5.
8 января 2020 г., 10:17
Тэхён нежился в кровати. Сегодня ему только к полудню в офис. Вчера он отлично погулял с Богомом и изрядно потрепал мысли альфе-надоеде. Он вошёл в зал, где стоял букет красных роз, а рядом с ним лежала маленькая подарочная упаковка. Любопытство взяло верх, и омега открыл её. Первой высветилась интерактивная открытка, на которой размашистым почерком была написана записка от Чона, гласящая «Самому невероятному во всём омеге». Тэхён улыбнулся, закрывая сообщение и доставая из коробки браслет с кулоном бесконечности. Очень тонкая работа. Омега сразу примерил его. На молочной коже, он смотрелся великолепно.
— Написать сообщение альфе-надоеде
«спасибо за подарок» и прикрепить к нему фото,— Тэхён посмотрел на запястье и микрон в его глазу запечатлил браслет, а после отправил его вдогонку за сообщением. Также омега приказал набрать ванную и поставить чайник. С появлением технологии "Микрон" люди совсем обленились, потому что она в прямом смысле заменяла им всю их привычную жизнь. А вся технология заключалась в одной ультратонкой линзе, которая управлялась голосом или мозговой активностью.
Провалявшись после душа на кровати за рассматриванием вчерашних фотографий, омега поймал себя на мысли, что его друг слишком много раз хватал его за талию. Даже дома, при другом альфе, он взял его за талию и вывел из квартиры. Но лицо Чонгука было незабываемо. Тэхён невольно усмехнулся, вспоминая его выражение лица, и перевернулся на другую сторону, смотря в окно.
***
Альфа сидел в офисе, перечитывая почту, когда на телефон пришло сообщение от омеги. Единственное, что заставило его улыбнуться. — Что там такое интересное? — поинтересовался Хосок, смотря в телефон. — О, этот браслет, его же носила твоя бабушка. Юна, если помню. — Да, теперь его носит мой омега. Кстати, тебе ничего не передавали? — Да, вот всё на альфу Богома, — парень протянул Чонгуку плотный конверт. Такими уже давно не пользуются, но информацию крайне важную ещё передают. Чонгук достал бумаги и пробежал по тексту глазами. Ничего примечательного: обычный альфа, неполная семья, с детства рядом с Тэ, значит, его можно даже в расчёт не брать. Альфа задумался, перебирая лист за листом, пока не наткнулся на фотографию, на которой Богом держит Тэхёна под руку и они мило улыбаются друг другу. Что за дурацкая улыбка... Хочется стереть её с его лица немедленно. — Тише... — сказал Хосок, подходя к брату и замечая фотографию в его руке. Действительно, неприятная картина. — Это ничего не значит. — Ты прав. Хватит загоняться. Нужно ответить на сообщение. Он быстро набрал сообщение и поспешил удалиться из здания офиса в сторону больницы, где лежал его отец. Чонгук аккуратно зашёл в палату, где было темнее ночи. Альфа страдал от вида отца. Раньше этот альфа пылал жизнью. Его ставили в пример, но одна смерть привела его к состоянию, в котором он сейчас находится. Потеряв омегу в нечестном бою, он лишился смысла жизни и даже сын не помог ему прийти в себя. — Отец, я пришёл. Альфа его, конечно же, не слышал и не видел. Чон взял его за руку и прижался к ней лбом, слёзно прося прийти в себя. Он делает это уже на протяжении двух лет. Отец после того как погас больше не приходил в себя, и только тихий сигнал аппаратуры сообщал, что тело живое, но вот душа... Никто не знает, где она. Просидев так ещё пару минут, альфа поцеловал отца в лоб и вышел. Он сорвался с места на своей машине и отправился в один из борделей, которым управлял его хороший друг. Музыка играла тихо, так как был конец дня и все рабочие омеги спали в предвкушении ночи. — Чон Чонгук, рано ты пожаловал в наш ад. — Я не за омегой. Просто захотелось поговорить со старым другом. — Если ты с таким заявлением, значит, что-то серьёзное? Кто он?