Ключ от царства Теней

— Пока рано делать выводы, что их ждёт. Но смерть - это слишком сильное для них наказание. Каждый совершал ошибки и нет тех, кто не ошибался. Я буду ходатайствовать о смягчении приговора! — Хадж схватил Кирай под локоть и поволок её прочь от камер. — Это мы ещё посмотрим! — Катрина не унималась. Камера ещё некоторое время была наведена в темноту, в которой скрылись Хадж и Катрина... Лори поняла, что подруге нужно побыть одной, и если она пойдёт за ней, то сделает лишь больнее. Мелани ненавидит, когда кто-то видит, как она плачет, но ещё сильнее красноволосая ненавидит себя за эту слабость. Лори сглотнула и попыталась улыбнуться. Она умела сдерживать свои эмоции, в отличие от подруги. На несколько долгих мгновений у темноволосой было всё: семья, ставшая ей родной, друзья, должность церемониймейстера и она ощущала себя нужной. Каждое утро, Велиговская понимала, что у неё есть для чего, а точнее для кого, просыпаться. Она нашла своё место в семье и была полезной, а теперь, Марс объявил их врагами народа. Её мир дал трещину — ещё немного и он рухнет. Девушка прислонилась затылком к холодной каменной стене, она надеялась, что холод её взбодрит, но она его не почувствовала. Внутри не было ничего, Лори не чувствовала ни сожаления, ни ярости, ни боли, но на карих глазах уже появлялись слёзы. Шум экрана телевизора растворился в тишине, и перед ней была уже не её комната… память перенесла её на несколько лет назад. *** Лори родилась и выросла в деревушке Страстоцвет к западу от владения всадника апокалипсиса известного, как Голод. Деревню назвали в честь волшебного цветка пассифлоры. Девушка рано лишилась матери, и всё домашнее хозяйство переломилось на плечи хрупкой нимфы, но она довольно хорошо справлялась со своими обязанностями. Только закончился дождь, и солнце уже пробивалось сквозь темные тучи, поскорее одарить хмурых людей своим светом. Как много нужно для счастья? Природа. Одно только слово, и ты сразу же представляешь массивные зеленые леса, пение птиц, ветер, что нежно ласкает кожу и играет с волосами. Вдох-выдох. Вот оно. Счастье. После дождя осталось лишь несколько небольших лужиц и мокрые качели, на которых уже невозможно было качаться, не намочив платье. Об этом подумала и проходившая мимо Лори с букетом полевых цветов, ещё мокрых от дождя. Она аккуратно обходила лужи, стараясь не намочить свои ноги в новых зелёных ботинках. Но, видимо, нимфа очень сильно ушла в себя, и из далеких мыслей её вывело то, что она наступила в лужу, да ещё какую — наверно, самую глубокую в округе. Теперь синева бескрайнего неба, отражавшаяся в луже, заливалась к ней в ботинки. «Черт. Ну как же так…» — отпрыгивать в сторону уже было поздно, ноги полностью промокли, замочив вдобавок и край длинного нежно-зелёного платья. «Что же я такая растяпа, в самом деле… Мне же в таком виде ещё перед Советом Дриад…» — подумала про себя девушка, и стала выжимать влагу из ткани. — Дурочка, ты никогда не отличалась своими умственными способностями! — девушка услышала голос из стороны леса, от неожиданности она вздрогнула, а нога соскользнула вниз, назад в лужу, вызвав большой всплеск.- Хотя бы умылась, — не унимался голос. — Ну что, надеешься, что сможешь добиться своими прекрасным платьем и букетом цветочков снисхождения от Совета? — из-за дерева вышла тень, и чем ближе она подходила, тем недовольнее становилось лицо Лори. Она вытерла щёку, на которую попало несколько капель из лужи. — Что ты тут забыл, Леон? Разве тебе разрешено выходить на улицу после твоей выходки? Исчезни, пожалуйста, ты и так испортил мне жизнь! — с этими словами нимфа подобрала подол юбки, чтобы поскорее уйти, но парень крепко схватил её за руку. — Не торопись, я с тобой так и не договорил! — он с силой сжал запястье, из-за чего в карих глазах Лори появились слёзы, — Я жду твой ответ, милая. Я клянусь, эту свадьбу никто не забудет, о ней будут говорить все и очень долго, — Леон притянул девушку к себе и томно прошептал ей это на ушко.