bad kind of butterflies

Чимин фурией влетает в столовую, его глаза бешенные, но уже не от испуга и слава Богу. Тэхён спокойно смотрит, как тот садится за стол, кидает сумку на стул рядом и начинает говорить. — Ты знаешь, что я только что видел?! — И что же? — интересуется Ким, делая глоток сока. — Чонгук сейчас у кабинета математики ругается с Джой. Мне Юнги вчера сказал, что Чон порвал с ней, а она видимо не поняла и устроила скандал прямо при всём классе! — Типичная Джой, что сказать. — Ты не понял, Чонгук сказал, что ему нравится кое-кто и этот кое-кто парень. Тэхён давится соком, который пил, пока слушал Чимина, и начинает громко кашлять. Глаза начинает жечь от слёз и в горле першит. — Господи, Тэ, — Пак встаёт с места и гладит друга по спине пока тот не перестает кашлять. — Тебя так удивила новость о том, что Чонгуку нравятся парни? Юнги сказал, что многие и так догадывались об этом. — И давно вы с Юнги стали так близки? — переводит тему Тэхён, который до сих пор не может перевести дух. — Ну, — щёки Пака мгновенно вспыхивают, глаза косятся в сторону, — мы иногда гуляем. — И как же проходят ваши встречи? — заискивающе спрашивает Ким, положив голову на сцепленные ладони. — Мы ничего такого не делаем! — восклицает возмущенно парень. — Разве я что-то сказал? — Я уже в курсе, что ты там надумал, но Юнги, он хороший. Тэхён тяжело вздыхает, смотря на друга немного сочувствующе, словно в свое отражение. — Не думаю, что Юнги такой хороший, только потому что ты сокровище, — поднимает руку, когда Чимин хочет возразить. — Я просто хочу, чтобы ты был осторожнее, Чимчим. Пожалуйста, будь предельно бдителен. И непонятно кому говорит это? Себе или другу, который мило улыбается и кивает. Тэхён встаёт из-за стола, дожидаясь пока Пак пойдет за ним и перед самым выходом он сталкивается с Чонгуком. Достаточно лишь увидеть наглую ухмылку, чтобы нервно сглотнуть. Парень, как истинный джентльмен, пропускает Кима вперёд, случайно задевая ладонью стройную спину. Этот мимолётный жест нервирует Тэхёна и он бесится ещё сильнее от этого. Не из-за прикосновения, а из-за того, какую бурю это вызывает в нем. — Привет, Чонгук, — улыбается прошедший Чимин. — Привет, как твои джинсы? — Еле оттер, но всё обошлось. Чонгук кивает парню и удаляется. Шок на лице Тэхёна можно маслом на холсте писать, это стало бы шедевром в Лувре. Очень странный разговор, странная ситуация и странный друг, который скрывает слишком много. Но по факту, Ким скрывает не меньше, но это не личные отношения, а деловые, пока что. — Мы просто гуляли на выходных с Юнги и встретили Чонгука с Джой и в общем я сел на лавочку, а она окрашена была… — Прекрати, — ледяным тоном прерывает брюнет. — Мне не интересно. Не хочу всё это слушать. — Тэтэ, — Пак обеспокоенно тянет ладонь к другу, но тот раздражённо уворачивает плечо. — Пошли, а то на урок опоздаем. Чонгука в его жизни становится слишком много. И самое печальное, что Тэхён уже к этому привык. Получать ежедневные смски от парня с вопросами по домашке, которые сопровождаются мемами и вопросами интимного характера, которые Ким постоянно игнорирует. Привык видеть его три раза в неделю на индивидуальных занятиях. Привык испытывать на себе его постоянное внимание. И внезапно встает вопрос, а что будет если сейчас убрать Чона из его жизни? Станет ли Тэхен удовлетворенным жизнью или нет?

