Семейка Дерпи
22 августа 2020 г., 20:26
Иногда случается так, что мы просто не можем принять близких нам людей такими, какие они есть. И зачастую, из-за этого могут случаться конфликты, малые и большие. И это не обошло нашу милую пегаску по имени Дерпи, или же Дитзи Ду, что было дано ей с рождения. И вот однажды произошла синей такая история.
Этот денек в Понивилле был ничем не примечательным. Все как всегда: птички поют, трава на лугу блестит от солнца, а дружелюбные жители Понивилля шли на работу, радостно приветствуя друг друга. На работу пошла и Дерпи, которая должна была разнести очередную кучу писем. К счастью, их было не очень много, поэтому Дерпи решила проведать подруг сразу после работы.
И вот, когда последнее письмо оказалось в почтовом ящике, пегаска вернулась в почтовое отделение, чтобы сложить униформу. К ней подошел Триппл Вуд.
— Ого, Дерпи, что-то ты быстро сегодня.
— Ну, ты же знаешь, по вторникам не так много писем остается. Нам лучше подготовиться к четвергу. Говорят, Пинки устраивает в этот день какую-то вечеринку. Ты понимаешь, наверное, что это значит?
— О, ну конечно, — вспомнил Триппл Вуд. — Мы должны будем разослать приглашения. Кстати, чуть не забыл. У меня же кое-что есть для тебя.
Дерпи удивленно обернулась на коллегу. Тот протянул ей конверт. Там было письмо, адресованное ей. Она распаковала конверт и прочитала содержимое… В следующую минуту бумажка полетела на пол.
— Что-то не так? — спросил Триппл.
— А? Да нет, все в порядке. Просто… Мне нужно бежать!
Дерпи покинула почту, прихватив с собой письмо. Она никак не могла ожидать, что они захотят ее навестить. Пожалуйста только не они…
Дорогая Дитзи, мы уже давно с тобой не виделись. Наверняка ты сильно изменилась… За эти пятнадцать лет. В общем, мы наконец-то решили приехать к тебе, а заодно познакомится с твоими новыми друзьями. У тебя ведь есть друзья, не так ли? Конечно, с чего бы у тебя не будет друзей… В общем, жди, мы приедем со дня на день.
С любовью, твои родители.
***
Дерпи мигом влетела в свой дом и сразу же его закрыла, будто ее кто-то преследовал. Усевшись на кровати, Дерпи стала думать. Последние пони, которых Дерпи хотела бы видеть, это своих родителей. Нет, конечно, она их любила… но немного. Больше чувства любви у нее проявлялось чувство стыда за таких родителей. Ведь Дерпи совсем не понимала, что хорошего в том, чтобы быть хиппи. Прервал поток мыслей стук в дверь. Это был Триппл Вуд. — Дерпи, когда ты ушла с почты, я понял, что что-то не так, — сказал он за дверью, потому что пегаска не собиралась открыть дверь. — Расскажи, в чем проблема. Может, я смогу помочь тебе? — Спасибо, Триппл, но мне сейчас не нужна ничья помощь! — Ты уверена? Может, мне тогда позвать твоих друзей?.. — НЕТ! — воскликнула Дерпи, едва коллега закончил вопрос. — То есть… Ох, ладно, я расскажу, что происходит, но не говори моим друзьям, хорошо? Наконец, Дерпи открыла дверь, впустив друга внутрь. — В общем, вот, прочитай письмо. Триппл Вуд взял бумажку, которая уже была изрядно помята, и прочитал ее содержимое. — К тебе едут родители? Так ведь это хорошая новость, разве нет? Лично я никогда не видел твоих родителей. — И не стоит, — грустно отозвалась Дерпи. — Ты не знаешь моих родителей. — Так, что с ними не так, что ты так их боишься? — Я не боюсь родителей! — прикрикнула Дерпи, но снова заговорила нормально: — Просто… Мне стыдно за то, чем занимаются мои родители. Они