It's the fear

Ночь спускалась на город, обволакивая его кромешной тьмой. Тьма набирала силы, поглощая улицу за улицей. Надвигалась гроза. Вдалеке раздавались раскаты грома. Тёмно-серый цвет туч ещё больше угнетал и вселял страх. Ещё один раскат грома - и по крыше забарабанили тяжёлые капли дождя. Я смотрела безразличным взглядом янтарно-жёлтых глаз в окно, по которому стекали серые холодные капли. Из-за сильных порывов ветра макушки деревьев в парке раскачивались с бешеной силой. По мокрому асфальту мельтешили люди под зонтами, которые, несмотря на дождь, продолжали идти по своему намеченному пути. Идти к свой цели. В комнате тихо отбивали свой ритм настенные часы с маятником. Тихо скрипнула входная дверь... Этот скрип вызвал одно весьма неприятное воспоминание, словно дух прошлого вселился в меня, и я, сама не замечая, погрузилась в мысли... Я сижу на железной скрипящей койке. На той самой, с железной спинкой и прогнившим матрасом. В комнате стоит удушливый запах хлорки, которой обрабатывают полы в коридорах. Он настолько резок, что кружится голова и прерывается дыхание. Оказалась я тут после трагической гибели отца, по воле родной матери. Она изменилась, стала другой. Уже не было той задорной и доброй, как ангел, женщины; был монстр, который жил только для себя и весь остальной мир для него не существовал. Моя мать бросила работу, начала пить, подсела на наркотики. Квартира превратилась в наркопритон. Каждый вечер приходили её друзья, они вместе кололись. Из кухни спустя некоторое время доносился странный, искусственный смех, какие-то возгласы, сопровождающиеся матом, стоны. Не раз я подвергалась сексуальному насилию. Они имели меня жестко и грубо. Они были "под кайфом", им было плевать, каково мне. А мать просто стояла, наблюдая за всем. В глазах не было ни капли жалости. Будто стояла не она, а чужой человек с холодным сердцем и жестокой душой. Каждый бы на моём месте предпринял бы всё, только чтобы прекратить это, ибо постоянно пребывать в страхе и тревоге - сложно. Но я привыкла. Это происходило каждый день, и всё происходящее дома было не в новинку для меня. Я переживала всё тоже самое изо дня в день, отчего душа моя стала чёрствой и грубой. Я не подпускала никого к себе, стала дикой. Я привыкла к тому, что происходило вокруг. То, что окружало меня вновь, я воспринимала болезненно, а порою даже не понимала. Я дала себе клятву - начать жизнь с чистого листа, забыть всё прошлое и жить настоящим. И это случилось. Из интерната меня забрали добрейшей души люди. Они полюбили меня и приняли, как родную дочь. Поначалу я боялась их; вела себя, как испуганный котёнок, боялась заговорить с ними. Я не знала, как вести себя, что делать. Они пытались найти ко мне подход, спрашивали меня о моём прошлом, но я огрызалась, злилась, впадала в истерику, кричала... Но спустя два месяца моя душа начала постепенно согреваться теплом, исходящим от моих "родителей". Никогда ещё прежде я не испытывала такого чувства. Это было ново для меня. Но теперь, казалось, всё встало на свои места, однако воспоминания, всплывая отголосками прошлого, не давали спокойно спать по ночам. Меня мучали кошмары, каждую ночь я просыпалась в холодном поту, боясь того, что смогу пережить всё то ещё раз. Но, понимая происходящее, я улыбалась сама себе и снова откидывалась на подушку, думая только о хорошем. Да настанет тот день, когда всё встанет на свои места...