Мой стажёр сверху

      Ты думаешь этот день так легко закончится? Ха, мечтай, детка!       Думаю теперь стоит задуматься, что, если старина Эдд подвозит тебя к дому — это может стать плохой приметой.       Из салона машины Гоулда интересно рассматривать окружающую среду. Эдд ездит аккуратно и по правилам, но самое важно, он ездит медленно, если на автобусе можно добраться от остановки до отдела, примерно, за десять минут, то Гоулду понадобятся все двадцать, но благодаря этому можно не спеша рассмотреть свой город и как он постепенно расцветает в декорациях и новогодних украшениях, и лишний раз подивиться фантазии людей своего прекрасного города. — Том, хватит летать в облаках. — следователь не спеша повернул голову к другу, что оторвал его от интересного занятия. Машина остановилась и шатен достал с заднего пассажирского сидения свою кожаную сумку. Томас сначала смотрел на него с непониманием, зачем останавливаться посередине дороги, неужели он не мог заняться этой сумкой дома? Но все вопросы рассеялись после того, как из сумки показалась папка «Досье» — Держи, пока не забыл. Если кратко и только самое важное, то… Несколько свидетелей, вернее покупатели сказали, что закупались наркотиками ночью, подходили примерно к двум часам. Подростки сказали, что сообщников с ним не ходит, поэтому можно предполагать, что он сам просто скупает наркотики, а когда нет денег, то впаривает ее прохожим малолеткам за чуть большую цену, — Шатен замолчал в ожидание вопросов, ведь дело серьёзное и многого может было не понятно. — То есть… Ты хочешь сказать, что мне придется с Ларссоном вычесывать по ночам этот парк? — в голосе следователя были нотки «ты издеваешься?», ночью особенно холодно, не очень хочется отморозить себе конечности, или посвятить себя работе двадцать четыре на семь, кажется сейчас самое время выйти из машины и со словами «Еще чего!» хлопнуть дверью и гордо пошагать до ближайшей остановки, или заказать такси. Самое время… Но, опять же холодно. — Именно, но я вам дам освобождение на пару дней. Ночью ведете расследование, днем отсыпаетесь, идет? — предложение выгодное, учитывая, что работа будет составлять шесть часов, а остальное время можно тратить на что угодно, выгодно, не правда ли? — Ты хотел сказал, что покупатели-подростки? Неужели они сами пришли и рассказали все, как на духу, что они по ночам гуляют и травкой балуются? Если они увлекаются таким занятием, то должны знать, что простым подзатыльником и бранью от родителей они не отделаются, — Том немного нахмурился этот момент ему не понравился, слишком масленый и не правдоподобный. — Сами-то они не пришли, но у них есть родители, что привели их в отдел, — Эдд снова завел машину и они поехали по ночной дороге. Автомобиль уже ехал быстрее, видимо, его владелец наверстывал упущенное время. — Вот это родители! Своим же детям жизнь портить отправились. — Насмешка и злость — эти две эмоции смешались в предложение, но не было понятно кто из них доминирует. — Прекрати, Том! — Из уст Эдда вырвалось что-то на подобии рычания. Ого, он и так может? Хотя. Эта тема для двух парней, что выросли в одном детском доме была одинаково больной. — Прости. — следователь чувствовал сейчас себя крайне неловко. Он просто не хочет признавать доброту других людей. Гоулд просто тихо вздохнул. -… Давай больше никогда не будем затрагивать эту тему? … — Хорошо…        Неловкое молчание. От него Риджуэлл чувствовал себя неловко и возникало ощущение, что Эдд на него очень даже сильно обиделся. Его каменное, словно, безжизненное лицо нагнетало обстановку. Томас в который раз понимал, что следует следить за языком. Говорить все, что думаешь — это не самая хорошая идея.        