Тьма его сердца 2: Искра

Молниеносно перескакивая с ветки на ветку, Саске был недоволен странным чувством восхищения, которое испытывал с самой Суны. Именно из-за этого самого ощущения его ониксовые глаза уже почти два часа были прикованы к одной только розоволосой бестии, правда, это не мешало ему спокойно следовать за сокомандниками и избегать препятствий. Произошедшее казалось удивительным, но, бесполезная Сакура действительно смогла спасти Канкуро, доказав свои врачебные умения на практике. Перед операцией она зачем-то выгнала его, Учиху, из палаты, но в коридоре ему всё было отчётливо видно. Он внимательно наблюдал, как девушка с помощью медчакры вытаскивала яд из сердца брата Темари с помощью каких-то пузырей, сделанных из лекарственной жидкости, которую в скором времени принесли врачи Песка. Внутри этих медицинских пузырей полученная отрава мгновенно растворялась на молекулярном уровне, не оставляя после себя никаких следов. Кукольник, правда, кричал при этом так, словно его тело безостановочно резали скальпелями, видимо, процесс лечения не был таким уж безболезненным, каким казался на вид. Естественно, Саске отметил для себя непонятный выпад Сакуры в его сторону и после операции попытался ненавязчиво обсудить с Харуно тот момент в больнице, но девушка старательно его игнорировала. Поэтому-то Учиха сейчас и прожигал её хрупкую спину своими чёрными угольками, полными раздражения, хотя в данный момент поведение ученицы Цунаде не являлось приоритетом. Нельзя было не отметить, что спасение старшего из братьев Сабаку-но действительно принесло некоторую информацию, ведь тот поделился с ними всем, что сам смог узнать. Парень, едва вскочив с кровати после проведённой операции, сразу же запел соловьём, и песня его дала многое, да что там… Именно она сейчас ведёт их прямо к месту, где держат Гаару, а это самое важное. Конечно, то, что Акацуки двое, было известно заранее, ведь что в Листе, что в Песке уже давно знают, как работает эта организация. Очень полезной оказалась весть о том, что один из парочки нукенинов — тот самый, который, по мнению старшего Сабаку-но, был подрывником, тяжело ранен, оставшись после ночного налёта без руки. По удивительно подробным описаниям Какаши установил, что это был Тсукури Дейдара, отступник из Камня, специализирующийся на подрывах. Имя второго Сабаку-но назвал сам: Акасуна-но Сасори — мастер марионеток Суны, известный своей любовью к ядам. Именно он являлся вторым похитителем Гаары и тем самым ниндзя, в сражение с которым Канкуро проиграл. Тем не менее, кукольник не ушёл с пустыми руками: одна из его марионеток смогла задеть тряпичную маску на лице Сасори, оторвав от неё небольшой кусочек. Эта улика помогла им выйти на след Акацуки, а точнее помог в этом призванный Какаши мопс по кличке Паккун. С ним Саске уже не раз имел дела, поэтому в его нюхе у него не было никаких сомнений. Когда они уже почти покинули Скрытый Песок, оставив на Темари заботу о деревне и брате, у ворот с ними произошла странная история. Их шествие остановила уже давно немолодая женщина в тёмном балахоне с белым воротником и гулькой седых волос, представившаяся старейшиной Суны по имени Чиё. Звучит ошеломительно, но она по собственной воле вызвалась отправиться с ними, оправдывая свой поступок тем, что Сасори приходился ей внуком, и старушке, проживающей свои последние года, хотелось бы увидеть его напоследок. Хатаке, конечно, первым делом отказал ей, но та отвела его в сторонку, чтобы поговорить с ним наедине. Никто не знает, что конкретно старейшина обсуждала с джонином всего каких-то пять минут, но прошло уже три часа, как Чиё передвигалась вместе с ними, да она даже границу между Скрытым Листом и Песком пересекла спокойно, не проронив ни слова. Грациозно перемахнув через особо крупную ветку дуба, Саске оглянулся на старушку, вновь посетившую его малость спутанные мысли. Та о чём-то тихо беседовала с его сенсеем, а потом слегка улыбнулась джонину губами, одним движением поправив свои волосы. Честно говоря, Учиху проблемы и желания этой Чиё не волновали, но его беспокоила она сама. Возможно, а это и не исключено, что за время путешествия с Джирайей и Какаши черноволосый стал слишком мнительным, но прихоть целой старейшины — не последнего, между прочим, человека в Суне — сопровождать обычный отряд из Конохи, казалась ему очень подозрительной. Нет, конечно, они отправлялись спасать самого Кадзекаге, но тогда с ними должен был пойти кто-нибудь помоложе да посильнее, а не эта дряблая старуха, которая, скорее всего, будет им только мешаться. Впрочем, нынешняя ситуация была такова, что большая часть шиноби Песка, способная сражаться, находилась на заданиях за пределами деревни, а другая часть осталась с Темари на страже своего дома. Идти с ними вызвалась только Чиё, причём сама, и, судя по всему, ни с кем это не согласовав. Саске смиренно старался пока не отсвечивать эмоциями, а просто плыл по течению, сейчас для него важнее всего было спасти Гаару из лап Акацуки, а не причуды старейшины другой деревни. Забавно, можно было подумать, что младший брат Итачи стремиться найти Сабаку-но из чисто светлых побуждений, но на самом деле это было не так. Учихой руководил его собственный эгоизм, ведь потом, после того, как эта спасательная миссия подойдёт к концу, у черноволосого появится возможность наконец взяться за поиски Наруто. «Вот чёрт!» — мгновенно пронеслось в голове парня, от чего тело шаринганистого пробрала непонятная дрожь. Сказать по правде, юноше не совсем нравилась подобная реакция собственного организма, она его смущала. Вот уже несколько лет мысли об Узумаки вызывали у него странные ощущения, и порой это приводило к неловким ситуациям. Например, один раз Учихе приснился сон довольно эротического содержания, главным героем в котором был Наруто. Проснувшийся от его стонов Джирайя тут же начал докапываться до него по этому поводу, но не мог же Саске признаться ему, что стонал из-за его чёртового крестника. Мда, вот такие вот дела… — Какаши, к нам кто-то приближается, — напряжённо воскликнул Паккун, прерывая сумбур в чернявой голове. Судя по голосу мопса, этот кто-то не обладал хорошими намерениями по отношению к ним. Поток чакры тут же направился к ониксовым глазам.