Леон Камелий появился в деревне относительно недавно, но все девушки в округе только и говорили о нем. Юный маг приехал вместе с семьей издалека, а его отца сразу же назначили в Верховный Совет Дриад, так что Лео чувствовал себя здешним королём. Его кудрявые каштановые волосы и чёрные глаза, сразу же покорили сердца многих девушек в деревне. Но Лори бесил его надменный взгляд и самомнение размером с Галактику. — За то я закончила! — она со всей силой тряхнула рукой, и хватка парня ослабла. — Что ты хочешь от меня услышать? Что я соглашусь? Да никогда! — в глазах нимфы горел огонь, а слёзы делали это пламя ещё ярче. — Вот такая ты мне еще больше нравишься, Лори, моя Лори, только моя, — Леон обхватил крепкими руками талию девушки, не желая отпускать и вдыхая запах волос, а тонкими губами покрывая шею девушки горячими поцелуями. — Почему ты упрямишься? Сама знаешь, что я твой единственный шанс. Или ты всё ещё думаешь, что эти цветочки спасут твоего отца от тюрьмы, не дадут продать ваш дом за долги? — Лори, которая всё это время активно вырывалась из стальной хватки, услышав последние слова, прекратила сопротивление. — Откуда я это знаю? Да, я следил за тобой и очень давно… знаешь, многие девушки из кожи вот лезут, чтобы я обратил на них внимание. Но я выбрал тебя, солнышко, из всех этих куриц. Воспользовавшись тем, что парень ослабил хватку и продолжил трепать языком, Лори не желая оставаться в объятиях, пнула его в колено. Леон отшвырнул ее от себя и согнулся пополам, шипя ругательства. — Не смей называть меня так! Я никогда не буду твоей. Ты такой самонадеянный, что мне тебя становится жалко, я тебе не ровня, — Лори смогла устоять на ногах и не соскользнуть в эту проклятую лужу, вновь. — Ты маньяк! — Нет, Солнышко, не маньяк, — парень поднял голову и ухмыльнулся, в его глазах полыхали дьявольские искры, которые не предвещали ничего хорошего, — Просто я всегда добиваюсь того, чего хочу, и ты не станешь исключением, — он говорил сухо и жестоко, на его лице играла ярость и злоба. Леон быстро сократил расстояние между ними, повернув лицо нимфы, парень впился в неё своими губами, страстно обнимая за тонкую талию одной рукой, а другой зарываясь в мягкие волосы, пахнущие лавандой. Он не щадя покусывал её пухлые губы и исследовал своим языком ротик. Лори била по его груди кулаками. Ей было так противно, что складывалось ощущение, будто её целует жаба. Леон же был уверен, что покорил сердце деревенской девчушки и резко отпрянул от нее, окидывая её самодовольным взглядом. Но последнее чего он ожидал — это пощечина. Хлопок раздался по всему лесу, спугнув птиц, которые чистили свои пёрышки на ближайшем дереве. В этом ударе была все боль и ненависть к парню и Лори совершенно не думала, что когда-нибудь возненавидит кого-то так сильно, как его. — Ты что творишь?! — прорычал маг, прикладывая руку к горевшему отчетливому красному следу на щеке. Леон не шелохнулся и сверлил её взглядом, ожидая ответа. — Значит, вот так? — его голос окончательно изменился и стал больше похож на звериный. — Больше не подходи ко мне, если не хочешь иметь дело с Советом, — нимфа проговорила это всё с безразличным лицом, хотя внутри