Автомобиль повернул направо и проскользил прямо к дому следователя. Парень оглядел родную многоэтажку и вспомнил, что на долго, тем более на ночь он в ней не останется, из-за ночной «прогулки» с Ларссоном… Ларссоном… Ларссон! Точно! Он не смог договориться с ним на счет обхода парка, вернее стажер вообще об этом еще ничего не знает. В этот момент Ларссон будет как раз кстати, ведь с какой стороны не смотри, но помощь в этом деле очень нужна. Парк большой, одному его даже за сутки не обойти, о каких шести часах тут можно говорить? — Эдд, мне нужен номер Ларссона, — шатен немного удивленно посмотрел на Тома и потянулся в карман за телефоном. Риджуэлл не медля тоже достал свой телефон и нажал на набор цифр, ожидая номер своего стажера. — Я думал вы уже обменялись номерами, — Свет осветил лицо шатена, придавая ему нездоровую бледность, но краски стали быстро меняться, озаряя разными цветами, то оранжевым, то синим, то красным. Пальцы плавно скользили по экрану, листая список контактов. Пролистав список он нажал на один из контактов. — И так… Записывай, «1 (***) ***-76-32» — Пальцы следователя забегали по цифрам, составляя из них номер. Закончив он протянул телефон шатену, тот сверив одобрительно кивнул.        Томас вышел из автомобиля коллеги, они обменялись рукопожатиями, после чего машина, развернувшись, отправилась в путь по замерзшему асфальту, а наш милый Том направился к своей квартире, где всегда тихо и спокойно. Иногда следователь забывает включить телевизор, или про время, когда должен идти фильм, который он хотел посмотреть. В его доме много книг, погружаясь в истории и их остросюжетные продвижения можно забыть обо всем. Один раз Гоулд хотел зайти к нему на чай, но Томас не смог услышать, как мелодию телефона, так и мелодию дверного звонка.       Следователь приложил магнит к табло домофона и услышав сигнал, об открытии замка. Не спеша он зашел в здание и поднялся на лифте до своей квартиры. Замок не заедал, как утром, поэтому попасть во внутрь не составило труда. В доме было тепло, свет осветил квартиру, радуясь приходу хозяина.       Заварив себе кофе Томас неуверенно взял телефон в руки. Сейчас ему нужно позвонить стажеру. Но как-то неловко. Что он будет говорить? Каким тоном? Как пойдет диалог? Они уже не поладили, может Ларссон, вообще пошлет его к… прочесывать парк одного? Но идти одному хотелось меньше всего. Нерешительно, но палец нажал на контакт после чего раздались гудки, но недолго, через десять секунд на звонок последовал ответ: -Алло? — Ларссон? — в трубке раздался негромкий шум, видимо, стажер отодвинул телефон, чтобы посмотреть кто ему звонит. — Да, но кто беспокоит? — Томас Риджуэлл, — на другом конце трубки раздался наглый смешок. Это поставила Томаса в неловкое положение, он не знал что ему сказать, но Ларссона, как раз такой поворот не застал в расплох. -По какому поводу, следователь, вы решили позвонить мне? — Собеседник не сдерживая смех продолжил диалог, как бы, издеваясь над Томом в своей манере. — Прекрати смеяться. Я по важному делу. — Других у тебя и не бывает… — Съязвил Ларссон, но зачем? Ему и так мало конфликтом с надзирателем, или раз у них и так плохие отношения он просто хочет доломать руины несформировавшейся дружбы? Но следователь на удивление проигнорировал эти слова, он даже проигнорировал, что стажер обратился к нему на «ты». — Сегодня ты подписался со мной наркомана ловить. Так что через пару часов в парке, к двенадцати. — Хм... Давай я за тобой заеду, как я понял ты любитель опаздывать, — и опять раздалась насмешка. Он там чего-то обкурился? К чему такое приподнятое настроение? Может он тоже имеет связи с наркоманами? Но тут же отбросил эти мысли, ведь, если тронуть Ларссона, то он еще не так сможет себя проявить. — Я не против, — следователь бросил трубку, не дожидаясь ответа. Он даже не обратил в внимание откуда Ларссон знает его адрес. Хотя. Учитывая их с Эддом сформировавшиеся отношения, то будет не удивительно, что стажер будет знать Тома в плоть до его любимого утреннего кофе.        Решив, что время можно потратить на просмотр фильма следователь взял кружку недопитого кофе и направился в зал. Включив телевизор он пролистал каналы и не нашел ничего интересного, поэтому остановился на канале музыки.       Время брало свое, глаза слипались, а желание встать с дивана отбило напрочь. Томас прикрыл глаза и дал себе наказ, что через минуту встанет с мягкой мебели, но минуты вполне хватило, чтобы погрузиться в сон.

