На поводу

Проливной дождь частыми каплями отстукивал неровные ритмы по подоконнику. Стекла мелко подрагивали от бушующего ветра, а сквозняк из щелей шевелил наполовину задернутые шторы. Наоми сидела на кровати и усердно куталась в плед, прижимая к груди маленький свёрток, в котором теплилась жизнь. Когда-то все мы были такими – беззащитными пылинками в огромном опасном мире. И только забота близких помогала выжить. То, чего не было у них обоих с рождения. И Наоми, и Пейн – они цеплялись за людей вокруг ради спасения, но не находили в них взаимности, терялись в потоке жестокости и тонули в пучине тьмы, становясь союзниками самой смерти. Наоми вздохнула и постаралась отогнать негативные мысли. Яхико, будто почувствовав смену эмоций матери, наконец мирно закрыл глаза и уснул. — Никому не позволю навредить тебе… После его рождения ничего не разделилось на до и после. Не было ощущения того, что началась новая жизнь или что-то в этом роде. Наоми понимала – это лишь очередной глоток воздуха перед новым погружением в бездну трудностей. Но на этот раз есть тот самый близкий человек, с которым можно их преодолеть. Пейн бесшумно открыл дверь, заходя в комнату. Лишь пол тихо скрипнул от его аккуратных шагов. Кимура мягко кивнула ему, позволяя подойти ближе, когда мужчина замер на середине пути. — Яхико наконец уснул, — с улыбкой произнесла девушка, на долю секунды показав лицо ребенка, скрытое за одеяльцем от света. Пейн облегчённо выдохнул и присел рядом на краешек кровати. Рука в неизменном черном плаще потянулась к младенцу. Наоми быстро поняла намерения Пейна, и через несколько секунд мужчина уже держал сына. Лидер редко проявлял такие порывы к Яхико. Обычно он сторонился близости, издалека наблюдая за Наоми с ребенком. Не потому что ему не хотелось, или он не испытывал к нему отцовских чувств. Пейн боялся навредить, сломать хрупкую жизнь, которая едва появилась на свет. Также он боялся трогать Наоми. Даже лёгкие прикосновения, касания губ, сплетение пальцев – все казалось гибельным. Но не сегодня. Что-то дрогнуло внутри, ёкнуло в сердце, отозвалось в глубине души, когда он увидел их в одиночестве. В серой комнате с одним окном, в которое проникал такой же серый свет. Серая постель, серая, однообразная рутина в четырех стенах. И только девушка с ребенком на руках была ярким пятном на угнетающем фоне. — Вам стоит уехать. Пока Яхико не вырастет. Не хочу, чтобы свое детство он провел в Амегакуре. Эта деревня – не место для вас обоих, — Пейн говорил едва слышно, чтобы не разбудить спящего сына на руках. Наоми изменилась в лице. Умиротворение исчезло в миг, уступая место непониманию, страху и зачаткам обиды. — Без тебя мы в опасности. Мы не сможем одни, мы не справимся, — девушка с трудом сглотнула ком в горле, но голос все равно дрогнул. — Я знаю. Все это знаю. Но быть здесь – хуже смерти, — Лидер кончиками пальцев огладил темную макушку Яхико. — Я слишком много времени была одна, и я не хочу снова прочувствовать это, — Наоми склонила голову, кусая губы. Слезы заструились по щекам, падая на серое одеяло. — До первого проявления чакры. Тогда я смогу заняться его тренировками и быть рядом. Навсегда. Пейн передал Яхико Наоми и вышел, больше не сказав ни слова.