всё пылало, но пунцово-красные щёки и ещё влажные от поцелуя губы горели. Это был её первый поцелуй и этот гад украл его. Парень, сделав резкий выпад, схватил нимфу за шею, едва сжимая её. — Зря, ты это сделала, Солнце. Ты на меня никогда больше не поднимешь руку! Поняла? — он тряхнул её. Девушка испуганно смотрела, как его прекрасное лицо исказилось от злобы. Лори дрожала в его руках и зажмурилась, — Отвечай, если поняла! — он сдавил шею так сильно, что девушка не могла вздохнуть. Нимфа впилась ногтями в его руку, пытаясь ослабить хватку, но парень ещё раз тряхнул её и она покорно кивнула, — Молодец, хорошая девочка. Он чуть ослабил хватку, но не отпустил, а подождал, пока та прокашляется. — Совет Дриад — это я. Я- власть в этой деревне. Мне не отказывают. Ты приползешь ко мне на коленях, будешь ползать у меня в ногах, умолять простить за эту пощёчину и взять тебя в жёны, а я великодушно соглашусь и прощу тебя, — шипел он, проведя большим пальцем по её губам, усмехнувшись. — Иногда так и хочется отрезать твой острый язычок, Солнышко, — он отпустил Лори. — Я буду ждать, что-то подсказывает мне, что ты скоро ко мне придёшь, милая. Леон так же неожиданно пропал, как и появился, оставив девушку наедине со своими мыслями. Юная нимфа ещё долго так стояла — она не могла пошевелиться, ей всё ещё казалось, что Леон её душит, а в голове раз за разом повторялась его фраза: «Я твой единственный шанс». Девушка посмотрела на землю, где валялся раздавленный букетик цветов, который она бросила, чтобы защититься от этого маньяка.Леон настроил всех подруг против неё, а те в свою очередь — свои семьи и соседей. Он отличный манипулятор, нужно будет потом отдать ему должное. Её ненавидели за то, что она нравилась Леону, за то, что она «разбила сердце» такому красавцу, как он. Какие сплетни он о ней распускал, девушка не знала, да и знать не хотела, наверняка это было что-то мерзкое. Лори отправилась к Совету Дриад. Посреди полной зелени поляны располагалось три трона: каменный, деревянный, трон из лесных цветов и трав, на этом троне сидела пожилая женщина , её звали Люсиль. К сожалению, даже она отвернулась от Лори, когда узнала о слухах. Эта женщина была подругой матери Лори, но для неё нимфа была врагом. На каменном троне, восседал отец Леона — Ричард, прибывший из деревни Сталокт, где обитали ореады — нимфы гор, вместе со своим сыном. Смотрел он на всех с нескрываемой брезгливостью. И на последнем троне находился молодой мужчина с гладко выбритым подбородком, он был самым молодым главой Совета за всю историю. Он был родом из деревни Красного Дуба, которая стало домом для гамадриад — тех, кто управлял деревьями. Перед каждым троном сидело по три человека, в сумме перед Лори было 12 человек. Девушка почтительно поклонилась и мельком взглянула на Ричарда, который сразу же скривился, будто она заставила его съесть кило самых кислых лимонов. В деревне Лори жили только дриады — повелительницы лесов, в честь них и был назван совет. — Как ты посмела явиться сюда без приглашения! — рявкнул на неё отец Леона. Лори сглотнула, девушка очень боялась, за своего отца и пришла умолять совет пощадить его. Они и так еле-еле сводили концы с концами. Отец тянул всё на себе, но сразу же пропивал практически всю зарплату. Лори приходилось ходить по чужим дворам и помогать с посадкой цветов, работать в поле или же собирать урожай. Но вскоре всё стало ещё хуже — отец стал совсем плох здоровьем и его не хотели брать ни на какую работу. Да ещё эта история с семенами пионов… Его обвинили в воровстве, но отец утверждал, что заплатил за