Ленточка на запястье, поможет нам встретиться вновь.

      Вновь я со своей компанией-еды, так мы стали себя назвать, конечно, с нами Сашу в эту компанию не вписывали, но она постоянно за нами волочилась. Ладно бы если бы просто волочилась, но она хотела быть настоящим членом нашей команды, своё мнение, так ещё и её желание быть правой во всем. Она пыталась, но наши шутки о политике, вызывали в ней обиду, её реакция была столь забавна, что сдерживаться, было ещё смешнее, чем пошутить.       Мы идём по своим делам, спасибо, что нам показали хоть, где самые важные места на территории. Самое странное было это туалет, он был далеко. Очень далеко, для нас так точно. Нам сначало нужно перейти мост, после идти прямо до упора, пока не упрёмся в забор, который не закрывался, но как бы принят за территорией лагеря, ведь как я понял лагерь был проходной и вел на гору, единственная дорога до горы «собербаш» проходила через наш лагерь. Так вот туалет находился прямо перед забором, там не было фонарей, а самое странное было то, что рассказал нам Дима, мол женский туалет ближе к лесу, потому, что баб больше, и мы все посмеялись, а я вот задумался. И правда это смешно, что мужской туалет ближе к фонарям и вообще считай у кусочке цивилизации, а женский со стороны леса.       И за этими мыслями я закончил свои дела. А выходя, я получил такой родной запах. Любимы, про который я забыл. Только я признался себе, что забыл запах сигарет. Неужели я оставил зависимость? Подумал я, но тут же понял, что курят за туалетом. Махнул рукой когда меня позвали друзья, мол идите, я потом подойду. Решил заглянуть за туалет.       — Приветик, — сказал я парням из 10-того отряда, возможно будь это любой другой отряд я бы не был настолько приветлив.       — Можно стрельнуть у вас сигаретку? — спросил я, максимально дружелюбно, но то, что парни меня знали уже было мне в «+». Парень с которым мы говорили в автобусе, который был в лагере не в первый раз. Как же там их звать?       — О наш сожитель! — обрадовался пухлый, и дал мне сигарету, я закурил и не мог поверить, что смог продержаться, целый день без этой привычки. Удивительно я на день забыл даже о своем скрытом запасе.       — А что у тебя с нашим вожатишкой? Чего не поделили. Видел я как ты ему врезал, — сказал парень, что стоял рядом. И парни рассмеялись, наверняка со слова вожатишка.       — Да этот…– хотел было сказать я рыжий, но по какой-то причине передумал, — в панамке выбисил меня.       Парни посмеялись, ставлю под сомнения их интеллект, смеются со слов «панамка» или что-то подобное.       — Да борзый он! — сказал пухлый, — Он устроил нам допрос, лекцию прочитал нотацию мол «семья» все пироги, девчонкам такое нравиться? Что за нахуй! Да эта мразь считай стебал нас! Бля! — возразил он, видимо не понимая, что сейчас в своей голове и я стебал их, и в чем-то может я был солидарен с рыжим, ибо интеллекта ноль, как я понял ещё в автобусе. Затяжка за затяжкой, успокаивала меня.       — Да эта мразь, как ты сказал в понамке… аха-ха-ха, — засмеялись все в этой компании.       — Да он затравил нам мозг! Своими «семья»! Пошел он нахуй! — пухлого тут же поддержали, как я поняла, вожака. Я тоже посмеялся очень наигранно, скорее смех с их тупости. Среди тупых всегда есть авторитетный. Не понимаю как такие компании существуют, хотя в городе я сам состаю в чем-то похожем, только мои люди — мои. Моя компания немного обладает мозгами, хотя я надеюсь за эти 14 дней они окончательно все не пропьют. Я бы им позвонил спросил мол какие дела ребята, но сеть это нечто, конечно, кто-то рассказывал мне, что сеть ловит от плаца «п» дальше по дороге и поднимешься наверх по ступенькам, но по каким ступенькам понятия не имел, я понимаю, что пока, что нам провели экскурсию по самым важным для жизни местам, я хочу знать и другие, хотя когда Таня приходила во время наших посиделок с вопросом мол «кто хочет поговорить с родителями пошлите». Ах да же экскурсия для меня не была проведена, точно.       Естественно с матерью разговор я не хотел, раз отправила не ожидай, что я позвоню. Я не хотел ехать, оторвать меня от моей банды было ошибкой, приеду и не буду жить дома днями, даже. Мать может и волнуется, но хоть 14 дней отдохнёт от меня. Она постоянного переживает, что я попал в тюрьму или, что там ей обычно в голову попадает? Каждое лето она старается запихнуть меня в лагерь, помню в 8 классе все три месяца я не жил дома, мать тогда с ума сошла. Но тогда-то все и началось. Во время школы я учился и никуда отправить она меня не могла. Мои кореша в городе, моя банда, моя команда. Помню как однажды я вернулся после драки, весь в синяках так она закатила истерику, мол все в интернат, но тогда я дал отпор, сказала, что съеду, как только 18 будет. В 9-том классе мне удалось избежать участие в лагерной деятельности я избегал мать, но меня все равно отправили в этом году.       Странно почему я стал забывать о том, что хотел. Устраиваю войну, для развлечения. Как так вышло, что я так расслабился сегодня? Тоже думаю мол «семья» вся херня?       Подумать даже, мог бы подмять этих ребят, что передо мной, под себя, да пусть с моей проблемой по имени Данила разбираются. Мог просто манипулировать сказать мол «он рыжий, заснобите его» они бы с радостью.       Да это я умею. Эти мысли вертелись у меня в голове в каждой затяжкой словно в возвращался в свой город, вспоминал как мать ревела говорила, что последний год когда я могу поехать в лагерь, подстёгивала детские воспоминания и я решил, что не стану её расстраивать, но она перегибает палку. Так сильно, волнуется обо мне. Воспоминания? Детские? Весь день я чувствовал себя именно ребенком. Как странно, давно такого не было. Я думал пережил. Но самое страшное было вперёди. Обрыв. Уже в следующем году 11 класс. Хотя какой следующий год? Месяц! И школа, ЕГЭ и все. Пацаны с моего города все уедут или ещё, что уж не знаю, но мое обещание матери о том, что с 18-ти лет ты можешь не волноваться, я выполнять был обязан. А моя мечта? Задумавшись об этом, я понял, что такие мысли не к чему не придут, я стал прислушиваться к разговору от которого отстранился.       — Да он вообще мне никто! Предки отправили меня на хранение считай, а не рисовать, лепить, кричалчки кричать и всякая подобная детская хуйня! — продолжал мой товарищ по сигаретке, и мне подумалось, что наши истории схожи, если он, конечно, о себе. Как же скучно. Так истории похожи, но совсем не как я воспринимаю их. Для меня они небо и земля.       — Ребятки, спасибо за компанию, — сказал я как обычно говорил в своем родном городе, и удалился со знаком пис, как они мне в след говорили мол «уже входишь?». Как обычно сумел взять их своим возрастом. Откуда столько удивления у них вызвала моя персона?       Все равно через 14 дней я забуду нахрен всё, что тут было, как страшный кошмар. И пусть ребята за моим обеденным столом, хорошие ребята, но они слишком «хорошие» для меня.

