Тьма его сердца 2: Искра

Ночное небо пустыни было похоже на тёмное полотно, холст, который художник незатейливо окрасил в тёмные тона. Но вот, сумрак осветила первая, самая яркая звезда, а за ней появились и её сёстры. Спустя пару минут не впечатляющая в своей простоте картина всепоглощающего мрака сменилась на бескрайнее чернильное море, рыбами в котором выступали блестящие небесные светила. Подобный вид над головой, конечно же, не был для Саске в новинку: он, как и остальные люди на планете, всю жизнь с этим пейзажем сталкивался, правда, красоты его не понимал. Путешествие с Джирайей и Какаши, частые привалы без крыши над головой, долгие вечерние разговоры с учителями — всё это заставило парня посмотреть на многие вещи под другим углом. Правда, теперь ночное небо вместе со своими звёздами вызывало у него приступы несвойственной ему ранее философии вперемешку с лёгкой рефлексией. — Красиво, не правда ли? — с лёгким восхищением усмехнулся Шикамару, сидящий рядом с задумчивым Учихой на песке. — Да, не поспоришь, — немного заторможено бросил владелец Шарингана. — Но знаешь, сейчас, глядя наверх, мои мысли занимает отнюдь не красота этой картины, — Нара заинтересованно перевёл взгляд на друга, не ведая, что у него может быть сейчас на уме. — Просветишь? — на это черноволосый позволил себе слабо улыбнуться, почесав при этом затылок. «Жест, который он тоже раньше не использовал…» — отметил для себя ананасоголовый. — Что ты видишь? — кивнул Саске на небосвод, задавая ленивцу вопрос. — Ночное небо и звезды, — по-простому ответил гений, не вдаваясь в различные эпитеты и прочие элементы художественного описания. — А теперь подумай о другом: ночное небо это жизнь, а звёзды на нём — это мы, люди, — глаза Шики забавно расширились, такого высказывания от своего друга он точно не ожидал. «А ты изменился, Саске…» — подумалось будущему главе клана Нара. — Жизнь существует сама по себе, а мы без неё не можем, прямо как эти небесные сгустки, которые не могут появиться без ночи. — Ками-сама, Учиха Саске философствует! Если бы Шика был мазохистом и любил боль, то попросил бы, чтобы его сейчас сто раз ущипнули. Однако подобная практика ему никогда не нравилось, поэтому он молча продолжил слушать брюнета, не прерывая его речь. — Если одна или две звезды исчезнут, то с небом ничего не произойдёт, так и с жизнью. Мы всего лишь крохотные песчинки, песчинки, которые не способны повлиять ни на что более, кроме чем на себя, — Саске слегка нахмурился, чувствуя, что подаёт свою мысль неправильно, несовершенно. Пара мгновений была потрачена на поиск нужных слов, а потом парень высказался: — Мы не сможем изменить небо, но сможем изменить себя и звёзды вокруг — наши действия окажут влияние на светила рядом, но жизнь останется той же. — Это всё слишком витиевато, — хмыкнул ленивый гений, задумавшись о словах сокомандника. Было что-то важное или, может, правильное в этих словах, что-то, что Нара пока не мог понять, да и не хотел особо — ему всё-таки было лень, как обычно. — Знаешь, Саске, — в их разговор вклинился новый собеседник, сидящий напротив ребят, — это всё довольно интересно, но звучит как-то мрачно. К тому же, если посмотреть на твои слова с научной точки зрения, то… — Сай, стой, — усмехнулся Нара, Учиха безразлично промолчал. — Не нужно это анализировать, это не теорема или правило, просто нестандартная точка зрения на смысл жизни. — Ладно-ладно, извините, я не хотел вам мешать, — с некой обидой буркнул бывший член Корня, обратно уткнувшись в книгу, обложку которой не было видно из-за пламени костра. Учиха был удивлён, поведение Сая изменилось за эти три года, теперь он казался более… Живым, не то что прежде. — Не ты один стал другим, Саске, — усмехнулся ананасоголовый, глядя на замешательство друга. — Не переживай, Сай, они не имели в виду, что ты им мешаешь, ты просто неправильно их понял, — улыбнулась та, кого владелец Шарингана ожидал увидеть на этой миссии меньше всего — Харуно Сакура. Заметно подросшая как физически, так и ментально, девушка положила руку художнику на плечо, подсев к нему поближе. О чём они начали шептаться черноволосый не слышал, хотя примерно предполагал… Какая-нибудь романтическая чушь, ведь розоволосая, которая, кстати, перестала теперь обращать на него всё своё женское внимание, и, вроде как безэмоциональный, но уже не совсем, Сай встречаются. Первые пару минут осознания этого факта шокировали шаринганистого, но потом он со спокойной душой забыл о них, впрочем, как и сейчас — дела этой специфической парочки ему не были интересны. Голову Учихи заняли размышления о первой миссии после трёх лет рабочего застоя. И мгновением позже Саске поймал себя на немного ироничной мысли, что едва он добрался до дома, как его тут же погнали в другую страну. А ведь всё произошло настолько быстро: возвращение, доклад Хокаге, затем непредвиденный поединок с Какаши, а вот он снова стоит в кабинете Цунаде