несчастный цветок. Но кто его послушает? Теперь его ждала участь похуже смерти — превращение в статую с помощью скипетра драконьего глаза. Страшное наказание. Сознание провинившегося сохраняется, но он лишён всех пяти чувств и остается лишь вечная пустота, всепоглощающая темнота и необъятная тишина… страшная пытка. — Я пришла молить Совет Дриад по поводу дела моего отца — Тальмара Бразильенсина, не уж-то не нашлось свидетелей того, как он купил эти семена? — Люсиль подняла правую руку вверх, желая, чтобы Лори замолчала. — Ты сомневаешься в нашей справедливости? Твой отец совершил преступление и должен понести наказание. — Но оно слишком сурово! — Молчать! — зарычал на неё Ричард. — Уходите, или мы поднимем вопрос о вашем наказании. Юная нимфа прикусила язык и, сжав кулаки, побежала прочь. Тут ей не помогут. Девушка миновала поляну, сочный луг и выбежала к своему дому. Но то, что она увидела, заставило её окончательно впасть в отчаяние. Дверь была настежь распахнута, а двое мужчин в рабочей форме выносили из него старенький диван. — Что вы делаете! Это мой дом! — закричала она, подбежав ближе. Путь ей преградил мужчина в деловом костюме, с прилизанными белыми волосами, в руках которого был свиток с постановлением Совета. — Мисс Лори Бразильенсин, по приказу Совета Дриад, за неуплату налогов и уклонений от работы, мы конфискуем имущество Тальмара Бразильенсина. Даём вам сутки, чтобы собраться и покинуть дом. Завтра утром он вместе с земельным участком и всеми вещами будет выставлен на торги, — безэмоционально отчеканил он, даже не взглянув на растерянную девушку. — Но где я буду жить? — Это меня не касается, — так же отстранённо ответил он. — А если я не уйду?! — Мы будем вынуждены применить к Вам силу и сдать под стражу за нарушение постановления Совета и препятствование исполнению указа. Желаем хорошего дня! Мужчина развернулся и ушёл, не желая продолжать разговор. Диван был уже погружен на парящую платформу, как и многие другие вещи: книжный шкаф, стол, кухонный гарнитур и прочие принадлежности…чего только не было на этой платформе. Лори на негнущихся ногах зашла в их одноэтажный домик. Они оставили только то, что было прикручено, хотя и то не все. Пустая комната. На пестрых обоях остался темный след от книжного шкафа, а вот тут посередине раньше стоял диван. Теперь же не было ничего, осталась лишь пустота. Лори побежала в свою комнату, где царила разруха: одежда валялась на полу, как и некоторые вещи, которые, видимо, посчитали ненужными безделушками. До позднего вечера она просидела на холодном полу своей комнаты, иногда вытирая слёзы и проклиная Леона. У неё был пустой взгляд, будто душа покинула тело — такой взгляд был только у покойников, или у тех, кто лишился надежды и жизни. Она ничего не ела целый день, просто не хотелось, кусок в горло не лез. Щёки были красными и мокрыми от слёз, сосудики в глазах лопнули, а с руками давно игрался тремор. Её жизнь рухнула и теперь ничего не будет так, как прежде. Сидя на пепелище несбыточных мечт и надежд, Лори собрала всю свою гордость в кулак и «выкинула в окно». Девушка обошла весь дом и вышла во двор, даже не закрыв за собой дверь, которая с противным скрипом открылась настежь. Что тут воровать? Воровать нечего — все уже разворовано. На улице было уже темно, цикады давно пропели свою песнь, если их жужжание можно назвать песней. Ночи нынче были тёплыми, так что можно не бояться выходить в таком виде. На платье остались разводы, после купания в луже, но ей было плевать, на голове творилось черт знает что — плевать, что она в таком платье, плевать, что