***

— Эй, Тэ, — Чонгук ловит его сразу после уроков, хватает за руку перед входом в школу. Ким мгновенно выдергивает кисть из чужой хватки, панически оглядываясь на учеников вокруг. — Что? — Давай сегодня у меня? Хосок уехал по делам на два дня. Господи, и почему это звучит теперь настолько неоднозначно. Парень отдёргивает от себя эти мысли и задумчиво кивает. — Тогда погнали, — Чон кивает в сторону машины и садится за руль, пока Тэхён не может сдержать себя от того, чтобы не оглянуться вокруг, всё-таки не хочется наткнуться на взгляд разъярённой Джой. — Ты сегодня немного странный. — Да? С чего ты взял? — Подозрительно тихий, я бы даже сказал напуганный что ли. Что-то случилось? — Беспокоюсь за Чимина. Оказывается, они с Юнги ближе, чем я думал, а узнал я об этом совершенно случайно. Это немного беспокоит меня, — вздыхает Тэхён, не говоря всей правды. — Ну, мне кажется он ему слишком сильно нравится и, зная твоё отношение к Юнги, Чимин не хочет, чтобы ты своим мнением всё это разрушил, — спокойно разъясняет парень. — Разве я похож на монстра? — Нет, — улыбается Чонгук и кладёт ладонь на чужое бедро, чем заставляет напрячься, — ты безумно очарователен, — ведёт рукой немного вверх, — когда молчишь. Чонгук резко разворачивается, снова улыбаясь в лобовое стекло, пока Тэ отходит от аритмии. — Ты покраснел, — самодовольно замечает. — Это просто ярость просится наружу. Когда мы уже поедем?

***

— Ты расстался с Джой? Чонгук останавливается посреди комнаты, удивлённо смотря на Кима. — Тебя это так удивляет? Тэхён ведёт плечом, утыкаясь носом в книгу, как бы говоря, что это неправда. — Она восприняла это не очень радушно, да? — Это же Джой, типичная Джой, я так и думал, что она устроит разборки в школе. Но против моего аргумента она уже ничего не говорила, — парень присаживается рядом с Кимом, насильно забирая у того книжку, которой, если быть честными, парень просто прикрывался. — И каков же был твой аргумент? — Что мне нравится один парень. Тэхён щурит глаза и задумчиво мычит, не позволяя Чонгуку подсесть к себе ближе, ощущая себя на раскаленной сковороде. — Надеюсь, что этого парня Джой не придушит во сне, — ухмыляется брюнет и встаёт с кровати, когда Чонгук тянет его на себя, не давая пошевельнуться в цепких объятьях. От него приятно пахнет парфюмом и стиральным порошком, металлические браслеты на руках холодят кожу, а тихий смех убаюкивает. — Пусти, — не зная почему шепчет Тэхён. — Не хочу. Ты пообещал, что дашь мне шанс, если я разберусь с Джой. Я сделал это. — А что дальше? — брюнет разворачивается в чужих объятьях, чтобы быть лицом к лицу. — Как ты себе это представляешь, Чонгук? — Мы станем… парой? Тэхён хохочет во весь голос, не сдерживая порыв. — Ты ведь даже сам в это не веришь. Я-то тем более. — Я не говорил, что мы пойдём в школу, взявшись за руки и все сразу же начнут спрашивать секрет наших отношений. Мы можем попробовать, в этом нет ничего ужасного. Тэхён тяжело вздыхает, доверительно обнимая Чонгука за талию. Позволяя себе это на миг. Его мозг говорит твердое «Нет», а сердце молчит, но немного барахтается в сторону «Да». И этот диссонанс тревожит весь организм, тревожит и одного брюнета, что пытается соблазнить своими феромонами, даже толком не стараясь. — Ну и? Что дальше? — Поцелуй меня, Ким Тэхён. — Звучит ужасно пафосно, не находишь? — Звучит так, что я безумно хочу, чтобы ты хоть иногда молчал. Ким смеётся и не даёт себя поцеловать, постоянно уворачивая голову, подставляя шею. В конце концов, терпение Чона заканчивается и парень разворачивает Кима на спину, припечатывая к кровати и становясь по обе стороны от длинных ног. Всё веселье мигом улетучивается, а игры заканчиваются, стоит оказаться нос к носу, смешивать сбитое дыхание, не отводя дикого взгляда друг от друга. Чонгук держит Тэхёна за локти, не давая ему пошевелиться, пальцы сжимают тёплую кожу. Тэхён внезапно осознает, что у него давно не было такой близости с парнем и это заставляет его словно чувствовать всё по-новому. Чонгук нависает над ним тенью, такой красивый, что всё кажется нереальным. Его литые мышцы напряжены под футболкой, глаза блестят хищным огнём, нереален как фантазия. По сравнению с ним Ким похож на нескладного подростка, такого худого и длинного, хотя так и есть. — О чем думаешь? — шепчет Чонгук. Тэхён закусывает губу, не желая признавать, что сравнивал