и слушает брифинг. Ему даже поесть не дали, хорошо ещё, что у него остался с собой сухпай в виде маковой булочки, да и фляга с водой была пуста лишь наполовину. Конечно, немного неприятно, но нельзя не заметить, что повод у всей этой катавасии был довольно важный — похищение Кадзекаге. Акацуки нанесли новый удар, и жертвой стал не только джинчурики, но ещё и правитель Скрытого Песка — Сабаку-но Гаара. Эта организация почти два года не появлялась на радарах, а тут такой «Привет!» всему миру сказали. Черноволосый был уверен, что после случившегося внимание на эту группировку обратят все: одно дело — похитить джинчурики, что по сути является проблемой страны-владельца, а вот похищение каге из собственной деревни — это вам не простая потасовка парочки нукенинов, а серьёзное преступление международного класса, бросающее вызов другим. Да, звучит неправдоподобно, но это самая чистая правда: несмотря на то, что пострадал Кадзекаге Песка, другие правители будут в напряжении, ведь произошедшее нападение на Суну говорит о том, что Акацуки уже способны не просто вылавливать носителей биджу где-нибудь в тихом месте, а спокойно атаковать великие деревни. Теперь на них точно начнётся более активная охота, если они, конечно, опять не залягут на дно в самый последний момент, как два года назад. Учиха неоднозначно хмыкнул и тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли о грядущем. Парень снова посмотрел на манящие комочки света на небе, а потом взглянул на сокомандников. Их отряд был собран их тех, кто находился в деревне и состоял из Шикамару, самого Саске, Какаши, Сая и, к удивлению Учихи, Сакуры с Темари. Первая попала к ним благодаря своим внезапно появившимся прекрасным навыкам ирьениндзюцу — ученичество у самой Цунаде говорит о многом, а вторая оказалась одним из организаторов предстоящего чунинского экзамена и осталась в Листе для дополнительной проверки приготовлений. Хотя, если задуматься о том, какими взглядами блондинка переглядывалась с Нарой всю дорогу, можно понять, что дело было далеко не в этой самой проверке. Тем не менее, участие сестры Гаары в миссии имело самое важное и выгодное значение. Путь от Конохи до Суны обычно занимает три-четыре дня, преимущественно из-за пустыни, простирающейся по всей Стране Ветра, а Темари поможет им как можно быстрее добраться до своего дома, уж она-то, как житель Скрытого Песка, должна знать всякие короткие маршруты до Суны. И, кстати, к мыслям о Сабаку-но: она как раз вместе с Какаши вернулась с разведки. — Мы почти пришли, послезавтра будем на месте, — устало бросила девушка, сев как можно дальше от костра. Вот об этом Учиха думал: едва они перешли границу между их деревнями, как девушка сама начала их вести, и вот результат — группа сможет добраться до Скрытого Песка всего за два дня. Саске, бросив на печальную сестру Гаары быстрый взгляд, кивнул Наре, а затем шепнул другу: — Иди к Темари, думаю, ты ей сейчас нужен больше, чем мне, — Шикамару не проявил ни капли удивления, а сразу же направился к своей девушке. Саске остался один, не считая, конечно, Хатаке, который читал свою извращенскую книгу неподалёку, как в старые добрые времена. Костёр ярко горел, тихо потрескивая и согревая от холодной ночи в пустыне, лёгкий ветерок шумно гонял песок туда-сюда, а Учиха опять поймал себя на какой-то мысли. Но в этот раз он настолько задумался о чём-то неважном, что едва не заснул на месте — усталость, накопленная за день давала о себе знать. Едва парень хотел подняться с места и размять ноги, как на плечо по-отечески опустилась кисть в перчатке без пальцев. — Всё нормально, Саске, — тепло улыбнулся глазом Хатаке. — Ложись спать, уж ты-то точно сегодня заслужил, — а затем беловолосый обратился к остальным членам отряда: — это всех касается — пора спать! — А как же вы, Какаши-сан, — обеспокоенно спросила Сакура, или Саске так только показалось, уж больно взгляд зелёных глаз был бесстрастным. — Не волнуйся, — хмыкнул джонин, — я постою в дозоре. — Вы уверены, Какаши-сенсей? — спросил Сай. — Просто дальше может случиться всякое, сонный джонин будет неэффективен. — Успокойся, Сай, я справлюсь, подумаешь, всего-то шесть часов посидеть — это для меня не проблема, — Хатаке отвернулся от ребят, но до ушей Саске дошло тихое: — Как раз дочитаю свою книжечку, это же просто шедевр. Непроизвольно улыбнувшись со своего сенсея, Саске лёг прямо на песке, подложив под голову рюкзак. Он не переживал за Какаши, ведь хитрый сенсей спал последние три дня их путешествия без дозора, как убитый. Именно поэтому парень не сомневался в силах ученика Четвёртого Хокаге. В чёрных глазах в последний раз отобразился ночной пейзаж, а потом веки юноши, дрогнув, сомкнулись. Действительно, пора было спать: время позднее, а подъём-то ранний, не хотелось бы завтра окончательно стать овощем. На этой мысли Учиха не заметил, как вырубился, провалившись в привычный уже сон без сновидений.

