Хогвартские знамения

Кроули вяло ковырялся в еде: его мысли были далеко от крылышек дириколя и соцветий цветной капусты, которые лежали у него на тарелке. Весь его разум лихорадила паника: «Кто-то проник в Хогвартс?» — была первая его мысль, — «Тот самый Риддл?» Вилка нанизывала очередной кусочек крыла. «Но тогда его поймал бы директор: защитные чары тут же сообщили бы ему о нарушителе» Нож нарезал тонкие пластинки из белых цветов. «Значит, преподаватель или ученик» Ложка тонко звякнула о блюдце — и отразилась эхом в его голове. «Наверняка безумный» — Кроули скривился, вспомнив запах змеиных потрохов, — «Высокомерный, раз показал ключ, которым и открыл Тайную библиотеку» Перед глазами встала кровавая надпись: «Я вижу тебя». «И этот кто-то явно имеет счёты ко мне» — … Барти! — позвали его в очередной раз. Кроули с неохотой оторвался от размышлений и одарил своего соседа разражённым взглядом. — Где ты витаешь? — строго уточнил Регулус, — Может, поделишься своими мыслями, о, Мудрейший? — насмешливо предложил Блэк. — Элдайр на тебя плохо влияет, — с улыбкой заметил Кроули, — Твоему братику стоит начать волноваться? — и тут же получил пинок по ноге. — Она — твоя знакомая, если ты не забыл, — процедил Блэк, в одно мгновение превратившись в злобную гадюку — как и всегда, если речь касалась его обожаемого братца, — Может, это твоему барсучку нужно беспокоиться? Улыбка на губах тут же померкла. (Глаза налились хищным золотом.) В ту же секунду Блэк осознал свою ошибку и отступил: — Почему иногда ты выглядишь… так? — тихо спросил Регулус (пусть они и находились под чарами тишины). — Как? — спросил холодный голос. Блэк неуверенно повёл плечами: — Будто это не ты. *** Кроули с недовольством глядел на подсевшую к нему девчонку. — Тебе не надоело меня преследовать? — ядовито спросил он, облокотившись на ствол древа Познания. — Пока что нет, — тем же язвительным тоном ответила Пандора, устраиваясь на траве, — Но как только надоест — я тебя извещу. — Правда? — Кроули хмыкнул, — И как же? — Ножом в живот, — сказала Элдайр и обворожительно улыбнулась. Он мягко рассмеялся: — Я думал, мы друзья, — почти обиженно протянул Кроули. — Лги кому-нибудь другому, Крауч, — процедила Пандора, — Все мы знаем, что у тебя нет друзей. Внутри больно кольнуло. — Вот как? Глаза напротив блеснули расплавленной сталью. — Да, — отчеканила она, — Ты даже себе не друг. Кроули мотнул шеей: позвонки громко хрустнули. — Не говори о том, чего не знаешь, — шепнул он ей прямо в лицо. Пандора, казалось, взбесилась ещё больше: — Это ты ничего не знаешь! — почти прокричала она, — И не смей использовать на мне это. Кроули удивлённо вскинул брови. — Что «это»? — а затем мозг прошила догадка, — Ты тоже?.. И хрипло засмеялся, откинувшись на дерево. Элдайр недоумённо моргнула. А через мгновение уже покраснела всем телом. — ЭТО НЕПРАВДА, ИДИОТ! — на этот раз она почти визжала, тыкаясь своими маленькими кулачками в его спину — он продолжал истерично хохотать, — Да не нравишься ты мне, ловелас чёртов! Кроули это и так знал: просто не преминул возможностью смутить эту наглую девчонку. — Так и что ты имела в виду? — спросил он, отсмеявшись. Пандора раздражённо цокнула языком, мол, «какой же ты идиот» или «почему я вообще с тобой общаюсь». — Дело в твоих глазах, — наконец ответила она. — Настолько прекрасны, что сводят с ума? — подсказал Кроули с улыбкой. — Ещё одно слово, и будешь разбираться со своей связью сам, — предупреждающе