***

Прошло два месяца с появления Яхико на свет. Конан смирилась. Стала спокойнее, лучше спала, и даже миссии с Кисаме казались не такими уж и вынужденными. Лидер не мог покидать пределы Амегакуре дабы не подвергать опасности Наоми и сына. А Конан и остальные Акацуки, словно его верные охотничьи псы, по-прежнему кочевали по странам в поисках хвостатых и ценных свитков. — Так кто эта девушка? — решил вдруг спросить Хошигаки на одной из совместных миссий, когда тишина в дороге начала разъедать уши. — Тебя это не касается. И передай остальным, если будут лезть не в свое дело, — Конан говорила ровно и отстраненно, стараясь не показывать истинных эмоций, грозящих вылиться наружу, словно бурлящий кипяток. — Ну, как скажешь. Отношения с Кисаме были натянутыми. И даже если они периодически просыпались в одной кровати, Конан понимала, что они оба делали это лишь из прихоти, инстинктов, а не из-за каких-то чувств. Это не задевало, но все же казалось самую малость неправильным. Хотя, как могли убийцы судить о правильном выборе? Живи так или умри – вариантов немного. — Дождь начинается. Поторопимся вернуться в Амегакуре, — дежурным тоном сообщила девушка, натягивая ворот плаща повыше. Спешка была как нельзя кстати. Едва переступив границы деревни, Конан отчётливо услышала в голове голос Лидера. Пейн незамедлительно требовал явиться к нему. Оставив Кисаме в недоумении наблюдать за своим стремительным уходом, девушка быстрым шагом направилась к кабинету. — Что-то случилось, Лидер-сама? — не смотря на чуть сбившееся дыхание, Конан все же смогла четко выговорить вопрос. — Наоми и Яхико должны уехать. Сегодня, — Пейн смотрел куда-то в одну точку позади Конан, нервно теребя в руке скомканную минутой ранее бумажку. Конан даже подумалось, что она ослышалась. — Разве это не опасно? — осторожно начала девушка, — Наоми слишком слаба, чтобы- — Это не обсуждается. Помоги ей собраться. Вы выходите на рассвете. Координаты сообщу позже. Конан удивило не то, что Лидеру не свойственно перебивать, а то, с какой невыносимой болью он это сказал. С одной стороны, она поддерживала его – мысли о том, что на организацию в любой момент могли напасть, пока Наоми с ребенком здесь, отвлекали Пейна каждый день, и было бы несомненно логично отправить их куда подальше ради безопасности. Но с другой стороны, это высший уровень безрассудности – справиться ли Наоми в одиночку? А если Кровь Демонов снова проявит свои способности и привлечет лишнее внимание? Или Яхико в будущем станет носителем этой крови, и ему придется учиться ей управлять? Сотни вопросов роились в голове, но ответов не было ни на один. Конан оставалось лишь выполнить приказ, выкинув лишние, мешающие сосредоточиться мысли. Наоми сидела на подоконнике – это стало своего рода обычаем или привычкой, когда необходимо было абстрагироваться от внешнего мира и ненадолго уйти в себя. Шум открывшейся двери заставил дернуться и обернуться. — А, это вы, Конан… — Наоми явно ожидала увидеть не бывшую напарницу Пейна. — Лидер приказал собираться. Нам предстоит выйти на рассвете. Осталось не так много времени, поэтому стоит начать сборы прямо сейчас. Конан становилось легче с каждой сложенной вещью. Наконец Наоми уходила, покидала организацию и Амегакуре. Изначально ее не должно было быть здесь, и теперь, волей судьбы, Кимура оставляла это место навсегда. Человек, сбросивший с плеч камень – вот как ощущала себя Конан, когда первые лучи солнца показались на туманном горизонте. — Пейн не выйдет проводить нас? — с мельчайшей долей надежды спросила Наоми, заглядывая Конан прямо в глаза. Тогда девушка в черном плаще лишь пожала плечами, мол, ей об этом не сообщили. Наоми поджала губы и быстро отвернулась. Яхико, бережно прижатый к груди матери, тихо всхлипнул во сне. — Тогда выходим. Это место далеко? — Достаточно, чтобы вас никто не обнаружил, — знакомый низкий голос раздался прямо позади Наоми. — Конан, оставь нас на пару минут. Девушка кивнула и исчезла, рассыпаясь на тысячи бумажных листков. — Ты думала, я не приду? Пейн осторожно, будто боясь показывать истинные эмоции, обнял Наоми со спины, смыкая руки на ее холодных пальцах, держащих ребенка. Девушка на миг закрыла глаза, утопая в мимолетном