их. И очки причислял не в свою пользу. — О том, что твои повадки самца убивают мою самооценку. Чон смеётся и напряжение между ними немного снижается, но не настолько, чтобы снизить градус чужого возбуждения. Все, о чём может думать сейчас Чонгук, так это о Тэхёне, который похож на одного из тех мальчиков, которых печатают в журналах. Таких красивых, но с холодным взглядом. Чонгук же наоборот внешне похож на строгого брутала, но растопить его можно легко, достаточно быть Тэхёну рядом. Брюнет переносит вес на одну руку, аккуратно снимая очки с чужого лица, и наклоняется ближе, оставляя аккуратный поцелуй на кончике носа, на скуле, на губах. От нетерпения Тэхён сам проявляет инициативу, поднимает голову чуть вверх, повторяя касание и словно испугавшись, опускается головой на подушку. Но Чону дважды предлагать не надо, он сам целует, с напором сминает сладкие губы, не давая вздохнуть. Тэхёну под ним жарко, он похоже уже и сам горит, когда кожа к коже. Брюнет кусается, берёт от близости всё по максимуму, ведёт ладонью вдоль бедра и жалеет, что Тэхён никогда не носит шорты, мечтает, чтобы эти самые бёдра когда-нибудь его оседлали. Но пока он просто сжимает до синяков тело, потом ласково поглаживает, пока язык сплетается с чужим в диком танце. Парень отстраняется, чтобы спуститься поцелуями ниже, языком собрать пот с шеи, присосаться к ключицам. Рука забирается под футболку, поглаживая ребра, затем спину, когда Тэхён очередной раз выгибается словно кошка. Он опускается дальше, пальцами ведёт по позвонкам ниже, чтобы залезть под штаны и тут Кима словно током прошибает, он резко начинает убирать чужую руку из-под футболки и отползать дальше. — Эй, тише-тише, — Чонгук, ничуть не удивляясь такой реакции, успокаивает парня, — Всё нормально. Я не сделаю того, чего ты сам не захочешь. Хорошо? Тэхён кивает и расслабляется, когда парень слезает с него и встаёт с кровати. Тогда его взору предстает бугорок, который, кажется, его владельцу совершенно не мешает. — Я пойду в душ. Потом начнём заниматься. Ким неловко кивает, чувствуя себя немного виноватым, но не может заставить себя отвести глаз от Чонгука, когда тот снимает футболку, подходит к шкафу, берёт бельё и полотенце. Может это безрассудно и Ким совершит ошибку, но ему настолько сильно этого хочется, что он не в силах себя остановить. Брюнет молча берёт ничего не понимающего Чона за руку и ведёт обратно к кровати. Толкает в грудь, намекая лечь и раздвигает его бёдра, садясь коленями на пол. — Что ты… — начинает было Чонгук, но его затыкают поцелуем и наглым вторжением в штаны. Тэхён резко расстегивает молнию и начинает снимать штаны вместе с бельем. Чон слегка приподнимается, помогая парню с этим и, когда его грубо толкают на спину, он не может сдержать улыбки. Ким на это только ухмыляется, обнажая клыки, и опускает глаза вниз. Чужой член уже стоит смирно и ждёт дальнейших действий. Брюнет устраивается на коленях поудобнее и сплёвывает на руку, специально широким мазком облизывая ладонь языком, и обхватывает ствол кольцом из пальцев. Он медленно ведёт сначала вниз, потом вверх, сжимая у конца и слышит тяжелый стон. Когда вишневые губы оставляют цепочку мокрых поцелуев по всей длине, бёдра Чонгука напрягаются и парень сдерживает себя чтобы не схватиться за каштановые пряди. Тэхён высовывает язык, дразняще проводя по чувствительной коже шершавым языком, смазывая слюной. Хитрые глаза удовлетворённо наблюдают снизу за тем, как заламываются брови Чона, как тот вздрагивает, стоит парню взять в рот, словно каждое движение приносит и невыносимую боль и дикое удовольствие. Член скользяще погружается глубже. Тэхён втягивает щёки, когда половина пути уже пройдена и с пошлым звуком отстраняется. Красный, налитый кровью орган маячит перед глазами и требует внимания. Об этом же и оповещает Чонгук. — Тэээ… — тянет парень, тяжело сглатывая. Ким скалится, немного приподнимаясь на руках и специально ничего не предпринимает. Ему нравится быть тем, кто управляет ситуацией. — Неужели сам Чон Чонгук чего-то просит? — Ты… — приоткрывает один глаз, — падла, Тэхён. Парень смеётся и резко, без прелюдий опускается ртом на член и сразу начинает сосать. От такого контраста ощущений чужие бедра двигаются вверх, но Ким успевает придержать их локтями. Тёмная макушка опускается то вверх, то вниз, изо рта течёт слюна, стекая между ног на