— проницательно спросил Ыну, старый приятель Чона, державший несколько борделей в городе. Но этот, центральный, его любимец, его детище. Тут огромные потолки с подвешенными клетками, в которых томились беты, омеги и альфы. А также множество приватных комнат. Элитный бордель с самыми красивыми и дорогими омегами, бетами и альфами. Сам Ыну не гордился своей работой и предпочитал прятать своё лицо за маской, только близким он открывал свой лик. — Ох, всё так сложно...— вздыхал Чон, наблюдая, как Ыну копошится в телефоне. — Как твой? — О, не поверишь, врачи сказали, что будет альфа. Поэтому я думаю завязать с такой жизнью, — он провёл взглядом по борделю. — Денег, конечно, много, но не хочу ставить семью под удар. Мой омега, конечно, виду не подаёт и всегда поддерживает меня. Но как только забеременел от слова "Бордель" его начало тошнить. — Да, у всех семья, а я... — усмехнулся Чон, топя горе в бокале виски. Время идёт, а люди не перестают запивать горе алкоголем. — Я слышал, ты был на празднике у Кимов, видел их омегу, говорят, он прекраснее луны. — Ещё бы, — почти смеялся альфа, вспоминая лунные волосы, космические глаза и квадратную улыбку омеги. — Он — самое прекрасное, что я видел в своей жизни и знаешь, мы гуляли вместе. Пили у него и у меня дома. Встретили Новый год. Ах, я обнял его, когда он уснул, — Чонгук не заметил, как его друг слегка офигел от такого расклада. Он не мог поверить, что тот самый Чонгук, который омег не считал за людей, вдруг так отзывается об одном из них. — А самое приятное то, что он не отталкивает меня. — Ты влюбился? — Это оказалось так просто, — усмехнулся Чон, посмотрев на друга. Двери открылись, и со второго этажа по ступенькам спустился красивый омега. Он подошёл к Ыну и поцеловал в щеку. — Привет Минхо, прекрасно выглядишь, — на омеге были свободного кроя штаны и рубашка, под которой виднелся круглый живот. Ыну поцеловал животик и погладил ладошкой. — Выспался? — тот махнул головой и жестами рук показал, что голодный. Так вышло, что омега немой, потому Чонгук тоже знал несколько жестов. — Сейчас приготовлю. Подожди тут с Чоном. Он сел рядом с Чонгуком, взял его руку, положил её на живот и посмотрел на реакцию. Он привык к таким резким движениям, особенно от Ыну. Омега был без комплексов и особенно любил тактильные движения. Он показал жестами «Почему грустишь?». — Влюбился, — хмыкнул Чонгук, гладя живот омеги. Ребёнок пнулся и они переглянувшись, рассмеялись. Вернулся Ыну и омега поспешил ему рассказать о движениях ребёнка, тот махом подбежал к животу и начал прислушиваться. — Заботливый папаша, а кто кричал несколько лет назад, что никогда не заведет детей? — Помнится и ты говорил, что не влюбишься. Они посмеялись все вместе. Довольно долго компания обсуждала разные темы. Минхо болтал ножками и ждал, пока Ыну выслушает душевные боли друга. После, забравшись в такси, они уехали домой. Омеге нужен покой и спокойная обстановка, а в борделе её точно не будет.***
Чон еле добрел до дверей своей квартиры и первое, что он для себя решил, расставляя кусочки пазла в своей не совсем трезвой голове, это добиться омегу чисто, без грязных трюков. Он хотел, чтобы Тэхён знал его не таким порочным как другие. Для него он хотел стать альфой, которому бы тот доверял, чтобы за его спиной и спиной его омеги не шептались, пуская грязные сплетни. Но вот хочет ли сам омега такого? — Набрать Тэхёна, — после первого гудка омега ответил. — Чон? — спросил Тэ, заходя в свою квартиру после нескольких часов работы в офисе. Омега прошёл сразу на кухню и достал бутылку с гранатовым соком. — Что-то срочное? — Нет, просто хотел тебя услышать или увидеть. — Ну, твоя мечта сбылась, я устал, отключаюсь. Послышался вздох. Омега вздрогнул и посмотрел на время. Было около девяти часов вечера. Не слишком поздно. Он включил камеру на телефоне. Гук очень удивился, увидев лунного принца. Он не включал свою, зная, что выглядит не очень. Чонгук аккуратно потянулся пальцами к экрану и провёл по губам, а затем и по волосам омеги, после прислонившись к его устам своими через экран. Омега улыбнулся и отключил камеру. — Спокойной ночи, Ким Тэхён. — Спокойной ночи... — шепнул омега. После телефонного разговора альфа ещё долго не мог прийти в себя. Зачем он потакает его прихотям? Зачем включает камеру, хотя альфа даже не просил этого делать? Что же альфа делает с ним... Чонгук полночи ворочался в собственной кровати, не смыкая глаз.***
