Гавань моей любви (Your light will terrify the dark)

Дорогой Сириус, Надеюсь, что ты проводишь каникулы хорошо. Чем занимаешься? Тренируешь освоенные во время учебного года навыки? Я это делаю регулярно. И знаешь, у меня уже очень неплохо получается! Правда, соседи и родители, кажется, уже что-то подозревают. Я уже побывала у Лили. У нее прекрасные родители, но вот сестра...Петунья - просто кошмар, не знаю, как Лили с ней уживается. Все время, что я у них была, она шарахалась от меня, как от чумной! И смотрела так, как будто я как минимум кого-то убила. Но, в целом, мне у них понравилось. Что ты думаешь об этих слухах? Меня они беспокоят...Мне кажется, что этот Волан-де-Морт просто сумасшедший. Как можно истребить полукровок и магглорожденных? Ведь они составляют девяносто процентов волшебного мира! Я бы очень хотела, чтобы ты приехал ко мне погостить! Без тебя, Джима, Рема, Пита и Лили слишком грустно...Но я понимаю, что тебя не отпустят. А Джеймс уехал с семьей в Швейцарию, Римус и Питер отказались, Лили тоже уехала... В любом случае, встретимся уже совсем скоро! Осталось всего две недели до начала учебного года! И я этому очень рада. Не скучай, Гермиона Сириус читал письмо от подруги, сидя в своей комнате на диване. Он очень скучал по друзьям, и, в особенности, по ней. Он уже давно перестал отрицать тот факт, что он влюблен в нее. Ему нравилось находиться рядом с ней, ее смех был самым прекрасным звуком, а от взгляда, вскользь брошенного ею на него заставлял сердце воспарить. Но вот только он ей не нравится. Сириус был уверен в этом, поэтому никогда не надеялся ни на что. Он решил для себя, что будет просто радоваться ее счастью, и...не мог не злиться, когда она заговаривала с кем-то другим, или смеялась, слыша чью-то шутку. Когда они разъехались на каникулы, Сириус испытал двоякие чувства. С одной стороны, облегчение, что он не будет видеть ее каждый день и ее образ не будет напоминать ему о его чувствах. С другой стороны, он безумно скучал по Гермионе. Скучал и постоянно думал о том, где она, с кем, что делает. Поэтому ее письмо было настоящим праздником в череде серых будней в доме на площади Гриммо. Перечитав его несколько раз, он бросился к столу писать ответ. Но, к несчастью, в этот самый момент в его комнату вошла Вальбурга Блэк. Увидев на столе сына письмо, она тут же схватила его, и, несмотря на протесты Сириуса, прочла. -Грейнджер? Кто это? - спросила она, холодно взглянув на сына. -Да так...знакомая. - сквозь зубы ответил молодой человек, исподлобья глядя на мать. -Я забираю это. -Что?! Вы не имеете права! - закричал Сириус, пытаясь выхватить послание из рук Вальбурги. Но женщина, забрав и пишущие принадлежности, вышла из комнаты, не забыв запереть дверь. Бессильно стукнув кулаком о стену, Сириус тихо выругался.

***

Двадцать пятого августа в Косом переулке было людно. Школьники покупали школьные принадлежности под чутким руководством родителей. Гермиона стояла в книжной лавке, выбирая книги на следующий учебный год. Она провела в магазине уже более получаса, когда колокольчик снова звякнул и в лавку вошли новые покупатели. Оглянувшись, Гермиона с радостью узнала Сириуса. Мерлин, как же он стал красив! Длинные черные волосы спускались волнами до плеч, челка то и дело налезала на синие глаза. Он возмужал за это лето. Он был с матерью. Как только женщина отошла, девушка подошла к другу. -Сириус! -Гермиона! Рад тебя видеть! Они обнялись. -Я писала... - начала было девушка, но ее перебили. Это была высокая черноволосая девушка с их курса. Она откровенно пялилась на Сириуса, что очень раздражило Грейнджер. -Сириус, привет! - позвала вдруг она. -Привет. - улыбнулся парень, обращая на нее свое внимание. В этом жесте не было ничего плохого, но Гермиона неожиданно рассердилась на него. Ее обостренные чувства на почве влюбленности подсказали девушке, что он заигрывает с этой девчонкой. Да еще в такой момент, когда она говорит ему о своем письме, на которое он, к тому же, не ответил! На глазах выступили слезы, она мучительно покраснела, и сказала другу: -Впрочем, неважно. Мне пора идти. Пока. И, стараясь не смотреть на пораженно замершего Сириуса, она прошла вглубь магазина. Слезы обиды, стыда и разочарования блестели у нее на глазах. День был безнадежно испорчен.

***

Гермиона после этого случая еще долго избегала Сириуса. Ее гнев прошел почти сразу, но потом, когда она поняла, как глупо повела себя, ей просто стало стыдно приближаться к Блэку. До такой степени, что даже первого сентября поехала в Хогвартс не с Мародерами, как это всегда бывало, а в другом купе с соседками по спальне - Лили и Алисой. Уже в Большом зале, когда они с Лили проходили мимо четверки друзей, Грейнджер старалась смотреть на кого угодно, только не на их компанию. Впрочем, одно обстоятельство все же привлекло ее внимание: Джеймс громко поздоровался с Лили и пригласил ее в Хогсмид. Рыжеволосая девушка, возведя глаза к потолку, резко отказалась, а Поттер как-то сразу сник и притих. Он весь третий курс досаждал Эванс своими ухаживаниями, и заканчивать, видимо, не собирался. -Он даже летом мне писал, представляешь? - возмущенно прошептала Гермионе на ухо Лили. -Просто ты ему нравишься. - слегка улыбнувшись, ответила Грейнджер. -Кто бы говорил... - тихо, почти про себя, сказала Лили, которая уже знала о ссоре. Но Гермиона ее услышала и смерила подругу осуждающим взглядом.