***

      Я посмотрел на руку, и понял, что где-то снял свои часы, или я их и не надевал? Но скорее всего прошли те минуты что даны нам были. Я перешёл через мост, почти нигде не было людей, наверное, у всех была рефлексия или по деревенски «свечка». Время, когда все делились своими впечатлениями за день, если называть это просто.       Не хотелось мне, что бы каждый заметил, что несёт от меня сигаретам, потому по тихому проскользнул в свою комнату, взял портфель и пол пачки мятной жвачки, у меня было с собой пачек 10, думаю на первое время хватит.        Подумал я, и зашёл в самую большую комнату девочек, я открыл дверь и понял, что сидят два отряда. Пошёл ближе к своим, они сами не знали почему собираются в этой большой комнате. Всем было интересно.       — Почему сами вожатые не идут? — высказалась девчонка с дредами из автобуса, с явным презрением, все стали её поддерживать, после в комнате проявились парни с которыми я курил, вроде не несло, надеюсь у них хватило мозгов скрыть наличие сигарет от, пожалуй самого страшного для них, зверя — рыжика.       Мы о чем-то говорили с нашей компанией. Хотя скорее они говорили, я слушал, а спустя минут пять, в комнату зашли наши вожатые и сказали нам тихо выйти, так ещё и взять вещи потеплее, что бы не замёрзнуть. Все очень тихо стали выходить, нас повели к беседке, в которой мы сидели утром, что была чуть дальше нашего домика. Все расселись, теперь же все в этой беседке немного отличалось. Вожатые видимо немного переставили лавочки, так что все сидели в кругу. Вот в чем причина опоздания. Мы расселись, вожатые остались стоять, прямо возле мест на которые собирались сесть.       — Ребята, хотим, вам сообщить, что хотим провести общую рефлексию, хотим, что бы наши отряды были дружны, — начала говорить Таня, почти шепотом.       — Знаете, в нашем лагере есть множество легенд, они ходят и передаются из поколения в поколение, — щёлкая зажигалкой, говорила Таня, пока рыжий держал одну из свечек в руках.       — А есть страшные легенды?! — крикнула, не поверите кто, Саша. Все тут же цыцнули на неё.        Умеет же испортить атмосферу, громким возгласом. И если другие были ещё не знакомы с этой натурой шикнули и думали эта сработает, то мои товарищи по столу даже немного усмехнулись.       — Конечно, есть, а сможешь ли ты спать после того как узнаешь? — сделал «страшный» голос вожатый 10-тки, голос от которого мне хотелось смеяться.       — Да! — вновь крикнула она, никакие *шики* на неё не действуют!       — Давай расскажи им легенду о сатанистах?       — Ты уверена? — разыграли нам сценку вожатые, будто обсуждают что-то без посторонних ушей. Хотя вокруг них было порядка больше пятидесяти пар ушей и глаз в придачу.       — О может давай про Берендея?       — Да это жестка, — говорила Таня, все так же щёлкая зажигалкой.       Они переглянулись, кивнули друг другу и вместе с зажиганием свечи, что все это время держал рыжий, начали.       — Расскажем вам легенду 5-го домика. Дом в которым мы живём, — все так же шепотом, говорила Таня, с загадочными нотками в голосе, будто это была очередная ужасная история.       — Вы знали, что наш домик самый первый был построен? — задал вопрос парень в панаме, даже ночью в шапке. Точно комплекс.       Кто-то закивал, кто-то начал переговариться и шутить по поводу «не зря такой странный». Но взгляд наших вожатых на эти переговоры был строгий и молчание продолжилось.       — Так вот. Раз вы теперь знаете, то должны знать о том, что каждый год, среди всем смен, проводиться конкурс, который был придуман в далёкие времена. На самый дружный отряд. И наверное вы не знаете, хотя может кто-то не в первый раз, то знайте, мы единственная смена в которой в отряде по 12 человек. Получается 10 отрядов, остальные отряды в других сменах 24 человека. 5 отрядов. Вот и получается 5 домов на 5 отрядов. А самым важным является факт, что чаще всего самым дружным отрядом становиться тот, который живёт в 5 домике. Так давайте же станем дружны и, будем жить как большая семья, сегодня наша первая рефлексия. Глазом моргнуть не успеете, как уже будет последняя. Давайте не думать о том, что тут два отряда, а будем все вместе, не зависимо от отряда! — закончил свой монолог, вдохновленный, своими же словами, вожатый, что стоя, рядом с Таней казался ещё ниже, чем есть на самом деле. Пусть все и слушали, но я слышала смех, сразу после его слов, он был тихий, и я совершенно точно мог сказать чей он. Ведь парни никогда не упускали возможности пошутить. Возможно, как раз над тем, что заметил я.       — Так что будем проводить совместную рефлексию,— заключила Таня, выхватить из рук вожатого 10-того отряда свечку. И не понятно грустное выражение на его лице было детской игрой или манипуляцией? Вот это его манера за секунду из серьезного, казалось бы парня, становится ребенком. Ужасно бесила меня, думаю и многих парней, но девушек же привлекала такая *детская наивность*. Девчонки считали его милым, как увидели его моську мол «моя свечка. Забрали» хотя, во время монолога он стоял серьёзней некуда, и говорил вполне себе серьезные слова. И если девушки обсуждали между собой, насколько хотят дать ему свечу, что бы он не грустил. Парни же некоторые смеялись с девушек и кривились со словами мол «педик».       Я же был не в одном из этих лагерей. Было интересно, что он за человек. Не понятно, где из этих двух образов он. Тот который строит из себя ребенка или тот, который за сигареты может выломать руки? Было настолько интересно вывести его на чистую воду, настолько любопытно поиграть. Настолько любопытно, что кажется эти 14 дней будут интересные. Да даже 14 дней много, выведу его за день, два.       Я невольно заулыбался своим же мыслям. Пока Таня рассказывала суть рефлексии, в руках рыжик, держал и мял неплотную штуку, я сидел почти напротив, в полумраке, который освещала лишь свечка я не видел, что именно мял вожатый. Было очевидно одно это была игрушка антистресс, было слышно по характерным звукам шариков внутри.       — Интересно, что ещё он может своими ручонками делать, — услышал я, переговоры парней рядом с собой, и смех. Вот такие шутки о его манере выпускал пухлый с компанией.        Непонятный цвет этой игрушки. В полоску? Я сосредоточился на игрушке, совершено не слушая, что говорила Таня, даже шутки на фоне, мне не были слышны, лишь шуршание антистресса. Видел как руки сжимали, то разжимали игрушку, как легонько подбрасывали её не выше голове и переминали из руки в руку, это дико, ведь в тот момент, мне захотелось отобрать эту игрушку себе. Странное желание. Откуда такие? У меня никогда не было такой игрушки, да и не хотел никогда, а теперь в руках этого парня, эта вещь казалась мне самой невероятной, будто, она позарез нужна мне. Хочу. Может у меня стресс? Подумал я, и тут резко игрушка пропала из рук вожатого.       — Сегодня у нас появиться новая традиция, в других лагерях по кругу во время рефлексии, будто микрофон передают свечку, а мы будем передавать эту…– задумалась на секунду девушка в чьих руках была это полосатая штука, — «ляжаху», — заключила она, подбросив эту «лежаху», как она не назвала вверх и поймав её, решила.       — Сегодня я начну говорить. А дальше по часовой стрелке, — не громко сказал Таня, начиная рассказ о её дне, о том как он прошел, что ей понравилось, что нет. Рассказывать она начала ещё с того момента, как узнала что её взяли на эту смену. О том, как она волновалась, о том, какие мы все-таки попались, где-то хорошие, где-то не послушные. И если когда «ляжаха», в качестве микрофона, была в руках у очкарика все говорили одновременно с ним, то сейчас было понятно, что Таня имеет больше уважения среди присутствующих. После того как девушка закончила, она быстренько рассказала о трёх правилах. Во-первых говорит тот у кого игрушка в руках. Правило одного микрофона, во-вторых если мы поддерживаем или не согласны с человеком, то мы можем показать это жестом пальцем вверх или пальцем вниз, причем не большим, как это обычно делают, а мизинцем. И третье правило тишина. Тишина и поддержка говорящего не громкими аплодисментами, а лишь шуршанием. Никаких хлопков, лишь шуршание рука об руку, будто греем руки. И после она передала подушку слева от себя.       