***

— Наконец-то я дома, — морщась от яркого полуденного солнце, Темари как-то грустновато улыбалась, когда их отряд проходил через большую пирамиду из песчаника. Такими вот необычными были ворота Скрытого Песка — они, по сути, представляли из себя лестничного вида пирамиду с открытым туннелем. Именно через него путники попадали прямо на главную улицу деревни. Правда, сейчас было заметно, что некоторые части так называемых «главных дверей» в Суну пострадали. Где-то взглядом различались и кратеры, и колоссальных размеров трещины, протянувшиеся по всей площади ворот, где-то виднелись гарь и сажа, покрывавшие песчаник, а местами на нём можно было наткнуться на едва заметные пятна засохшей крови. И именно такой вид мгновенно вогнал Сабаку-но в ещё большую печаль, и потому-то шиноби постарались преодолеть пирамиду как можно быстрее, дабы поскорее попасть в деревню, но там картина была ничуть не лучше, если даже не хуже. Ближайшие к воротам жилые кварталы были снесены до основания, дома представляли из себя лишь груды обломков, вокруг сновали шиноби и обычные люди, совместными усилиями разгребая весь мусор в отчаянных попытках найти выживших — безуспешно. Пока что им попадались лишь те, кто не смог спастись, о чём открыто заявляла целая вереница трупов во всю улицу, завёрнутых в белые простыни. Запах мёртвого смрада вперемешку с горелым придавал картине окружающего их мира некий ужасающий шарм. Обычно суровая Темари всё-таки не выдержала, с тихим стоном пропустив несколько слезинок, и тут же оказалась в крепких объятиях своего парня. Сакура уткнулась лицом Саю в плечо, дабы не смотреть на представший перед ними кошмар, а сам парень сконфуженно опустил взгляд. Только Какаши вместе с Саске продолжали упорно смотреть. Несмотря на всю тяжесть окружающей картины, они не отворачивались, запоминая всё: и ужас, и боль, и смерть — все жуткие последствия действий проклятой организации. Придёт время, и оба — что мужчина, что парень — спросят с Акацуки этот должок, возможно, не сейчас, но этот миг настанет. Моментом позже, когда прибывшие шиноби отошли от увиденного, один ниндзя Суны обратил внимание на внезапных гостей. — Да это же Темари-сама! — воскликнул какой-то светловолосый юноша в свободных серых бриджах и футболке с символом Песка, подбегая к отряду из Конохи. Остальные шиноби и жители, заслышав его, оборачивались к девушке и её сопровождающим, приветствовали их выкриками, глазами выражая Сабаку-но соболезнования, и возвращались к своей работе, не смея более от неё отвлекаться. — Здравствуй, Мори, — оторвавшись от Шикамару, печально произнесла блондинка, делая попытки приветственно улыбнуться, но у неё ничего не получалось, поэтому она их прекратила. — Друзья, — тут же обратилась сестра Кадзекаге к ниндзя Листа, — это Яши Мори, он один из моих генинов, — шиноби быстро обменялись любезностями. — Ками-сама, что же здесь произошло, Яши-кун, и где Юри и Горо? — подавленно спросила Темари у своего ученика. — Один из нападавших, — Мори замялся, в тёмно-зелёных глазах его промелькнула грусть, — он заложил бомбу прямо внутри входной пирамиды. Взрыв… — парень тяжело вздохнул, — был чересчур мощным и задел жилые дома. Многие пострадали, Юри и Горо тоже — сейчас все раненые в отдельном крыле, в больнице. — Как же так! — воскликнула девушка, чувствуя внутри злость на саму себя. — Если бы я была рядом, то ничего бы… — Ничего бы не изменилось, — твёрдо произнёс чунин, из шебутного паренька превращаясь в сурового юношу. — Атака была внезапной, и никто не был к этому готов. Зато, благодаря тому, что вас тут не было, вы выжили! Хотя бы вы остались с нами… — В каком это смысле: хотя бы я? — осторожно спросила Темари, почувствовав внутри неладное, женское сердце больно кольнуло предчувствие. — Гаару-сама похитили, и, скорее всего, он уже мёртв, а Канкуро-сама, — Яши со злостью сжал кулаки, — тоже умирает… — Что?! Как это случилось?! — взревела раненым зверем блондинка, схватив ученика за плечи. От переполнявших её чувств она потеряла контроль, сжимая Мори сильнее необходимого. — Понимаете, — генин поморщился, почувствовав прилив боли в плечах, — он в одиночку пошёл за нападающими и, похоже, настиг их, но не смог одолеть, — эти слова дались Яши нелегко, ведь Канкуро был для него кумиром и признавать его поражение, признавать, что