хиппи. — Хиппи? — переспросил Триппл. — Да, хиппи. Знаешь, такие чокнутые пони, которые носят старую одежду, поют разные песни и мире и дружбе. Нет, я, конечно, не против этого, но они слишком навязчивые. Такое было не просто терпеть. Каждый день только и видишь эти широкие улыбки, грязную одежду, слышишь только эти песни и рассказы о мирах, где все друг другу друзья и где нет войн и трагедий. Ну, сейчас-то я понимаю, что Понивилль отлично подходит под это описание, и мне правда нравится жить здесь, но здесь все спокойно. Пони просто занимаются своим любимым делом, не превращая это в культ для фанатиков. В общем, однажды я не выдержала и прямо заявила родителям, что собираюсь уехать в Понивилль. Я знала, что они не любят путешествовать, поэтому подумала, что никогда не увижу их здесь, но, похоже, я ошиблась. Спустя пятнадцать лет они решили покинуть свою деревню, чтобы навестить меня. На минуту в доме повисла тишина. Триппл обдумывал сказанное подругой, а Дерпи ждала, что же он скажет. Наконец, тот все обдумал. — Знаешь, мне кажется, ты поступаешь неправильно, — высказал свое мнение почтальон. — Как по мне, за пятнадцать лет твои родители могли сильно измениться. Может, они уже и не хиппи вовсе? Дерпи печально посмотрела на Триппла, затем, вздохнув, ответила: — Хотя, может, ты и прав. Ладно, будь, что будет. — Вот это я понимаю настрой! — порадовался за коллегу почтальон.***
Прошел день, и теперь Дерпи стояла на перроне вокзала и ждала своих родителей. Ей очень хотелось верить, что Триппл Вуд прав, и ее родители уже не те чокнутые пони, которыми она их помнит. Посмотрев расписание отправлений, Дерпи узнала, что сегодня поезд проедет мимо их деревни. А это значит, что уже совсем скоро они будут здесь. Наконец, подошел долгожданный поезд. Он остановился у вокзала, выпустив клуб пара. Когда он рассеялся, Дерпи стала искать родителей среди приезжих. И нашла она их очень быстро… и была разочарована, ведь увидела перед собой двух неопрятных пони в странной одежде, с длинными спутанными волосами и со знаком пацифики на футболке отца. «Это будут худшие дни моей жизни», — подумала Дерпи. — Дитзи, доченька, как же я рад тебя видеть! — радостно воскликнул отец, принимаясь обниматься с дочерью. Мать присоединилась к объятиям. Дерпи почуяла запах полевых цветов и пота. — Привет! Я… тоже скучала по вам! — как можно любезнее обращалась к ним Дерпи. — Ну, как ты тут живешь, Ди? Расскажи нам все, нам очень интересно, — воскликнула мама. — Кстати, у меня для тебя кое-что есть! Она полезла в свой рюкзак, на котором Дерпи-Дитзи увидела до боли знакомый знак. Оттуда мать достала цветочный венок и надела на голову дочери. — О, спасибо… не стоило… — Дерпи нервно улыбнулась. — Пойдемте, я расскажу вам о своей жизни в Понивилле… и… познакомлю вас со своими друзьями, — Дерпи произнесла последнюю фразу неохотно, потому что не особо хотела показывать родителей своим друзьям. Что о ней могут подумать? Пока пони шли до дома Дерпи, пегаска рассказывала родителям о том, чем она занималась в Понивилле. -…именно так я и получила свою кьютимарку, — закончила она рассказ о том, как она стала работать в почте. У меня много друзей в Понивилле, но с некоторыми из них меня связала сама судьба. Мы были связаны Элементами Гармонии — мощнейшими артефактами, которые защищают Эквестрию от зла. Так, мы уже победили Найтмер Мун и Аваритию. — Какая интересная у тебя