постель. Язык обвивает орган, губы болят от растяжения, шея гудит от неудобного положения, но Ким продолжает активно двигать головой. Он кладёт чужую ладонь себе на голову слегка сжимая, намекая Чонгуку брать власть в свои руки. Чон, не растерявшись, зарывается ладонью в темные локоны, с силой сжимая у корней и насаживает на член глубже, практически до упора, пока не чувствует стенки горла. Тэхён терпит, давит рвотный позыв, смаргивает слёзы и делает, насколько это возможно, глубокий вдох. Чон поднимает руку и тут же насаживает, не церемонится, потому что Ким знал, на что шёл, поэтому насаживает максимально до упора и наслаждается неприличными звуками, которые исходят от брюнета. Ким ни разу не противится, наоборот, осознает, что чувство чего-то горячего и пульсирующего во рту ощущается очень приятно. И когда Чонгук держит его голову на члене уже слишком долго, он понимает, что сейчас бомбанет и так и происходит. Горячая сперма выстреливает прямо в глотку, брюнет ею давится и Чон отпускает из захвата темные волосы, полностью расслабляясь и отходя от оргазма. Тэхён же глотает и начинает громко кашлять, вытирая со рта сперму. Когда кашель стихает, тишина будит Чонгука и парень приподнимается на дрожащих локтях, оглядывая своего репетитора. Тот сидит весь растрепанный, чёлка спадает на красные от слёз глаза, губы алые до неприличия и длинные ноги расставленные в стороны. — Ты выглядишь просто охуенно, — неожиданно для самого себя признается Чон. — Хм, я так не думаю, — хрипло отвечает брюнет и парень абсолютно не слышит ничего, только следит за движением пухлых губ. — Я так думаю. Тэхён хмыкает, поднимается на ноги и заёбанный падает рядом с Чонгуком на постель. — Может нахер занятия? — Мысли мои читаешь, Чон. Чонгук смеётся и, осмелев, переплетает свои пальцы с чужими. Тепло, которое дарит ладонь прямо сейчас, почему-то греет сильнее, нежели чужой рот. — Штаны хотя бы застегни. — Похуй.

***

— Ну, Тэтэ, — ноет Чонгук, не выпуская штанину Кима из пальцев. — Я тебе уже сказал, наши занятия будут вестись как обычно. То, что у тебя внезапно встает член посреди урока, не является моей проблемой. — Да, бля. Ты в курсе, что твоя задница не рассыплется, если я немного над ней поработаю? — Чонгук складывает руки на груди, не сводя хищного взгляда с брюнета. У Тэхёна от этого челюсть виснет и Чон аккуратно касается пальцами подбородка, чтобы её закрыть. И этот жест немного отрезвляет. — Чонгук, я не собираюсь с тобой спать, какими бы… странными ни были наши отношения. Если они вообще есть. — Хорошо. Тогда я приглашаю тебя на свидание. — Чего? Кажется, Тэхёну скоро нужны будут подтяжки для рта, уж слишком часто его вводят в шок чужие слова. — Завтра в семь. — Но я не это имел в виду… — Тэхён, я в курсе, что ты имел в виду. Я тебя понял. На занятиях мы ведём себя по-деловому. Но раз я не могу проявлять свой интерес сейчас, то я хочу это делать в специально-отведённое для нас двоих время. — Ты не сдашься? Если ты не прекратишь, то я перестану вести наши встречи. Ты можешь легко потрахат… — Тэхен, хватит! — выкрикивает Чонгук, чем мгновенно затыкает, опешившего парня. — Я может и веду себя как мужлан и шучу пошло. Но стал бы я тебя окучивать несколько месяцев, чтобы просто уложить в постель? — Ну, не знаю. — Нет, Тэхён, нет. Господи, ты отличник по всем предметам, но такой профан в отношениях. Я думал, ты понял меня, когда мы с тобой поговорили, — Чонгук разочарованно вздыхает и собирает листы со стола, помогая, кусающему губы, брюнету собрать рюкзак. — Если честно, я заставлял себя не верить тебе. Согласись, что ситуация вырисовывается странная. Местный ботаник и альфа самец школы внезапно воспылали чувствами друг к другу. Такое только в кино бывает. — Знаю, но в отличие от тебя, я уже сделал шаг, я расстался с Джой, пока ты до сих пор прячешься. — Ты мне нравишься, — резко выпаливает брюнет. Чонгук спотыкается о стул и перестаёт перебирать бумажки. — Но не думай, что это что-то меняет. Я всё ещё настроен на то, что у нас не выйдет ничего. — Врёшь, как дышишь! — С чего бы? — Если бы это было так, то ты бы не стал мне сосать. Это расценивается мной, как намёк на действия. — Знал бы ты формулы так же хорошо, как рассуждаешь о чужих поступках, цены бы твоим знаниям не было. — Ну так завтра в семь? Тэхён сразу не отвечает, покусывает губу в раздумьях. — Хорошо.

