А это, по-вашему, нормально?!

      Тьма. И вновь. Уже ставшая за последнее время для омеги такой родной, что никакое пробуждение России не обходится без присутствия этой "леди".       Порой она раздражала и без того тяжёлое сонное сознание, заставляя прилагать гораздо больше усилий чтобы просто разомкнуть глаза, которые, по всем ощущениям, были налиты чем-то явно существеннее, нежели привычным нам свинцом.       Бездонная, пустая темнота появлялась всего лишь на доли секунды, после столь же стремительно исчезая, уступая место мягким и тёплым багряным лучам рассветного солнца.       Но Федерации казалось, что в плену у "леди" эти считанные мгновения затягиваются в целые часы. Она не желала отпускать демократа. Позволять ему возвращаться в мир реальный, наполненный красками и яркими чувствами. Даже несмотря на исконную природу этих всех эмоций, мрачных волнений.       Там настоящая жизнь. И проблемы. От которых не сбежать и не спрятаться. Как бы сильно́ не было желание забыться. Ему нужно пересилить себя. Заставить двигаться дальше. Позволять себе и дальше столь беззаботно балансировать на грани яви и сна, всё больше склоняясь ко второму варианту... «Нет!»       Кое-как разлепив слишком тяжёлые веки, Россия довольно резко поднялся с кровати. И тут же незамедлительно рухнул обратно на подушки, издав тихий стон, вызванный болью.       Пожалуй, это было ошибкой. Что и без того понял парень после подобных поспешных и не самых умных своих действий.       Но что ему остаётся поделать-то? Если одно только упоминание сна, а точнее — возвращения в тот кошмар, который очень и очень трудно с каждым новым разом идентифицировать именно как сон (т.е. — субъективное восприятие образов, возникающих в сознании спящего человека), вызывает искренне негативные эмоции, среди коих лидирующие позиции занимают панический ужас и излишне реалистичное ощущение всего происходящего. Слишком правдоподобное, чтобы являться правдой как таковой.       Повернув голову в сторону окна и издав тихое: «с-ш-ш, ай!», — Держава прищурился от слишком яркого света, резанувшего по ещё не привыкшим глазам.       Проморгавшись, Федерация начал понемногу приходить в себя, неспеша осматривая спальню, чтобы хоть немного вернуться в мир реальный и, возможно?, тем самым убедиться в своей относительной безопасности, а также в том, что ему на данный момент ничего не угрожает.       Взгляд в первую очередь зацепился за раздвинутые шторы, которые никак не препятствовали проникновению солнечных "друзей" во временную обитель омеги, беззастенчиво разливаясь по комнате и придавая интерьеру чарующий розоватый окрас. На душе сразу стало как-то легче, нервное напряжение и страх отошли на второй план, позволяя и ненадолго, но перевести дух ото сна.       Россия никогда не был любителем вставать с первыми лучами солнца, а точнее — просыпаться от того, что нечто настойчиво и беспрерывно светит тебе в глаза, буквально вынуждая выныривать из такого глубокого и безмятежного царства Морфея, бесстрастно возвращая в повседневную рутину жизни. Поэтому всегда плотно задвигал занавеси, не желая прерывать собственные часы заслуженного (ну почти) отдыха в постели. Однако, в конкретно этот раз парень был безмерно благодарен такой пробудке. Слишком свежи воспоминания всего происходящего в том злополучном кошмаре. Это было явно то, что хочется забыть как можно скорее, похоронить в памяти так глубоко, как только возможно, или просто забыть, словно и не было ничего.       Но просто так возвращаться к привычному ритму (которого, считай, уже и нет) омега не спешил. Вместо того чтобы встать и привести себя в относительный порядок, Федерация продолжил валяться в кровати, бездумно пялясь в потолок, время от времени ловя всплывающие в сознании обрывки того, что происходило там, содрогаясь при каждом "новом" фрагменте, что услужливо подкидывала ему память.       Казалось, время потеряло смысл, безжалостно оставляя Державу наедине с этим ужасом, который своими острыми щупальцами разрывал душу демократа на части, обрекая того на жалкое подобие существования и впоследствии мучительную гибель. Но внезапный порыв лёгкого ветерка привёл в чувства погрузившегося в себя демократа.       