жизнь! — воскликнул отец Дерпи. — А как вы жили все это время? — решила спросить их дочь. — Честно говоря, наша жизнь не так интересна, как твоя. Как ты прекрасно все описала. Хотя, у нас появились новые ветви творчества. Например, ты что-нибудь слышала про такое музыкальное направление, как кантри? — Интересно. И что же это? — Дорогая, давай покажем нашей дочурке, чему мы научились. Родители достали инструменты: у матери была обычная скрипка, а у отца — баджо. Этот струнный инструмент Дерпи видела впервые. Они исполнили какую-то мелодию. Толпа вокруг собралась, чтобы послушать ее. И когда исполнение закончилось, пони восторгались. — О, привет, Дерпи! — вдруг в толпе кто-то выкрикнул. Это была Пинки Пай. — Никогда раньше не слышала такой музыки. А кто это с тобой? — А… это… — О, здравствуйте, мисс! — отец сразу заметил, как Пинки болтает с его дочерью и решил поприветствовать пони. — Вы знакомы с Дитзи? — Конечно я с ней знакома, я ее лучшая подруга! — воскликнула Пинки. — То есть, я одна из ее лучших подруг. Правда, мы привыкли звать ее Дерпи. А вы кто? Я вас здесь раньше не видела. — А мы родители нашей маленькой Дитзи! — добавила мать. — Меня зовут Пасифика, а это мой муж, Валфи. — Очень приятно познакомиться, миссис Пасифика и мистер Валфи. Меня зовут Пинки Пай. Мое полное имя — Пинкамина Диана Пай, но друзья могут звать меня просто Пинки! — Что ж, я надеюсь, мы скоро станем друзьями, а, мисс Пинки? — воодушевленно произнес Валфи. — О, я уверена в этом. Кстати, вечером жду вас в Сахарном Уголке. Там будет вечеринка в честь вашего приезда. — Вечеринка? Это замечательно! — Еще бы. К тому же я — лучший организатор вечеринок в Понивилле, так что вам точно понравится. Кстати, а что за прекрасную музыку вы играли? — О, это очень интересная музыка. Кантри. Для его исполнения достаточно и одного инструмента, но без скрипки и барабана музыка недостаточно полная. А этот инструмент в моих копытах называется банджо. Кстати, я вам не рассказывал, как появился банджо? — Нет, не рассказывали! Наверное, это потому, что мы недавно повстречались. Что ж, я несомненно буду рада послушать эту историю. — Что ж, зародился кантри не так давно, всего семь лет назад. В тот момент страна знала только рок-н-ролл и поп-музыку. Но однажды музыку разнообразил один музыкант… История длилась около часа, и все это время Дерпи смотрела на родителей скучающим видом и даже пыталась потихоньку уйти, но тут рассказ закончился. — И вот так и появился кантри. — Ух ты! — восхищенно воскликнула Пинки. — И многое вы еще знаете о творчестве. Кстати, о творчестве: Аврора любит рисовать. Думаю, вам стоит познакомиться с ней. — Отличная идея! — воскликнула Пасифика. — Дитзи, ты не могла бы подсказать нам, где она живет? — Ну… ладно, идем. Неохотно, Дерпи пошла с родителями к дому Авроры. Та стояла неподалеку от входа и от нечего делать рисовала городской пейзаж. — Душевно вас приветствую, мисс! — крикнул Валфи на всю улицу. — Полагаю, вы та самая Аврора, о которой поведала мне мисс Пинки Пай? — Да, я Аврора. А вы кто? — художница была немного удивлена. — Аврора, познакомься, это мои родители. Мама, папа, это Аврора, моя подруга. — А, родители, значит? — улыбнулась Аврора. — Тогда я очень рада с вами познакомиться. — Мы тоже рады! — воскликнул отец. — Говорят, вы любите рисовать? — Уже наслышаны об этом? Да, на самом деле я обожаю рисовать. В основном я рисую портреты и