***

Динь-динь… Динь-динь… Динь-динь…       Дверной звонок прервал столь на редкость сладкий сон. Следователь лениво встал с дивана. Под настойчивый звон Томас подошел к двери и повернул ключ, тем самым открывая дверь. —Ларссон? — глаза от удивления полезли на лоб. Том ожидал увидеть стажера у своего порога меньше всего. —Неужели вы, дорогой Томас Риджуэлл умудрились уснуть? — опять этот издевательский смех. В отделе он был спокойнее. — Я возле твоего дома уже полчаса стою. А ведь сам позвонил и сказал, что в двенадцать в парке. В парке я бы тебя точно не дождался. — теперь стажер просто ухмылялся, но эта ухмылка была не менее издевательская, но наглое лицо помогло проснуться. Парк. Он проспал. — Я не разрешал обращаться к себе на «ты», — голос немного хрипел, поэтому следователь покашлял в кулак— Подожди, я сейчас выйду, — Том хотел уже закрыть дверь, но рука Ларссона ухватилась за ручку двери, находящуюся за пределами квартиры. —Может хотя бы на порог пустишь? Я замерз, причем по твоей вине, — Том неохотно толкнул дверь от себя, тем самым приглашая Торда во внутрь.       Оставив Ларссона в прихожей Том поспешил одеться потеплее.        На теплую черную вязаную кофту с воротником легла синяя излюбленная толстовка, сверху на этот слой одежды лег серый шарф. Том вышел из комнаты и направился в прихожую, попутно выключив телевизор. Ларссон сидел на пуфике и завидев следователя не избежал возможности поиздеваться: —А тебе жарко не будет? — он просто не знает Томаса. В любую погоду этот парень укутается потеплее, тем более под теплой одеждой он чувствовал себя комфортней. Она, как будто закрывала от физического контакта с другими людьми.        Следователь закрыл дверь своей квартиры, после направился к «рогатому», который уже вызвал лифт и дожидался своего товарища на эту ночь. Только в лифте Томас заметил, что все же уступает пару сантиметров Ларссону в росте, хотя до этого момента он был уверен, что выше стажера, но это не так важно, главное, чтобы Торд этого не заметил. — Прекрати на меня пялится, — Торд развернулся к следователю с дурацкой ухмылкой, что уже так приелась за несколько минут. — Я просто думаю. Это каким нужно быть козлом, чтобы даже твои волосы всем видом указывали на твое эго? — Томас усмехнулся собственной шутке. Лицо Торда моментально изменилось. Брови съехали к переносице, а ухмылка заменилась оскалом. Он хотел что-то съязвить в адрес Тома, но этого удалось избежать с помощью лифта, что остановился на первом этаже и заботливо, открывая свои двери, выпуская пассажиров наружу. Полицейские не заставили себя долго ждать и пошагали из здания.       Красиво. Хлопья снега падали с неба. Торд поднял голову вверх, с такого ракурса снег еще прекраснее, снежинки танцуют вальс, выписывая узоры. Это завораживает. Несмотря на ужасный холод вокруг себя и волосы, что покрылись инеем.Он мог бы стоять тут вечно. — Ты еще язык высуни. — с ворчанием Том толкнул Торда, что завис на полпути к машине. — Посмотри вверх. Это прекрасно! — Торд кивнул головой вверх, показывая свои слова жестом. — Мне это не нравится. Никогда не любил снег, — следователь скрестил руки на груди, пытаясь себя согреть , но это плохо помогало. Тем не менее Ларссон сдвинулся с места и нажатием на брелок разблокировав двери машины. Стажер уселся за водительское сидение и любяще провел руками по рулю своей «малышки», одаривая теплой улыбкой… Автомобиль? Том прищурил глаза.Эдд тоже любит свою машину, но он не доходит до такой крайности. Томас, что расположился по левый бок от Торда смотрел на него с насмешкой. Он мстит. Он выведет его из себя. — Выглядишь крайне глупо. — Пф... Жалко, что избиение полицейского приводит к принудительным работам до 5 лет, либо можно оказаться в местах лишения свободы на тот же срок, — На ум не пришло ничего умного, как просто промолчать и отвернуться к окну. Следователь стал рассматривать улицы. Пусто, но изредка на улицах города можно было заметить подростков, что было крайне сложно из-за их черной одежды. Большинство из них располагались в группах на детских площадках, в каждой группе имелись парочки-голубки. Риджуэлл завистливо оглядывал их, но подметил, что ночь — это не такое уж и безобидно-тихое время. Если день-это время, купируемое взрослыми, статными людьми, то ночью правит молодежь, та самая безрассудная молодежь, теперь понятно почему весь криминал происходит именно в это время суток.       