твой, если так можно сказать, идол не так уж силён, было тяжело. — Шиноби нашли его в пустыне, отравленного ядом. Медики боролись за его жизнь, но не смогли ничего сделать… — Где он?! — выкрикнула девушка, принявшись не очень, но всё же сильно трясти своего ученика, отчаяние в голосе блондинки забило через край. — В больнице, — едва Мори ответил, как Темари мгновенно сорвалась с места и, бросив ниндзя Листа лаконичное «За мной!», скрылась из виду. Им же не оставалось ничего, кроме как мгновенно последовать за исчезнувшей блондинкой. Главная больница Суны почти ничем, кроме внешнего вида и количества этажей, от госпиталя Конохи и не отличалась. Здание было всего лишь одноэтажным, но тем не менее очень, очень длинным — Саске даже на мгновение почудилось, что он проник в желудок, какой-то гигантской песчаной змеи. Такое вот впечатление производил внешний вид больничного помещения, однако внутри были обычные белые стены, привычная глазу светлая плитка, деревянные скамьи для посетителей и ничем не примечательная стойка регистрации. «Такое ощущение, что больницы, независимо от страны или деревни, везде одинаковы», — хмыкнул про себя Учиха, не ведая, что остальные думали о том же. Кстати, как раз возле стойки регистрации коноховцы и обнаружили Темари, которая о чём-то спорила с медсестрой, одетой в небольшую шапочку и белый балахон — стандартные атрибуты одежды вспомогательного медперсонала по всему Миру Шиноби. — Я должна его увидеть! Почему вы не позволите мне этого сделать? — говорила блондинка на повышенных тонах, сказывалось её психологическое состояние, постоянно ухудшающееся за прошедшие пару дней. Кровавое нападение на родную деревню, похищение одного младшего брата и вероятная смерть другого не прошли для девушки бесследно. — Он и без вас, Темари-сан, в тяжёлом состоянии, а если увидит ещё и вас, то его организм может не выдержать психологического напряжения, — как-то уж слишком устало говорила медсестра, словно она повторяла это уже не первый раз. Видимо, ниндзя Конохи, несмотря на свою довольно быструю скорость, прибежали не к началу их спора. — Что за бред! Это же неправильно, если вы ничего не смогли сделать, то дайте мне хотя бы попрощаться с ним! — из глаз Сабаку-но вновь вылетело несколько слезинок, Шикамару, заметивший это, тут же вмешался в разговор, вновь крепко обняв блондинку и принявшись что-то шептать ей на ухо. Медработница тут же обратила заинтересованный взгляд на шиноби Конохи. — Мы поддержка из Скрытого Листа, — слово на себя взял Какаши. — Прибыли на помощь в поисках Кадзекаге, — открытый глаз наконец заметил нагрудный бейдж с именем девушки: «Ичико Кара». — Ичико-сан, мы хотели бы увидеться с Сабаку-но Канкуро, так как он единственный, кто вступал с нападавшими в близкий контакт, то он же и единственный, кто может обеспечить нас какой-либо информацией о противнике. — Я бы и рада вам помочь, но Канкуро-сан… — медик сконфузилась, опустив карие глаза на стойку, — он сейчас не в состоянии принимать посетителей. — Я всё понимаю, но это очень важно, к тому же у нас есть свой собственный медик, возможно, она сможет помочь, — на этих словах из-за спины джонина показалась Сакура. Ичико, оглядывая красный топ, открывающий плоский живот, и розовую юбку, не доходящую до колен, а также задержав взор ещё и на фиолетовых гетрах, позволила себе недоверчиво поднять правую бровь, сомневаясь в компетенции Харуно, и Саске, если честно, был с ней солидарен. Какаши, заметив это, спокойно улыбнулся, что можно было понять по его глазу, и невозмутимо произнёс: — Не стоит недооценивать эту девушку — она лучшая ученица Сенджу Цунаде, нашего Хокаге, — а вот эта фраза заставила медика Песка удивлённо прикрыть рот ладошкой. Саске же остался непроницаем, всё ещё испытывая недоверие по отношению к розоволосой. — Вы серьёзно, самой Цунаде-сама? — Хатаке кивнул. — Что ж, возможно, она даже сможет что-то сделать… В любом случае её взгляд, как специалиста, не помешает, — на этих словах девушка обернулась к приоткрытой двери, которая была у неё за спиной и выкрикнула: — Юми! — дверь резко распахнулась и оттуда вышла ещё одна медсестра в точно таком же светлом костюме, как и у её коллеги, но только без шапочки, из-за чего в глаза присутствующим бросалась копна длинных и густых волос чёрного цвета. — Чего