её лицо всё заплаканное. Немного поплутав, девушка пришла к двухэтажному дому. Слишком ухоженному, вычурному и богатому. У входа стояли идеальные клумбы с яркими розами, которые восхитительно благоухали, дурманили своим ароматом. Такого запаха от них добиться очень сложно, даже она не могла заставить их так пахнуть. Лори положила трясущуюся руку на ручку двери и повернула, но оказалось, что та была не заперта и девушка беспрепятственно попала в дом. Миновав проход, она попала в небольшой, но уютный коридор, который вывел её в просторную гостиную. На широком диване сидел парень чуть старше её, его кудрявые каштановые волосы были идеально уложены, в бокале правой руки было налито красное игристое вино. Нога закинута на ногу, а левой рукой он подпирал щёку. Леон был в белоснежной рубашке с серебряными, расстегнутыми у горловины, пуговицами и запонками. На нем были чёрные штаны и начищенные до блеска туфли.— Проходи, — парень продолжал смотреть на то, как пламя пожирает очередное полено в камине. Можно было включить свет, но тогда бы пропала вся атмосфера. Лори тяжело дались эти два шажка. — Леон, пожалуйста, помоги мне всё исправить, — её голос предательски дрогнул, а из глаз градом посыпались слёзы. Парень неохотно перевёл на неё взгляд и усмехнулся. — Умоляй, — слишком спокойно произнёс он, покрутив в руке бокал. Лори опешила. Сжав зубы и закусив до крови губу, она всё же опустилась перед ним на колени. — Умоляю, уговори отца пересмотреть решение! Мой папа этого не заслуживает! — Не убедила. — Я согласна! Я выйду за тебя! Только пусть все это прекратится! — Лори почувствовала, как её локти коснулись холодного паркета. Боль разлилась от кончиков пальцев до головы, заставив сморщиться. Волосы упали на заплаканное личико. — Какая же ты алчная, Солнышко. Боюсь, я бы согласился всё исправить пару часов назад, но сейчас моё предложение утратило актуальность. Или ты можешь меня чем-нибудь заинтересовать?Девушка с трудом поднялась с колен и со страхом в глазах посмотрела на него. В голову ничего не приходило, кроме как одно. Сев на него и обвив руками шею, Лори впилась в губы парня. Леон долго не отвечал на такой самозабвенный порыв нимфы, а лишь отставил бокал в сторону. Девчушка попыталась показать ему что согласна сдать всё, что он скажет, ради спасения отца и дома, но Леон похоже не оценил. Отстранившись, Лори увидела усмешку на его рубах, что её разозлило. Она унижалась перед ним, закапывала всю свою гордость в землю, а он издевается над ней. Девушка уже хотела встать и уйти, понимая, что помощи от этого индюка не дождётся, но Леон решил иначе. Парень дёрнул её за руку, заставив нимфу упасть на него. В мгновение ока Лори уже лежала на диване, а маг пригвоздил её запястья одной рукой к дивану над головой. Он её поймал, загнал в угол, спланировал всё так, чтобы она стала его, чтобы молила обратить на себя внимание. Парень поцокал языком и осторожно провёл большим пальцем по её скуле вниз. — Я думал, что ты хотя бы переоденешься, наденешь красивое платье, сделаешь прическу, наложишь макияж, а ты… тебя надо наказать. Леон прорвался в её ротик, по-хозяйски обследуя там все, а девушка еле сдерживала рвотные позывы. Когда их языки сплелись, ей было противно и тошно, но ради отца девушка была готова принести себя в жертву. Другой рукой Леон поглаживал её щеку. Когда им обоим стало не хватать воздуха, парень сбросил обороты и отстранился. Губы девушки горели, она ему не отвечала, но и не сопротивлялась, а лишь с жалостью смотрела на него. Леон сузил зрачки, а в следующее мгновение в комнате раздался звонкий хлопок — парень залепил девушке пощёчину. Из глаз Лори хлынули слёзы, а щека жутко горела и краснела. Она совершенно не понимала, что сделала не так. — Не смей смотреть на меня с жалостью!