Потом придумаю

POV Аластор Время будто замедлилось. Никогда раньше не чувствовал ничего подобного. Казалось, что я лечу в пропасть, медленно и бесконечно. Какая глупая, нелепая смерть. Умереть в лесу от выстрела в голову. Подстрелили, как какого-то оленя... А если вспомнить, ведь я и сам, будучи еще ребенком, ходил с отцом охотиться на этих животных. Кажется, что это было так давно. Я успел забыть о своем детстве, о матери, об отце, о тетке... Но сейчас вся жизнь будто проносилась перед глазами, и я вспомнил их всех, все, что произошло со мной за эти 35 лет. И все же это отвратительно! Сколько смертей я видел за свою жизнь... Я старался сделать все красиво и изящно. А моя собственная смерть оказалась такой никчемной. Случайная, небрежная, даже чем-то похожа на смерть моей первой, но тоже случайной, жертвы. Никакой эстетики, лишь испуг и спешка... Мерзко... ------------------------------------------------------------------------------------------------------------ - Ты опять идешь на охоту? - слабым голосом спросила женщина, вставшая в дверном проеме. В ее голосе слышалась напряженность и явная неприязнь. - Да. - резко ответил мужчина, доставая свое любимое ружье. - Позови Аластора, он сегодня идет со мной. Голос мужчины звучал грубо и властно. Он привык так разговаривать и его мало волновали чувства других людей. Казалось, отец сам их даже не испытывал: всегда ходил с недовольным лицом, огрызался и часто выходил из себя, когда что-то шло не так как ему хотелось. - Может все же не стоит. Ал же еще ребенок. Ему всего 9. Не приучай его к жестокости - робко залепетала женщина. На фоне своего мужа она выглядела очень маленькой и хрупкой и была его полной противоположностью. Судьба иногда сводит людей странными способами. - Ему давно пора осваивать это дело. С тобой он так и останется жалким сопляком. Не вздумай мне мешать! Я собираюсь сделать из него мужчину! Аластор спустился из своей комнаты и замер, осознав, что прервал какой-то родительский спор. Это было частое явление в их доме, и Ал старался не показываться в такие моменты, дабы не сделать хуже. Но сейчас просто так вышло. - Собирайся. Ты идешь со мной на охоту. - мужчина повернулся к сыну, окинув его строгим взглядом. Аластор был удивлен подобной неожиданности и неуверенно посмотрел на мать. Женщина же беспомощно уставилась в пол. - Возражения не принимаются! - рявкнул отец. - Чтоб через десять минут был готов. - Он вышел из помещения, громко хлопнув дверью. Аластору ничего не оставалось, кроме как подчиниться отцу. Как и было сказано, через 10 минут он уже стоял внизу полностью готовый к своей первой охоте и ждал отца, который собирал последние необходимые вещи. Не то что бы Аластору очень хотелось охотиться, но во-первых, спорить с отцом - бесполезное занятие, еще и отхватить можно, во-вторых, все же было немного любопытно. - Ал, пожалуйста будь осторожен, не рискуй зря. - тихим голосом произнесла мать, незаметно подойдя к сыну. Видно было, что она была против этой затеи, но никто не смел возражать отцу, а мать вообще боялась своего мужа больше всех. - Хватит с ним нянчиться! Аластор, шевелись, мы уходим. - с некоторой яростью бросил отец и, нетерпеливо проследив, как уходит сын, вышел за ним следом. Первый опыт в охоте был для Аластора посредственным. Неокрепшее тело не поспевало за отцом, шаги издавали лишние звуки, а таскать снаряжение окончательно выбивало его из сил. Отца это злило. Он часто огрызался, ворчал и даже иногда ударял сына по затылку, если тот делал что-то из рук вон плохо. В итоге они так никого и не подстрелили. Уже стемнело, Аластор совсем выбился из сил и еле передвигался. Однако его отец не собирался возвращаться домой ни с чем, потому они остановились на какой-то