Мой. Oneus ver.

... Открыв шкаф, Ёнджо ругнулся про себя и рывком вытащил оттуда бледного как смерть Хвануна. Повернув ключ в двери и одновременно толкнув омегу на кровать, парень успел подумать, что проблем не избежать... ... Госпожа Ё вышла из кабинета брата и направилась в спальню к сыну, чтобы проверить, как он себя чувствует... ... Мысли Ёнджо потеряли всякую логику, он не думал уже ни о спящем за стенкой дедушке, ни о последствиях своих действий. Альфа стянул с себя джинсовку и навис над кузеном... ... Госпожа Ё неторопливо поднялась на второй этаж, прошла по коридору до комнаты Хвануна и поднесла руку к двери, как вдруг в кармане её платья завибрировал телефон. Дабы не тревожить сына, женщина отошла, чтобы ответить на звонок, и постепенно, сама того не замечая, спустилась вниз и вышла в сад... ... Ким взглянул на брата в ожидании сопротивления с его стороны, но Хванун тоже был одурманен запахом альфы, как Ёнджо - ароматом омеги. В глазах парня старший увидел не ненависть и отвращение, а любовь и желание. Пальцы Хвануна дотронулись до плеч Ёнджо и слабо их сжали. Не в силах больше сдерживать себя, Ким припал к губам младшего. Хванун нетерпеливо заскулил и начал неумело стаскивать с альфы футболку. Ёнджо было проще: снять растянутую домашнюю толстовку с хрупкого тела Ё не составило большого труда. Как будто недавний сон Хвануна воплотился в жизнь. Ким не остановился на губах, он начал покрывать влажными поцелуями шею, слегка царапая кожу зубами, отчего она покрывалась мурашками. Ёнджо исследовал плечи Хвануна, а на ключицах, которые особенно понравились альфе, уже синело несколько... следов его любви. Однако Ким ещё не выпустил клыки, чтобы оставить самую главную метку: он не хотел ранить возлюбленного. А тот всё ближе, теснее прижимался к Ёнджо, словно нарочно испытывал терпение старшего, царапал плечи, когда засосы щипали кожу, тёрся бёдрами о бёдра. Звякнула пряжка ремня, и Хванун, как по команде, отпрял от своего истинного, вжавшись в кровать. Ёнджо мимолётом успехнулся: "Будет знать, как дразнить меня", и мучая младшего в ответ, опустил голову, выпустил клыки и укусил Хвануна в область сердца. Ё зажмурился от резкой боли и застонал, прижавшись к Ёнджо, который от вкуса крови своего омеги совсем потерял голову. Он рывком сбросил ненужную одежду на пол, сжал запястья Хвануна, и, дав волю инстинктам, не жалея омегу, вошёл. Хванун дёрнулся, почувствовав раздувающийся узел альфы, каждую его венку, до боли сжал зубы, чтобы не закричать. Он, в отличие от Ёнджо, помнил, что дома они не одни. Тонкие пальцы омеги впились ногтями в спину партнёра. Ким тем временем ускорял темп, вжимая тело Хвануна в кровать. Поражаясь, каким узким может быть парень, Ёнджо закатывал глаза от удовольствия и успевал, как бы в знак извинения, покрывать поцелуями место укуса...