пейзажи. Вот думаю, попробовать какой-нибудь другой стиль. — В таком случае, не позволите вам кое-что продемонстрировать. Валфи подошел к краскам и холсту. Но он не стал пользоваться кистью. Он лишь макнул копыто в банку с краской и начал что-то вырисовывать. В итоге получилось что-то непонятное: различный набор разных цветов, которые были нарисованы линиями и кружками, а где-то проскальзывало нечто вроде квадрата и треугольника. — Вам любопытно узнать, что это? — спросил Валфи, посмотрев на непонимающий взгляд Авроры. — Этот вид искусства называется абстракционизм. Спросите, в чем смысл каждой линии или фигуры, изображенной на картине? Могу вам сказать, смысл неоднозначен. То есть, каждый может понимать картину так, как он хочет. А может вообще не понимать, и просто смотреть на это, радуя лишь глаз. — Ого. Похоже, я вас поняла, — восхищенно произнесла Аврора. — Это необычно, признаюсь. Где вы научились подобному? — Один мой друг рассказал мне об этом. Он же меня и научил так рисовать. — Большое спасибо. Знаете, я бы никогда не подумала, что можно рисовать таким образом. — И кстати, мой вам совет от меня, — добавил Валфи, когда они собирались уходить. — Старайтесь придумать что-то новое. Придумайте свой стиль, чтобы дополнить мир творчества. — Отличная идея! — согласилась Аврора. Пони попрощались с ней и пошли дальше.***
— Боже, это просто невообразимо! — воскликнула Рарити, увидев одежду на родителях Дерпи. — Я, как модельер, просто не могу позволить ходить вам в таком виде. — Все нормально, Рарити, у них так принято, — чуть сердито отозвалась Дерпи. — Мне все равно, у кого что принято! — воскликнула модельер. — Я просто обязана что-то предпринять. Подождите меня здесь! Рарити ушла на второй этаж за тканями, а Пасифика и Валфи принялись осматривать интерьер. — Ого, вы только поглядите на это! — воскликнула Валфи, увидев в ящике кучу различной одежды. — Вау. Когда я услышал, что у твоей подруги хороший вкус к моде, я тебе поверил. Но теперь я могу сказать, что у нее отличный вкус! Так, посмотрим. — Слушайте, может, вам не стоит копаться в ее вещах? — сказала Дерпи, когда они начали примерять одежду. — Так, сейчас я подберу что-то… — Рарити, вернувшись, осеклась на полуслове, увидев, в каком образе теперь предстали перед ней родители Дерпи. Повозившись в том ящике, Валфи надел полосатую кофту с желтым и зелеными полосками и капюшоном, серые штаны с широкими штанинами и красную кепку. Пасифика же облачилась в белую майку с коротким рукавом, юбку средней длины и широкую розовую шляпу. — Это… это… — Рарити стояла с изумленным видом. Дерпи боялась, что Рарити будет ругаться и попыталась ее успокоить. — Послушай, это недоразумение… Я… — ЭТО ПРОСТО НЕВЕРОЯТНО! — воскликнула Рарити. — Вот уж никогда бы не подумала, что смешение разных стилей одежды может быть таким потрясающим! — То есть, ты не злишься за то, что они взяли твои вещи из того ящика. — Что? Пфф, дорогуша, не смеши меня. Эти вещи мои родители давно собирались выбросить, но я оставила их у себя, в надежде, что смогу черпать вдохновение, любуясь одеждой прошлых лет. Кстати, как модельер, могу сказать, что вам очень идет. Если хотите, можете оставить себе, мне не жалко. — Большое спасибо, мисс Рарити. Вы так щедры! — сказала Пасифика. — Ой, ну что вы…***