чувстве защищенности. — Пообещай, что ты не оставишь нас, — прошептала Наоми, силясь не зарыдать, словно маленькая девочка. — Обещаю. Мужчина аккуратно развернул Наоми лицом к себе и прижался к ее похолодевшим дрожащим губам. Давно забытый вкус растекся внутри приятным дежавю, возвращая в сердце притупленные чувства. — Вам пора, — Пейн нехотя отстранился, слегка поддерживая Наоми, у которой почти что подкосились ноги. — Я не хочу… Слышишь, не хочу… — слезы крупными каплями падали вниз, смешиваясь с дождевой водой. — Возьми это, — мужчина вытянул вперед руку, кивая головой, чтобы Наоми сделала так же. Девушка молча подчинилась, шумно выдыхая облачко пара. Пейн обхватил тонкое девичье запястье, несильно потянув на себя. Аккуратно разжав слабый кулачок, мужчина надел на безымянный палец кольцо. Простое тонкое колечко из серого отполированного металла. Наоми покрутила рукой, наблюдая за тем, как гладкая поверхность блестит на свету. — Эта наша связь, — сказал наконец Пейн, демонстрируя такое же кольцо у себя на шее, подвешенное на цепочке из того же металла. — Знай, я всегда буду рядом. Наоми сдержанно кивнула, сглатывая ком в горле. Она верила ему, поэтому решила, что больше не будет плакать. Ради Пейна и ради сына. — Конан, — позвал Лидер, и синеволосая тут же возникла перед ним. — Будьте осторожны. Девушка молча кивнула и сказала Наоми следовать за ней. Кимура нехотя поплелась по узкой тропинке, тайно ведущей к выходу из Амегакуре. Дождь противно моросил всю дорогу, пока самая высокая башня деревни не исчезла из виду за серыми облаками. Тогда Наоми обернулась в последний раз, весь оставшийся путь предпочитая смотреть в спину Конан или под ноги, чтобы ненароком не споткнуться на размытой ливнем земле. Конан знала, что идти далеко и опасно – через Страну Огня. Но их пункт назначения стоил того, чтобы побывать в нем хотя б раз в жизни, не говоря уже о том, чтобы поселиться там навсегда. Деревня Горячих Источников избегала войн с самого основания. Люди в ней отлично жили на деньги туристов, которые сотнями проходили ежедневно через главные ворота ради нескольких дней, в может и недель, отдыха в этом райском местечке. Вскоре Конан с Наоми предстояло стать одними из них. В одиночку Конан добралась бы туда за неделю, а то и меньше. Однако Наоми с Яхико значительно тормозили весь процесс. Им приходилось останавливаться каждые несколько часов, в каждой деревне по пути, так как двухмесячный ребенок требовал особого внимания. Конан уже было подумала, что Наоми не справится, видя как девушка устает буквально за час непрерывной ходьбы. Но Кимура не сдавалась, упорно шагая вперёд. Граница Страны Огня далась им на удивление легко. Две девушки с ребенком не вызвали вопросов у охраны, и они спокойно двинулись дальше. — С главной дороги придется свернуть, — сказала Конан, резко остановившись посреди тропы. — Слишком опасно. Если нас без проблем пропустили на границе, это не значит, что внутри страны к нам не будет вопросов. — Это займет больше времени? — спросила Наоми скидывая капюшон. Солнце, которое она не видела многие месяцы, осветила ее бледное лицо, заставив зажмуриться. — На день-два дольше, — ответила Конвн, сверяясь со свитком с картой, который выдал ей Пейн перед уходом. — Итого пять дней пути, и мы на месте. — А что это за место? — впервые решилась узнать Наоми. Если это такая же серая неприветливая деревня, как Амегакуре, то она предпочла бы вернуться, несмотря на все потраченные усилия. — Деревня Горячих Источников, — коротко сказала Конан, резко свернув налево, продолжая идти. Наоми это название ничего не говорило, ведь кроме Амегакуре и тех нескольких деревень, в которых они останавливались по пути, девушка не знала ни одной больше. Разве что слышала о Конохе во времена нахождения в лагере. Кажется, даже видела отряд шиноби, приезжавших поглазеть на изнурительные тренировки "живого оружия". Но все это в прошлом. Взгляд уставших изумрудных глаз упал на кольцо, надетое на безымянный палец. Лёгкая полуулыбка впервые за долгое время тронула пересохшие губы, которые на долю секунды с нежностью прижались к тёплому металлу. Смахнув выступившие слезинки, девушка наконец снова пошла вперёд, ускорив шаг, нагоняя Конан.