небольшой поляне и стали готовится к ночи. Развели костер, поставили шаткую палатку. Отец достал какой-то алкоголь и совсем немного еды, он всегда любил выпить и без бутылки никуда не ходил. Аластор съел все, что ему досталось и ушел спать. Он думал, что будет сложно уснуть в подобных условиях: во-первых, было довольно холодно лежать на земле, а палатка мало чем помогала, во-вторых в лесу было очень влажно, кругом болота и приятных ощущений от этого ожидать явно не стоило, еще и насекомые... В общем не самое лучшее место для сна. Однако Аластор так выдохся за день, что заснул почти мгновенно. Когда лег спать отец, Ал не знал, но рано утром, еще на восходе солнца, он резко разбудил сына. В этот раз отец не стал водить его по лесу, а дал ружье и заставил его стрелять по бутылкам. Где он взял так много, Аластор не знал, но спрашивать не стал, мало ли. Сперва у него совсем не получалось, ружье было тяжелым для него, да и он раньше никогда не стрелял. Отец злился из-за каждого промаха, снова раздавал ему подзатыльники, однако, в этот раз все же показывал как и что надо делать. После многих промахов, у него, наконец, начало получаться, тогда отец велел собираться, и они пошли дальше. Аластор опять создавал много шума, ему было неудобно и тяжело тащиться по лесу со снаряжением по еле видным подобиям тропинок. Еще и ноги промокали от сырости. Отец как обычно злился, но пытался показывать как ступать тише и как обходить самые болотистые места. Видно он все же осознал, что Ал ничему не научится, если ему ничего не рассказывать. В этот раз им повезло больше, если можно так выразиться. Аластор шел тише, и вскоре отец остановил его, жестом приказав не шуметь и стал прислушиваться. Они медленно подошли к ближайшему кусту и укрылись за ним. Отец осторожно раздвинул мешавшие ветки и, указав рукой на небольшого зайца неподалеку от них, приказал сыну стрелять. Аластор затаил дыхание, он волновался, руки его дрожали, он постарался успокоиться и прицелиться, однако, поспешил и, выстрелив, промахнулся. Сказать, что отец разозлился - ничего не сказать, он был в ярости. Казалось, что его речь в этот момент состояла лишь из нецензурной брани. Аластор был расстроен, ему конечно нравились неудачи, но только не тогда, когда они случались с ним самим, он сухо извинился, прекрасно понимая, что это никак не изменит ситуацию. Выругавшись, отец молча развернулся и пошел дальше, Алу ничего не оставалось, кроме как поплестись за ним. В этот день им больше никто не встретился, и они снова стали устраиваться на ночлег. Отец как всегда уселся пить, а Аластор, слегка перекусив, лег спать. Вообще он начал испытывать голод, так как они что-то ели лишь перед сном, а днем единственным что давал отец была вода. И все же Ал старался не жаловаться. Он опять уснул довольно быстро и был разбужен с восходом солнца. В этот раз они повернули в сторону дома, но шли все так же тихо, стараясь не распугать дичь. Аластор шел так тихо как мог, отец молчал. Они прошли довольно много, когда Аластор вдруг услышал какой-то легкий треск. Отец тут же замер, приказав сыну сделать тоже самое, и стал осматриваться. Кустов вблизи почти не было и они зашли за дерево. И тут Ал заметил оленя. Он был еще молод, отчего не особо осторожен. Теперь отец достал второе ружье и, прицелившись, как казалось для подстраховки, приказал сыну стрелять. На этот раз Аластор был спокойнее, он уже промахнулся один раз, и если подобное произойдет снова, хуже уже не будет. Он осторожно прицелился, успокоился и выстрелил. Он попал прямо в шею, а отец выстрелил следом для надежности и прострелил животному голову. Аластор перевел дыхание, он явно был доволен своей работой, однако отец лишь убрал свое ружье и пошел подбирать