Пара секунд спустя и источником нарушения беспокойствия царящей в комнате атмосферы, как выясняется, является открытое настежь окно. Сказать, что русский удивился этому "феномену" — значит ничего не сказать. Нехотя, кряхтя, но ему всё же пришлось поднять свою любящую различные приключения пятую точку и уже начинать предпринимать попытки доползти до этого самого окна. «У меня вдруг что, приступ лунатизма случился? Да быть такого не может… Никогда подобного не случалось. Столько совместных ночёвок я проводил со своими друзьями. Большие у нас компании тогда были. И если бы я действительно вытворял в нечто эдакое, то кто-то с точностью да заметил. Но нет, ничего странного со мной не происходило: никто не говорил мне ничего или не пытался своеобразно намекнуть. Значит, тут дело в совершенно другом. И кто тогда открыл шторы и окно?! Кто-то лазил по моему номеру пока я спал? Или это был достаточно сильный ветер? Когда это вообще произошло: глубокой ночью или очень ранним утром? А сон? Сколько я вообще проспал?!» — суматошные мысли, словно газовые молекулы, сменяли друг друга с невообразимой скоростью.       Вопросы, вопросы и вновь вопросы. Никаких ответов. Или примерных подсказок. Хотя нет. На один вопрос из сотни нашёлся ответ. Доковыляв, наконец, к источнику прохлады и в этот раз плотнее прикрыв окно, омега понял, что обычного сквозняка боятся как минимум глупо. Хотя с его-то вполне обоснованной паранойей в последнее время, пожалуй, простительно.       Задёрнув шторы и уже собираясь снова завалиться в кровать, Россия, проходя мимо тумбочки, на которой лежал телефон и парочка других мелких вещиц, заметил что-то новое, явно не принадлежащее ему. Интерес поднялся на несколько процентов вверх. Стало до невозможного любопытно, хоть и было, чего уж скрывать, боязно.       Но пересилив себя и мысленно посчитав до трёх, Федерация слегка неуверенной походкой подошёл к шкафчику.       Как оказалось, ничего криминального не было. Всего лишь обычная бумажка, при более близком рассмотрении — тонкий конверт. Без излишеств: никаких опознавательных символов или иллюстраций; не указан ни отправитель, ни адресат. Ни-че-го. Девственно белый лист.       А вот тут уже демократу стало действительно не по себе. Кто написал это письмо? И предназначено ли оно на самом деле русскому? Может, ошибка это всё? Недоразумение? И адресатом является не он? Но как бы не так. "Посылка" в его номере, да и к тому же в спальне, которую парень вне всяких сомнений предварительно перед сном запер на защёлку. И только со внутренней стороны дверь можно открыть без всяких проблем. Не с наружной.       Сомнения начали одолевать Россию. Ему уже не казалось это чем-то интересным, или тем, что он может узнать. Уверенности в том, что после того как вскроется письмо и прочтётся его содержимое и при этом ничего не произойдёт из рамок вон выходящее, становилось меньше. «Ну не может же обычный конверт, а точнее его содержимое, чтобы оно не несло в себе, быть явно чем-то хуже, что происходило той ночью в лесу», — с этим мыслями Держава с как можно большей аккуратностью вскрыл конверт. К его удивлению внутри находились два листка, совершенно отличающиеся друг от друга как по содержанию, так и внешнему виду.       Один из них явно был вырван из какой-либо книги или сборника: имел вид достаточно старый, потрёпанный временем, но всё же сохранившим некую изначальную красоту. Может, всё дело в почерке? Это явно был отрывок из произведения: “...Лишь только месяц огласит начало новой эры. Они придут по твою жизнь. Забрав всё то, что было важно…” «Впервые вижу эти строки. Ничего подобного в русской литературе доселе не встречал. Хотя, я себя нисколько не нахваливаю, но мои познания в этой области достаточно глубоки́, чтобы я мог с такой уверенностью заявлять о чём-либо схожем. Но это больше смахивает на очередную шуточку Фина. Вполне в его духе. С него станется. Чего уж...» — стоило только парню об этом подумать, как сердце пронзила неприятная, глухая боль от понимания того, что без вести пропал хороший друг, с которым они столько пережили вместе.       Но какой-то частью своего сознания Федерация надеялся, а возможно и принимал за правду* то, что ВСЁ происходящее с ним — это просто жёсткий розыгрыш, для которого скандинав "выкрал" всех членов их небольшой компании (девчонок подкупил какими-нибудь шмотками от известных брендов, а с Норвегией договорились бы как альфа с альфой. Делов-то). Да, очень в стиле этого северянина. Прям подписи ещё не хватает!       