Девушка хотела закрыть лицо руками, но Леон только сильнее их сжал. — Посмотри на меня! — прорычал парень, — живо! Слёзы медленно скатывались по её щекам, ещё сильнее раздражая кожу. Сейчас взгляд девушки был как у загнанного зверька — запуганный, уставший и готовый в любую секунду померкнуть.Леон облизнул губы и самодовольно улыбнулся, вытирая её слёзы. — Я могу быть мягким, нежным и заботливым, а могу быть тираном, ломать тебе косточки, выворачивать руки, заставлять кричать от боли и лишь от твоего поведения зависит — каким я буду, — Леон наигранно вздохнул и невинно похлопал ресницами, — Неужто так больно… Он проложил дорожку поцелуев от шеи до плеча, и Лори скривилась — ей не нравились его прикосновения. Каждое прикосновение Леона было для нимфы куском грязи брошенным в неё. Парень начал покрывать поцелуями правое плечо, он решил быть беспощадным и не боялся пускать в ход зубы. Маг оставлял на них следы укусов, а кое-где ему даже удалось прокусить ей кожу, тогда он, как кот, довольно долго зализывал рану, пока кровь не останавливалась. Но это его не останавливало и он продолжал издеваться над ней. Леон, чувствуя, как Лори корчится от боли и пытается скинуть его с себя, придавил её к дивану своим телом. Теперь он уже полностью на ней лежал. С каждым новым поцелуем нимфе становилось всё труднее дышать, и дело не в том, что атмосфера была жаркой — просто Леон весил 70 килограмм и даже не пытался перераспределить вес, оперевшись на локти и в наглую на неё завалившись. — Мне тяжело! Слезь с меня! — наконец оживилось Лори и с большим усилием начала извиваться под ним. Парень фыркнул и, в последний раз болезненно укусив, отпустил. В комнату вошёл Ричард и посмотрел на эту чудную картину затуманенным взглядом. Сейчас его взгляд был как будто не живой, что пугало до чёртиков. Ни одной эмоции, ни одна мышца не дрогнула на этом каменном лице. Леон не обращал внимания на отца, встал и долил в свой бокал ещё вина. Лори смогла вздохнуть полной грудью, сев, и начала вытирать слюну вперемешку с кровью со своих плеч. — Отведи её в комнату, — приказал шатен, даже не глядя на Главу Совета. Лори думала, что Ричард обозлится на сына за такой приказной тон. Но, на удивление, тот лишь кивнул и подойдя к ней бесцеремонно схватил за руку. Его рука была прохладной и сухой, а взгляд продолжал быть таким же пустым… — С вами всё хорошо? — в страхе прошептала Лори. Она знала, как он её ненавидит, но считала, что на такой простой вопрос невестки он должен ответить. Но нет. — Не жди речей от куклы, Солнышко. — Что? — не поняла нимфа и хмуро посмотрела на Леона. — Он кукла, пустышка, моя игрушка, — Леон облокотился на камин и внимательно смотрел на возлюбленную. — Он же твой отец…— растерянно прошептала она. — Когда-то им был… — парень загадочно пожал плечами и сократил расстояние между ними. — Солнышко, не уж-то ты думала, что моя сила это создавать жалкие цветочки, помогать природе и спасать животных? — он внимательно смотрел ей в глаза. — Я тёмный маг, Солнышко. Цветочки и прочая дрянь — не мое! — звонко сказал уже Ричард голосом Леона. Глаза Лори наполнились страхом. Она хотела отступить, но Ричард ещё сильнее сжал её руку, обещая сломать запястье, если она дёрнется. — Но, как же Совет Дриад, они бы почуяли подвох. — Какая же ты дура, — устало вздохнул Леон. Запустив пятерню в свои волосы, он отбросил их назад. — Надо тебе ушки