Ленточка на запястье, поможет нам встретиться вновь.

      Лёжа на не заправленной кровати, глядя в потолок, вспоминал я эту рефлексию. Свои слова мне казалось слишком весёлыми, поэтому они пробивали на улыбку, но слова человека, что сидел напротив, безумно интересовали. Что скажет? И услышав его рассказ, хотелось думать только о нём.       Слова вожатишки о его дне интересовали меня. Возможно как и многих. ***       Часом ранее.       После того как Кирилл выговорил свой день, многие стали говорить быстрее и тише, старались не смотреть на него, кто сбил весь ход событий в этом кругу передачи подушки. В какой-то момент Кирилл стал вздыхать. Видимо ему это наскучило. Даже его друзья сидели в некотором замешательстве. Хотя какая могла быть дружба за часов 12? Но с этим стоило что-то сделать. И лучшим методом разбавить обстановку было бы побыстрее это закончить. Может именно поэтому, каждый последующий говорил все меньше и меньше. И когда очередь вновь настигла Данила он стал мять подушку без слов. В тишине это все не происходило, парни компании *хулиганов* комментировали тишину совершенно не смешными наблюдениями. Все сидели смотрели, а со стороны «одного микрофона» была тишина, а сам Данил, который все это время игнорировал любой взгляд направленный на его персону, да и не только взгляды. Сам глянул на всех по очереди. Не задержав свои темно зелёные глаза не на ком, он стал говорить.       — Для меня этот день начался далеко не сегодня. Когда-то давно я и сам бывал здесь. Я приезжал сюда. Так же как и вы сидел на месте участников, и с удовольствием бы посидел ещё немного, послушайте меня, — парень смотрел на «ляжанку» в своих руках, говорил он с лёгкой улыбкой. Было слышно характерный звук леса. Сверчки, ветер, ветки, будто кто-то бегает. Все после его чуть громче, чем все остальное *послушайте* не сумели перебивать его, а те кто пытался получал злобный взгляд девушек из его фанклуба.       — Вы возможно сейчас задаётесь вопросами по типу «что я тут делаю?» «Зачем я приехал?» «Зачем все это?» — складывалось ощущение что парень сам себе задавал эти вопросы. А возможно так оно и было. Он вновь поднял взгляд посмотрел на всех, кто его окружал. Каждому заглядывая в глаза. Поза его была спокойна. Все слушали. Это словно гипноз. Это называют харизмой? Может быть.       — Знаете, –обратился парень глубоко вздохнув и расслабившись, — вы не понимаете для чего вы здесь, не можете сообразить с кем, и зачем. Ни сегодня, не завтра, может быть и через месяц вы не поймёте все до конца. Может через год, а может через два придет осознание, а может и не придёт, так быстро. А может когда-нибудь ещё. Может не в этой ситуации, может в какой-то другой, но вы обязательно поймёте. Вы поймёте, что вам принес этот момент. Время даёт ответы нам на все вопросы. Вы поймёте суть этого момента. Обязательно. Так что живите, проживаете сегодня, что бы потом понять для чего все это нужно было.       Парень закончил и задрал голову вверх, а вверху так и была крыша. И даже если бы сильно Данил хотел посмотреть на небо из-за веток, он бы не смог этого сделать. Но так много людей вокруг сделала этот же жест. Казалось каждый из 27 человек что были друг от друга в пару шагов последовал примеру задрал голову. Может не так сильно, может лишь взгляд, но так хотелось понять куда же так отчаянно с такой печалью смотрит парень. Никто этого не поймет кроме него самого.       Но опустив голову так же резко как и задрав он стал весело говорить о том, что его день был настолько весёлый, что каждый сидящий в этом кругу позавидует ему. ***       Перемены в характере вожатого была столь резкие, что казалось это два разных человека, которые борются за место под солнцем. Кто из этих двоих настоящий?       — Кто там? — выдал негромкое Антон, что совершенно выбило из мыслей, которые совершенно недавно вновь и вновь прокручивались события этого казалось бы бесконечного дня. Антон будто спрашивал не у тех кто снаружи, а у тех кто внутри. Неужели и его напугали байки Димы? Да байки про четвёртую лишнюю кровать в нашей комнате, это жутковато.       Прислушавшись я услышал стук. Не громкий, но определенно настырный. Уж точно не случайная ветка об дверь бьётся. Замков в комнатах естественно не было, даже при желании мы бы никогда не могли закрыться. Парни все это время что-то раскладывали или готовились ко сну. Видимо в моей комнате будет минимальное количество приключений, живу я с слишком милыми ребятами. Моя кровать стояла у окна поэтому мой взгляд устремился за силуэты за окном. Свет во всем лагере сейчас гореть не у кого не мог. Нельзя было включать его после отбоя. Готовились спать как хотите. А два силуэта все же виднелись.       — Заходите, — открыл дверь Дима, что был ближе всего к двери.       В комнату вбежали две разодетые в теплые вещи девушки. Быстро вбежали и закрыли за собой двери девушки. С громким *фух* он был громче всех слов что были сказаны за эти пару минут.       — Что пришли? — спросил Антон, так же не вставая со своей кровати, конечно до меня ему было далеко, я ведь вообще развалился. Аня двумя громкими щелчками включила яркий фонарик и направила прямо в Антона, а он сразу начал *ты что светишь? * *Почему на меня? * Казалось Ане больше всего нравилось дразнить именно Антона. Может из-за их общих тем с Юлей? Смешная.       Юля шурша карманами, подбежала ко мне, хотя тут и бежать один шаг, но сделала она это очень быстро, протянула мне кулак с чем-то внутри. Она улыбнулась закрывая глаза, что увидел я благодаря фонарю, который в этот момент забрал Антон и стал светить во все стороны, будто дискотека. Он вырвал фонарь из рук Ани и играл с ней в что-то подобие *собачки*. Дима же стал смеяться.       — Держи, — сказала Юля, ожидая моей вытянутой руки, я поднялся из положения лёжа и протянул руку девушке она же сразу же отпустила из своей руки яркую обёртку. И после вновь улыбнувшись, подошла отвлекая Диму от смеха.       — Э… Спасибо, — произнес парень спустя секунду. А я даже этого сделать не успел, но казалось девушке совершенно не важен ответ. Последний кто остался без этого внимания, дразнил Аню, все сильнее. И подойдя со спины Юля ударила парню по задней части колена своим коленом, что у него подогнулись ноги и Аня выхватила фонарик. Так громко, что я увидел, что-то снаружи.       — Тшш, — громко цыкнул я. Меня тут же послушались и плюхнулись на кровати ребята. Аня с Юлей и Антоном прямо на одну, что она нещадно заскрипела, после послышался «щелк, щелк» и в комнате снова темно.       Сердце стучит. И слышу бубубу. Что там снова Аня с Антоном не поделили даже в такой момент.       Тук. Тук. Тук.       Слышу тихое Димы «нет никого» и смешок с дорогой стороны комнаты.       Я решаю сделать рисковый шаг. И глянуть в окно, слышу как Юля говорит мне шепотом «дурак, оно сожрёт».       Выглянув в окно, я закатил глаза, и встав с кровати, распахнул дверь настежь и втащил девчушку снаружи в комнату и закрыл дверь.       — Саня, ты чё тут делаешь? — быстро возмутилась Аня, и вновь щёлкнула фонариком начала светить прямо в неё. Юля с Антоном стали тихонько смеяться. А Дима стал, поворачивать Сашу в другую сторону от окна в которое светила Аня. Света быть не должно.       — Зачем пришла я тебя спросила?! – стала говорить почти в полный голос светловолосая девушка, на худую девчонку, что всячески защищается от яркого фонарика.       – Тшш, — производят все в один голос Ане, и это так веселит, что на секунду Саша выискивает момент и вытягивает вперёд прямо Ане коробку печенья орео. Я вижу подкуп.       — Иш какая, взятка, понятно, — смирилась Аня, опустила фонарик и подойдя ко мне, взглядом и движением руки показывает чтобы я подвинулся. И села рядом со мной на кровать. Аня сложила руки на груди и спокойно расселись на моей кровати.       — Да ладно тебе Ань, она же не с пустыми руками, сказал Дима и забрал у Саши пачку печенья открыл её, взял одну отдал девчонке пачку назад и вернулся на свое законное место.       — Я тоже хочу, — сказала Юля, обиженным голосом.       — О и я, и я, — подхватил Антон, и Саша тут же подошла к ним и дала печенье. И что бы там не думала Аня, а посветила в сторону девушки, что бы она не споткнулась не обо что.       — Кажется я тебе говорила спать, — сказала Аня, предварительно вздохнув.       — Что хочу то и делаю. Я в России, тут не запрещено, — от Саши только такое и ожидай. А я в дрожжи от этой её шутки, если учесть что для неё это не шутка. Ещё смешнее. И Саша нахмурив лицо очень резко прыгнула на мою! кровать. Что за?       — Дада. Правильно говоришь. Не запрещено. Конечно, — решила воздержаться от очередного упрека Аня.       — Так что вы пришли? Уж точно не еды нам принести, — решил поинтересоваться я, хотя на самом деле хотелось сказать «какого черта моя кровать?». Тут есть нечейная!       — Так вы что тут спать собрались? — слышу я возмущенный голос Юли. Видимо она как и я, не видит особого смысла спать в лагере.       — Да даже если так, вы что к нам пришли спать? — произнёс лениво Дима, так удобно расположившись на своей кровати. Хочу так же!       — Да уж конечно, надо нам это больно, — фыркнув сказала Аня, видимо за достойных себе она нас считать не могла.       — А в комнате с двенадцатью девушками вам тусовки устроить не захотелось? — резонный вопрос от Антона, который вертелся на языке и у меня.       — Да щас, все эти бабы, что у нас в комнате делятся на три компании. Первая что хочет спать, вторая, что хочет трахнуться, — произносила Аня, опять намного громче чем стоило бы.       — У нас нет никаких баб! Это девушки! — снова портит атмосферу Саша.       — Бабы они и в Африке бабы, — будто сверчки пробегали между этими двумя девчонками, как Аня вообще велась на это. И они обе. Обе вели себе намного громче чем следовало. Поэтому уже спустя секунду я услышал. «Тшш»       Волшебный «тшш» усмирил их на время.       — Так получается что вы второй тип? — спросил Антон, уже успел положить руку на плечо Юли, когда только успел? Шутки 18+ вошли в чат несовершеннолетних. Дима усмехнулся, а я вновь подумал, что вокруг меня сидят одни девственники. Хотя почему вновь, все по ним видно.       Аня нахмурилась и посветила на кровать Антона, прямо на него. И он быстро стал закрываться руками.       — Ну хватит, пошутил я пошутил!       Тшш.       — Давайте говорить, — сказала Юля. Забирая подушку Антона под спину, а свою с которой пришла подминая под бок. Вот так Антон в твоей жизни все изменят. Подумалось мне.       — Что за концерт такой был? — обратилась ко мне самая смелая девушка в этом помещении. Так вот как она называет мою выходку.       — Обычное поведение. Идеальное название моему дню. «Концерт» разве вся жизнь не игра, а мы не актеры? — сел я поудобнее облокотился на свою подушку, которую забрать не смел никто.       — Ну чё классный концерт ты устроил, правда совсем не понятный, кому ты там войнк объявляешь? — спросил Дима с усмешкой.       — Да мало ли кому, — ответил я, мог конечно ответить «да этому вожатикух». Но не захотелось все это объяснять, как никак, а я темная лошадка в этой компании.       — Я уж точно знаю кому, — ответил Антон с задумчивым взглядом, — кстати у меня большой интерес откуда вы?       Не знаю уж специально перевел тему Антон или нет, но он избавил меня от множества волокиты с объяснениями.       Мы стали рассказывать о своих родных городах. Оказалось сам Антон из северной столицы, что оказалось самым далёким жестом по карте, среди всех присутствующих. Дима из столицы. Что многих удивило, в том числе и меня. Я сказал, что из недалёкой станицы, недалеко от этого самого места. Что удивило ещё больше, чем столица. Аня с Юлей жили в одном городе, учились в одной школе, жили на одной улице в городе на Волге. А у Саши спросили в последнюю очередь и может быть вообще бы не спрашивала если бы она сама не начала. Сразу как ответила Аня, она стала красноречиво рассказывать о столице черноморского края, в котором мы находились. Большой город, который она, как было понятно безумно любит. Вот она любовь до гроба. Какая там вторая половинка. Сашу уже заводили города. Города её прекрасной страны. И даже не знаешь как на это реагировать.       Такие простые разговоры о погоде, о школе. Не обошлись без темы экзаменов. Так мы узнали, что Юля мечтает поступить на архитектуру, а Аня на аниматора, что было не удивительно, как мы поняли она умела рисовать. По многочисленным её собственным рисункам на всех её видах одежды. Дима хотел стать врачом. Так же как и его родители. Хотя не прочь он стать профессиональным кибер-споптсменом. Антон же программист от пяток до мозгов, никак не наоборот. Но увидев этих парней впервые я бы подумал, что цели на жизнь у них совершенно другие. По крайней мере противоположные друг другу. Казалось общительный Антон больше походит на врача, чем вечно залипающий в телефоне, казалось программист. А тут возник вопрос в многих, «а наша Саша пойдет в политики?» Вот тут и начался разбор полетов, что это очень ответственно. И каждый уважающий себя патриот должен знать законы страны в которой живёт, и должен знать географию, и иностранные языки, и родной язык в совершенстве, и экономику, и то и сё. Так много должен, что и не хочется ничего делать вовсе. Я же подумал, что моя жизнь настолько неопределенная, что и учиться делания нет никакого. Да и поступил я в 11 совсем не для того, что бы продолжить учиться дальше. Не для специальности далеко. Не хотелось мне уезжать. Хотелось остаться. А где ты продолжишь учебу в маленьком городе? Мать же стала очень тревожной и щепетильной год назад. Что сил на то, что бы уговаривать меня поступить в колледж. В большом городе. Получить специальность. Много заработать. Она предпочла находиться в своих заботах. Которые так или иначе, конечно же касались меня. Она даже на лето не могла никуда меня сплавить. И были на это не одна лишь причина в экзаменах, но и причина в тяжёлом её состоянии. Она стала после прошлого лета, все чаще и чаще задуматься по поводу будущего. Будущего без её самого родного человека.       Кто же была для мамы прабабушка? Конечно же матерью.       Жаль, что ее больше нет, а для меня были ли это ударом? Скорее да, чем нет. Ведь с тех пор смотря на последнее присланное бабушкой, как я всегда её назвал, на меня находила тоска. И неизбежность. Она была хорошим человеком, не капли, ни разу не «ненормальной» самой обычной. Моей бабушкой. Хотя была она....Удивительной. Видимо такой же ненормальной. Кто бы знал. Кто бы знал.       Лишь её фотография светлого курорта тем июньским днём, напоминает мне о том, каким важным она человеком мне была. Каким важным человеком она была маме. И какой же неожиданной может быть смерть.