Возьми меня в темноте

Плотно зашторенные окна, темно зеленого цвета, создавали в комнате полумрак. Их плотность, не давала даже самой маленькой возможности прытким лучикам обеденного солнышка пробраться в комнату и развеять эту вязкую, удушающую тьму. От чего хрупкая фигура девушки, пыталась все сильнее укутаться в плед, продолжая вжиматься спиной в жесткую спинку кровати. Сколько времени прошло, с того момента, как её оставили одну, она не знала, слёзы застывшие в карих глазах не давали возможности разобрать ничего, даже самые большие предметы казались всего лишь несуразным пятном, что уж говорить о маленьких стрелках часов над камином. Вот уже не первый час Гермиона продолжала обливаться горькими слезами, оплакивая несправедливость, правящую сейчас магической Британией. Слёзы продолжали стекать мокрыми дорожками по щекам, грудь тяжело вздымалась, из горла вырывались рваные вздохи и громкие всхлипы. Бледность на её лице была почти больной, а глаза отражали дикий ужас и ни с чем несравнимый страх, а ещё панику. Никогда в жизни, юная мисс Грейнджер не ощущала такой сильной паники как сейчас. Каждая клеточка её измученного тела кричала бежать, заставляла подняться с этой чертовой кровати и бежать, куда глаза глядят. Бежать так далеко, как только можно. Но… Она не могла… Не могла взять себя в руки… Не могла прекратить плакать… Не могла унять дрожь во всем теле… Не могла… Кто-то может сказать — не хотела, не может ведь гриффиндорка до мозга костей сидеть сложа руки, не пытаясь спасти себя, своих друзей, родных, весь мир. Но… Воспоминания словно снежная лавина накрывали её сознание, оглушая своей жестокостью и тоской. Каждый эпизод, обнимал её сердце крылом скорби, горя и печали. Медленно, но очень уверено, все произошедшее с ней заставляло девушку биться в истерике. Все её тело дрожало, под натиском паники и жалости ко всему магическому миру, и себе самой. Каждый эпизод из прошлого, всплывал в памяти и сразу, будто острыми иглами впивался в мозг не выпуская из своей цепкой хватки. Он будто разъяренный зверь, вцепился в её мягкую и нежную плоть своими острыми как лезвие ножа, клыками. Казалось ещё доля секунды и он начнет вырывать куски плоти живьем, медленно убивая не только морально но и физически. И... Она уже была готова поддаться... Умереть от боли затопившей её сердце, поддаться и накрыв голову подушкой - задохнуться, лишь бы не чувствовать того всего что она ощущала сейчас. Гермионе не хотелось думать, не хотелось вспоминать, не хотелось жить, зная что многие из её родных и близких отдали жизнь в попытке помочь добру победить.... Но... Их жизни не смогли помочь, все оказалось зря... Они проиграли Зло одержало победу! Чувство паники вперемешку с безумием почти утопило её в водовороте осознание: она жива, она не должна быть живой... Не должна дышать этим воздухом, не должна жить той жизнью которую ей доблесно предоставили, не должна есть, пить, ходить по этой земле, в то время когда её друзья в плену, наверное, в ужасных условиях заперты в клетках, а все остальные мертвы. Не должна... Она должна быть мертва, похоронена под грудами руин любимого Хогвартса. Гермиона Грейнджер должна покончить с этим как можно скорее... Она должна умереть... - Выпей, - голос, жестокий и властный, прозвучал около самой кровати заставляя девушку вздрогнуть и уставиться непонимающим, даже немного отсутствующим взглядом на мужчину перед ней. Подушка в её руках, застыла в воздухе, так и не коснувшись лица девушки. Медленно, чтобы не спугнуть её, парень забрал из рук Гермионы обернутую зеленым шелком подушку и положил рядом. Его серые глаза изучали ведьму пристально, пытаясь найти причину её подобного поведения. Хотя... Искать было и не нужно, он и так знал, почему она ведет себя так как ведет. Молодой человек недовольно фыркнул, в то время, как Гермиона, опустила руки на кровать, не притронувшись к флакончику с зельем, - это успокоительное, оно уберет нотки истерики, давая возможность нам с тобой поговорить. У меня не так много времени и желания возиться с тобой. Да и нужна ты мне живой и невредимой, а то что я сейчас вижу перед собой наталкивает на мысли, которые мне совсем не нравятся, - не мигающим взглядом, девушка продолжала изучать Драко, не предпринимая каких либо попыток забрать из его рук зелье и выпить содержимое флакончика. Она просто полулежала и смотрела на него с нескрываемой паникой в глазах. - Если ты сейчас не выпьешь зелье сама, я силой его в тебя волью, - содрогнувшись от мысли, что он может к ней прикоснуться подтолкнула её к той грани