ВЖУХ

Миг, и над собачьей головой пролетел кунай. Острый взор Шарингана Саске сразу обратил внимание на рукоятку ножа, от чего глаза его расширились в то же мгновение, а время замедлилось. — Все в сторону! — что есть мочи выкрикнул Учиха, благо никто не стал задавать ненужных вопросов. Едва все успели попрятаться за деревьями, как…

БУМ

Взрывная печать, примотанная к чужому кунаю, загорелась, а после сдетонировал мощный взрыв. — Отлично, Саске, — несколько довольным тоном похвалил ученика Какаши, придерживая под руку Чиё. Так как старейшина в виду возраста не была способна двигаться на больших скоростях, то Хатаке пришлось утащить её за дерево вместе с собой. Отряд спасения перегруппировался на нескольких ветках, переживших взрыв. — Что это было? Атака Акацуки? — нетерпеливо спросила Сакура, оглядывая местность в поисках вероятного противника, Саске со своим доудзюцу от неё не отставал, но пока что вокруг них было на удивление тихо. — Хэй-хэй, а вы угадали! — внезапно на всю лестную округу раздался чей-то насмешливый голос. — Ну вы и умные, ребятки! — на ветку дерева в пятнадцати метрах от группы шиноби, прямо из ствола, с громким хрустом разрушающейся древесины на свет неуклюже выполз неизвестный. Оранжевая спиралевидная маска с открытым правым глазом давала увидеть лишь тёмные короткие волосы да черноту единственного видимого ока. Тем не менее, плащ Акацуки, волной развевающийся на лесном бризе, сразу говорил о масочнике, как о стопроцентном противнике. Ниндзя Листа и старейшина Песка в тот же миг приняли свои боевые стойки. — Будьте готовы ко всему, нельзя недооценивать членов Акацуки! — твёрдо произнёс Какаши, привычным движением открывая Шаринган, в то время как со стороны напавшего послышался тяжёлый вздох, преисполненный притворной печалью: — Какие же вы все грозные, — неизвестный с унылым видом развёл руки в стороны. — Я же не причиню вам вреда, не бойтесь меня! Тоби, — обоими большими пальцами масочник указал на себя, — всего лишь хочет поиграть! — Шутить вздумал, клоун! — смело и несколько дерзко выкрикнула Сакура, натянув на кулаки тёмно-фиолетовые перчатки, видимо, в знак своей боеготовности. — Какие уж тут шутки, миледи… — уважительно поклонился Акацуки, но неожиданно споткнулся на ровном месте и с паническим криком полетел вниз: — Не-е-е-ет!

БУХ

Послышался глухой удар о землю, однако шиноби шокировано остались на своих ветках, испытывая смешанные чувства от случившегося. — Это, что, какой-то прикол? — заинтересованно хмыкнул Нара, решив, наконец-то, взглянуть на место падения их «противника». Спустя миг карие глаза удивлённо расширились — тела не было! — А вот и нет, ананасик! — неизвестный бодро крутился вокруг своей оси на ветке позади ошеломлённого отряда спасения. — Я предельно серьёзен! «Да кто он такой? — недоумённо подумал Учиха, оглядывая Акацуки взором, полным напряжения. — Мой Шаринган даже не заметил его присутствия!» — черноволосый бросил вопрошающий взгляд на сенсея, тот, о чём-то раздумав немного, кивнул ему, а после они оба подпрыгнули вверх, поближе к противнику: — Стихия огня: Танец Драконов-близнецов! — шиноби выдохнули по огромному огненному дракону, которые, пролетев несколько метров, закрутились вокруг друг друга, направляя свою совместную атаку на парня в маске. Эта техника была создана около года назад и пока что ни разу не давала сбоя в бою, поэтому-то учитель и ученик решили бить наверняка, уж по такому-то врагу.

БУМ

Та часть леса, куда ударило совместное атакующее дзюцу Хатаке и Учихи, буквально взлетела на воздух, бурей сотрясая уцелевший растительный массив. Когда поднявшийся от огня дым был развеян ветром, то ниндзя Конохи увидели лишь глубокую воронку до десяти метров в диаметре, вокруг которой догорали не задетые детонацией техники деревья. Шаринган Учихи не то что присутствия, даже просто следов странного члена Акацуки не мог найти. — Как думаете, мы убили его? — с выдохом спросил Саске у джонина, приземлившегося слева от него. Тот, оглядев кратер уже своим доудзюцу неопределённо дёрнул плечами. — Конечно же, нет! — черноволосый почувствовал хлопок по правому плечу и молниеносно выдвинул острый правый локоть назад, в сторону живота неизвестного, но тело парня нежданно пролетело сквозь воздух и, вылетев с ветки, устремилось прямиком к земле. «Я что, прошёл через него что ли?» — от удивления младший брат Итачи даже забыл использовать чакру, чтобы зацепиться за спасительный сук. — Эй-эй, ну, нельзя же так, — как-то грустновато хмыкнул Тоби, моментально схватив Учиху за руку. — Здесь и упасть ведь можно! — однако сейчас мысли Саске были направлены совершенно в другое русло. — Быстро, атакуйте его кто-нибудь! — резко выкрикнул владелец Шарингана, а возле Акацуки вмиг появился Сай с занесённым над головой танто. — Эх, ну покеда, мальчишка, — с притворной горечью бросил масочник, мгновенно отпуская чужую руку. Саске тут же заново начал лететь вниз, а клинок бывшего корневика прошёл сквозь голову противника. «Значит, мне не показалось, — наблюдая это в падении, хмыкнул Учиха. В последний момент, за несколько метров до почвы, юноша выхватил из заднего подсумка кунай с леской и метнул в соседнее дерево. Успешное действие: его порывисто потянуло вправо, а мышцы левой руки заныли от резкого натяжения. Используя инерцию, парень, раскачавшись, начал стремительно подниматься. — Похоже, он может становиться полым, но только когда сам ничего не касается и не держит в руках», — всё та же инерция выбросила юношу вверх, заставив пролететь над разгорающимся пламенем боя. Тоби одновременно блокировал выпады Какаши и уворачивался от тени Нары, в то время как Сай, атакую в период между учителем и товарищем, безуспешно пытался ударить его своим мечом — всё же проткнуть или разрезать пустоту невозможно. Саске в полёте призвал Инь-Янь и, обратно притянув к себе кунай леской, зацепился пойманным ножом за ветку повыше, одним движением забираясь на неё. Таким образом он получил возможность наблюдать за сражением сверху и анализировать все действия противника. — Определённо есть шанс задеть его, — прошептал себе под нос черноглазый, — нужно только поймать нужный момент, — этот самый момент всё же выпал, но не так быстро, как на то рассчитывал владелец Шарингана. — Тебе конец! — на удивление пафосно, словно в каком-то увиденном ранее сериале или фильме, произнёс Сай, делая колющий выпад, когда враг, пропустив над головой ещё одно теневое копьё, зажал кулак Хатаке. Заметив действие бывшего корневика, масочник проявил недюжинную силу, вывернув руку джонину и бросив его тушу в художника. — Не, красавчик, тебе меня не взять, — с какой-то детской насмешкой бросил Тоби, внезапно прыгая на пару метров вперёд. Его глаз уловил еле дёргающуюся тень на суку позади. — Тебе, ананасик, я тоже не дамся!