тебе, Кара? — не слишком весёлым голосом спросила брюнетка. — Юми, — строгим тоном начала Кара, — проводи этих шиноби и Темари-сан в палату номер триста восемь. — Так точно, — вздохнула чем-то недовольная девушка и, выйдя из-за стойки, попросила всех следовать за ней. Черноволосая привела их к нужной палате через пятнадцать минут, пришлось, конечно, поплутать немного по коридорам лечебного заведения Суны. Если коротко, то, по аналогии с живой змеёй, коридоры этой больницы представляли собой целую разветвлённую кровеносную систему, в которой легко можно было потеряться. Удивительно только, как столько коридоров помещается внутри здания, ведь «организм» не настолько-то и широкий, как могло бы показаться. Стоит ещё отметить, что проводница шиноби попалась не самая лучшая, ведь по словам самой Юми, сегодня — её второй рабочий день, поэтому всех частей больницы она ещё не знала. Тем не менее, их цель была выполнена, и они с горем пополам нашли палату Канкуро. Двери в помещении отсутствовали, впрочем, как и окна, комната была довольно просторной, в стандартных светлых тонах, а в центре её была установлена кровать с раздетым по пояс парнем. Рядом стояли два врача, предположить это можно было по балахоном красного цвета — одно отличие от врачей Листа. Сам марионеточник выглядел не очень: бледная кожа, синяки под глазами, тяжело вздымающаяся грудь. Казалось, что он вот-вот предстанет перед Ками, да что уж там — Саске был в этом уверен на сто процентов. — Канкуро! Канкуро! — воскликнула Темари, упав перед кроватью брата на колени, шатен с трудом повернул к ней своё лицо, по щеке его скатилась одинокая, полная горечи, слезинка, кукловод понимал, что ему конец. Доктора, наблюдая эту сцену, стыдливо отвели свои взгляды, понимая, что не смогут спасти парня. — Пульс слабый, — хмыкнула Сакура, рукой прильнувшая к шее старшего из братьев Сабаку-но. — Удалось установить каким ядом его отравили? — резкий вопрос был адресован врачам, один из них отрицательно кивнул, а второй ответил: — Нет, мы бились над ним десять часов, но всё, что удалось сделать, так это отсрочить неизбежное и частично узнать состав яда, однако этого не хватит для создания противоядия. — Понятно, — с нотками недовольства протянула Харуно, подвязав свои короткие волосы в хвост, использовав концы банданы на манер резинки. После этого девушка достала из заднего подсумка небольшой фонарик, проверив реакцию зрачков Канкуро на свет, затем открыла его рот, засунув туда два пальца и осмотрев слюну кукловода. — А вы собственно кто? — спросил доктор, который ранее не ответил на вопрос розоволосой. — Я ниндзя-медик из Конохи, — бросила Сакура, положив голову на грудь шатена, послушав биение его сердца, ученица Цунаде заключила: — Яд, использованный против него, был синтезирован из тяжёлых металлов, используя за основу тот тип отравы, который разрушает клетки организма. — Поразительно, — проговорил один из врачей Песка, — она смогла определить яд только по визуальным признакам. — Мы никогда не сталкивались с подобными ядами, — произнёс второй доктор, не обращая внимания на коллегу, восхищённого работой ирьенина из Листа. — Что же вы предложите? — Саске с удивлением уловил в голосе этого мужчины явные нотки агрессии, но Сакура, в отличие от него, не обратила на это внимания. Она взяла у врачей блокнот и начала туда что-то молча записывать. — Мне нужны вот эти ингредиенты, — нарушила розоволосая установившуюся на пару секунд тишину, когда записная книжка вернулась хозяевам. — Если вы не поторопитесь, то его сердце будет разрушено изнутри, — ирьенины, подхватив медсестру, вылетели из палаты и отправились на поиски указанных веществ, а Харуно, тяжело вздохнув, повернулась к товарищам: — Какаши, Сай, Шикамару и Темари останьтесь, вы мне поможете, а ты, Саске, выйди пожалуйста из палаты. — Как скажешь, — хмыкнул Учиха, пропустив странную шпильку в его сторону от Сакуры мимо ушей, и покинул палату, оставив остальных в смешанных чувствах. Черноволосый сел на скамью, с которой открывался вид на происходящее в комнате, и задумчиво положил голову на подбородок. Его никогда особо не интересовал Канкуро, так как они и не разговаривали-то толком, но смерти он этому парню точно не желал, поэтому всем своим нутром надеялся, что ученица Цунаде сможет спасти ему жизнь.