На рождество, по традиции, старший Ким собирал всех близких на вилле далеко в горах на несколько дней. Чимин и Юнги тоже присутствовали, и конечно другие ветви Кимов. Тэхён прибыл не один. За пару часов до вылета ему позвонил сначала один альфа, затем другой, и оба высказали свою точку зрения, а по прибытии в аэропорт они встретили друг друга так, будто вовсе не знакомы. В самолёте Чон старался сдерживаться, так как Ким пригрозил, что если начнут препираться, то оба махом вернутся обратно. — Если ты думаешь, что он будет с тобой, ты сомневаешься, — хмыкнул Богом, ставя на стол между ним и Чоном бутылку вина. Ким уснул на плече у Чонгука, и тот был этому рад. Он посматривал на омегу, чтобы убедить себя в том, что ему удобно. — Кто сказал, что он будет с тобой? — Отец ТэТэ очень будет рад, если я буду его альфой. — Это мы ещё посмотрим. В самолёте стояла гробовая тишина, все боялись разбудить сладко спящего омегу, что обнял альфу и прижался к нему, вдыхая успокаивающий запах. Омега сам того не понимая почти перелез на Чона и удобно устроился у него на коленях. Когда самолёт пошёл на посадку, альфа, перешагнув через себя, разбудил омегу. Тот сразу выпрямился и сделал вид, что ничего не было. Когда они вышли из аэропорта, то пересели в частный вертолёт, который доставил их на вершину горы. Из дома вышел отец Тэхёна. — Сынок. — Отец, — сказал младший и обнял его. Старший альфа посмотрел на других двух. Богому он улыбнулся, а вот другому альфе даже не показал своего лица. Взяв чемоданы, они зашли в дом, где уже во всю начиналась вечеринка. Тэхён был последним, так как задержался из-за рейса и этих двух альф. — Где твоя спальня? — спросил Чон, подойдя со спины к омеге и наклоняясь к его лицу. В одной руке он держал свой чемодан, а в другой ладонь Тэхёна. Омега покраснел и указал рукой на второй этаж. Мичель увидев, как его сын краснеет в присутствовии альфы, вспомнил свои юношеские годы, а старший Ким только сильнее разозлился. Пока молодёжь поднималась наверх, Юнги принёс грелку своему мужу и подсунул её под его спину. — Чими, не стоило приезжать, — начал Мичель. — Это традиции, я хотел побыть с вами. — Он так упрямился, — присоединился к разговору уставший Юнги. С тех пор как они прибыли сюда, он ни на секунду не присел, проверяя всё ли они взяли и бегая вокруг Чимина, словно тот вот-вот родит. — У нас в конце марта срок. — Это волшебное время, — Мичель улыбнулся. Он так радовался, что вечно хмурый Юнги чуть чуть стал добрее с появлением в его жизни Чимина. Тэхён расположился в комнате и, спускаясь вниз, увидел, что Чон держит руки на животе Чимина и улыбается. Он словно ребёнок. Мичель тоже улыбался, лишь Богома с отцом нигде не было, как и Ким Намджуна, который, кстати, приехал тоже не один. — ТэТэ. Иди к нам, тут ребёнок пинается, — радостно позвал омегу Чон, продолжая смотреть на Чимина.***