БАМ

Пришедший в себя Какаши бил быстро и мощно, но Акацуки легко, будто каждый день этим занимаясь, принял его атаку на довольно крепкий блок. — Сай, Сакура, охраняйте Чиё! Шикамару, подсоби! — шиноби тут же выполнили приказ джонина: парочка влюблённых закрыла собой старейшину Суны, а из тени ученика Четвёртого сразу вылетело чёрное острое щупальце. Масочник, не растерявшись, грациозно перемахнул через копирующего, не забыв ударить того ногой по спине. Красиво приземлившись на ветку, Тоби радостно развёл руки в сторону. — Белобрысик, а ты не слишком стар для наших игр? — вражеская насмешка была пропущена копирующим мимо ушей. — Это ещё не всё! Стихия молнии: Кулаки Бога Грома! — мужские руки в перчатках без пальцев покрылись искрами, а в масочника тут же направился целый поток скоростных ударов. Каждый выпад беловолосого сопровождался тенями со стороны Нары, но, к сожалению, все атаки были либо перехвачены, либо отбиты, либо вообще пропущены сквозь призрачное тело. Одна за одной, одна за одной… Томоэ в Шарингане что у Саске, что у Какаши крутились с неимоверной скоростью, записывая движения противника, но пока это не приносило существенной пользы, настолько Тоби был непредсказуемым. «Так вот она какая, сила Акацуки? Он будто знает мой стиль тайдзюцу наизусть, — недовольно тряхнул головой Какаши, когда его кулак вновь оказался зажат в блоке, а сам масочник мгновением позже сместился вправо, пропуская мимо себя острый длинный клинок из тени. — Или же… Он каким-то образом читает все наши атаки? Но как? — резко вырвав руку из захвата, Хатаке выбросил вперёд левую стопу и неожиданно всем телом опять прошёл сквозь врага, едва не свалившись вниз. — Да что же это за способность у него такая: он то призрак, то обычный человек, чёрт!» — Ха-ха-ха, — залился у мужчины за спиной весёлым, даже несколько злорадным, смехом Тоби. — Белобрысик, тебе уже пора на пенсию! Небось тридцатник стукнул недавно. Такие, как ты, обычно не живут дольше, давай обеспечим тебе достойные проводы…

ВШАХ

БАМ

С резким, настолько, что заскрипела древесина под ногами, разворотом на пятках джонин взмахнул ребром ладони по диагонали, в последний миг на пальцах заплясали искры, а удар наметился на голову противника. Рука была мгновенно перехвачена за кисть. — Неплохо, но недостаточно, — болезненно сжав конечность ученика Четвёртого, хмыкнул Акацуки, молнии на руке беловолосого погасли. — Пока-пока, наверное! — с насмешкой бросил враг, когда в его свободной ладони ярко блеснул кунай. Не медля ни секунды, метательный нож в смертельном выпаде быстро направился к лицу Хатаке. Саске понял, что настала пора действовать: тень Шикамару, разделившись на несколько отростков, волной бросилась на противника, но дзюцу клана Нара попросту не успевало спасти джонина. Время для парня привычно замедлилось, едва не замерев вовсе. За долю мгновения томоэ закрутились ещё быстрее, а в глазах зажёгся цветок Мангекё Шарингана, и ноги покрылись едва заметной чакрой молнии. Как можно сильнее оттолкнувшись от дерева, при этом оставив на нём сетку трещин, Учиха пулей устремился к противнику. Чёрное лезвие встретилось с солнцем, отбив в пространство кучу ярких зайчиков…

ВЖУХ

А рука Тоби, которая удерживала кисть беловолосого, оказалась по локоть срублена. Удивительно, но крови не было, а когда младший брат Итачи приземлился на другое дерево, то вообще заметил торчащие из чужой конечности белые сгустки непонятного вещества. Рука всё ещё падала на землю, а Акацуки даже не шелохнулся: его атака всё также целилась в Какаши. Однако, тот, почувствовав свободу и не мешкая, резко пригнулся — кунай задел лишь его волосы, отрезав пару прядей на затылке. Дзюцу Нары попало по плечу повреждённой конечности и шее дезориентированного противника, а мгновенная подсечка со стороны джонина Листа заставила масочника и вовсе упасть на ветку. Саске, заметив это, спешно исчез со своего места.

