, откуда взял что он мне дядя?! , — возмутилась девушка. — Ну у вас же там все типо, родные. — Да. Но, Юнги мне не дядя. Еще раз повторяю, не дядя, — сказала она. Хенджин проводил ее до первой лавки и они присели. — Я люблю его, — тихо чтобы не заплакать сказала Айова. — А он тебя? — Тоже… Но, он не знает о ребенке, — сказала девушка. — Что? Почему тогда улетаешь?! Ты сумасшедшая?! — Родители выдали меня замуж насильно. Свадьбы еще не было, но она скоро. Я не могу тут оставаться с животом, да и жить с нелюбимым человеком для меня не радость, — сказала кареглазая смотря в небо. — Да уж… У тебя скоро самолет, пойдем внутрь, — Хенджин помог девушке с чемоданами. Все еще сидя внутри здания и разговаривая с Хенджином девушка не заметила как прошло время полета. — Я люблю тебя, сестренка, — сказал Хенджин улыбаясь и одновременно волнуясь за нее. Парень действительно любит ее как сестру. — Пока, оппа. Спасибо тебе за всё, — плача выдавила Ким. Они крепко обнялись, затем девушка последний раз вдохнув воздух родной страны, отправилась в Лос Анджелес. — Жди меня Лос Анджелес! Я уже в пути…