Красная нить судьбы

Наши сомнения — предатели, заставляют нас лишаться многого, чего мы могли бы достичь, из-за страха попытаться это сделать. (с) У. Шекспир - Так-с, кажется тут? – шепотом переспросила я саму себя, разглядывая невысокое, ветхое здание. В поисках работы я обошла все заведения, требующие себе работников, но, как ни печально было признавать, даже самые небольшие компании отказывались рассматривать мои немногочисленные документы, стоило им услышать лишь мое имя. И тот факт, что их глаза смотрели куда угодно, но только не на меня, усиливал подозрения, что что-то здесь нечисто. - «Что ж, Эва, раз в экономику тебе путь закрыт, значит будем практиковать профессию разнорабочего!» – я как могла попыталась натянуть улыбку и, так сказать, быть на позитиве, но губы лишь кривились в злобный оскал, а веко левого глаза начинало время от времени подергиваться. Я беспрепятственно открыла дверь склада, – иначе это здание на окраине города называть было трудно – гадая, куда именно мне нужно идти, чтобы набрести на каморку директора этой... - «Фирмы, Эва, фирмы, а не дыры.» – убеждала себя я, блуждая по плохо освещенным, совершенно пустым коридорам. В конце моего мини-путешествия, продолжавшегося около получаса, я, наконец, наткнулась на дверь с табличкой: "Директор ‘Матсуши Фарм’ Матсушики Кирима". Скептически осмотрев деревянную дверь, я легонько постучала по ней. - Кого там черти принесли?! – отозвался грубый злой голос с той стороны. - «Мда. Хорошее начало.» – я подобралась и открыла уже ненавистную дверь. Кабинет не был особо большим, а небольшое окно с непримечательным столом перед ним, делали эту комнату чуть ли не смертельно скучной. За большим столом сидел мужчина средних лет, – лет 35-40 – копошась в куче бумаг, которые в данный момент заполняли весь стол. Внешность японца была самой, что ни на есть, заурядной. Короткие черные волосы, узкие глаза, белая рубашка с черным костюмом, чуть полноватое и, наверняка, неповоротливое тело. Я зашла в кабинет и в неизменно японских традициях поклонилась. Зачем я это сделала, я и сама не знала, но что-то подсказывало, что я все делаю правильно. - Добрый день. Я пришла по объявлению. – я вдохнула, замерев, боясь спугнуть удачу. - Какое еще объявление?! – взревел этот хряк. - Объявление по найму рабочего, господин Матсушики. – я, как могла, старалась сдержать лезущие наружу едкие фразочки и убийственную ауру. - «Интересно, откуда такие садистские желания? Ладно, потом разберусь.» – подумала, откинув неуместные мысли, вновь вернувшись к своей свинь... начальнику. - Какое к черту объявление?! – пуще прежнего покраснел то ли от натуги, то ли от злости этот... объект. - В объявлении было сказано, что нужны работники со свободным графиком, желательно не студенты. – гнула я свое. В конце концов, не отступать же. - И почему же тогда я ничего не знаю о таком объявлении, мм?! Ты меня за дурака принимаешь?! – и тут я подумала, что тип мне достался самый что ни на есть тупой. Из разряда: дубина обыкновенная. И тут уж возникает непростая такая дилемма – идти доказывать, что объявление настоящее, или просто в лоб сказать что к чему, и в том, что он тупой баран, моей вины нет. И пока я размышляла на такую непростую и невероятно глубокую тему, дверь позади тихонько скрипнула, и в кабинете показался еще одна личность. Он-то и стал тем, кто разрешил мои сомнения. - Митсушики-сааан. – протянул мужской тенор, чем привлек мое внимание. Зашедшим оказался среднего роста шатен с карими глазами и обычным для японцев вырезом глаз. По возрасту ему не дашь и двадцати пяти, хотя кто ж его знает. Не смотря на заурядную внешность, первым делом меня привлекли его глаза, задорно сиявшие из-под криво надетой кепки, а нелепо торчащая изо рта зубочистка изрядно озадачила. Он прошелся по мне оценивающим взглядом, наверняка прикидывая, что я из себя