ВЖУХ

Тоби среагировал вовремя, и поэтому попытка черноволосого ниндзя проткнуть его окончилась неудачей — лезвие катаны с хрустом вошло в дерево. Акацуки довольно резко, как для однорукого инвалида, подскочил на месте и, не обращая внимания на новые атакующие выпады теней Нары, бросился вниз — туда, где покоилась его отрубленная конечность. Минуло лишь несколько десятков секунд, как перед листовиками на ветви предстал уже целый и невредимый нукенин. Картинно покрутившись перед застывшими от изумления коноховцами, Тоби усмехнулся: — Ой-ой-ой, вы такие жестокие, едва не отрубили мне руку, а это нехорошо! — Да ты, видать, никак не успокоишься, — с несколько долгим выдохом хмыкнул Саске, резким движением буквально вырывая свой меч из ветки. Какаши, глядя на странного члена Акацуки, вздохнул, будто что-то решив для себя, а затем громко выкрикнул: — Шикамару, Сакура, Сай, Чиё-сама, — названные встрепенулись, — живо уходите отсюда, мы с Саске задержим этого шиноби! — Что, но как же вы, да и как мы найдём Гаару? — сдержанно спросил Нара, стараясь не показывать своих эмоций противнику, хотя тот, кажется, вообще не интересуется их перекрикиваниями. — Паккун приведёт вас к убежищу Акацуки, в котором они держат Кадзекаге. Сейчас это самое главное, и от нашей помощи Суне многое зависит, особенно для Конохи! — твёрдо произнёс Хатаке, доставая из подсумка кунай. — Шикамару, ты назначаешься командиром вместо меня, следуйте за мопсом, а мы догоним вас позже. — А вы уверены, — наконец вклинившись в разговор, весело начал Тоби, почёсывая затылок, — что я позволю вам провести подобный манёвр? — на лес опустилась напряжённая тишина, прерываемая лишь гулом ветра и чириканьем птиц. Все взгляды были прикованы к отступнику. — Шутка! — парень вскинул правую руку вверх, обратив указательный палец к небу. — Конечно же, вы можете идти, — взмах в сторону всех шиноби, кроме изумлённых Саске и копирующего, — а вы, — масочник повернул голову к Учихе и Хатаке, — вы же останетесь со мной. Хе-хе-хе, мда, такие дела! — Паккун, вперёд! Используй Обратный Призыв, когда найдёшь место! — грозно отдал приказ беловолосый, тут же бросая быстрый взгляд на владельца Шарингана слева от себя, тот ответил ему тем же. Они кивнули друг другу и повернулись к Тоби. — Есть! — в этот самый момент пёс ринулся в направлении нужного запаха, и основная часть команды спасения скрылась среди деревьев вслед за ним. Когда же спины их товарищей исчезли из виду, шиноби Конохи молниеносно сорвались со своих мест. Минуло лишь несколько мгновений, а кунай Какаши уже устремился к груди Тоби в колющем выпаде, в то время как Саске нацелил острие своего меча противнику прямо в затылок.

ВЖУХ

Как и следовало ожидать, несмотря на всю проявленную скорость со стороны двух шиноби Листа, этого было недостаточно — Акацуки в последний момент успел стать прозрачным. Учитель и ученик, предполагая подобное, вовремя успели затормозить, поэтому они и не задели друг друга своими атаками. — Классно вы это сделали, как-то синхронненько даже, — весело усмехнулся Тоби. — Походу, мне придётся повысить ставки, — на этих словах масочник резко подпрыгнул, сделав сальто вперёд. Таким способом член Акацуки легко покинул свою ветку, оставив на ней двух коноховцев, а сам в полёте начал быстро складывать печати: — Стихия огня: Взрыв Танцующего Пламени! — едва он приземлился на ветвь пониже, как цепочка ручных символов была завершена. Отступник мимолётным движением ладони сдвинул часть своей маски в сторону, открывая нижнюю половину лица, правая часть которого была испещрена ужасными шрамами. В тот же миг из уст его вырвался поток пламени, который мгновенно закрутился в спираль. Огненный вихрь, поглотивший дерево, Какаши легко избежал, быстро отпрыгнув на другое древо, но вот Учиха наоборот ринулся к Тоби, выставив перед собой меч. — Меня так просто не остановить! — чёрный клинок в последнюю секунду засветился ярким синим цветом, пробивая себе путь сквозь дзюцу огня. Мигом позже Саске, прорвав несколько закрученных волн пламени, оказался на ветке возле масочника, тотчас замахиваясь на противника правой рукой с зажатым в ней Инь-Янем.

ВЖУХ

Масочник молниеносно сделал подшаг назад, а катана наполовину вонзилась в ветку дерева. Тут же Акацуки решил воспользоваться ситуацией и попытался пнуть присевшего на одно колено Учиху по лицу, но тот резко сместился влево, левой рукой молниеносно поймав противника за голень. — Что это ты делаешь? — по-детски удивился нукенин, но Саске, сконцентрировавшись на контроле чакры, промолчал. Сумеречное лезвие внезапно ярко заискрилось, а черноволосый, перехватив белую рукоять обратным хватом, стремительным движением вытащил меч из древесины, одновременно этим движением отрубая захваченную ногу Тоби. Масочник, словно не почувствовав боли, заторможено начал прыгать на уцелевшей конечности, будто пародируя героя какого-нибудь мультика, которому на стопу свалилось что-то тяжёлое. Крови опять же не было, а из обрубка в руке юноши медленно потекла всё та же странная белая субстанция. — Стихия огня: Великий Огненный Дракон! — фигура мифического создания из пламени поглотила отвлёкшегося на оторванную ногу нукенина, ничего после себя не оставляя спустя десяток секунду — настолько много влил чакры в технику копирующий, тем самым усилив жар огня. Рядом с Саске приземлился немного подуставший Какаши. — Вы убили его? — после этого вопроса черноволосый с усмешкой поймал себя на довольно ироничном чувстве дежа вю. — Не знаю, мой Шаринган не чувствует его присутствия, — джонин напряжённо оглядывал рощу, впрочем, не замечая ничего лишнего. — Твой ведь тоже? — Да, я не знаю почему, но доудзюцу не может его найти, по крайней мере наше…