***

Медленно открыв тёмно-голубые глаза, Наруто вперил усталый взор в бурый пластинчатый потолок: возможно, он был деревянным, а, может, и просто крашенным под цвет древесной коры — для юноши это было неважно. Вообще-то, на самом деле подобная туманная мысль не была первым посетителем в блондинистой голове на тот момент. «Чёрт, — на побледневших от долгого отсутствия солнечного света губах заиграла кривая усмешка, — с каждым годом я начинаю привыкать, вот так просыпаться и видеть потолок». «Великий Рикудо, ты серьёзно, Узумаки? — внутренняя шизофрения в лице ехидного Кьюби-но-Йоко не заставила себя долго ждать. — Ты всегда видишь потолок, когда просыпаешься — ты же спишь в помещении! — хвостатый на миг замолчал. — Конечно, за исключением тех случаев, когда тебе приходилось разбивать лагерь на улице». «Курама, — мысленно простонал сын Четвёртого, садясь на кровати, — не порть настроение». «Ну ты и оборзел, дружище! — обиженно возмутился демон, когда Узумаки скинул голые стопы на холодный серый пол. Голова гудела, а речи хвостатого не добавляли приятных ощущений. — Я тут, между прочим, лечил тебя: выводил токсины из организма и восстанавливал твои силы, а когда ты задумался о чём-то настолько глупом, мне нельзя даже подколоть тебя за это? Ками-сама, за что мне это наказание!» — большая часть спича биджу пролетела мимо ушей, но нукенин Конохи уловил самую основную суть. «Ты полностью избавился от яда?» — Курама вздохнул, такая речь насмарку. «Да, из-за той печати подавления я мог бы и не успеть, благо ты переместился прямо к Кабуто. Он провёл тебя в твою комнату и уложил тебя спать, предварительно дав какие-то таблетки, — в голову ударил особо острый приступ боли, но вместе с этим пришли новые воспоминания, полностью подтверждающие слова демонического друга. Перед глазами Наруто калейдоскопом промелькнуло, как помощник Орочимару сначала перенёс его в его номер, при этом сам сняв с него обувь на входе, далее зачем-то забрал у него из рук злополучную печать, доставшуюся от Акацуки, потом дал обезболивающее вперемешку со снотворным, а после помог лечь в постель. — Тогда уже в дело вступил я! Отрава, стоит признать, попалась особенная, такую мы не тестировали даже у змея, но, тем не менее, выжечь её моей чакрой оказалось легче лёгкого». «Спасибо тебе, Курама, — голубоглазый почесал одну из полосок на щеке, — ну, за то, что спас!» — биджу от удивления проглотил заготовленную остроту о своём подопечном. Давно он не слышал слов благодарности от Наруто, нет, Лис, конечно, знал, что тот ему благодарен за многое и дорожит им, Кьюби, но за последние пару лет мальчик никогда не благодарил его так… Открыто? Душевно? С любовью? Демон не мог подобрать правильного описания, но этот поступок со стороны молодого Узукаге заставил его немного стушеваться со своей язвительностью. «Да ладно тебе, сам же знаешь, что я не мог просто так тебя бросить», — Волк улыбнулся, словно ощутив смущение друга, встал с койки во весь рост, едва случайно не сбив прикроватную тумбочку, и, застыв в центре своей комнаты, начал разминать задервеневшее за время тело. «Сколько я спал?» — хвостатый хотел было ответить, но не успел. — Ну и любишь же ты долго дрыхнуть, Узумаки! — комнату, которую Наруто снимал в местном отеле, посетило новое действующее лицо, которое незамедлительно плюхнулось в небольшое кресло, обитое тёмным ворсом. В который раз за эти пару дней презрительно осмотрев бледно-жёлтые обои помещения, Кабуто, держа какой-то отчёт в руках, с противной улыбкой продолжил говорить: — Доброе утро, солнышко! Надеюсь, ты выспался? — колкость вперемешку с ехидством так и лились водопадным потоком из ближайшего помощника Орочимару, но сыну Четвёртого было к этому не привыкать. — О да, — ухмыльнулся Наруто, — поспал что надо! А, кстати, сколько я спал-то? — Да дня два, — уткнувшись в бумаги, будничным тоном ответил Якуши, от чего Узумаки удивлённо завис. — Серьёзно? — на этот выпад в свою сторону беловолосый, преувеличенно возмущённо взмахнув рукой, воскликнул: — Я тебя когда-нибудь обманывал! — встретившись с грозным взором голубых глаз, Кабуто хмыкнул: — Ну подумаешь, пару раз было, но сейчас не вру, честно-честно, — тем не менее, несмотря ни на это, бывший