почистить, чтобы ты лучше меня слышала. Я - власть в этой деревне. Я - Совет Дриад. — Парень вновь плюхнулся на диван. — Так уж и быть расскажу тебе, сказку на ночь. Я появился на свет с довольно необычной способностью. С самого детства я отличался от своих сверстников — я не мог вырастить цветок или заставить камень изменить свою форму. Надо мной смеялись друзья, и даже собственные родители меня презирали и избегали. Мать не выдержала всего этого позора и наложила на себя руки, оставив меня на попечение ему, — он кивнул на Ричарда. — Однажды, когда меня избивали старшеклассники, я вспылил. Именно в тот момент пробудилась моя сила, — парень усмехнулся. Мужчина отпустил Лори и сделал несколько шагов назад, что было довольно подозрительно. Левая рука нимфы поднялась и теперь гладила девушку по щеке, эти действия были рваными и резкими, Лори сопротивлялась этой неведомой силы, но чем сильнее были её сопротивления, тем быстрее она теряла свои силы. — Моя способность делать из людей марионеток. Мне потребовались долгие годы, чтобы подчинить человека полностью, а не одну его конечность. Все, кто издевался надо мной, становился подопытным кроликом в моих экспериментах и учебе. Каждый из них заплатил с лихвой. Я надеялся, что отец оценит мою способность и поймёт, какой великий дар у его сына, но он назвал меня «монстром», — Леон рассмеялся и в два глотка осушил бокал. — И тогда я использовал свою способность на нем. Результат превзошёл все мои ожидания: слабое сознание подчиняется сильному, но проблема в том, что если время от времени не давать воли сознанию игрушки, она умирает как и личность… тогда я этого не знал. После потери сознания управлять становится легче. Когда мы переехали сюда, я считал, что мне будет безумно скучно, но потом я встретил тебя… на сколько я не пытался тебя добиться, получал отказ. Тогда, я начал с малого, убедить деревенщин оказалось проще чем казалось, даже не пришлось применять свои силы, но ты не попросила меня о помощи. Совет запретил мне приближаться к тебе и выходить из дома, — последнее он прорычал, — Я превратил Люсиль в свою вторую игрушку, третьего из Совета я пока не тронул, все равно на моей стороне большинство голосов, так что, я в выигрыше. Обвинить твоего отца в краже было прекрасным решением, и тогда прекрасная принцесса приползла ко мне на коленях и, наконец, приняла мое предложение. Вот и сказочке конец! Лори стояла и ошарашено смотрела на него. В ней плескался гнев: она хотела его убить, он сломал ей жизнь специально! Он монстр, чудовище, зверь Лори кинулась на него с кулаками, но тело окаменело и она просто замерла. Девушка не могла пошевельнуться. — Глупо! — Леон изменился: вены на его теле вздулись и подобно шрамам выделялись на теле, а глаза вспыхнули голубым цветом. Он стал больше похож на монстра, парень сглотнул и тяжело выдохнув снял с неё свои оковы, девушка не удержавшись на ногах рухнула на пол. Маг тяжело дышал и кашлял, ему потребовалось время, чтобы вернуть человеческий облик. — Веди себя хорошо, Солнышко, иначе мне придётся тебя запереть в комнате. Помнишь, от тебя зависит жизнь твоего отца. — Он прикрыл глаза, но свет никак не мог погаснуть. — Ты использовал свою силу против моего отца?! — прокричала Лори. — Я не варвар, ты бы меня возненавидела ещё сильнее. Я не использовал на нем свою силу... Девушка обняла себя руками и задрожала. Леон махнул рукой отцу и тот, взяв бедняжку на руки, отнёс её в комнату на втором этаже и запер. — На полную мощь, — прошептал Леон, когда Лори уже была далеко. То, что её отец начал спиваться, была его заслуга…