ПУФ

— А вот и Тоби! — воскликнул масочник, появляясь в облачке дыма недалеко от шиноби Конохи. — От меня не так-то просто избавиться! — Да пошёл… — хотел было выругаться младший брат Итачи, да вот только новая, очень странная вещь заставила его резко замолчать. Из ствола древа, на ветке которого стоял Тоби, прямо перед ним горизонтально вылезло какое-то странное растение, напоминающее гигантскую венерину мухоловку, только одетое, судя по воротнику, в плащ Акацуки. Её зубастые лепестки раскрылись, и на свет показалось лицо парня, который будто был склеен из двух разных существ чёрного и белого цвета. Глаз светлой половины был человеческим с зелёным зрачком, в то время как у тёмной за зрение отвечал сплошной круг такого же зелёного цвета. — Девятихвостый вступил в бой с Кисаме, — прохрипела тёмная половина. — Похоже, Наруто-кун тоже ищет джинчурики Шукаку! — буквально пропела светлая. «Что? Девятихвостый? Наруто где-то рядом?» — взволнованно подумал Саске, опять почувствовав дрожь по всему телу. Неужели ему выдался шанс наконец-то увидеть того, в поисках кого Учиха был готов свернуть все горы мира. — Хм, спасибо, Зецу, — внезапно для ниндзя Конохи голос масочника потерял все свои радостно-озорные нотки, сменившись на пробирающий до костей холод. Что Саске, что Какаши — оба во все глаза растерянно уставились на парочку Акацуки. — Продолжай наблюдение за Узумаки Наруто. — Так точно! — одновременно произнесли два совершенно разных голоса, а спустя долю секунды похожий на растение шиноби скрылся внутри дерева, из ствола которого и вылез. — Ну что ж, — Тоби повернулся к коноховцам, и те шокировано заметили, что единственный открытый глаз нукенина сменился на рубиновый Шаринган с тремя томоэ. Копирующий внезапно схватился за своё вживлённое око, почувствовав неприятное раздражение, словно туда попал песок. — Неплохо поиграли, но мне уже пора, бывайте! — с этими словами пространство вокруг масочника сжалось в воронку, в которой член Акацуки скрылся. Хатаке и Учиха ошарашенно переглянулись, всё ещё находясь под впечатлением от увиденного. И в этот момент…

БУМ

Где-то вдалеке, едва ли не у них за спиной, раздался весьма мощный взрыв, заставивший трястись и землю, и деревья на многие километров в округе. Птицы, истошно галдя, поднимались в небо, а порывистый ветер обдал двух коноховцев своим холодным прикосновением. — Это наши? — заторможено спросил Саске у сенсея, тот отрицательно кивнул. — Нет, наши направились на северо-запад, а взрыв был южнее, примерно… — задумчиво сказал джонин, закрывая Шаринган протектором. Учиха также деактивировал свои глаза — нечего тратить чакру попусту. — Саске, нам нужно найти наш отряд и выполнить миссию. — Постойте-постойте, но ведь то необычное растение или человек — неважно — оно же говорило, что Наруто тоже где-то рядом сражается! Сражается с одним из Акацуки, в одиночку! — парень мгновенно позабыл и о Гааре, и о своей миссии, и о странном Акацуки с доудзюцу его клана, едва ему представилась возможность узнать что-то об Узумаки. Этот шанс приблизиться к блондинистому добе черноглазый не упустит. — Саске, — аккуратно подбирая слова, начал Какаши, — у нас другое задание, я всё понимаю, но… — Нет, вы не понимаете, это же может быть Наруто, мы должны хотя бы убедиться, что это не он!

БУМ

Новый взрыв заставил двух шиноби прекратить все споры и повернуться туда, где уже поднималось гигантское облако дыма. — Саске… — тяжело вздохнул Хатаке, а в голове его немного раздражённо промелькнуло: «Не вовремя же ты решил объявиться, Наруто!» — Какаши-сенсей, мы должны хотя бы проверить, — голосом, полным горечи, но тем не менее не лишённым надежды, произнёс владелец Шарингана. — Ладно-ладно, пойдём проверим, — опять вздохнул джонин. — Но не забывай, что у нас мало времени: скоро Паккун найдёт убежище Акацуки, и нам нужно будет переместиться к нему. — Тогда давайте не будем терять драгоценные минуты! — оба шиноби сорвались со своих мест в том направлении, откуда доносились взрывы.