АНБУ всё ещё был полон скепсиса. «Он не врёт, — вставил пару рё Курама. — Ты правда спал почти два дня, а если быть точнее: один день и шестнадцать часов». — Чёрт, — бросил в пустоту джинчурики, присаживаясь на кровать. — Походу, этот Акасуна-но Сасори варит реально мощную дрянь, повезло мне, что у меня есть Курама, а то обычный шиноби точно бы кони двинул. «Да-да, хвали меня, козявка!» — самовлюблённо воскликнул Девятихвостый, но был нагло проигнорирован, из-за чего обиженно надулся, скрывшись в недрах клетки. — Как себя чувствуешь? — с долей беспокойства спросил Якуши, поправив свой серый плащ. — Да, в целом, нормально, — лаконично ответил Узумаки, открывая дверцу тумбы в поисках своей сумки. Когда это дело было успешно завершено, ему кое-что вспомнилось, кое-что, от чего лицо парня помрачнело: — У меня не очень хорошие новости. — Что? Ты отдал Акацуки Однохвостого? — тонкие губы Кабуто искривились в неприкрытой насмешке. — О, не переживай, я и так это понял, когда ты в полуобморочном состоянии вывалился из вспышки молнии прямо у меня в комнате. Ты, кстати, сломал мне кухонный стол, за который сам же из своих денег и заплатишь хозяину гостиницы! «Такое было? — полюбопытствовал джинчурики у Кьюби, но в ответ была лишь тишина с оттенком безразличия. — Ой, Курама, заканчивай со своей клоунадой и ответь на вопрос!» «Да было, было, — после пары смешков демон удовлетворил интерес Наруто: — Ты оставил метку на ножке стола в номере Якуши, поэтому появился над ним и головой разделил его на несколько маленьких столиков, огромный дубовый стол… — Лис внезапно замолчал, задумчиво почесав свой подбородок. — Хм, может, поэтому у тебя болит голова?» — Хорошо, за стол заплачу, но новость другая, — при воспоминании об этом кулаки юноши сжались, что, конечно же, не укрылось от чёрных глаз помощника Орочимару. — Данзо состоит в Акацуки. — Ты уверен? — относительно спокойно уточнил Кабуто, однако пальцы, нервно стучащие по подлокотнику кресла, выдавали появившееся напряжение парня. — Да, — произнёс Узумаки, копаясь в полученной сумке, — один из той двойки — Сасори — когда нацепил на меня печать подавления, отчитал своего напарника за то, что тот вынудил его использовать фуин Данзо. — Ну, — Якуши, погрузившись в водоворот мыслей, ненароком прикусил указательный палец, — это не говорит нам о том, что Шимура состоит в их организации, возможно, он просто помогает им… — Ты сам-то веришь в свои слова? — с усмешкой спросил блондин, с довольной улыбкой доставая из рюкзака небольшой свиток в синей оплётке. — Хм, нет? — заторможено хмыкнул Якуши. — Возможно, ты прав… Даже не возможно, а скорее всего! Акацуки всегда нужны люди: чем их больше, тем быстрее происходит перезапечатывание, а Данзо со своими знаниями так вообще желанный кандидат в список членов группировки. Надо будет доложить об этом Орочимару. — Вот этим и займёшься, — хмыкнул Узукаге, разворачивая свиток. Пробежавшись по нему глазами, сын Четвёртого нашёл нужные иероглифы и влил в них немного чакры. В облачке дыма на коленях блондина появился новый комплект одежды. Ничуть не стесняясь присутствия помощника Орочимару, Узумаки разделся до серых боксеров, а потом начал одеваться. Первой на очереди была красная футболка без узоров, за ней последовали чёрные свободные штаны до середины голени, поверх футболки лёгкая чёрная ветровка с бардовыми и белыми вставками. Наруто, специально натянул рукава куртки повыше, открывая предплечья, чтобы кисти украсили белые длинные напульсники с пространственными карманами, на шее всё также болтался кристалл Первого Хокаге. Собрав старую одежду в кучу, голубоглазый запечатал её в тот же синий свиток, а затем убрал его обратно в рюкзак. Нащупав в боковом кармане сумки нужную ему сейчас вещь, сын Хокаге достал на свет белую коробочку. — Опять собрался курить? — непринуждённо спросил Кабуто, всё также вальяжно развалившийся в кресле. — Ты ещё здесь? — хмыкнул Наруто, быстро оставив коробку на тумбочке. — Да, я не закончил, — Якуши наконец поднялся со своего места. — Мои шпионы в Песке говорят, что к ним прибыл отряд шиноби Конохи с целью помочь в поисках Кадзекаге. — Плевать, если честно, — безразлично сказал молодой Узукаге, не понимая к чему Кабуто завёл