Так, Пасифика и Валфи познакомились с остальными подругами своей дочери. И, можно сказать, всем остальным эти родители очень понравились. Но из-за этого Дерпи не стала их сильнее любить. Она просто знала, что подруги не знают родителей так, как она, и если они останутся на неделю, то уже за это время могут надоесть всем ее подругам. Наконец, наступила вечеринка в Сахарном Уголке, на которой веселились все, кроме Дерпи. Ее родители рассказывали понивилльцам о своем движении, а заодно играли на музыкальных инструментах и танцевали различные танцы. В общем, наслаждались весельем. Но, наконец, вечеринке пришел конец, и три пони отправились к Дерпи домой, чтобы отдохнуть. Пегаска подготовила родителям матрасы, на которых они и уснули. Утром Дерпи проснулась из-за какой-то возни. Открыв глаза, она ужаснулась: весь ее дом был украшен цветами, на стенах висели цветные картины, на полу был расстелен яркий ковер. Но это еще не все: выглянув на улицу, Дерпи увидела, как возле ее дома родители разбили палатку. — Что здесь такое происходит? — спросила Дерпи, подойдя к родителям. — О, доброе утро, Дитзи, — сказал Валфи. — Пожалуйста, зови меня Дерпи. Я привыкла к этому имени. — О… ну, как скажешь… Дерпи. В общем, мы решили немного украсить твой дом. А то у тебя как-то все однообразно. — Что?! — воскликнула Дерпи. — Да! А еще мы разбили палатку, потому что решили, что не стоит тебе тесниться с нами. — Ох, понятно. Значит так, мне сейчас надо пойти на работу, поэтому… Дерпи не договорила, потому что обернулась на дверь и увидела на ней тот самый знак. Символика хиппи. Это была последняя капля. — Что это такое? — Дерпи повысила на родителей голос. — Это наш символ, — ответила Пасифика. — Я знаю, что это! Но какого сена это делает на моей двери?! — Ну… — И вообще, кто вам разрешил менять интерьер в моем доме?! Это мой дом понятно?! И я буду решать, чему быть в нем, а чему нет! Пока Дерпи кричала на родителей, к ее дому подошли подруги, чтобы поближе познакомиться с Пасификой и Валфи. Но остановились, услышав перепалку. — Прости, просто мы подумали, что тебе не помешает немного стиля! — Мне нравится мой стиль, а не ваше это долбаное хиппи! И чтоб вы знали, я ушла о вас только из-за этого долбаного культа! — Что?! — Да! Я ненавижу это движение! Вы только и делаете, что рисуете повсюду эти узоры, поете свои гребаные песни! Вы просто какие-то чокнутые фанатики! Я больше не желаю вас видеть! Идите прочь! — Н-но… Дитзи… — Меня. Зовут! ДЕРПИ!!! Наконец, родители послушали свою дочь, и ушли подальше от своего дома. Лишь посмотрев в сторону, Дерпи поняла, что все ее подруги наблюдали за ссорой. Они были недовольны. — Что?! — спросила она, увидев укоряющие взгляды своих подруг. — Как ты могла им такое сказать?! — воскликнула Эпплджек. — Я просто сказала им, что о них думаю. Мне действительно не нравится это хиппи! — Слушай, ты хоть понимаешь, как им обидно из-за таких слов?! — пыталась вразумить подругу Рейнбоу. — Ты сделала им очень больно, Дерпи, — сказала Флаттершай. — Знаешь что, Дерпи? Если бы у меня была возможность хоть раз увидеться со своими родителями, я была бы рада им! — воскликнула ЭйДжей. — Какими бы они не были! Но тебе, похоже, не понять этого чувства! Пойдем, девочки, нечего с ней разговаривать! Дерпи осталась совсем одна. Твайлайт лишь обернулась на пегаску, но затем снова пошла вперед. После слов Эпплджек Дерпи стало не по себе. Собравшись, она пошла на работу. — Привет, Дерпи! — весело поприветствовал ее Триппл Вуд, но, увидев печальный взгляд пегаски, сам