***

Шизен — лес, который, по общепринятому мнению, не только считается одним из самых больших в Стране Огня, но ещё признан и самым спокойный. Действительно — подобную атмосферу умиротворения, царившую здесь, редко где можно встретить, особенно сейчас в неспокойное нынче время. Слушая тихую песню местных птиц, лёгкий гул бриза и мягкое шуршание древесных крон, дрожащих на ветру, Наруто сидел в позе лотоса на одной из множества ветвей крепкого на вид дуба. Глаза его были закрыты, а в зубах медленно догорала травяная самокрутка. Парень, поймав наконец нежное чувство нирваны и стараясь его не спугнуть, медленно концентрировал внутри своего очага чакры природную энергию. Цель у данного занятия была лишь одной, зато очень важной: использовать самую мощную и, к сожалению, единственную сенсорную технику, которая хранилась в голове Узумаки. Прошло около часа с того момента, как Волк разделился с Кабуто в Хикари и отправился в Шизен, дабы найти и вырвать Гаару из жадных лап Акацуки. Конечно, добраться до многокилометровой рощи не составило какого-то особого труда, учитывая, что сам Якуши и направил голубоглазого сюда, но вот найти Сабаку-но было не так-то легко. Да, чутьё Лиса исправно работало, но всего на расстоянии в полкилометра-километр и не более, а этого было недостаточно. Поэтому блондин в данный момент и занимался сбором сенчакры, иначе ему пришлось бы блуждать по всему лесу в надежде, что Курама сможет ощутить чакру джинчурики Шукаку или своего брата. «Опять эта твоя гадость, — хмуро бросил Кьюби, намекая на новую вредную привычку своего подопечного. — Конечно, Орочимару оказался неплохим наставником, но за то, что он приучил тебя к подобному, мне хочется его просто-напросто сожрать». «Да успокойся уже, Ку, — немного устало хмыкнул Наруто: биджу поднимал эту тему каждый день, и это начинало уже надоедать. — В этом нет ничего плохого». «Ха-ха-ха, — громогласно захохотал демон, выражая всю свою издёвку и едва не сбив концентрацию Узумаки. — Не смеши мои хвосты, козявка, курение да ещё и в твоём юном возрасте стопроцентно ведёт к раку лёгкого!» «Ну, на этот случай у меня есть ты! — с усмешкой ответил другу сын Хокаге. — С тобой, я думаю, мне не стоит переживать о такой проблеме». «Р-р-р, вот шельмец! — раздражённо прорычал хвостатый, и тем не менее был вынужден признать, что блондин верно подметил: пока внутри него живёт Кьюби, ему не грозит большая часть человеческих болезней. Мало того, что Наруто по крови был наполовину Узумаки, из-за чего его регенерация уже была немного выше человеческой, так ещё и чакра демона выжигала почти любой вирус, любую бактерию или опухоль, благодаря чему голубоглазый не имел большого шанса заболеть, а если всё-таки и заболевал, то выздоравливал всего за один день, иногда за два. — Как бы то ни было, мне всё равно не нравится, что ты куришь! Слишком рано начал, на мой взгляд». «Ку, ну ты прям курица-наседка! — усмехнулся нукенин Листа. — Тебе же известно, что это не обычные сигареты, — в блондинистой голове послышался безнадёжный вздох. — Здесь немного табака и сушёные травы, которые в своей соединении успокаивают и расслабляют». «Так и до наркомании недалеко…» — уязвлёно буркнул Лис, уходя в глубь клетки, хвосты его нервозно дёргались из стороны в сторону, будто живя своей жизнью. Курама по своей натуре был весьма закрытым существом, поэтому никому кроме себя он не мог признаться в том, что, пусть, бывает, и попусту, но часто волнуется о своём подопечном. Выборы, которые он совершает, люди, которые его окружают, действия, его привычки — всё это ведёт к достаточно опасному образу жизни, и это естественно, что демон, приглядывающий за юным Узукаге вот уже долгих шестнадцать лет, переживал за мальчонку. Это что-то сродни родительской заботе о собственном ребёнке: даже если ты знаешь, что он в безопасности и с ним всё хорошо, то всё равно беспокоишься. Демон сам изрядно шокирован, но, похоже, Наруто вошёл в его чёрствое сердце настолько глубоко, что пробудил в нём подобные чувства. Естественно, Кьюби никогда не скажет парню об этом, а то с того станется: ещё возгордится собой, тогда станет просто невыносимым с его-то своеобразным характером. «Всё, хватит спорить, — прервал размышления биджу сын Четвёртого. — Я собрал достаточно чакры!» «О-о-о, а ты довольно неплохо начал управляться с природной энергией: настолько быстро абсорбировал такое большое её количество, так скоро и саннином станешь!» — Курама довольно хмыкнул, почесав подбородок, а в это время Наруто, глаза которого до сих пор были закрыты, начал необычайно быстро складывать весьма длинную цепочку ручных печатей. «Драконы пока молчат по этому поводу», — едва юноша закончил, как нижнюю часть торса неистово обожгло прямо изнутри — природная чакра, смешавшись с обычной в очаге СЦЧ, словно вода в чайнике, быстро закипала, отдаваясь в животе не самыми восхитительными ощущениями. Почти затухшая сигарета вылетела изо рта недокуренной, в то время как челюсть молодого Узукаге с тихим скрипом сжалась от напряжения. Девятихвостый тягостно перевёл дух, с досадой чувствуя боль друга, но, несмотря ни на что, ничего он сделать не мог: вышло бы только хуже. Пусть это и неприятно, но такова уж цена за использование поддельного сендзюцу. Всё-таки саннины на то и саннины, что способны поддерживать внутри себя равновесие между физической, духовной и природной энергиями. Сын Минато каким-то образом умудрился ещё в юности научится почувствовать сенчакру и даже научился использовать её, однако если тонкие и небольшие манипуляции с энергией природы прощались Узумаки, то за применение дзюцу на основе этой чакры ему приходится платить. В его очаг из гармонично связанных духовной и физической энергий, словно дикое животное, ворвалась неродная ему сенчакра, вызывая в СЦЧ некую реакцию, ответом которой было болезненное жжение. Такова была цена… — Аргх, — раздражённо выдал Наруто, впрочем, продолжая монолитно сидеть в позе лотоса. — Это всё же довольно чувствительно… «Ты как?» — с удивительно тревожным, как для демона, голосом спросил хвостатый. — Всё нормально… — сипло пробормотал парень, совсем забыв про мыслесвязь. — Всё равно это ещё не конец! — под молчаливое согласие биджу Наруто чуть подрагивающими руками сложил печать концентрации. — Искусство ниндзя: Природный Смотритель! — голубые глаза резко распахнулись, а вся скопленная сенчакра, вперемешку с нормальной, обширным потоком вырвалась в пространство, мгновенно растворяясь в воздухе и принося долгожданное чувство облегчения в районе живота. Картинка перед очами плавно сменилась… Теперь Шизен предстал перед блондином с высоты птичьего полёта, и показался он ему во всей своей красе: как физической, так и духовной. Словно через какое-то доудзюцу, бывший АНБУ видел каждое животное, каждую птицу, всякое насекомое и растение, Ками-сама, да он даже любую рыбу из местных водоёмов мог узреть только лишь по своему желанию. Звучит здорово, но на самом деле главное не то, что джинчурики видел, а то, что чувствовал. Шизен был пропитан тёплой и нежной природной энергией, которая буквально разливалась красивой абстракцией мягких красок по всему зелёному «полотну». Мир и покой совсем ненадолго поселились в душе Наруто, опьяняя его положительными эмоциями, это — эффект от соприкосновения с сенчакрой — ещё одно отличие саннинов от простых шиноби: на них она так не действовала в силу привычности использования, обычные же ниндзя, особенно слабые разумом, могли легко потеряться в своих ощущениях, именно поэтому никто кроме мудрецов и не использует природную энергию. Наваждение Узумаки длилось пару минут, вплоть до того момента как Курама, скрепя сердце, не разрушил своей гневной чакрой этот коктейль безмятежности. «Наруто, не время сейчас купаться в лучах Матери Природы, — от Узумаки тут же повеяло мимолётным недовольством и даже злостью, но хвостатый, понимающе опустив это, продолжил вещать: — Нам нужно найти Шукаку и Гаару — вот зачем мы здесь, не забывай этого!» «Д-да… — с лёгкой растерянностью от произошедшего произнёс Волк. Чувство досады со смесью неприятной печали закралось в сердце, но блондин отбросил свои чувства вглубь, ведь сейчас на это нет времени. — Ты прав, Курама, у нас была была совсем другая цель…» — мыслесвязь внезапно оборвалась, причём по инициативе самого джинчурики. Хвосты Кьюби тотчас начали бить по стенкам клетки, тем самым выражая раздражение демона из-за поступка товарища, но, пусть и с некоторым трудом, биджу сдержался и просто промолчал, так как ему в какой-то степени была понятна реакция парнишки на его действие. «Если бы я достиг умиротворения, а потом кто-нибудь мгновенно лишил бы меня этого… — Девятихвостый со вздохом лёг на пол, по привычке укладывая морду на скрещенные лапы. — Что ж, я бы тоже был несколько зол по этому поводу», — в это же самое время Наруто, старательно запомнив то странное чувство просветления, которое подарила ему природная чакра, сконцентрировал всё своё внимание на энергетическом полотне леса. Как уже было подмечено ранее, сенчакра, пронизывающая каждый живой организм Шизена, выглядела кляксой мягких пастельных тонов, но вот чакра простых шиноби на «холсте» отображалась всего лишь тёмной точкой. Сейчас таких точек по всему лесу было несколько: семь держалось одной группой на северо-востоке — видимо, отряд из Конюхи, одна находилась западнее нынешней позиции Наруто, а самое большое скопление тёмных пятен было у северо-западной границы леса, откуда доносились ещё и пугающие нотки демонической чакры. «Кажется, я их нашёл…» — с лёгким наплывом самодовольства подумал Узумаки. И когда он уже хотел было прервать свою технику, то кое-что заметил: рядом с группой точек из Листа появилась ещё одна, причём, довольно сильная, судя по чёрному цвету пятна, а та, которая была недалеко от него, резко ускорилась, быстро приближаясь к нему. «Акацуки…» — мрачно пронеслось в голове нукенина. «Наруто, — начал говорить Курама, тоже почувствовав другого шиноби, а если хвостатый его почуял, то ниндзя вошёл и в его поле зрения, что значит он уже совсем недалеко, — этот Акацуки, у него странная смесь чакры, но больше всего она похожа на того рыбьемордого с большим мечом». «Кисаме?» — вопросительно хмыкнул сын Хокаге, деактивируя дзюцу и сменив дуб, на котором сидел всё это время, на другое дерево. «Да…» — не успел Лис договорить, как за спиной раздался громкий выкрик: — Привет, лисёнок, а куда это ты торопишься? — на земле в сотне метров от Узумаки стоял бывший мечник Кровавого Тумана — Хошигаке Кисаме. На плече его покоился забинтованный огромный меч, по кличке Самехада, а маленькие рыбьи глазки просто лучились превосходством. «Как он так быстро нас нашёл?» — озадаченно подумал блондин, молниеносно складывая печати. «Без понятия», — с лёгкой долей напряжения ответил демон, когда руки Узумаки образовали последний символ. — Стихия огня: Великая Пушка Уничтожения! — ладони, повёрнутые в сторону Акацуки, ярко загорелись, а после этого с них сорвался огненный шарик, устремившийся к синекожему. С каждым преодолённым метром дзюцу увеличивалось в диаметре, пока перед Кисаме не предстал огромный снаряд в размере шести метров.