Однако сейчас было не самое подходящее время для подобных дум. Омегу ждал ещё один лист из конверта — полная противоположность первой "записке": белоснежный, ни единой грязи или лишней чёрточки; ровный, словно только что достали из упаковки. Но всё внимание к себе привлекал почерк — столь аккуратно и утончённо, но при этом достаточно твёрдо и уверенно — в таком стиле различные документы писались во времена Российской Империи. То-то слишком многое сходится, чтобы это было лишь простым совпадением!       Вернёмся к содержанию послания. В отличие от первого, это можно было назвать полноценным письмом, которое вполне имело конкретного адресата: “ И не ​мнитай​, что въ силахъ ​охабиться​ твоихъ, ​паробокъ​. Не непщаватуй, яко это ​глумъ​ всякъ друга твоего, ​егоже​ неразговорчивъ бытъ, яко только ​страстьно​ мытотився за молчаніе свое. Твое благо было для него всяко значимѣе, ежели собственное. Чего-​сь​ о младшенькой не повъдъти. ​Дѣва и ​ѣсть​ ​дѣва​ — уста ею раскрыты присно. Бѣсу натерпѣлась — что ​ато​, то ​ато​. Выше силъ ею было ​зрети​ на страсти друга. Слаба духомъ она. Даромъ что омега. Намѣренно тебя держать въ ​невѣдѣніи​ не стану я: ​тоудъ​ ломовая перепала. Пришлось ​потягнути​ — приложить немало ​ревностей​, дабы ​изжечь​ любую память о дружинѣ и сестрицѣ твоихъ. ​Предвесть​ хочу тебя я о ​тщатности​ поисковъ, омега. Въ нихъ ​увера​ не дано ​налести​ тебѣ. ​Въняти​ обрати свое на глупость свершенную же тобой. ​Вскую​ обиду ​вельма​ вящую нанесъ одному изъ ​лепшихъ​ съдетелевъ моихъ? Зазря. Скарядельно. Быть можетъ въ кой-то ​вѣки​ и проснулось ​великодушіе​ мое: стало быть съ ними всё тихо и безъ суеты. Судьбой не сложилось. Бѣги стремглавъ, ​борзо​. Совѣтъ получилъ ты, ​паробокъ​.” (И не думай, что сможешь укрыться, мальчишка. Не думай, что это шутка какая друга твоего, который неразговорчив был, да только мучительно поплатился за молчание своё. Твоё благо было для него всяко значимее, нежели собственное. Чего о младшенькой не скажешь. Девка и есть девка — уста её раскрыты всегда. Страху натерпелась — что да, то да. Выше её сил было смотреть на мучения друга. Слаба духом она. Даром что омега. Намеренно тебя держать в неведении не стану я: работа трудная досталась. Пришлось приложить немало усилий, дабы испепелить любую память о товарищах и сестрице твоих. Предупредить хочу тебя я о напрасности поисков, омега. В них утешения не дано найти тебе. Внимание обрати своё на глупость свершённую же тобой. Зачем обиду весьма знатную нанёс одному из лучших помощников моих? Зазря. Печально. Быть может в кой-то веки и проснулось великодушие моё: хотели быть с ними всё тихо и без лишней суеты. Судьбой не сложилось. Беги стремглав, борзо. Подсказку получил ты, мальчишка.) «Что? И как это понимать? Бред какой-то! Таааак… Это определённо пранк! И даже вот совсем не трудно догадаться чей! — с нескрываемым раздражением подумал Россия, — Ну Финляндия! Шутник херов, блять! При следующей личной встрече ОБЯЗАТЕЛЬНО отблагодарю от всего сердца! Будем вместе смеяться над твоими приколами! До гроба! И точно не моего! Это-то я тебе уж пообещать могу, мой северный друг!» — с откровенной злостью размышлял демократ, во всех красках представляя эту самую встречу.       Ну не был Федерация любителем розыгрышей. Особенно таких. И все его как друзья, так и близкие прекрасно были об этом осведомлены. Никому не хотелось получить по физиономии за излишне весёлое настроение. А русский? А что русский. Сломанные носы или пара фонарей — сами нарвались. Он тут вообще мимокрокодил. Потому что всё заслуженно. Просто не надо ему в очередной раз таким способом напоминать о прошлом. С него хватало и насмешек Украины на этой почве.       Держава уж собрался было избавиться от этого творения "шута горохового" путём доставки этой макулатуры по её прямому месту назначения — аккурат в мусорное вёдро — однако содержимое конверта ещё нашло чем его удивить. Нечто небольшое и блестящее, совершив падение на пол под почти прямым углом, по всем законам физики укатилось, ака спряталось, точненько под кровать. Причём на самую середину. Ни с какого края близко не подобраться. Значит, придётся лезть. А у него разве есть выбор? Похоже, что нет. Непонятная штучка сама себя не достанет. Чем бы она не была.       Встав на колени и про себя порадовавшись тому, что его никто не видит, Россия одной рукой облокотился о кровать, другой о пол, начав тихо материться на чём свет стоит. Старость — не радость.