***

Тэхёну Чонгук нравится, это глупо отрицать. Как и глупо отрицать тот факт, что Тэхён всё ещё не до конца доверяет ему. Всё ещё в душе сквозит что-то неприятное и липкое, стоит подумать о том, что их отношения не продержатся в тайне долго. Потому что Ким не любитель врать, он рубит с плеча и скажет как есть, за это в общем-то его особо-то и не любят. Но то, как Чон ему улыбается, как обнимает со спины и нежно целует в щеку, есть что-то магическое, что заставляет забыть об их не простой ситуации. Или просто Тэхён стал слишком мягкотелым. — Поехали завтра за город? — Зачем? — Ким снимает очки и устало трёт глаза. — Просто проведём время вместе. У родителей есть дом недалеко, практически в лесу, думаю там сейчас красиво. — Если хотел затащить меня в постель, то мог просто спросить. Чон раздражённо цокает и встаёт с постели, чтобы убрать несколько книг в стол. Парень садится за спиной Кима и сцепляет ладони у того на животе, наслаждаясь тем, что парень больше не брыкается и не напрягается от таких простых действий. — Если я захочу, то мне не нужно разрешение, Тэ. — Уверен? — ухмыляется. — Абсолютно, потому что сейчас твоя кожа покрылась мурашками, а я ведь даже не начал. Тэхён бьёт локтём в живот, но хватка на его талии становится только крепче и Чонгук хрипло смеётся из-за чужих неуклюжих попыток ударить. — Ну так что? Погнали? — Хорошо. Думаю там-то ты точно сможешь сосредоточиться на наших занятиях. — Ну, Тэхё-ё-ён-н-н! Давай забудем о них хоть ненадолго? Ким всё-таки выбирается из чужой хватки и встаёт на ноги, надевая очки. — Ладно, но только если ты обещаешь вести себя адекватно. — Идёт. Чон подрывается с места, впиваясь губами в чужие и не отступает, пока не получает приглашение и кольцо из рук вокруг своей шеи.

***

Если посмотреть на последний месяц, то можно сказать, что поцелуев было больше, прикосновений тоже, больше Тэхён позволял узнавать себя, но в то же самое время в школе между ними ничего не менялось. И Кима это устраивало, ему не хотелось быть объектом внимания, особенно такого. И казалось, Чонгука всё устраивало тоже. Но на самом деле это было не так. Он просто не знал, как всё это провернуть, поэтому держал маску. Напрягал тот факт, что и Тэхён вел себя тихо и только кидал едкие комментарии по поводу Джой. И тут тоже не понятно ревность это или нет. В общем и целом все не так уж и плохо. Чтобы афишировать отношения они встречаются ещё слишком мало, но есть одно «но». И имя этому «но» — Чон Хосок, который единственный знает о том, что происходит в комнате Чонгука за закрытой дверью. Не то чтобы это было великой проблемой, но немного напрягало. Пока они едут в машине, телефон Чонгука разрывается от звонков и в конце концов он его просто выключает. Раздражённое состояние не ускальзывает от Тэхёна и он, недолго помолчав, все же решается спросить: — Что-то не так? — Нет, с чего ты взял? — Ну это не я только что кинул телефон на задние сидения, как будто тот чем-то провинился. — Включаешь свою проницательность? — смеётся. — Это Джой. Никак не угомонится. — Может мне стоит взять в школу бронежилет? Ну так, на всякий случай. — Вообще я могу быть твоим бронежилетом. Вернее, это я и есть. — Твое эго не утихомирить ни одним учебником, Чон. — Тебе нравится быть на моем фоне таким правильным, разве нет? — За дорогой следи, — командует Ким, но улыбку прячет в отражении окна. После длинной поездки перед парой появляется небольшой двухэтажный домик посреди леса, забора нет, но территория вокруг выложена камнем. В маленьких зеленых «бассейнах» растут елки, среди них скрылся небольшой фонтанчик, в веранде у дома стоит плетеная мебель и подвесные фонари. — Если я зайду, а там будут расставлены повсюду свечи, это станет концом нашей поездки. Чонгук усмехается и качает головой, кладя свободную от сумки руку парню на плечо. — Я был слишком занят, чтобы такое подготовить. Но если бы ты захотел, я бы весь дом ими уставил. — Ха-ха, — деланно смеётся Ким, но своей ладонью всё же накрывает чужую на плече, принимая поцелуй в щеку. После того как они заходят, Чонгук показывает парню дом, его спальню. Они вместе раскладывают вещи, которых немного, так как завтра вечером они уже уедут. Пока Тэхён переодевается, Чонгук готовит перекус и наблюдает за сгущающимися тучами через панорамные окна. Скоро начнется дождь, но Чон и так это знал. Он специально выбрал для поездки дождливые дни, чтобы лежать с Тэхеном в постели и ни о чём не думать больше, побыть вдали ото всех и без не нужного внимания.