паники, от которой уже не избавиться. Поэтому, не задумываясь что и как она делает, девушка трясущимися руками забрала у него флакон и залпом осушила его содержимое. - Хорошая девочка, - уже менее раздраженным тоном пророкотал парень, и забрав флакон отошел к креслу возле камина, которое располагалось напротив кровати и открывало ему прекрасный обзор на девушку, - вижу за время моего отсутствия, ты успела вспомнить все происходящее и объяснять кто победил и все вытекающие подробности не нужно? - зелье начало свое действие от чего, девушка только спокойно кивнула в ответ. Малфой замолчал, собираясь с мыслями или же решая что ей стоит говорить, а о чем нужно промолчать. Девушка же в это самое время тишины, пыталась рассмотреть парня. По его внешнему виду не сложно было догадаться, что он только что вышел из душа. Обычные черные джинсы и белая рубашка, застегнутая лишь на половину, обуви на ногах не было, лишь белоснежные носки. Волосы в свете пламени камина блестели влагой. Видать парень не пользовался магией, давая волосам высохнуть самим, прямо как она. Тряхнув головой, девушка попыталась выбросить из головы подобные мысли, отводя взгляд в сторону, не желая больше рассматривать его. - Смотри на меня, Гермиона, - вздрогнув, от жестокости с которой прозвучали эти слова, девушка все же перевела на него свой взгляд, тут же встречаясь с холодным пламенем, которое окутало её своим безразличием и отчужденностью. Установив зрительный контакт, Драко начал говорить медленно и методично, не пытаясь напугать её ещё больше, - как тебе уже известно в новом мире нет места для таких как ты. Сейчас ценится лишь чистота крови не более. Подобных тебе не убивают, но ни привилегий, ни каких либо прав у них тоже нет. Они могут учиться, работать. Учиться в школе для магов с отклонениями, работать везде кроме Министерства Магии. И если в министерство допускаются только чистокровные, то в Хогвартсе могу учиться и полукровки, так как сам Лорд полукровка, как и один из его верных слуг и поверенных, - парень снова замолчал. Тишина повисшая в воздухе казалось вязкой и неприятной. Он думал, она пыталась не паниковать от всех догадок на её счет, которые одна за другой начали посещать её больное воображение. Единственное, что помогло девушке держаться спокойно и даже немного уверенно это было успокаивающее зелье, которым он так щедро ее напоил. - Что с моими друзьями? Где они? - Гермиона нарушила молчание лишь когда оно стало невыносимым и удушающим. Иронично подняв левую бровь, молодой человек с интересом уставился на неё, будто проверяя на прочность действие зелья. - Сейчас тебя интересует только это? Ни твоя жизнь, ни жизнь твоих родителей, а именно эти двое? - она ничего ему не ответила. Лишь плотнее закуталась в одеяло, прикрывая глаза. - смотри на меня, - пророкотал недовольный голос Драко. Ей безумно хотелось послать его к драклам, но она повиновалась, медленно открыв глаза. Дождавшись, когда девушка снова восстановит с ним зрительный контакт, продолжил, - что ж, я пожалуй отвечу... Эти два недоноска пока живы, наслаждаются красотой подземелий особняка Лестрейнджев. Сестра рыжего ублюдка тоже ещё в живых, скажу ей повезло больше чем её брату и парню. - А... Р-родители, что с ним-и-и? - голос сорвался. Каждое слово давалось ей с огромный трудом, ведь Грейнджер никогда не была глупой, и сейчас больше всего боялась, что он ей не ответит. Она... Ей... Надо было сначала спрашивать про родителей, хотя девушка всем сердцем надеялась, что о них пожиратели так и не узнали, не нашли. - Радуйся, я сегодня благосклонен. Признаюсь, ты меня приятно удивила. Всегда считал твой мозг выдающимся... Моим ребятам понадобился не один день, чтобы найти их, не без моей помощи, конечно. Домик в Австралии понравился мне куда больше, чем Лондонский, - уловив в глазах и жестах девушки, паническую атаку, которая готова была вот-вот завладеть её сознанием, Драко недовольно фыркнул, но поспешил успокоить Гермиону, - не паникуй, они живы и полностью здоровы. Ни я, ни мои люди и пальцем их не тронули. Я лишь усилил охранные чары вокруг их дома. Будешь хорошей девочкой, сможешь быть рядом с ними, когда отец вернет им память. Хочу снять с них Обливиейт, негоже родителям не помнить собственного ребенка. - Ты врешь, - первый всхлип вырвался из её горла, волнение за родителей оказалось сильнее всего, сильнее даже успокоительного. - Не советую тебе сейчас, как и потом - истерить, это может плохо для тебя закончиться. Пока я пытаюсь наладить контакт с тобой без применения силы и жестокости, а