***

В то же время, в нескольких десятков метров напротив спальных окон России на ветви одной из многолетних елей — И это вот он так нужен Господину? — Именно. Был приказ наблюдать за ним, и как только попадётся удобный случай, то незаметно выкрасть. — Что? И как это по-твоему сделать? Да этого НедоОмегу даже сам Сэр Рэльф не смог захватить! А с нас-то тем более чего взять? И к тому же, мало того, что задание не выполнил, так ещё и без глаза остался. Никакая полная регенерация не помогала! Что-то тут явно не чисто. Тебе так не кажется? Сомневаюсь, что мы имеем дело с обычным омегой. Больше смахивает на гамму, да и то 50 на 50. — Возможно. Исключать чего-то подобного не стоит. Мы мало что знаем о нём. По крайней мере, насколько сообщили именно нам. Но это не повод разводить панику и действовать наобум. Ведь если мы будем достаточно терпеливы и осторожны в этом деле, то даже и у этого строптивого не останется ни шанса. — Не знаю. Лично мне кажется, что Господин поручил нам это дело лишь только потому, чтобы избавиться от нас. Мы не самые опытные разведчики и ты это знаешь! — Нет. Подобными методами помышляет только его сын. Безжалостный Тиран, не способный на сострадание или милосердие, не щадит никого, кто встаёт у него на пути. Убивает жестоко, даже и тех, кто просто был неосторожен с ним при разговоре — посмел позволить себе шутить или как-то дерзить, проявляя неуважение к нему. Но сам Господин себе не позволяет такого. Он никогда не тронет никого заведомо слабее него самого. Наоборот: возьмётся за их обучение, изничтожая слабости и оттачивая сильные стороны, делая из слабаков-неумех профессиональных убийц. Верных ему и преданных делу убийц. — Ты настолько неуважительно говоришь о сыне самого Господина… А не боишься ли ты кары, которая всенепременно настигнет тебя в лице этого Тирана, за столь панибратское обращение по отношению к его персоне? — Не нагнетай обстановку этой чушью! Здесь поблизости никого нет кроме нас и вон того НедоОмеги по ту сторону окна. И даже если допустить, что этот ненормальный ошивается где-то рядом, то он не посмеет нас тронуть. Ему же это выйдет дороже втридорога. Это-то уж я могу тебе гарантировать! — Пожалуй, здесь твоя права...       Внезапная хватка за шиворот и секундой позже эпичный полёт прямиком в кусты. Удивлению двоих шпионов не было предела. — Совсем идиоты, да?! Вас, бездарей, послали сюда не лясы точить, а следить за желторотым мальцом! Такое простое задание! Что, думали расслабиться пока не видит никто?! Ну что же, прекрасно! — яростно прошипел на них старший, после чего вновь запрыгнул на ветку, преждевременно приказав этим раздолбаем возвращаться обратно.