Но вот сам Ким об этом не догадывается. — Смысл было ехать, если мы всё равно весь вечер просидим дома? Погода не очень, если честно. — Тэхён шлёпает босыми ногами по паркету и облокачивается о барную стойку. На нём болотного цвета майка и чёрные шорты выше колена. И, пожалуй, на сегодняшний день это самый открытый образ парня. Эти длинные гладкие ноги под столом отвлекают Чонгука, уж слишком громко фантазия начинает бушевать, стоит только подумать о контенте восемнадцать плюс. Ещё парень снял линзы, потому что надоело. — Смысл был в том, чтобы просто побыть вместе без посторонних глаз и расслабиться. — Думаешь, я напряжен? — Да. Даже сейчас ты ждешь подвоха. Или я не прав? Ким неоднозначно пожимает плечами и ворует со стола яблоко, покручивая его в руке. — Я хочу, чтобы ты расслабился и, не знаю, раскрылся? — Это не просто, когда сам Чон Чонгук окучивает тебя столько времени. — Не так уж я и страшен, — смеётся Чон, покачивая головой. — В этом-то и проблема, — вздыхает Тэхён, не договаривая, что парень наоборот слишком хорош. — Неужели это комплимент? — Скольких ты уже приводил сюда? — переводит тему. — Только не говори, что я первый. — Не первый, да. Были ещё Хосок, мамина подруга госпожа Чхве, парни брат… — Ладно, я понял. Сформулирую по-другому, — Тэхён опирается локтями на стол, придвигаясь чуть ближе к Чону и кладёт голову на сцепленные пальцы. — Скольких ты трахнул в этом домике? — Ты будешь первым. Чонгук говорит это так уверенно, что Киму становится немного не по себе. Он понимал и так, что они не белок в лесу едут в такую даль кормить и был готов к этому, но в данной ситуации они не ученик и репетитор, а парень и парень в весьма интересных отношениях. Тэхёну слегка непривычно быть в таком положении сейчас. И аргументы уже закончились, разговор в тупике и последнее слово оказалось за Чонгуком. Хотел поставить ловушку, в итоге сам в неё попал. — Врешь, — шепчет Тэ, не отрывая глаз от чужих напротив. — Сегодня мы это и проверим. Ты же не станешь ставить оценки в этот раз? — Зависит от твоего усердия, — хмыкает. — А ещё говоришь мне расслабиться. — О, я очень постараюсь, — Чон тянется ещё ближе, чтобы кончики носа, сталкиваясь, дразнили предвкушением грядущего поцелуя. Мягкие поглаживания по плечам, затем вдоль спины. Тэхён сам тянется за лаской, как котёнок ведётся на поводу. — Но после марафона «Звездных войн». — парень резко отстраняется и забирает со стола две тарелки с едой, скрываясь в глубине домика. — Чего? — шепчет в недоумении распаленный Тэхён, но всё же болванчиком следует за парнем. — Я знаю, что ты не смотрел, поэтому хотел бы с тобой пересмотреть. Чонгук сидит на полу с кучей подушек рядом и тарелками со снеками. Он выглядит совершенно серьёзным и даже невинным в своём желании пялиться на плазму несколько часов. Но выбора у Тэхёна нет. Поэтому парень ложится на чужое плечо и погружается в новую для себя вселенную. Когда за окном мрак, на экране идёт четвертый эпизод и у Кима уже ноги затекли лежать. Он просит поставить на паузу и идёт на улицу. После дождя воздух кажется таким чистым, что легкие словно оживают, наполняясь кислородом. — Очень тихо, да? — Чонгук обнимает за талию, становясь сзади. Тэхён позволяет и даже не язвит, потому ветер гуляет холодный, а парень теплый как печка. И прикосновения теперь кажутся такими приятными, словно так и должно быть. — Да. Не то что в нашей школе. — Не думай о ней. Вообще об учебе не думай. — Тогда о чём же мне думать? — Ким слегка поворачивает голову вбок на крепком плече, чтобы увидеть лицо парня, и задевает щекой его нос. — Обо мне, к примеру, — горячий шепот с не просьбой, а требованием. — Я тебя вижу, зачем мне про тебя ещё и думать? — Потому что мне будет приятно. Тэхён издаёт смешок и возвращает своё внимание созерцанию