Бедняга с двадцать восьмой улицы.

Они шли очень долго. Час, два... Они за городом... Три, четыре... Мальчики стояли около калитки, выполненной в японском стиле. —И куда мы пришли?—спросил Том, на что Роберт открыл калитку и сказал: —Это дом моей тётушки. Проходи. Пока будем здесь. —А нас точно не найдут?—пройдя по дорожке из гальки, спросил Томас. Роберт лишь улыбнулся и кивнул головой. Даже в этом пустом доме была еда. Роберт лишь говорил, что тётушка приезжает сюда иногда, думая, что он тут обосновался. За историями о тёте Роберта ребята приготовили себе ужин, а после стали обсуждать и другие темы. —Кстати, здесь есть баня, которая выполнена в стиле горячих японских источников.—вспомнил Роб, как блондин тут же заинтересованно взглянул на шатена. —Я бы сходил туда.—сказал Томас, как Роберт встал и протянул ему руку. Оба пошли в баню. Лёжа в источниках, Роб коснулся того, из-за чего они и сбежали. Матери Томаса. —Я не хотел тебе это говорить, но ты сам хочешь это узнать... Хорошо, я расскажу, с чего всё началось.—Томас начал своё повествование, вспоминая все детали: Это был конец осени. Ноябрь. Это было утро. "Почему слякоть такая дурацкая? Чем-то на меня похожа..."—думал Том, идя в школу всё той же дорогой. Вчера вечером, когда он вернулся домой из школы его встретила дурная атмосфера. Шторы везде были задёрнуты, везде бутылки от вина, коих Томас насчитал двенадцать штук. Когда он приоткрыл дверь в комнату мамы, то там его встретил солидный мужчина в халате. —Так ты и есть её сын? Что ж, я буду приходить сюда и делать твоей маме приятно. Меня зовут Сэм. А теперь будь послушным мальчиком и иди делать уроки...—бархатный голос мужчины подталкивал Тома уйти, но он всё же решил подойти к своей маме, на что та крикнула: —Какой из тебя сын, если ты папу не слушаешь?—спросила его мама. Она была очень пьяна, потому голос её был необычным для сына. —Мам, ты таких "пап" приводишь каждый месяц нового! Я не собираюсь слушать того, кого даже знать не знаю!—крикнул Томас, на что словил оплеуху от матери: —Ещё одно такое заявление - и тебя тут же не будет в этом доме! Иди в свою комнату, щенок!—комната разразилась пьяным женским криком, на что сын развернулся и ушёл. Это кто угодно, но не его мама... Он не верил, что это она. "Моя мама всегда была добра ко мне, а сейчас... Кто это вообще?!"—он вылез из окна своей комнаты на ветку дуба, на которой сидел каждый вечер. "Маме опять тяжело, вряд-ли ей помогут мои оценки..."—с этими мыслями он уснул... Роберт лишь вздохнул, похлопал друга по плечу и сказал: —Мне тоже нужно кое-что тебе сказать... Этот дом... Это не дом тётушки. Роберт сглотнул ком в горле и продолжил рассказ: Тогда ему было семь лет. Его часто отвозили сюда родители, так как тут жила тётя Марго и бабушка Элиза. Марго была старшей дочерью, потому всё хотела сбагрить свою маму в мир иной, дабы завладеть домом и счетами. В то самое лето они сильно поругались, потому в порыве гнева девушка запинала старушку до смерти ногами. Роб всё это видел, поэтому тётушка ему сказала: —Когда вырастешь, живи в этом доме... Я не смогу жить там, где убила собственную мать. Она отдала шатену ключи и со слезами на глазах уехала. Только один лишь Роберт знает, куда, ведь бумажку с адресом он нашёл совсем недавно, после визита тёти. Томас обнял своего друга и сказал: —Я тебя не предам, даже после твоих скелетов из шкафа. Мальчики вышли из бани и стали готовится ко сну, как тут по телевизору сказали, что они объявлены в розыск, так как на них свесили ещё несколько громких убийств. —Надо... Бежать... Роберт, надо бежать!—кричал в истерике Том, тряся шатена за плечи. —Тише, тише! Я придумаю, куда нам... Точно!—Роберт достал из ящика бумажку с адресом. —Чёрт, она в Канаде...—произнёс Роберт. —Просто пересечь границу... Мы в другую страну, блять, полетим!—Томас снова закричал, как в окна забили маячки полицейских машин. Роберт схватил Тома за руку и оба кинулись в бега.