По ту сторону зеркальной глади

Родители Диппера приняли решение показать их сына специалисту и тот вынес вердикт и выписал лекарства. Поначалу Мейсон их не пил, говоря, что с ним всё в порядке и он правда видел другую версию себя в зеркале. Но отец настоял и теперь Диппер принимал таблетки под наблюдением. Постепенно лицо Ламаника стиралось из памяти, как и его имя, голос, ухмылка. Он стал забывать всё, что было связано с ним, но и то, что было пару лет назад в Гравити фолз. Мейбл, заметив, что брат перестал читать новости о городе, заволновалась. А, когда, случайно упомянула о восстании зомби, заметила странный взгляд на себе. Больше разговор о демонах, заговорах и прочем не заводился. Пайнс быстро вернулся к «нормальному состоянию», но каждую ночь он видел туман во сне. Он ходил, искал что-то или кого-то, но ничего. Просыпался в 6 утра и до будильника смотрел в потолок, пытаясь что-то вспомнить. Мейбл мучала совесть, когда видела, как Мейсон уходил в свои мысли. Может, он был прав тогда? Если бы Мей ему поверила, он бы не стал таким? А, может, всё было бы только хуже? Или нет? Мейбл тихо вздохнула, прислонившись лбом к зеркалу в ванной. Она подняла взгляд на своё отражение и испуганно отошла на пару шагов. — Приветик, Мейби ~ — Проговорило её отражение, но с голубыми глазами. — Я к тебе по делу. Вероятно, твой брат рассказал о том, что видел моего, поэтому тебе нечего удивляться. Мейбл сглотнула, стараясь унять панику. Значит, Диппер был прав? Что же она натворила… — Что за дело? — Мой брат был просто помешан на твоём, в буквальном смысле. — Моника засмеялась, прикрывая глаза, но через секунду стала серьёзной. — А сейчас… Жуть. Он, конечно, и до этого был не шибко хорошим, но сейчас будто призрак. Из-за него мы терпим убытки. Да и мне как-то не по себе… И я не знаю, что делать. — Мой Диппер не лучше выглядит… Но, мне кажется, я знаю, что им поможет. *** Мейсон сидел на кровати, читая детектив и заметил листок, который успешно подложила Мейбл. Старые записи Диппера, когда он пытался вести дневник. Но, он был уверен, что сжёг его. ≪… Предположительно есть параллельные измерения, в которых есть лучшая вариация вас или же наоборот… … Облик зависит в основном от характера и вкусов… … Но представитель мало чем отличается от оригинала…>> Эти слова. В голове что-то мелькнуло, но тут же потухло. Стоит ли зацикливаться над этими словами? Снова туман. Но сейчас Мейсон стоит посреди пустоши и видит перед собой две маленькие голубые звезды. Они что-то ему напоминают, но он никак не может вспомнить, что. В следующую ночь Мейсон слышит своё имя, но не может понять, откуда и кто его говорит. Звёзды так никуда не уходят, однако туман становится более редким. Мейбл продолжает втихаря от родителей менять лекарства Диппера на конфеты, а Моника убеждать Ламаника явиться к Мейсону. Глифул не видит в этом ничего хорошего и продолжает игнорировать сестру. В третью ночь Диппер чётко слышит своё имя, но теперь оно чередуются с «Сосенкой». Звёзды очень хорошо видны, туман стелется по земле. Мейсон делает шаг, ещё один и ещё. Он идёт к этим звёздам, что становятся то ярче, то тускнее, слышит своё имя и отчего-то улыбается. Вскоре он начинает бежать и останавливается только на обрыве. — Сосенка, ты сегодня решил не спать? Ты же знаешь, что это плохо повлияет на твоё здоровье. — Сосенка, ты в курсе, что эту задачу ты решил неправильно? — Эй, Сосенка, ты куда в костюме собрался? На свидание? Да я шучу, но тебе очень идёт. Такие знакомые и родные слова. Где же он их слышал? Кто говорил их? Диппер резко открывает глаза и осматривает комнату, после чего вздыхает и произносит чужое имя, что крутиться у него в голове. — Ламаник.