БУМ

Взрыв заставил лес задрожать, но Волк был уверен, что Хошигаке не пострадал — шиноби его уровня может выдержать техники и пострашнее. Едва эта мысль мелькнула в голове голубоглазого, как за его спиной раздался шорох. Инстинктивно пригнувшись, бывший АНБУ пропустил над головой выпад Самехады. — Какой же ты вёрткий! — усмехнулся мечник, когда его оружие застряло в стволе дерева. — Да, есть такое, — бросил в ответ Узумаки, когда в его руке, прямиком из напульсника, появился кунай со взрывной печатью. Воткнув его в противника, Волк мощным пинком отправил тушу рыбьемордого в полёт, сам спрыгивая вниз

БУМ

ПУФ

После взрыва опалённое тело Кисаме развеялось в облаке белого дыма, в то время как настоящий стоял всё на том же месте, покрытый слоем воды. «Видимо, это на нём что-то на манер брони, — подумал сын Хокаге, спрыгивая вниз. — Вот как он защитил себя от моего дзюцу, — Акацуки сложил печать концентрации, а под ногами у него буквально из ничего материализовалась водяная волна небольших размеров. Мужчина мигом запрыгнул на неё и тут же на невероятной скорости направился к Наруто. — А вот как он передвигается так быстро…» «Не отвлекайся!» — воскликнул Курама, когда нукенин Тумана был всего в паре метрах от парня, замахиваясь на него Самехадой.

ВЖУХ

Узумаки ловко извернулся, едва не столкнувшись с пролетевшим мимо него синеволосым. Пока тело блондина находилось в воздухе дюжину секунд, сам он складывал печати, а когда с перекатом приземлился на траву, то закончил последний ручной символ: — Стихия ветра: Серия Вакуумных Волн! —  резкий глубокий вдох, и Наруто, быстро вращая головой в различных направлениях, высвобождает изо рта волну воздуха в виде нескольких клинков ветра, летевших в Хошигаке под разными углами. Водяная техника перемещения резко повернула влево, начиная новый заход в сторону молодого Узукаге, из-за этого несколько лезвий пролетело мимо. Сокращая между ними дистанцию, мечник одним махом Самехады отбил ещё парочку клинков, а затем, оттолкнувшись от воды под ногами, перепрыгнул все остальные, и тем самым добираясь до джинчурики. Кручёный полёт в воздухе позволил Кисаме замахнуться мечом, а инерция ускорила забинтованный тесак. Узумаки резко сместился в сторону.