зашипела Элдайр. И в этот момент Кроули вспомнил. Как Пандора подняла руку и дёрнула что-то в воздухе. А затем в мозгу вспыхнула ниточка связи. — Что ты знаешь об этом? — уже серьезнее сказал Кроули, наморщив лоб: сколько ещё подобных деталей он уже упустил? — Так тебе всё-таки интересно? — невинно спросила Пандора и театрально округлила глаза. — Не ёрничай, — поморщился он, — Знаю же, что тебя распирает от желания поделиться. Элдайр недовольно цыкнула: это была общеизвестная слабость райвенкловцев — стоит им что-то узнать, как тайна рвётся слететь с языка. — Твои метаморфозы происходят быстрее, чем должно, — серьёзно сказала она и стрельнула глазами в сторону яблони. «Из-за плодов древа?» — Кроули удивлённо вскинул брови, — «Разве они имеют отношение к Тьме?» — Обычно на это требуется пять-десять лет, — продолжила Пандора, — А твои глаза уже начинают меняться. Кроули хмыкнул: — Как у оборотня? — Как у монстра, — шепнула она и отвернулась. — Магическое тело становится больше — больше, чем у обычного мага. Начинают меняться рецепторы: магия приобретает вкус, цвет и запах. Он недоумённо моргнул. — Подожди, — прервал Кроули, — Хочешь сказать, что ты съела яблоко больше пяти лет назад? «Ты ведь только на втором курсе» Пандора недовольно поморщилась: он легко подловил её. — Нет, — она резко качнула головой, — Это было на первом курсе. Но я усилила себя, — Пандора поджала губы, — И тебе точно не подойдёт такой способ. Кроули сухо усмехнулся: — Я тоже, знаешь ли, люблю тайны, — он посмотрел в небо: серое, как и всё вокруг, — Когда я сидел под Распределяющей шляпой, то думал, что отправлюсь в Райвенкло. Кроули прикрыл глаза, вспоминая: как отец отчитывает его за «разграбление» семейной библиотеки — ведь там такие сложные книги, они совсем не для детей! И то, как мать с улыбкой рассказывала ему о магловских устройствах, учила всей этой биологии и физике: только чтобы утолить его любопытство. Когда-то он был таким. Смешок невольно вылетел изо рта. До того, как случилось это. — Тебе не понравятся мои слова, — прошептала Элдайр, вырывая из воспоминаний. — Как будто тебя заботит моё мнение, — усмехнулся Кроули и внимательно рассмотрел девочку перед собой. Очевидно, он был ей симпатичен. Как собеседник, но друг ли? Мотивы этой маленькой Леди были ему не понятны: неужели ей настолько претит одиночество, что она готова терпеть его — язвительного, готового в любой момент нажать на больное место, оскорбить и, к тому же, почти сумасшедшего? «Да и почему, собственно, я?» — подумал Кроули, — «Почему не кто-то более… удобный?» — Я… — Пандора нерешительно затихла: слова ей давались с трудом, — Уже знала о яблоне, когда прибыла в Хогвартс, — и тут же пресекла его, — И не спрашивай меня о том, кто мне рассказал об этом, — она невольно сглотнула. «Этот человек явно ей не друг» — он внимательно проследил за её реакцией. — И что было дальше? — нетерпеливо спросил Кроули, приближаясь к ней — почти касаясь её плеча своим. — Дальше… — она опустила глаза, — Я разделила этот плод с другим человеком. «Так же как я» — ошеломленно подумал он. — Ты, наверное, уже знаешь, что у связанных одно магическое тело, — сбивчиво продолжила Пандора, — Точнее, два — но соединённых, как у сиамских близнецов, — она закусила щёку изнутри, — И эта связь, как качели. Магия течёт от одного разума к другому. «Поэтому Азирафель тогда выжил» — о событиях второго курса Кроули уже догадывался. — И… если знать, как тянуть эту магию — намеренно. То… — Пандора на секунду вскинула глаза: уголки их были влажными, — Можно выпить своего связанного и заполучить его силу. (Он резко втянул в себя воздух.) — Что… (Но мысли никак не складывались в слова.) «Она ведь не могла…» — царапнула смутная догадка. (Оказывается, он и впрямь начал симпатизировать этой девчонке.) — Да! — крикнула Элдайр, поднимаясь на ноги: по её щекам текли злые слёзы, — Это я убила её! * *** — Ты в порядке? — его мягко тронули за плечо. — Да, — сказал Кроули, выныривая из мыслей. — А ты? Лили с улыбкой покачала головой: — Не переводи стрелки! Я же вижу — тебя что-то беспокоит. «Да неужели?» — язвительно протянул внутренний голос, — «Просто за нами следит какой-то маньяк, а также девчонка, которую мы уже начали считать другом, оказалась убийцей. Всего лишь то» Но Кроули быстро заткнул этот голос. — Просто… узнал кое-что неприятное о своём друге, — сказал он, слабо улыбаясь. Лили, шедшая рядом с ним по краю Чёрного озера, тревожно заглянула ему в глаза. — Ты не хочешь говорить об этом, — утвердительно произнесла она. «Эта девочка хорош-шо тебя понимает» — проскрежетали чьи-то мысли, — «Ну разве она не прекрас-сна?» Кроули на секунду сбился с шага. «Заткнись!» — прошипел он, но Тьма уже исчезла, оставив только горький привкус во рту. — Ты права, — Кроули посмотрел в изумрудные глаза, — Я не хочу об этом говорить. «Метаморфоза глаз, да?» — промелькнула догадка и тут же исчезла: есть проблемы и поважней этой. — Лучше расскажи что-нибудь, — предложил он — было что-то успокаивающее, почти привычное в её болтовне. Лили задумчиво прикусила губу. — Ты ходишь на Прорицания? — Кроули покачал головой, — Тогда ты точно незнаком с мадам Трэйси, — поморщилась девочка. — Настолько плоха? — со смешком спросил он. Лили засмеялась: — Говорили, что бывали и хуже, — улыбнулась она, — По крайней мере, мадам Трэйси не пытается принести нас в жертву, как это было с профессором Барни. «Преподавательский состав Хогвартса оставляет желать лучшего» — вспомнил Кроули слова отца — и, в общем-то, был с ним полностью согласен. — Сегодня мы гадали на чайной гуще, — Лили нахмурилась, — И мадам Трэйси сказала, что я умру. Он недоумённо вздёрнул бровь: — Все люди умирают. Рано или поздно, — и пожал плечами: его никогда не трогали мысли о смерти. Лили покачала головой: — Нет, ты не понял, — она резко вздохнула, — Выходило так, что я умру от руки врага. И что это случится довольно скоро. Кроули почувствовал, как девочка вздрогнула — её действительно взволновали эти слова. «Ты не должен этого делать» — сказал ему мозг, но он его проигнорировал. И осторожно взял чужую — мягкую и такую маленькую — руку в свою. «Дьявол» — подумал Кроули, но отступать было уже поздно. Лили удивлённо моргнула, но спустя секунду уже расцвела в улыбке. Послышался слабый запах весны — цветов и молодой зелени. — Я не особо верю в гадания, но… — она замялась, — Хотелось бы встретить этого врага с поднятой палочкой, — жёстко произнесла Лили, поджав губы. «Не сомневаюсь» — с усмешкой подумал Кроули, глядя на эту маленькую воительницу. — И ещё… — Лили чуть порозовела щеками, — Спасибо за помощь э-эм с Северусом. Он покачал головой: — Не стоит, — слабая улыбка, — Ты бы и без меня прекрасно справилась. Лили буквально засветилась: видимо, хвалили её нечасто. И Кроули не врал — он видел уровень её силы и знал, что гриффиндорка вполне смогла бы уложить троих идиотов. — Спасибо, — она неуверенно моргнула, будто решалась