представляю. А представляла я из себя нечто жалкое, в такой-то одежде и странной прической. Но, видимо, парень сделала какое-то умозаключение, так как в следующую минуту он уже схватил меня руку, начав лихорадочно трясти. - О, как же я рад! Вы, наверное, и есть наш новый сотрудник. Я так рад, что в нашем небольшом мужском коллективе, наконец-то, появится прелестное создание! Это прямо как глоток свежего воздуха! – улыбаясь, тараторил шатен, не отпуская мою руку. К слову говоря, я впала в простейший ступор и выходить из него пока не собиралась. - Эй, Акира, может ты мне объяснишь, что здесь, черт возьми твориться?! – вскипел как чайник генеральный директор. - Босс, да вы что! Я же вам еще на прошлой недели говорил, что дал объявление о свободной вакансии. – удивленно спросил парень. - Какое еще объявление. – процедил "мистер помидор". - Кажется, вы забыли, но нам нужны работники. В конце концов, тянуть весь развоз поставок с командой в семь человек, это просто зверство! И если вы откажитесь давать этой прелестной девушке место в своей фирме, у вас станет на семь работников меньше!!! – озверел здесь, видимо, не только директор. Мне даже на мгновение стало страшно за свои нервные клетки, но мысль о том, что мне нужно на что-то жить, откинула эту злопакостную мысль. Митсушики как-то посерел и со скорбным выражением лица упал в свое кресло. Видимо, он предположил, что лучше принять предложение этого Акиры, а иначе его итак маленький бизнес прогорит. Подумав об этом, меня будто ударило молнией. - «Черт! И куда я попала?! Надо было одуматься и сразу свалить! Вот теперь и разбирайся, Эва!» – злясь и ругая себя, я теперь уже с таким же мученическим выражением лица выжидала худшего. И ожидания эти не заставили себя ждать. - Тааааак-с! Я рад, что вы приняли правильное решение, Митсушики-сааан! – ген.директор убийственно зыркнул на нагло лыбящегося подчиненного. В его взгляде можно было прочитать все, что тот о нем думает и хочет сделать. Как видно, этот парень уж немало крови высосал у мужика. Злющего толстячка, который раздражал меня еще с первого взгляда, стало по-человечески жаль. Такого работничка, как этот Акира, не пожелаешь и врагу. - Отлично. Забирай ее и проваливай! – рявкнул "бедняжка". Так я мысленно и ласково окрестила теперь уже и моего начальника. Не успела я еще немного поиронизировать на эту тему, как меня, схватив за руку, буквально отбуксовали из кабинета. Шустрый и назойливый парень, что-то рассказывая про их "прекрасный" коллектив, тащил меня по коридорам. - «Блин, мне реально жаль директора. Уже представляю, сколько проблем создает этот нескончаемый источник энергии.» – отчего-то вместо досады на нового знакомого я чувствовала совершенно иное. Это не была злость, не была ненависть и это чувство даже рядом не стояло с отвращением. Такое странное чувство снисходительной усмешки, как улыбнулся бы взрослый, смотря на проделки ребенка. Это было так непонятно и ново, что я не заметила, как меня уже окружает куча человек. *** Знакомство с коллективом прошло быстро и уже без лишних эксцессов, чему я с облегчением вздохнула. Никто не придирался и мало кто решил о чем-то спрашивать. Не было грубых насмешек, также как и фонтанируемой радости. Это успокоило меня и нисколько не расстроило – вынести еще одного похожего на Акиру человека я бы не смогла. Его буйная энергия итак хлестала по моему затылку. Остаток дня я провела за инструктажем с тем же весельчаком. В пол уха слушая все его объяснения, я больше изучала нового знакомого. Не сказать, что он был каким-то особенным, но было в нем нечто, что заставляло раз за разом останавливать на нем взгляд. И каждый раз, когда я понимала, что бесстыдно пялюсь на парня, появлялось желание встряхнуть головой, как если бы меня покрывала невидимая пелена. Опять вернувшись к загадочному интересу к обычному пареньку, я