БАХ

Оружие, словно гигантский молот, разнесло окружающую землю в клочья, настолько мощным вышел удар. Голубоглазый же не терял времени зря: в руке мгновенно появился Архиватор, который сразу вонзился в грудь синекожего. — Эх, плохой лисёнок… — с небольшим хрипом произнёс Хошигаке, выдёргивая из себя чужой клинок. — Только ты оставил своё оружие в моих руках, ты позор для всех мечников! — Заткнись, рыбьемордый! — алый клинок мгновенно растворился жидкостью, секундой позже принявшей форму браслета на правой руке Волка. В следующий миг кулак парня прилетел Акацуки по лицу, но нукенин Тумана даже не шелохнулся. Новый удар со стороны Узумаки он перехватил свободной рукой, а затем вдарил по юношескому животу коленом, отбросив сына Хокаге подальше от себя. Перекат назад позволил бывшему АНБУ быстро встать на ноги. — Стихия молнии: Лазерное Шоу! — ладони джинчурики, засветившись светло-синим светом, сомкнулись в замок, из которого вылетело около десятка длинных лучей, двигающихся в сторону Хошигаке. Тот, опытно перемещаясь из стороны в сторону, ловко увернулся почти ото всех атак, кроме последней: она ударила ему прямо в грудь, тут же откинув его, словно мешок, на двадцать метров назад. «Странно…» — недоумённо подумалось Узумаки, заметившему промах противника. «Что такое?» — спросил Кьюби, не понимая, что беспокоит его подопечного. «Он не поглощает техники! Его Самехада способна абсорбировать почти любое дзюцу и тем самым усиливать Кисаме, но он не пользуется этим. У него цель не поймать меня, а задержать!» — пока Наруто размышлял о настоящей цели Хошигаке, тот, всего лишь щёлкнув пальцами, призвал за спиной Узумаки водяную акулу, которая вмиг попыталась укусить того в бок. Юноше пришлось быстро перекатиться вправо, чтобы избежать атаки стихийного зверя, а когда хищная рыба попыталась повторить свой наскок, то мигом была уничтожена Архиватором, усиленным чакрой ветра. Бросив раздражённый взгляд на синекожего, сын Четвёртого принялся складывать печати. «Есть у меня один план», — усмехнулся голубоглазый. «Хм? — от биджу тут же повеяло вопросом, а когда до него донеслись ответные мысли нукенина, то он довольно бросил: — А-а-а, понятно!» — Стихия огня: Взрыв Сверхновой! — на левой руке Волка загорелся небольшой, размерами с обычный Расенган, огненный шар. Молодой Узукаге резво сорвался с места, бросившись прямиком на Акацуки. Когда между ними осталось несколько метров, Кисаме, крутанув перед собой Самехаду, отвёл полусогнутую руку с мечом назад, а затем выбросил её вперёд.

ВЖУХ

Волк в стремительном подкате пропустил гигантский тесак над собой, а затем, мгновенно подскочив с земли, ударил пламенной сферой нукенина Тумана по груди. Миг тишины…

БУМ

Колоссальной мощности взрыв не просто сотряс лес, а устроил настоящее короткое землетрясение. Почва рушилась прямо на глазах, а деревья, не попавшие в зону детонации, с корнями подлетали вверх. Когда ужасающее буйство огня закончилось, то Шизен изменился до неузнаваемости: теперь довольно обширная часть леса превратилась в выжженную пустыню. Глядя на кошмарные последствия своей техники, Наруто, ранее появившийся во вспышке молнии на одном из уцелевших деревьев, содрогнулся. «Ками-сама, что же я натворил…» — спросил сам себя Узумаки, ощутив слабость по всему телу. «Вот что бывает, когда не думаешь головой во время сражения! — несколько поучительно произнёс Курама. — Но думаю, что с этим Кисаме ты точно разобрался, его чакры я больше не вижу», — демон скрывал это в голосе, но всё же испытывал определённое ошеломление. Конечно, его Бомба сильнее и разрушительнее, но то дзюцу хвостатого — зверя, состоящего из чакры, а блондин, по неосторожности вливший в свою технику намного больше энергии, чем та требовала, уже недалеко от него ушёл. И это парень пока ещё развивается, что же будет, когда он достигнет пика? Лис не хотел сейчас об этом думать, но взял себе на заметку, что с его джинчурики нужно будет поговорить о контроле. Тем временем, спрыгнув вниз на дрожащие ноги, едва при этом не свалившись на потрескавшуюся землю, Волк окинул печальным взглядом новообразованную пустошь. — Надо идти, — пробормотал нукенин себе под нос, тряхнув головой, и уже собирался было отправиться за Гаарой… «Наруто! — но Кьюби внезапно громко окликнул его, когда на месте происшествия замаячили новые действующие лица. На границе между лесом и пустырём всего в паре десятков метров от Узумаки появились те, кого тот меньше всего ожидал увидеть. — Ого, а этот пацан-Учиха заметно изменился», — как-то неоднозначно хмыкнул Курама, и Наруто был вынужден с ним согласиться. Учиха Саске, а молодой юноша, попавшийся ему на глаза, точно был им, стал выше, чуть шире, вытянулся, а его смоляные волосы, колышущиеся на ветру, слегка подросли, и, конечно же, взор блондина не упустил его лёгкого загара и нового стиля одежды, точнее её цветовой палитры: смесь фиолетового с зелёным, на первый взгляд, казалась забавной, но при это удивительно хорошо сочеталась. «Похоже, путешествие с моим крёстным и Хатаке пошло ему на пользу», — подумал сын Четвёртого, а рядом с парнем приземлился вышеупомянутый Какаши, который, в отличие от ученика, ничуть не изменился за прошедшие три года. Оба шиноби Листа поражённо наблюдали новый рельеф, сменивший неплохую такую, растительную часть Шизена. Узукаге не слышал их тихих переговоров, а поэтому, бросив на бывших товарищей последний взгляд, при этом ненадолго задержав его на мрачном лице Саске, влил часть демонической чакры к собственным ногам и молниеносно скрылся из виду, направившись к убежищу Акацуки. Его ждал Гаара.