Весь путь проходил молча. Но благодаря этой тишине было много времени для раздумья. За это время Том смог на три раза перечитать досье, осмотреть стажера с верху до низу, но не заметно, найти разницу между вождением Торда и Эдда. Да и так немного вздремнуть.       Автомобиль припарковался к обочине у самого входа. Том сонно зевнул, в машине стало очень тепло и приятно от кондиционера, на сидение стало слишком удобно. -Слушай, стажер, может ты один обход сделаешь? — Следователь лениво потянулся, на лице появилась улыбка, конечно, это было сказано не в серьез и оба это прекрасно понимали, но Том в глубине души надеялся, что Ларссон сейчас в серьез согласится и отправится на обход один, но. Мечтать не вредно! — Только если ты будешь называть меня по имени, — Здесь Том замялся. Нет, на это он не согласен. Называть Ларссона по имени все равно, что дать ему повысится в глазах Риджуэлла. Том хочет, чтобы стажер чувствовал все пренебрежение и полное отношение к нему, как к собаке, понял, что следователь его ни во что не ставит. Нет, он не даст ему спуска. Черноглазый дернулся с места и вышел из салона, нервно хлопнув дверью. Торд следом вышел из салона и уже вместе они направились в парк. — Что это сейчас было? — стажер прищурился пристально смотря на напарника. Несмотря на пеший ход, что продвигал их довольно быстро из-за спешки Томаса, что спешил попасть на точку, где по идее они с Ларссоном должны разойтись по периметру. — Мой краткий ответ на поставленные тобой условия — следователь старался идти быстрее и его устраивал тот факт, что стажер за ни не успевает. — Что? Малыш Томми не может сказать четыре буквы? — с губ Торда сорвалась очередная насмешка, он заметил раздражение Тома по этому поводу и решил продолжить — Повторяй за дядей Тордом! То-о... Р-р... Д-д... — Заткнись. Я старше тебя на четыре года. Не тебе меня учить, — Том остановился посередине дороги. В этот момент он хотел банально обматерить стажера и разделиться, но что-то мешало ему сейчас классически нахамить и это «что-то» — тот факт, что он при исполнении. — Офигеть! Четыре года! — Том везде ставит этот факт, как ребенок, что видит в этом весомый аргумент и это раздражало Торда. Том ставит стажеру своеобразные «подножки» в простых вещах, вещах, что должны служить нормой в их общение. — Ты меня вечность собрался затыкать своим возрастом? Как же ты глуп! — Пока не найду другой аргумент, чтобы ты отвязался от меня с этими мелочами! Ты меня раздражаешь, поэтому я ни за что на произнесу твое имя, ведь оно мне чертовски не нравится, как и ты! — Том срывался на крик. Обычная ссора, но в ней есть что-то необычное. Это первая ссора, когда Торд не натянул свою дурацкую ухмылку, ведь сейчас ему было не до этого. Следователь серьезно пачкал его достоинство и ему хотелось восстановить свою элитность. Он только хотел хорошенько врезать следователю и вывалить из себя череду откровений, как следователь развернулся и скрылся за правым поворотом, оставляя Торда на перекрестке двух дорог.       Дальнейшие четыре часа Том обдумывал ссору с Ларссоном. Он не считал себя в ней виноватым. Виноват, лишь Торд со своими социальными нормами.       В парке хоть и были люди, но про парня в серой куртке, брюнетистыми волосами и с пирсингом на правой брови ничего никто не знал, как будто все покрывали его. Том продолжил путь, удаляясь в глубь к фонтану, теоретически в этом месте он должен пересечься с Тордом и если тот, хоть что-то узнал отправится домой, а если нет, то продолжить опрашивать ночную фауну, большинство которой было в нетрезвом состояние, но к счастью драк и разбоев никто из них не устраивал и не предвещал.       