решила вновь позволить своим глазам проскользнуть по нему. Темно-коричневые вихры волос, торчащих из-под кепки, темно-карие, почти черные глаза, еле заметная щетина, зубочистка во рту, обычная черная футболка, потертые джинсы и кроссы. Не понимая, снова и снова я цепко осматривала каждый сантиметр его тела, пытаясь зацепиться за мелькающую в голове мысль, которую я никак не могла поймать. Но вскоре, будто механически, я схватила парня за руку, заставив резко затормозить. Не обращая на удивленные восклицания, я стала закатывать рукав футболки выше плеч. - Эвелин-тян, да что с тобой?! – непонимающе и обиженно просил парень, переставая сопротивляться. Так мы и замерли посреди пустого коридора. Он, продолжая что-то выговаривать, и я, неотрывно пялясь на то, что так привлекало мое внимание. На его локте из-под рукава выглядывал причудливый рисунок татуировки. Будто ее выжгло само пламя – все говорило о принадлежности этой неистовой стихии. Казалось, что я смотрю на живой огонь – такими реалистичными мне мерещились эти плавные контуры темно-бардового цвета. Я застыла, лишь медленно проводя пальцем по контуру, не в силах оторваться от рисунка. Мне казалось, что кожа под моими пальцами горит, а языки этого огня будто незаметно двигаются. Из жадного, поглощающего, но такого странного чувства меня вывел Акира, уже буквально тряся за плечи. Я с трудом отвела от глаза от татуировки, скидывая наваждение. Настороженное, теперь уже серьезное лицо парня с беспокойством разглядывало мое лицо. - Да что с тобой, Эвелин-тян? Ты что-то знаешь про знак Хомры? – он с подозрением и интересом заглядывал мне в глаза, пытаясь найти ответ. - Нет. Я не понимаю, о чем ты. – с непонятными мне чувствами я развернулась в противоположную сторону и нетвердой походкой зашагала домой, но, вспомнив кое-что, остановилась – И, кстати, не называй меня так. Я – Эвелин. – тихо сказала я, в прострации ища выход. *** POV От третьего лица В это же время Время близилось к вечеру. День рождения Тотсуки справили на "ура". Именинник получил кучу подарков, полезных и не очень. Все пили, веселились, шутили, вспоминая забавные истории из прошлого. А к вечеру в баре стало уже и совсем тесно – постепенно потягивались и остальные члены клана. Вот дверь открылась, и внутрь скользнули несколько человек. Они выглядели иначе нежели другие, другие манеры, другие характеры, да и вообще их едва ли можно было назвать частыми посетителями такого рода заведений, как бар красных. Высокий мужчина с глазами лунного цвета и длинными серебристыми волосами, заплетенных в сложную косу, которая спускалась даже ниже пояса, по мягким чертам лица – явный европеец. Чуть позади него стоял молодой парень с черными волосами, собранными в хвост, который доставал до лопаток, он же, напротив, был чистокровным японцем с присуще им спокойным выражением лица. Позади эти двух, сверкая любопытными глазами, радостно выглядывала симпатичная молодая девушка-стрэйн, судя по ее манерам. Ее разноцветные глаза наивно и по-детски радостно осматривали помещение. На такую странную компанию уже давно перестали обращать внимание. Все красные уже привыкли, что эти трое, нет-нет, да заглядывают на неделе сюда, либо просто убить время, либо поболтать с их Королем. И, как ни странно, Суо Микото не был против их присутствия, а некоторые хомравцы даже проявили ответное дружелюбие. Вот и сейчас Неко, громко мяукнув, подбежала к барной стойке, где в уголке расположились Анна и Изумо. Девушка-стрэйн завоевала искреннюю симпатию у маленькой девушки и неудачного ловеласа. Двое же других осмотрели бар и найдя нужного человека, прошли к нему. К неизменно красному дивану, столику подле него, бутылке виски на столе и курящего мужчину с огненно-красными волосами. - Суо-кун, опять пьешь в одиночку? – заговорил седовласый мужчина, усаживаясь напротив. – Так и спиться