Где растет физалис

всё это чепуха, сорный репей и грязь, в чане кипит уха, если попался язь. ты, дуралей, не спи – лес не урвет своё: он же тебя как шпик попросту изжуёт; косточек вскроет шов, будет метаться пыль: и не узнают, что зде́сь кто-то ночью был. в суме найдешь кинжал, соль и на дне – крупу, как оберег – скрижаль, ими начертишь круг, возле костра – туман, бьется над жаром нимб, в чане кипит уха; это пришли они. слышится рев и скрип, будто могильный вой: это из древних крипт души идут домой, каждый из них – мясник, каждый – столетье мертв, капает из глазниц черный древесный мед, что не смогло истлеть, ребра в себе несут; как хорошо в тепле, а не вот тут – в лесу. тих может быть погост, но не дубы и вяз: здесь ты – несчастный гость – в прелой листве увяз; дома – жена и сын видят девятый сон; уголь почти остыл, ветер развеял соль. – всё это чепуха, сорный репей и грязь, а не полночный храп и не зубастый лязг; нету могильных ям, нет ничего вокруг; этому лесу я просто случайный друг; разве улыбка зла смотрит со всех сторон? это шальная лань смотрит сквозь очерк крон. просто поспать бы мне, думая об одном. день был белёс, как мел, вечер пришел за днем; чуя, что ночь грядет; громко трезвонил лунь. путник, смотря вперед, видел одну лишь тьму.