леса. Руки на талии скользят под футболку, но они тёплые и только помогают Тэхёну согреться, а вот практически голые ноги начинают замерзать. Была бы возможность, то Чонгук бы всего Кима обнял, как одеялом, а ещё лучше прижал бы к чему-нибудь твёрдому. — Пошли в дом, я замёрз, — шепчет, когда Чонгук уже спускается поцелуями от виска к шее, вызывая мурашки и учащённое сердцебиение. Они молча скрываются в доме и автоматическое освещение на улице гаснет. Тэхён укутывается в плед, но вскоре жалеет, потому что Чонгук начинает скользить широкими ладонями по стройным ногам, оставляя чуть ли не ожоги от прикосновений. Теперь не перед кем показывать безразличие, не от кого прятаться. Ким только сейчас, когда что-то обжигает изнутри, понимает, что сейчас они по-настоящему остались наедине. Небольшой страх из-за того, что можно полностью расслабиться, поддаться тому, что так долго топил в себе и пытался потопить и в другом человеке тоже. — Прекрати, — шепчет Чонгук. — Что прекратить? — Делать такое выражение лица, словно тебе всё равно. Я же вижу, как ты нервно сглатываешь, как дёргается твоя рука под одеялом, чтобы откинуть мою. Ким молчит, не зная, что ответить. Он окончательно пропал и тяжело дышит, подвигаясь ближе. — Но тебе же нравится смотреть на мои метания. Если бы все было так просто, то я бы не сидел здесь. — А хотелось бы, чтобы лежал. Мгновение, вспышка и крышка закрыта. Секунда и тело прижато к полу. В голове огоньками мелькают поцелуи, они становятся все более страстными, но при этом их всё равно не хватает. Чонгук, словно цепной пёс, которому дали свободу, а Тэхён загнанная лань, что ищет адреналин. Они сплетаются языками, буквально пытаются показать свою жажду, свой огонь, из-за которого горят так ярко, но так долго и прямо сейчас. Чон укладывает парня лопатками на ковёр, буквально вдавливает в пушистый ворс, пытается разглядеть зацелованные губы в темноте. Вспоминает как эти самые губы целовали его член, как слюна стекала по подбородку и служила смазкой. Тэхён тянет руку к майке, слегка потягивая вверх, оголяя пресс, касаясь теплой кожи ледяными пальцами. Делает пробный толчок бедрами вверх, чтобы ощутить еле заметное трение и блаженно выдыхает. Чон ехидно скалится, но понимает без слов и стягивает одежду с них обоих торопливо, но аккуратно. Кидает в угол комнаты, возвращаясь с поцелуями по острым ключицам, собирая попутно капельки пота. Слегка шершавые губы касаются каждой родинки, пробуют медовую кожу на вкус, чувствуют как мурашки волной охватывают тело под ним. Тэхён непривычно тихий, но при этом живой, отзывается на каждое слово, на любую ласку. Очень странно и приятно видеть его таким. Хочется верить, что именно чувства помогают ему раскрыться перед Чонгуком полностью, что несомненно льстит. Брюнет спускается мелкими поцелуями по животу вниз, засасывает кожу на тазобедренных суставах, не может себе отказать в том, чтобы укусить каждую и в награду получает первый глубокий стон, такой громкий и искренний. Таким Ким бывает только, когда дело доходит до взаимных оскорблений. Но даже если бы изо рта парня вырвалось бы ругательство, то это станет скорее комплиментом. Чон обхватывает пальцами вставший член и наблюдает, как парень под ним ёрзает, с закрытыми глазами мучительно ища больше трения. — Ты не станешь просить, — не спрашивает Чонгук. В ответ получает отрицательный кивок. Тогда опускается к уху, поднимая бедро, ласково поглаживая, не забывая надавить ногтями. — А мне бы так хотелось. — Иди к черту, — нервно сглатывая, шепчет Тэ. Чонгук довольно ухмыляется, так как понимает, что надави он ещё чуть-чуть и Тэхён бы раскололся, но сейчас ему не хочется, он сделает это когда-нибудь в другой раз. Он надеется, что другой раз непременно будет. А пока он грубо берёт парня под коленями и резко тянет на себя так, что Ким проезжается голой задницей по ворсу ковра и недовольно шипит в ответ. — Тогда сделаем всё по-моему, детка. Чонгук достаёт из-под подушки на диване смазку и серебристый пакетик. — Ты подготовился, жук, — усмехается Тэхён, наблюдая, как его парень разрывает пакетик зубами, не сводя с него глаз. Они цепляются невидимыми