очень даже мирным путем. Не заставляй меня пожалеть об этом. Вскинув подбородок, девушка, легким движением рук смахнула слёзы из глаз, и немного подумав, решила попытать счастья, если он и правда готов предоставить ей встречу с родителями, показав что они живы и он, как и его прихвостни их не тронули, то может... - Друзья, с ними я тоже смогу встретиться? - по комнате разошёлся раскатистый гогот. - Смело, Грейнджер. Узнаю гриффиндорскую натуру. Но нет, тебе придется выбирать, либо встреча с родителями и по возможности не одна, либо единственная встреча с друзьями, - последнее слово, парень выплюнул, будто оно содержало в себе порцию яда, - не глупи Гермиона. Не дай мне сомневаться в твоем здравомыслии. Слова Малфоя словно кинопленка, прокручивались раз за разом. Девушка никак не могла понять, говорит он правду или блефует. Ибо поверить в то, что Драко Малфой во главе пожирателей оставил в живых её магловских родителей, было очень сложно. Гермиона боялась сделать неправильный выбор, ведь если родители мертвы, она может потерять единственную возможность увидеть друзей. - Зачем я тебе Малфой? - звучала она намного увереннее, хотя в свете последних событий, ничего из происходящего не способствовало подобному поведению. - Слишком много вопросов, не находишь? - Если ты не собирался мне этого рассказывать, тогда в чем смысл этого разговора вообще? - Родители или друзья? - выдохнув, ведьма собрала последние крохи здравого смысла и сделала единственный правильный выбор. - Родители - ведь, если они мертвы, она должна знать наверняка, а друзья... Она найдет выход, что-то придумает чтобы увидеть их, может даже спасти удастся, иначе какая из неё "самая умная ведьма своего поколения". - Хорошая девочка, - скривившись от его слов, словно съев лимон целиком, она вызвала на его лице лишь ухмылку, - теперь все зависит от тебя Гермиона, как, и когда ты сможешь их увидеть и как долго сможешь с ними пообщаться. Веди себя хорошо, не перечь мне и не спорь со мной, не истери, не хами, не выводи из себя других пожирателей. Веди себя тихо и смирно, и может, в этом новом обществе сможешь занять куда более важное место чем грязная подружка поверженного Поттера. Свой строптивый характер можешь проявлять в постели подо мной, - с каждым его словом, глаза её расширялись, становясь неимоверно огромными от страха, ужаса и паники. Пазл в голове ведьмы складывался просто ужасным. Она не могла поверить, не хотела верить, ведь... Ведь, всю жизнь он ненавидел её всеми возможными способами, а сейчас... Сейчас намекает ей на... На... - Сделай лицо попроще Грейнджер. Никогда не стоит судить человека лишь по его поступкам, не зная его истинных намерений. - Я не понимаю... - единственное, на что сейчас она была способна так это на тихий вкрадчивый шепот, не переставая паралельно мотать головой из стороны в сторону. Парень же, незаметно для неё, обул туфли, один взмахом палочки переодел белую рубашку на черную, направился к выходу из комнаты, попутно отвечая ей, таким холодным и безразличным тоном, будто он сейчас отдает приказ или же пытает кого-то из пленных. В первые за все время разговора, за все шесть лет, что они были знакомы, к Гермионе Грейнджер пришло осознание - Драко Малфой хуже своего отца, он хуже даже самой Беллатрисы Лестрейндж, и сейчас именно от него зависит её жизнь, жизнь её родителей. Она зависит от этого чудовище ...И ей от него не убежать.... Если Тёмный Лорд разрешил забрать ему её как трофей, если все его слова, сказанные ранее были правдой, её личный ад только начинается. Подняв на него глаза, она встретилась с ним взглядом, желая увидеть в глазах отблески блефа и вранья, но к своему огромному сожалению, ничего кроме надменности, и просто королевской уверенности там не оказалось. - Тут нечего понимать, Грейнджер. Отныне ты принадлежишь мне. Вся ты, все твои тайны, мысли, твоя жизни теперь в моих руках. А вот какой будет эта жизнь - раем или адом зависит уже от тебя, дорогая моя, - и у самих дверей, добавил, - ... и помни маленькая глупая девочка, рядом с послушанием, всегда идет поощрение, - спустя секунду, дверь за ним тихо закрылась. Он ушел оставляя Гермиону один на один со своими мыслями и переживаниями, разрешая ей в последний раз утонуть в жалости к себе и всему окружающему. А она... Она поддалась, утопая в море собственных слёз. Оплакивая свою счастливую жизнь, наполненною радостью и позитивом. И единственной здравой мыслью, которая всплыла в сонном сознании девушки было: "Только бы не потерять свой внутренний свет, не потерять себя в этой тьме"