***

То же время, спальня России — Давай! Ну же! Почти… Да! Наконец-то я достал тебя, злосчастная монета! — хотел было разойтись в смехе злодея Федерация, словно только что завоевал весь мир, но из горла, к его удивлению, вырвался лишь глухой хрип.       Схватившись за горло во внезапном приступе острой боли, омега подавился воздухом. Из глаз брызнули слёзы. Такой подставы он явно не ожидал. — Заболел что-ли? Да быть того не может… — прохрипел на грани слышимости Россия. Открыть верхний ящик тумбочки, в котором обычно лежали все его таблетки, и обнаружить то, что нужная коробка совершенно пуста. М-да. У парня и до этого бывали проблемы с ларингитом. Возможно, кое-кто просто выдул всю пачку, при этом даже не заметив этого.       И вот уже вторая подстава подряд. За последние пару часов. С самого утра. Это уже скоро в систему превратиться! Да ему же ещё мучаться с этим — взгляд на часы - 6:28 утра — полтара часа, до 8:00 — время, когда открываются ближайшие аптеки! А о круглосуточных в этом городе, видимо, не слыхали! Но всё-таки решив попытать удачу, демократ двинулся на выход.       Спортивные штаны прославленной фирмы, толстовка и пару мелочей в карманы — и вот уже ключ от номера повёрнут на два оборота, издав характерный щелчок, и отправлен ко всему остальному в одно из отделений худи.       Неспешный спуск Державы по лестнице прерывается внезапной хваткой его левой руки, а после, абсолютно несопротивляющуюся обстоятельствам жертву затаскивают в какой-то тесный до размеров и тёмный чулан.       Дверь закрылась на внутренний замок также неожиданно, как и омега попал в эту комнатушку, столь же неожиданно и загорелся тусклый свет керосиновой лампы, на пару мгновений дезориентируя русского в пространстве.       Проморгавшись и придя после столь неожиданного "похищения" в себя, Федерация увидел своего "похитителя".       Обычная, уже далеко немолодая женщина, можно с уверенностью сказать — старушка — предстала перед Россией в самом простом, ничем не примечательном наряде и со здоровенным, а возможно и тяжёлым, фонарём в руках.       Парень уровень угрозы расценил верно и попытался подать голос, чтобы: либо позвать на помощь, привлекая внимание других постояльцев, либо устрашить обозначенного врага: — Вы ещё кто такая?! Чего хотите от меня?!! Ничего не знаю! Буду до последнего защищаться! Я предупреждил!!! — это должно, в теории, было выглядеть, по крайней мере, хотя бы внушительно с его стороны, но на самом деле демократ прохрипел всё это на одном дыхании, а после зашёлся в приступе сухого кашля. — Тише, тише. Будет тебе. Разве такая старушка как я может что-нибудь противопоставить такому парню как ты? — шёпотом старалась успокоить буйного женщина, придавая себе как можно более безмятежный и спокойный вид. Но по дёрганым движениям и мимике лица становилось понятно, что пожилая дама явно нервничает. И сильно.       Омега посмотрел на неё с изрядной долей недоверия, но словам внял, стараясь успокоиться после выброса адреналина. — Так кто Вы такая? И что Вам нужно от меня? — тихо и гораздо спокойнее спросил Федерация. — К сожалению, времени на объяснения у меня катастрофически мало, поэтому постарайся не перебивать и слушать всё очень внимательно. Я постараюсь быть краткой и расскажу тебе только то, что ты должен знать. — … — Ты привлёк внимание самого Господина. Смог зацепить его чем-то. Господина, чьё имя лучше не произносить без веской на то причины. Ты пришёл в ЕГО лес, покалечил ЕГО верного соратника и друга. Тем самым вызвав его гнев. Он зол, действительно зол на тебя. Но ты всё ещё жив. По его милости. Мёртвым для него ты не представляешь интерес. Непонятно для чего, но ты нужен ему. Я знаю лишь то, что по преданию именно тебе предстоит остановить Великий День. День, когда сотрясётся земля и упадёт небосвод, сливаясь воедино. День, когда вырвуться на волю Драконы — разрушители этого мира, предвестники конца. Этот город не отмечен на картах, его невозможно случайно найти, для большинства — Неприступного просто не существует. Но вот те немногие, считай — избранные, которым доверена такая тайна. Коренные жители раньше принадлежали совершенно другому миру, что даровал им способности. Они позволяют