недолго. – мягко улыбаясь, шутливо покачал головой он. Брюнет молча сел рядом, прикрыв глаза. Янтарные глаза обратились к двум гостям, прожигая их взглядом. - И не надо так смотреть. Во мне дырку взглядом прожечь не сможешь. - Хм, заманчивое предложение. – протянул хриплым голосом Красный Король, будто всерьез подумывал об этом. – Возможно, после этого вы свалите отсюда. – лишь усталость проскользнула в голосе красноволосого, без намека на угрозу. На эти слова Адольф Вейсман лишь вторично покачал головой. - Ты же знаешь, что я все равно буду приходить сюда. Именно к тебе. – начал Адольф, грустно добавив, - Я просто не могу не приходить сюда после того, что произошло. Воспоминания того дня не отпустило этих людей. Не сейчас. Не в ближайшее время. Боль в груди еще слишком ярка. Так странно смотрелись эти два мужчины за одним столом. Совершенно разные, как в характере, так и по статусу, бывшие враги, нынешние Короли, те, кто потеряли близкого им человека. После произошедшего вражда и агрессия со стороны красного клана свелась на нет, и, скорее всего, эти двое бы разошлись в разные стороны, ступая каждый своей дорогой. Но так причудливы повороты будущего, так непонятны мотивы людей. И кто же знал, что однажды, вскоре после того рокового дня, беловолосый мужчина не побоится прийти в бар, сесть рядом с бывшим врагом и заказать крепкое питье. Но что более невероятное, так это тихий голос второго, чья фраза разрушила атмосферу напряженности и отчуждения: "Расскажи мне о ней". Их разговоры всегда были длинными. И даже то, что говорил лишь один блондин, не добавляло ни капли смущения или тревоги. Адольф тихо рассказывал о прошлом, душой переживая все то, что происходило сто лет назад, а Микото слушал. Внимательно, не перебивая, не упуская ни единого слова беловолосого. Они никогда не говорили о дружбе или о прошлой вражде, лишь воспоминания, образы и события того, что изменить никто из них не в силах, были главными темами их разговоров. Оба они находились в столь похожих ситуациях, что именно общая боль свела таких разных личностей вместе. И тот, и другой, находясь в большой компании близких и друзей, чувствовали себя до боли одинокими. И Красный, и Серебряный Короли были связаны с одним и тем же человеком узами, которые даже смерть не смогла разрубить. Эта пустота в сердце, как если бы ты потерял кого-то близкого и родного, была одной на двоих у этих двоих. Они знали это, понимали, и потому даже молчание между ними было сродни взаимопониманию. Как часто эти двое могли сидеть за одним столом, не ведя разговоров, не смотря друг на друга, а просто молча проигрывая в голове яркие воспоминания. Даже сейчас, в теплый и радостный праздник они сидели напротив друг друга, провожая очередной день и непроизвольно вспоминая то, что вернуть не в их силах. Так много было того, о чем они жалели. Так много было того, что они не сделали. Но кроме них самих, никто никогда не услышит эти мысли, никто никогда не узнает о самом сокровенном. Судьбе невдомек, что значит сожаление, грусть, печаль или боль. Она играет по правилам, известным лишь ей самой. И так же, как и мысли двух мужчин, узоры непредсказуемого будущего этих людей останутся в Ее тени, пока Она вертит настоящим, сплетая паутину будущих событий. И будут не понятны нам, смертным, Ее игры и действия. И есть ли смысл того, что несколько хрустальных шариков, оставленных маленькой хозяйкой на карте, внезапно дрогнут и тихо сойдутся в одной точке, пока беловолосая девочка, устав от безрезультатных поисков, пробует новые сладости с девушкой-стрэйном. Никто из веселящихся не заметит тускло поблескивающих шариков, не увидит знаков Судьбы. И лишь хрустальный перезвон еле слышного смеха в тишине ночного города станет следом Ее игр и забав. Но никто не услышит этого, никто не заметит. А ведь у Нее такие большие планы на этих глупых людишек...