оленя. Нести пришлось вдвоем, а домой они дошли только к ночи. Мать уже успела забеспокоиться, места себе не находила и постоянно время выглядывала в окно. Приготовленный ужин уже остывал, когда она, наконец, увидела приближающихся мужа и сына. Женщина сразу выбежала им навстречу, но не решилась подойти слишком близко, завидев тушу оленя. - Почему так долго? Я так волновалась! - с неким даже упреком произнесла мать. - Нам не очень везло сначала. - уклончиво ответил Аластор. Отец же ухватив оленью тушу молча прошел в дом. - Ал, милый ты как? Все хорошо? - взволнованно начала женщина, когда муж скрылся за дверью. - Не волнуйся, мам, я в порядке. - спокойно ответил Аластор, хотя было видно, что он очень вымотан. - Ты уверен? Я просто... - Мам, все хорошо. - твердым голосом уверил ее сын. - Единственное от чего я бы не отказался, так это от чего-нибудь съедобного. Я будто сто лет не ел. - Ах да, конечно! - засуетилась мать. - Пойдем в дом, правда еда немного остыла. Я ждала вас гораздо раньше. После этого отец часто брал Аластора с собой на охоту, стараясь обучить его всему. Ал не был против, ему даже вроде нравилось. Мать была единственной, кто возражал против подобного, но ничего не могла делать, а потому пришлось смириться. В свободное время она помогала Аластору с обучением и даже учила его готовке, когда отца не было дома. Так прошло 2 года. Затем настал роковой день. Отца не было дома уже неделю. Он, бывало, часто где-то пропадал на несколько дней, а после возвращался домой в ужасном состоянии: пьяный и раздражительный. Матери это не нравилось, она пыталась упрекать его в этом, но все же боялась его и в конце концов все спускала с рук. В этот раз он пришел в самом скверном расположении духа. Ал сидел в своей комнате наверху и услышал грохот входной двери. После послышались громкие ругательства, затем крики матери. Было очень шумно, казалось, что-то даже разбилось. Раньше такого обычно не происходило, поэтому Аластор слегка забеспокоился и решил разведать обстановку. Спустившись, он услышал выстрел и, заглянув в кухню, замер на месте. Его мать лежала на полу с простреленной грудью, ее глаза в ужасе смотрели куда-то вдаль, а отец стоял рядом, сильно пошатываясь. Он отбросил в сторону ружье и оно упало под ноги Алу, который слегка вздрогнул, выйдя из ступора. Казалось, в глазах отца проскочил ужас, он стал медленно пятиться назад и чуть не упал, споткнувшись об стул, но смог удержаться за счет стола. И тут он заметил, стоящего в двери сына. Мужчина окончательно забеспокоился и держась за стол стал медленно приближаться к Алу. - А-аластор, сын, я... я сейчас все объясню... - его лицо приняло болезненный вид, он даже, казалось, слегка нервно улыбался и был похож на какого-то сумасшедшего. - Т-ты только не бойся, давай сядем и все обсудим... Аластор не знал что ему делать, отец явно был больше него и мог запросто избавиться от сына, как от ненужного свидетеля. Он медленно опустился на пол, все еще находясь в шоковом состоянии, и смотрел как отец приближается к нему. Ала пробирала дрожь, его глаза забегали по сторонам, пытаясь найти что-то, чем можно было бы себя обезопасить, и он стал водить руками по полу, пытаясь обнаружить ружье. - Нет, сын, прошу успокойся, я... я же не хотел.. - забормотал мужчина стараясь быстрее добраться до Ала, который все же обнаружил оружие и сразу направил его в сторону отца. - Просто... так вышло... Т-ты же не собираешься... убить меня? - его голос сильно подрагивал, какие-то окончания пропадали. Аластор не мог поверить в то, что происходит. Он прицелился, казалось, будто что-то руководило им в этот момент, однако, его руки дрожали, он испытывал страх и вроде еще какое-то чувство, которое пока не понимал, в итоге даже