До фонтана оставалось примерно сто метров, но за кустами мелькнула красная шапочка, через секунду Томас смог разглядеть знакомые мужские фигуры в черном. Он стал подходить ближе к объектам наблюдения и смог расслышать обрывки диалога, которого вполне хватило, чтобы начать действовать. — Эй, Старикан! Это ты мою подружку обидел? За такое отвечать надо, знаешь ли, — Знаковый голос лидера группы, Итана Муэр, простая кучка гопников, вернее бывших судимых по делам, как вандализм, воровство или избиение. Гопники проще говоря. — А у тебя подружка есть? Н-да. Должно быть и в правду несчастная девушка, что уцепилась за такого оторва, как ты, — голос мужчины был хриплый, что подтверждало тот факт, что мужчина довольно пожилого возраста. Банда Итана стояла в плотную к пенсионеру, словно стая диких волков, окружившие свою добычу. — Не трогайте его, — Лицо тройки сразу изменилась. Они никак не ожидали встретить знакомого копа в ночной период. Отпрянув от мужчины, давая возможность Тому встать перед пенсионером и закрыть его. — Слушай, может тебе сюда не встревать? Это чисто наше дело. Мы старому пню поможем вспомнить, как жить по понятиям и уйдем. -А не низко ли зарекаться на пенсионера? Да и как пожилой человек смог обидеть твою подружку? Не тот возраст знаешь ли? — Шайка начала подходить ближе, но следователь оставался стоять ровно, закрывая спиной пенсионера. Он знал его, поэтому готов был защищать с особой агрессией, ведь тот старый невзрачный пенсионер был никем иным, как самим Тайлером Смитом, несчастный пенсионер которого два раза осудили по роковой случайности. Он был ни в чем не виноват, просто никто не хотел доказывать его чистоту. Томас хоть и с завышенной самооценкой, но он имеет человечность. Он бы помог ему, но он познакомился с ним только когда мужчина освободился из-под стражи, а это был год поступления Тома на службу. В тот день он ездил с Эддом в колонию и лично отвезли несчастного домой, где его никто не ждал. — Он же сказал вам не лезть, — фонарный столб освещал знакомый силуэт. С той же знакомой и дурацкой ухмылкой. -Да не лезем мы к нему, — шайку испугало количество полицейских. Связаться с одним еще куда дело не шло, а с двумя и подавно. Ведь в обезьяннике сидеть пятнадцать суток не хотелось, а может еще и похуже что-нибудь пришьют.       Стоявший старик неожиданно упал на асфальт и скрючился, постанывая и шипя от сильной боли, по видимому в животе. Томас сорвался с места и схватив за воротник кожаной куртки Итана зарычал, заставляя его сделать маленький шажок к отступлению: — Ты что, урод, с ним сделал?! — Я его и пальцем не трогал! — грубо ответил главарь. Следователь оттолкнул его назад, понимая, что не до этого дело.Шайка моментально сорвалась с места и скрылась за кустами, в надежде избежать проблему. — Его нужно везти в больницу! — не унимаясь кричал черноглазый. Он был напуган, но в голосе читались ноты агрессии. — У меня в машине новые кожаные сидения! Не хочу, чтобы их измазал грязный старикан! — Торд сдвинул брови к переносице. Возможно он говорил это, только из-за злости на следователя, кто знает? Но сейчас он выглядел даже эгоистичнее Томаса. Риджуэлл быстрым шагом сократил расстояние между ними , почти в плотную прижимаясь к Торду, упираясь указательным пальцем в грудь стажера. Его серые глаза сохраняли ту же злость, но это лишь была очередная маска. Они серые... Следователь только сейчас заметил цвет его глаз, но отвлекся на них только на секунду. — Да, я тебя тебя сейчас сам измажу! — следователь прошипел это почти шепотом,ведь горло уже начало неприятно жечь от повышения голоса.  В данный момент Торд был для него обычным мусором, хулиганом на которого стоит надавить и он сдастся. — Не ори. — Стажер присел у корчащегося Тайлера и ловким движением взвалил его себе на плечи. Немного небрежно неся пострадавшего он мысленно жалел новые сидения, да, и машину в общем. Иногда он смотрел на Тома, чье лицо было задумчивым.

***

       Тайлер был доставлен в больницу, а Торд и Том спокойно сходили с крыльца белого многоэтажного здания.Шайка была и в правду не причем, ведь причиной сей ситуации была больная печень Смита.       Полицейские подошли к автомобилю. В планы обоих входило лишь поскорее попасть домой и выспаться. Забывшаяся тема, по причине которой они и попали в ночные приключения снова всплыла в голове Тома. Сегодня уже они не отправятся в парк, но нужно знать есть ли смысл ехать туда следующей ночью. — Есть какая-нибудь информация о наркомане? — Оба сели в салон, Торд устало завел машину. — Да, подростки сказали, что он уже три дня, как дурью не торгует. Возможно бросил. — Это успокаивало. Значит все не так уж и плохо. Смысла искать завтра нет, ведь особой информации о наркомане нет, даже его Ф.И.О.       Жаль только что на этом встреча Тайлера Смита и полицейских не закончится.

Продолжение следует…