К вечеру, когда все переместились в огромную гостиную, альфы принялись обсуждать дела бизнеса, пока омеги готовили ужин. — Вот, а теперь добавим имбиря в чай, чтобы быстрее согреться. На кухне показался Чимин, порывающийся помочь. — Юнги, забери Чими и надень на его ноги ещё одни носки. — Я хочу помочь, — жалобно скулил Чим, придерживая живот. Тэхён засмеялся звонким смехом, из-за чего все непроизвольно посмотрели на него. Мичель уловил взгляд Чонгука. Он был полон любви. Ах, любовь... Богом тоже это подметил и впервые понял, что намерения Чона были серьёзнее некуда и ему стоит подготовиться, ведь за омегу придется побороться в ожесточённом бою. Юнги подошёл к Чими, взял его под руку и увёл в гостиную, усадив рядом с собой и проверив холодные ноги омеги. Испугавшись, он снял с себя тапочки и тёплые носки, натянул их на ноги супруга, которые положил на свои, растирая, чтобы быстрее согреть ступни. — А вы чем занимаетесь, мистер Чон? — спросил старший Ким. Конечно же, каждый в этой комнате знал, чем занимается этот альфа, но все хотели знать: скажет ли он правду или солжёт. — Контрабандой, — спокойно ответил Чонгук. — Но последние несколько лет мы занимаемся чисткой своего имени. Тэхён чуточку завис над кастрюлей с глинтвейном. Он знал, чем занимался альфа. Конечно, он тоже боялся, что это окажется правдой, но та уверенность, с которой Чон это сказал про чистку имени, вселяла в омегу надежду, что он исправится. — Я знал вашего отца, Чона старшего. Последние пару лет его не видно. — Да… отец, он... Отошёл от своих дел,— Чонгук решил опустить все подробности про его отца, чтобы не портить атмосферу. Когда омеги накрыли импровизированный стол, все попросили сыграть Юнги что-нибудь из его любимой партии в песне, под которую танцевал раньше Чимин. Музыка наполнила всю гостиную своим прекрасной мелодией. Чимин подошёл к роялю, на котором играл его муж, и начал качаться в такт, изредка показывая движения, которые раньше исполнял на сцене. Приглушённый свет, музыка, танцующий Чимин, так по домашнему одетый, наполняли дом уютом и теплом. Чон посмотрел на Тэ, который словно очарованный смотрел на Чимина, а тот в свою очередь с любовью на мужа. Богом подошёл к омеге и подал руку, в которую Тэ протянул свою ладонь. Чонгук поёжился, увидев, как другой альфа обнимает его омегу за талию и пританцовывает с ним в такт музыке. Только один Мичель заметил, как альфа напрягся и подсел поближе в нему, положив свою ладонь поверх его. — Успокойся, Богом для него только друг. Но вот Тэ для него — нечто большее. Тебе стоит чётко обозначить свою позицию, — альфа удивился высказыванию папы Тэхёна и благодарно кивнул ему. Встав, он подошёл к танцующей паре и попросил у альфы разрешение на танец с омегой. Чонгук сразу прижал Тэхёна к себе. Омега, ни на минутку не сопротивляясь, прильнул к его широкой груди, закрывая глаза и вдыхая сладкий запах шоколада. Старший Ким цыкнул. Чтобы хоть как-то унять гнев супруга, Мичель протянул ему руку, приглашая на танец. — Тэ... — шепнул альфа, нежно погладив омегу по спине. Тэхён кивнул. — Спасибо, что согласился, — он ещё раз кивнул. Когда Юнги закончил играть, все захлопали и Чимин был первым, кого Юнги поблагодарил, одарив нежным поцелуем в щеку. Ещё долго они сидели все вместе в гостиной. Тэхён и Чимин задремали возле камина после горячего обсуждения тягот беременности. Чимин, хихикая, рассказывал ему, как не мог на днях завязать шнурки, из-за чего Юнги рассердился и купил ему ботинки без шнурков и застёжек. Тэ рассказал, что дела по присоединению его компании идут в гору и что перед рождением малышки, она полностью станет частью Ким. Чимин сожалел о том, что так поступил, но он знал, что муж точно не станет управлять компанией, ведь ему попросту это не интересно. Потому другого выхода не было. Чон поднял на руки Тэхёна и понёс наверх, в комнату. У дверей стоял Богом. Он злобно зыркнул на альфу, что прошёл мимо с омегой на руках. Чонгук уложил омегу на кровать, укрывая одеялом. — Выходить не думаешь? — сказал Богом, позволив себе зайти в комнату омеги. — Это тебе выйти нужно. — Это Вам выйти нужно, — сказал грозно старший Ким. Чонгук поправил волосы омеги и поспешил удалиться. Богом тоже решил уйти. Сну омеги больше ничего не мешало.