не задумывался о том, что делает. - Т-ты не убьешь меня! Я твой отец! Ты не посмеешь! - уже с угрозой произнес мужчина и рывком сдвинулся с места по направлению к сыну. Аластор нажал на спусковой крючок, раздался выстрел и отец с грохотом упал у его ног. Кажется, он даже пытался что-то сказать, однако лишь неразборчиво прохрипел и больше уже не двигался. Ал судорожно вздохнул. "Я только что убил своего отца" - пронеслось в его голове. Он взглянул на его мертвое тело, отец больше не выглядел угрожающим или - как было раньше - властным, а скорее казался жалким и ничтожным. Аластор поднялся с пола и посмотрел на мужчину сверху вниз, странно, но никакой жалости к отцу он не испытал, было лишь отвращение, потому он лишь прошел мимо него к телу матери. Ее было все же жаль, ведь она всегда заботилась о сыне и в любой момент была готова помочь. Ал подошел к ее бездыханному телу и со скорбным видом закрыл ей глаза, проведя пальцами. С ее смертью было тяжелее смириться. Какое-то время Ал еще пробыл на кухне с ружьем в руках, но после осознал, что соседи наверняка слышали шум и выстрелы и скорее всего уже вызвали полицию. Нужно было срочно что-то сообразить, чтобы подозрения не пали на него самого, и он решил инсценировать ограбление. Проходя по кухне к выходу, он разбил еще несколько вещей и разворотил несколько шкафчиков. Дольше оставаться в доме было нельзя и Аластор, забрав ружье, выскочил на улицу и побежал в лес к реке. Благодаря отцу он знал лес очень хорошо, потому отыскать реку оказалось совсем несложно, но бросать ружье здесь почему-то не хотелось и Ал пошел вниз по течению. Эта река не была очень большой или глубокой и впадала в маленькое озерцо, располагающееся недалеко от его дома. О нем мало кто знал, кроме его семьи и, возможно, соседей, но он частенько бегал летом искупаться в прохладной воде, если было слишком жарко. Сейчас же была глубокая осень, в лесу было холодно и сыро. Легкая одежда, в которой Аластор выбежал из дома, ничуть не согревала, но он был намерен избавиться от ружья в любом случае и, подойдя к озеру, изо всех сил выбросил его как можно дальше от берега, а затем не спеша побрел к выходу из леса. Полиция прибыла через 20 минут после происшествия. Осмотрев дом и тела, решили, что произошло ограбление, а семейная пара просто сопротивлялась или пыталась помешать. Оставалось лишь узнать, куда пропал их сын, ведь было видно, что в доме жил еще и ребенок, да и соседи подтвердили, что у супругов был мальчик. Аластора стали искать и обнаружили сидящим у дороги недалеко от леса. Со стороны казалось, что он находился в шоковом состоянии, так как он сидел, прижав ноги к груди и обхватив их руками. Однако же, он размышлял о том, что сделал, пытался понять свои ощущения, а на его лице застыла немного нервная улыбка. Полиция, осторожно подходя к мальчику, не могла разглядеть его эмоций, а Аластор, услышав приближающиеся шаги, резко дернулся и перестал улыбаться. Он решил сыграть роль напуганного ребенка, который чудом спасся от грабителя, так как якобы был во дворе во время ограбления, а услышав шум и выстрелы - убежал в лес. Откуда Аластор овладел актерскими навыками неизвестно, но полиция поверила в его версию и не стала больше допрашивать, дабы не пугать беднягу еще больше. Благодаря соседям, среди которых была близкая знакомая матери Ала, выяснилось, что у мальчишки из родственников осталась только тетя - сестра отца, поэтому было решено отправить его к ней. Полиция нашла ее адрес и вскоре Аластор, с небольшим количеством необходимых вещей, переехал к тете. Он о ней мало что знал и даже ни разу ее не видел, так как она старалась не поддерживать связь со своим братом. Единственное, что ему было известно - это имя. Ее звали Портия.