на что-то. «О, нет» — сказал его разум, и он уже приготовился уклоняться. Однако Лили не потянулась к его губам. Лишь на мгновение коснулась губами щеки. *** — Привет, — раздалось откуда-то сбоку. Кроули все ещё пребывал в прострации, стоя на берегу Чёрного озера: Лили только что ушла на занятия. — Привет, — хрипло выдавил он, чувствуя, как внутри всё стягивается от жара. Конечно, это был Азирафель. (По крайней мере, Кроули так думал.) — О чём задумался? — лениво спросил ангел, перекатываясь с пятки на носок — они стояли довольно близко: ближе, чем было положено. — Я… — мысли путались: в самом деле, а о чём он только что думал? — Всё ещё беспокоишься о своём поклоннике? — подсказал Азирафель, глядя вдаль. — Поклоннике? — недоумённо уточнил Кроули. — Тот, что оставил тебе послание, — хмыкнул ангел, — И целую гору подарков. Кроули натянуто улыбнулся — мышцы лица его с трудом слушались, словно он только что вколол себе транквилизатор. (Кожа горела, будто от жара.) Или наркотик. — Ты о… змеях? — и не будь его разум так помутнён, Кроули бы уже понял — что Азирафель никогда не назвал бы кучку змеиных потрохов «подарками». Однако сейчас его мозг был занят совершенно другими вещами. — Да, — губы ангела растянула чарующая улыбка, — Этот человек явно хотел привлечь твоё внимание, — и задумчиво склонил голову набок. — Моё внимание? — заторможенно повторил Кроули, стараясь не смотреть, не смотреть на такую притягательную белую кожу. «Блядство» — Очевидно, он хочет, чтобы ты его заметил, — Азирафель резко повернулся к нему, — Хотя вижу, что тебя куда больше занимают юные леди. А затем он потянулся к нему. Кроули застыл каменным изваянием — чтобы не дёрнуться вперёд, не напасть, смять, опрокинуть на землю. В нескольких дюймах от его лица ангел остановился. Любопытно склонил голову. — Как интересно, — ядовито-сладко обронил Азирафель и провёл пальцем по его щеке. И на секунду коснулся его губ. (На лбу выступила испарина.) — Вишня? — с улыбкой спросил ангел, глядя на свои пальцы, измазанные девчачьим блеском. «Лили» — раздражённо подумал Кроули. — Да, — хрипло выдавил он и не заметил, как Азирафель предвкушающе оскалился. *** Кроули протяжно зевнул: этот день измотал все его нервы. Он уже мечтал добраться до кровати и завалиться спать на ближайшие лет сто — и плевать, что завтра снова рано вставать. Кроули вошёл в свою комнату — Соболя ещё не было. «Следует что-то сделать с этими…» — мысленно проворчал он, — «Как их Лили обозвала? Мародёры?» — мягко усмехнулся, — «Что за идиотское название?» Возможно, это даже немного поможет Регулусу — который почему-то дулся на него и всячески избегал («Ну что за глупый ребёнок?»). Он посмотрел на постель — и тут же запнулся. На кровати лежала небольшая коробочка, обтянутая алой парчой*. Кроули выхватил палочку и проверил её на чары — но ничего, кроме защитных (чтобы взять её мог лишь адресат), на ней не было. «Чья-то шутка?» — подумал он, разглядывая коробочку — словно созданную для ювелирных украшений, подаренных даме сердца. Посомневавшись, Кроули всё же поддался любопытству и открыл её. (Сердце ухнуло куда-то вниз.) — Что… Из коробки на него смотрели два человеческих глаза с насыщенно-зелёными, почти изумрудными радужками. Такие были только у одного человека. (Страх прошил позвоночник.) Кроули сжал палочку и вылетел из комнаты. А на полу осталась лежать нечаянно обронённая записка из тонкого пергамента с ярко-алыми чернилами на ней: «Смотри на меня»