Я стал слушать о дне из уст других людей. Для кого-то он начался с выезда из дома, для кого-то пару дней назад, когда они собирались, некоторые рассказывали о том, что ожидали от лагеря, который казался страшным с начала. Некоторые девочки говорили о том, что удивлены тем, что будут жить в одной комнате 10 человек. Кто-то рассказывал как же «круто» было сегодня, когда наши вещи разрыли и забрали все дошираки. Кто-то шутил о том, какая «раба не вкусная», жаловались на то, что душ будет только завтра, хвалили наших вожатых за сценку, кто-то рад знакомству, играм, сценке. Высказывались по своим дням, вечерам. Очередь дошла до Сони, она рассказывала о том, что готова привести наш отряд к победе, но поскольку тут было пару отрядов, она ошиблась с ВМО. Время место обстоятельства были не подходящие, но все поняли, просто посмеялись. А когда очередь дошла до Саши, все начинали смеяться. Но эти смешки, как не странно прервали Юля с Аней пусть они и прикалывались больше всех, но от нападок защищали.       Саша же сразу стала говорить не в полушепоте, а в полный голос, начала свою историю, не с момента как приехала, а с того, какое у неё увлечения, в после решила поведать всем и о своем дне.       — Я очень волновалась ехать в этот лагерь, но знаете я нашла хороших друзей и пусть они не слишком поддерживают моё хобби, но я рада, что у меня есть друзья, ещё я очень люблю наших вожатых, вы мне сегодня очень помогли. Спасибо! — сказала девочка, хотя скорее почти прокричала, быстро выкинув голову вперёд, как будто поклон, и передала игрушку следующему. В один момент я подумал, а всё же, что такого плохого в её увлечении, а затем вспомнил как она обижалась на шутки, касающиеся жизни в России и я понял, что наверняка в силу возраста, она такой человек.       Аня с Юлей, во время своего рассказал много шутили, особенно Аня, все смеялись почти над каждой штукой, они немного даже поспорили в своей обычной манере, Юля прикинулась мелкой девочкой, а Аня её мамочкой. Пока Юля говорила о вкусной рыбе Аня о не вкусной, что всех бузумно позабавило.       И пусть половину из тех, кто рассказывает о своих переживаниях я не понимал, моя очередь подкралась нежданно негаданно. Мне всучили с силой игрушку, потому, что Антон, своим рассказом усыпил меня в мыслях. Одна его спорная фраза заставила думать меня, вот я не заметил как он закончил и уже говорил мне «возьми», я же был погружен в свои мысли и только после того как меня жёстко вдарили в плечо этой тупой игрушкой, я очнулся.       Это полосатый подголовник. ответил я на свой недавний вопрос, что за лежанка. Наконец-то в моих руках! Подумал я про себя начиная сжимать и пытаться повторить те же движения, что видел несколько минут назад, хотя может прошло уже несколько часов. Время не ощущается. Конечно, не подкидывал её. Но прикольно, хочу такую же. Хотя скорее хочу эту же. На двух кончиках подушки, которая была похожа на змею в развернутом состоянии, были кнопки розового цвета, полоски же чередовались оранжевые, розовые, зелёные, синие, голубые, белые, красные. За рассматриванием подушки, я задумался ещё сильнее, но говорить уже стал. Стал говорить максимально монотонно, о вещах что были сегодня, паралельно с этим, думая о подушке и только о том как она шумит в этой тишине. Тут что нет никакой логики, заметил я, когда цвета стали совершенно в разброс, никакой последовательности? А как заметил считается белый, синий, красный, вспомнил Сашу и посмеялся, а спустя пару секунд вспомнил, где я, а после моего осознания, оказывается я уже сказал базовые фразы, что рыба не вкусная, розеток нет. Все базовые вещи уже были произнесены, и я уже молчал.       — Побыстрее нельзя? — сказала девушка, которая сидела рядом с девушкой в дредах, как раз та, которая больше всех была похожа на ещё ту прошмандовку. Врядли ей интересен весь этот бред с «семьёй», хотя наверняка некоторые аспекты ей были интересны, но точно не такие вещи, как поддержка, уважение, что принято понимать под названием семьи. Это можно сказать по её наряду одета чертовки легко, чтобы каждый видел её прелести, дура. Холодно тебе вот и торопишь меня, ну я тебя услышал. Хочешь длинный рассказ о моей жизни. Всегда готов.       — Детка, я начну, как только посчитаю это нужным, а ты наверное замёрзла, оделась бы потеплее, все уже видели твои волшебные формы, — начал я все так же монотонно, вальяжно расположившись на лавке, подпирая одной рукой голову кинул девушке улыбку, максимально фальшивую, но не думаю, что такая как она поймет это. Гневный взгляд, после моей улыбки сменился на смущение, и больше она не смела на меня смотреть, а я все так же переминал подушку в руках. Таня тут же дала ей одеяло, может кто-то подумал, что мои слова это беспокойство о девушке, но на самом деле хотелось лишь закрыть ей рот, что бы не мешала мне. Рот ей мог закрыть я многими способами, но на этот срок пожалуй буду паинькой и не буду думать о том, что в городе эта шаболда мне бы не посмела и слова сказать. Единственное что я мог услышать, это её стоны.       — За тебя волнуюсь, милая, — сказал я больше ни разу не вглянув на девушку. Пусть мне было абсолютно плевать на нее. Вернулся из положения, когда руки мои стояли на коленях, в положение вытянув ноги, облокотившись на спинку лавки, я положил подушку себе на живот, я продолжал её мять и думать о том, через сколько рук она прошла. И чья же она. Внимание было на мне, все смотрели как я распластался и как вздохнув начинаю свой рассказ.       — Знаете день выдался сложный. Это место, без сети заставляет меня общаться с людьми. Но знаете я нашел себе великолепное приключение. Квест, который я собираюсь пройти, — в эту секунду я глянул в глаза тому, кто сидел напротив меня, рыжик, сквозь очки я вижу, что ты смотришь на меня, ты в курсе, что я в них отражаюсь? Отвёл взгляд, от меня ответ взгляд. Ты что сдался? Смешок и я решил оглядеть презрительным взглядом всех вокруг. В тот момент, даже Антон в моих глазах смотрелся маленьким мальчиком, казалось, что мы на разных уровнях, хотя я и стал считать его другом, но слишком он добренький для моего братка. Хах.       — Я встретил много хороших людей. Все дела. «Рыба не вкусная», «душ не супер», — повторил я свои многотонные фразы, которые говорили почти все, и я не задолго до этого. Подушка уже вместо с монотонными движениями двигалась из стороны в сторону, как я того хотел, вправо влево, перечисляя все банальности. Махал ей как хотел.       Я устал перечислять.       Остановился на пару секунд, держа подушку, за край, за место где была одна из розовых кнопок, она же шаталась из стороны в сторону, взглянул вверх, свечка немного подрагивала, даже в этот безветренный день, может это я поднял вихрь тем, что размахивал своей новой подружкой? Потом вновь глянул в эти четыре глаза, что сейчас неотрывно смотрели на подушку. А я решил, что пора начать и быстрым движением приблизил "лежаку", что за тупое название, к лицу, из-за чего взгляд в очках встретился с моим, который будто бы говорил о том, что моя квест игра именно вывести на чистую воду парня.       — Знаете моя квест-игра, только начался, но мне уже так весело! Хах. Ха-ха. Аха-ха, — засмеялся я во весь голос, впервые так, за последними несколько лет, ничего такого интересного в моей голове не появлялось, уже многие годы. Я самостоятельно решил вывести кого-то один на один. Если раньше я лишь мог сказать своим компаньонам *разберитесь* то сегодня я решил это сделать сам.       Слова о личной мести давно не посещали мою голову, ведь я мог сказать своим ребятам мол «Это перешло мне дорогу», и уже на следующий день я видел его валяющиеся в какой-нибудь грязной луже.       Со смехом отпускаю свою злость и задор.        Хочу разобраться своими собственными руками, давно я такого не делал, ставить цель и обязательно добиваться, со времён, когда я только стал пробиваться в моем городе на статус «в каждой бочке затычка». Я передал подушку резким движением Диме по часовой стрелке, на деле же я просто врезал подушкой со всей силы, для него совершенно неожиданно, видимо он совершенно офигел, а может испугался после моей речи? Мой товарищ не сразу понял, что я не ударил его, а передал подушку, он робко взял ее. Не волнуйся мой друг, в этом лагере ты в моей банде, в реальной жизни мы бы никогда с тобой не связались, но тут я пожалуй побуду с добрым, зато умным парнем, чем с той компанией где этот пухляш. А мой взгляд вновь перешёл на рыжего, но он лишь хитро взглянул на меня с усмешной. Никакой робости, никакого страха, так он и вправду не так прост. И пока Дима в гробовой тишине рассказывает свой день, Данил тут же теряет интерес ко мне и будто вновь включая дурака больше ни разу за всю рефлексию на меня не смотрит, я же не на секунду взгляд не отрываю. Хитрец. Я все о тебе узнаю.       Эти 14 дней, будут невероятны. Все так же, молча глядя в потолок со своей кровати в комнате. И меня пробивало на смех. День был странный.