нитями друг за друга, образуя узел и тянут каждый на свою сторону, при этом желая получить столько же сколько и отдать. Тэ наблюдает, как Чон раскатывает резинку по члену. Ему даже хочется самому это сделать, но останавливает себя от этого, не в этот раз. Надеется, что следующий раз настанет. Чонгук покрывает липким взглядом парня под собой, не может собрать в голове настолько идеальную картину. Руки проходятся по худым коленям до бедер и по-хозяйски сжимают мягкую плоть, намеренно оставляют следы. Тэхён в ответ тянет руки, захватывая в плен шею, покрывая мелкими укусами, после тщательно зализывая, словно там ожоги третьей степени. С первым пальцем Тэхён ежится и сжимается, от неприятного ощущения хочется сбежать. — Расслабься, Тэ, — шепчет, — Ты у меня такой сильный, такой дерзкий на язык. Неужели тебя так легко напугать? Всего лишь пальчиком? — Иди нахуй, Чон, — смеётся Тэхён. — Только если ты говоришь это любя. — Утром посмотрим. На третьем пальце, Ким уже перестал зажиматься, стал более активным, более раскованным в действиях. Дыхание тяжелеет, голос срывается на плаксивые ноты, стоит Чонгуку дразняще приставить член к проходу, обводя головкой упругие половинки. Ладони царапают пресс, дотягиваясь до шеи, чтобы прижать ближе, получить больше трения, но Чон сразу пресекает эти попытки, прижимая своими ладонями тонкие кисти к полу намертво. От невозможности пошевелиться нервяк накрывает с головой. — Чонгук, пожалуйста, — шепчет Тэхён, смаргивая капельки выступивших слёз. Брюнет отпускает одну руку и заботливо собирает подушечками пальцев влагу с щёк, облизывая пальцы после. И с новым поцелуем проталкиваясь внутрь не спеша, раздвигая мышцы крупной головкой. Ким бьётся затылком об пол и выгибается в спине насколько может, раздвигая ноги шире. Он практически не дышит, когда Чонгук, склонившись над ним, щекочет кончиками свисающих волос его щеки. Вены на руках вздулись, кожа кипяток, капли пота очерчивают каждый мускул рельефного тела. Член входит полностью и оба вздыхают с облегчением. Тэхёну необходимо прямо сейчас его обнять, прижать к себе максимально сильно так, чтобы его член скользил между телами, а сам он растворился в парне напротив. Чонгук начинает двигаться интенсивнее, растягивая Кима под себя, всё глубже погружаясь внутрь. Тэхён больше не хнычет, а сам двигает бёдрами навстречу, позволяет словно в бреду ставить на себе засосы и метки, совершенно отключаясь от реальности. Его трахают настолько хорошо, что от чувств наслаждения хочется завыть. От стонов голос срывается, руки пытаются вцепится в горячую кожу мёртвой хваткой. Чонгук переворачивает парня на живот, не забывая пару раз смачно шлепнуть сильной рукой по половинкам. Член входит до упора и он набирает скорость сразу же. На коленях Кима наверняка останутся раны от ковра, но им настолько похуй. Громкие звуки ударов кожи о кожу только раззадоривают обоих. У Тэхёна словно туман в голове, всё, на что он способен, наслаждаться каждым проникновением, каждым поцелуем, которые Чонгук оставляет по всей спине. Шатен заламывает парню руки, чтобы тот опирался только на плечи и слышит скулеж снизу. Ким на грани, ему осталось всего ничего и он обильно кончает. Чувствительный орган теперь неприятно трётся о ворс и доставляет почти физическую боль. Как они будут оттирать сперму от маминого любимого ковра — это уже другой вопрос, а вот сколько толчков остается Чонгуку вопрос интересный. Он переворачивает Кима на спину и завершает начатое, закидывая стройные ноги на плечи. Ему невыносимо жарко, член пульсирует неимоверно и волосы липнут к лицу, но всего через несколько мгновений презерватив наполняется спермой, а парень валится рядом на пол и тяжело дышит. — Не таким я представлял наш первый раз, — вздыхает Тэхён, примерно через двадцать минут частых вздохов, когда они голые лежат на холодном полу. — Ну, в смысле не на ковре загородного дома твоих родителей. — А ты ожидал что-то вроде шикарной кровати в номере отеля? — Да, это было бы в твоём стиле. Чонгук смеётся тихо, не отвечая. — Но и так пойдёт. Мне понравилось, — шепчет Ким и чувствует, как его ладонь обвивает другая, более тёплая.