этот разговор, а не оставил его в покое. — Так-то оно так, вот только пока ты отсыпался, они умудрились вычислить местоположение перевалочной базы Акацуки, где, скорее всего, сейчас и держат Сабаку-но Гаару. — И где же? — в горле внезапно пересохло, поэтому из уст джинчурики вырвался лишь хрип. — Шпион проследил за ними до Леса Шизен, — спокойно ответил Якуши, пролистнув пару страниц документов в руках. Последние результаты экспериментов Орочимару с Проклятой Печатью, на которые он только что наткнулся, невероятно взбудоражили беловолосого, ведь они могли вывести этот фуин на принципиально новый уровень. — Это же в пятнадцати километрах северо-западнее от нас? — Ага, — уже менее заинтересованно ответил черноглазый, не отрываясь от бумаг. Его работа сделана: он позаботился об Узумаки и дал ему наводку на Акацуки. Пора было заняться своими делами. — Ладно, я пошёл. — Стой, — в руке Узумаки появился трёхлезвийный кунай с меткой Бога Грома. — Возьми, как я закончу с этим делом, перемещусь к тебе. — Хорошо, — Якуши согласно кивнул, взяв нож и спрятав его за пазуху. — Только не свались на меня с неба, — бросил парень, уже покидая комнату Волка. — Ага, замётано, — кинул помощнику Орочимару вдогонку Наруто, услышав, как хлопнула входная дверь. Юноша схватил с тумбочки пачку самокруток и, достав одну, запечатал коробочку с остальными в левый напульсник. Подойдя к окну, Узумаки открыл его выглянув на улицу. Сигарета мгновенно оказалась зажата в зубах, а на указательном пальце загорелся огонёк — миг, и блондин начал вдыхать табачный дым, часть выпуская на улицу. Удивительно, но если бы три года назад ему кто-нибудь сказал, что он будет смолить в свои шестнадцать не хуже чем знаменитый Сарутоби Асума, то Волк прилюдно бы засмеял этого человека, а потом втихую вбил бы ему все зубы внутрь, но вот он, посмотрите: опирается на подоконник, вдыхает и выдыхает ядовитый дым на улицу. А этому его научил сам Орочимару! Удивительно… В мире, на самом деле, много удивительных вещей. Например, деревня Хикари, в которой они с Кабуто сейчас остановились. Когда-то давно здесь было всего лишь пару домиков да главная дорога и больше ничего. Теперь же эту «деревню» по праву можно было назвать посёлком городского типа, если вообще не маленьким городом, ведь за прошедшие несколько лет Хикари довольно разжирел: число домиков увеличилось в несколько раз, да и своя инфраструктура какая-никакая, но появилась — пять торговых лавок, дюжина кафешек, парочка отелей, даже казино одно есть да и тройка баров найдётся. Казалось бы, что такого в этой деревушке, почему она смогла так преобразиться? А всё просто: Хикари — это единственный населённый пункт между Конохой и Суной, и когда эти две деревни подписали мирный договор, то между ними открылась торговля, путь которой и проходил через эту деревню. А всё почему? Потому что Наруто спас Гаару от себя самого, изменив его мировоззрение, а тот после этого стал Кадзекаге. Убей он тогда, три года назад, взбесившегося джинчурики Однохвостого, то между двумя великими деревнями не наступило бы мира и эта мелкая деревушка не смогла бы процветать. Удивительно, как же всё в мире взаимосвязано… «Ты достал философствовать! — воскликнул Кьюби, уставший слушать нудные размышления своего джинчурики. — Я уверен, ты куришь, что-то позабористее простого табака, иначе тебя бы так не пропирало от обычных сигарет!» «Ох, Курама, друг мой, — слабо улыбнулся Узумаки, выбрасывая потухший окурок в окно. — Ты просто не понимаешь!» — биджу промычал что-то невнятное, но парень его не слушал, он запечатал рюкзак в правый напульсник и, оглядев себя в зеркало в ванной, покинул гостиницу через им же и открытое окно. «Ты что, кинешь, Кабуто на деньги?» — усмехнулся Девятихвостый, когда блондин направился в сторону Шизена любимым способом перемещения любого шиноби — бегом. «Деньги — это просто бумажки, — ответил нукенин, когда пересёк границу между Хикари и свободной территорией. — К тому же, у меня нет денег и времени на всё это, и вообще — я должен спасти Гаару!» «Хм, ну, тогда вперёд — в Лес Шизен?» — усмехнулся демон. «Ага, в Лес Шизен!» — кивнул Наруто, до предела ускорившись чакрой. Он найдёт Сабаку-но и в этот раз точно спасёт его от Акацуки.