помрачнел. — Что случилось? — Ничего, — кратко ответила Дерпи. Затем она надела униформу. — Просто я ужасная дочь и худшая подруга. — Это связано с твоими родителями? — спросил почтальон. Пегаска ничего не ответила, лишь взяла сумку с письмами и собиралась разносить их. Но затем остановилась, а потом и вовсе вернулась в помещение. — Да, это связано с ними. Сегодня утром… Повела себя, как настоящая дура. Я накричала на своих родителей за то, что они развесили свои картинки и цветочки в моем доме. Я же говорила, что не понимаю хиппи. Я и до сих пор не понимаю. Поэтому я и сорвалась. И за этм наблюдали мои подруги. Они разозлились на меня за это. Я просто ужасная пони! Не выдержав, Дерпи зарыдала, уткнувшись лицом в стол и закрыв голову копытами. Триппл мог лишь сочувственно посмотреть на пегаску. Затем он сказал: — Послушай… Я не представляю, как сильно на тебя могли обидеться подруги, да и тем более родители, но я могу дать тебе лишь один совет: тебе стоит принять своих родителей. Да, пускай они чудаковатые, но они же — твоя родня. А, как говорится, семью не выбирают. Поэтому тебе лучше пойти и извиниться перед родителями, а потом и перед подругами тоже. Понемногу Дерпи успокоилась. — А как же ты? — спросила она. — Да я справлюсь как-нибудь, — отмахнулся Триппл. — Спасибо! — Дерпи обняла коллегу, затем побежала искать родителей. Много времени поиски не заняли, потому что Дерпи нашла их возле своего дома: они собирали палатку и забирали вещи, которые оставили в доме Дерпи. — Мам! Пап! — Дерпи остановилась перед родителями. — Дит… То есть, Дерпи? Разве ты не должна быть на работе? — спросил Валфи. — Нет. В первую очередь, я должна извиниться перед вами. Мне правда не стоило кричать на вас. Просто меня так затянуло это непонимание вашего движения, что я стала просто забывать о вашей любви. К сожалению, я так и не смогу полюбить хиппи, но я могу снова полюбить вас… если, конечно, вы не будете против… особенно, после того, что произошло утром… — Ох, Дерпи… — начала говорить Пасифика, но Дерпи ее перебила: — Дитзи, — улыбнулась она. — Можете звать меня Дитзи. — Ди… Конечно, мы прощаем тебя! — родители обняли свою дочь. Она обняла их в ответ. — Спасибо. Вы лучшие родители на свете! Обещаю, я больше никогда не позволю себе расставаться с вами на такое время! Долгое время они стояли и обнимались. Наконец, Валфи сказал: — Вообще-то, ты не совсем не так поняла нашу идеологию, — усмехнулся отец. — Я как-нибудь расскажу тебе подробнее, если захочешь. — Прости, папа, но в другой раз. Мне сейчас надо извиниться перед друзьями.***
Спустя полчаса все подруги Дерпи, включая ее родителей и ее саму. Первые были все еще злы на подругу. — Друзья, я хочу извиниться перед всеми вами. И еще раз извиниться перед родителями. На самом деле, мне стоило не обращать внимания на то, что они — хиппи, и любить их только, а то, что они есть. Но вместо этого я позволила своей ненависти заполнить мою душу, и она выплеснулась сегодня на моих родителей. Поэтому я хочу попросить прощения. Мам, пап, я обещаю никогда больше вас не бросать. — Эх, Дерпи. И стоило устраивать весь этот спектакль, чтобы это понять? — усмехнулась Рейнбоу, и тут же получила строгий взгляд ЭйДжей. — Что?! Я ничего такого не сказала. — Хорошо, Дерпи, мы прощаем тебя. К тому же, на твоем личном опыте я могу отправить принцессе Селестии еще одно письмо. Так и прошел очередной день в жизни Понивилля.