защищать не только себя, но и город. А якобы случайные знакомые или давние друзья, повстречанные тобой по прибытию сюда — не более, чем иллюзиия, созданная самим Господином. Те, кто прибыли вместе с тобой, скорее всего уже давно мертвы. Не пытайся их искать. Не найдёшь. Это был план, продуманный и спланированный Господином и сыном его. Они на многое способны. Особенно когда объединяют усилия. В моих силах помочь тебе бежать прочь от этого проклятого места. Однако есть и ещё один вариант: коли решишь остаться здесь и продолжить начатые поиски, то я берусь обучать тебя твоей наследственной силе. Но лишь до тех пор, пока не поймут мой замысел и не убьют. Да, звучит жестоко и безумно, но я готова пойти и на такие жертвы. Ради спасения. Ты должен смириться с тем, что ты обречён. И у тебя выход только один: сила твоей семьи, твоего наследия, твоих предков. А сейчас иди и не подавай виду. Меньше разговаривай с кем-либо. Так нужно. Не спрашивай. Это ради твоего же блага. ____________________________________ Странная русская: Ребята, у меня есть маленькая просьба. Мой Со, которая потеет над этой работой, откладывая свои дела, хотела бы оставить объявление. Прошу прислушаться к её мнению и словам. InNeigUser: Кхм-кхм. Уважаемые читатели фанфика «А это, по-вашему, нормально!?». Попрошу вас уделить особое внимание этому комментарию после прочтения столь долгожданной вами части. Я задам вам парочку вопросов и сделаю небольшое объявление. Это не займет много вашего времени. Не знаю заметили ли вы, но глава во второй её части слегка изменилась в стиле написания. Я попробовала поэкспериментировать с текстом. И мне интересно: заметны ли вам эти изменения? Или совсем ничего не поменялось? Как вам само оформление текста в целом? Я с каждой главой стараюсь совершенствовать его. Что вы думаете по этому поводу? Теперь, когда вопросы закончились, я перейду непосредственно к самому объявлению. Ребят, под прошлой частью сама автор по своему же желанию чётко обозначила, что работу пишет не она одна. Цитирую: «Хочу вам сказать, что в фанфике я выполняю половину работы, примерно 40-50%. И хотелось бы попросить в первую очередь благодарить соавтора InNeigUser, после меня.» Попросила вас — своих читателей — благодарить не только её одну в комментариях. И что в итоге: лишь пара человек прислушались к просьбе автора, а остальные словно и не видят примечаний. И знаете что: очень это, однако, неприятное чувство, когда твои труды вообще не ценят. Ни в грош не ставят. Да даже просто не замечают факта твоего присутствия. Хотелось бы отметить, что оформление текста, его редактура, придание окраса, динамичность некоторых сцен и диалоги РИ на церковнославянском и переводы к нему же — всё это на мне одной. Последнее особенно тяжело. Часами сидеть над словарём и искать нужное для текста толкование — так себе занятие. Но я сижу и ищу. По нескольку раз начиная снова и снова. Потому что это красит сам текст, придаёт самому фанфику той изюминки, которой нет у других в этом фэндоме. И что, всё зазря? Мне бы хотелось надеяться, что нет. Но увы и ах, похоже, что это не так. К чему я вообще развела всю эту — трижды в кавычках — «демагогию». Самые первые читатели этого фанфика, обращаюсь сейчас именно к вам. Вспомните какой была самая первая глава этой работы. Сравните всё ДО и ПОСЛЕ. Я надеюсь, что вы понимаете о чём идёт речь. А теперь вспоминайте каждую новую часть + эту и сделайте для себя определённые выводы. Я в вас верю) И так. Вот в принципе и всё, что я хотела донести до вас, дорогие читатели. Попрошу КАЖДОГО из вас, кто прочитал моё объявление полностью, а не промотал вниз, оставить комментарий. Вы можете выразить своё мнение — я только за! — но, пожалуйста, давайте не переходить на личности, если вас что-то не устроило. Я разве многого от вас прошу? Ответить на вопросы и написать свои мысли по этому поводу. Вроде бы ничего сложного. Постараюсь ответить на каждый комментарий, адресованный лично мне. P.S. Вся задумка, сюжет, события и персонажи принадлежат исключительно автору. Я не трогаю ничего из этого списка — таков был уговор — лишь придаю форму и делаю лучше, чтобы вам просто было приятнее читать. Надеюсь, что мы друг друга услышали))