Рождественская история

      Это был как взрыв сверхновой, поглотивший всего Поттера целиком. Губы, руки Снейпа были везде. Он жадно целовал, ласкал, сжимал с таким нетерпением, словно Гарри мог в любую секунду раствориться в воздухе. Они оба горели в невероятной агонии. Почти целомудренный поцелуй, полу шутка, превратился в настоящий пожар. Виски и бокалы были безжалостно скинуты на пол. Ни Гарри, ни Северус не обратили внимание на то, с каким грохотом разбилось стекло на тысячи осколков. Гарри оказался прижат к столешнице, распят и обнажен. Сверху на него навалился Северус, не давая шевелиться, выцеловывая символы на его животе и спускаясь ниже. — Поттер… Последняя попытка. Прекрати это, — прохрипел Снейп, кладя руку на возбужденный, жаждущий внимания член Гарри. Юноша выгнулся дугой и, вырвавшись, рванул Северуса на себя за полу развязавшегося халата. — Ни за что.       Что было дальше детально вспомнить почти невозможно. Снейп откуда-то призвал смазку, и Гарри не успел возмутиться тому, что она вообще есть в доме его профессора. Потом было жарко, горячо и очень сладко. Кажется, каждый миллиметр кожи Гарри был покрыт поцелуями и засосами. Северус очень бережно взял его прямо на кухонном столе, и все, что оставалось Гарри — это бесконечно стонать под умелыми движениями Снейпа, разрываясь от счастья и возбуждения при каждом толчке. Они кончили практически одновременно, и с последней фрикцией Гарри, ахнув, утянул Северуса на себя.       Какое-то время оба приходили в сознание, и Гарри было до смерти приятно, что Северус не пытался разорвать объятия. Потом Снейп глубоко вздохнул и, приподнявшись на локтях, посмотрел в лицо Гарри. — Теперь объяснишь? Как ты дошел до этого? Гарри нахмурился. — До этого? Северус пожал плечами. Гарри заметил, каким расслабленным он был сейчас, и сделал себе мысленную пометку почаще затаскивать Северуса «на стол». Если, конечно, они сейчас не наломают дров. — Я… — несмотря на все произошедшее, голос слегка подводил, — Я не знаю. Просто… С тобой лучше. — Лучше? — уточнил Северус, и Гарри безошибочно распознал в его голосе скепсис. — Чем без тебя. Северус, казалось, вздрогнул от этих слов. — Ты точно сошел с ума, — прошептал он, — Теперь нас двое сумасшедших. Гарри улыбнулся. — Двое — это значит не в одиночку. И мне очень нравится такое сумасшествие. Хотя я сильно сомневаюсь в правильности этого термина. Снейп выгнул бровь. — Умных слов нахватались, мистер Поттер? Гарри рассмеялся. — А если серьезно, — снова посуровел Северус, — Поттер, зачем тебе это все? Улыбка тут же сползла с лица Гарри. Стоило ожидать подобных разговоров. — Я не знаю, — честно ответил он, — Но очень хочу попробовать. Или тебе так дорог тот красавчик? Воспоминания четырехдневной давности приносили боль, но это необходимо было пережить. Поттер приготовился к неприятному ответу, но Снейп вдруг засмеялся. Гарри широко распахнул глаза, впитывая в себя низкий лающий смех Северуса. Он был по-своему красив. Не совсем соображая, что делает, Гарри протянул руку и провел пальцами по губам Снейпа. Смех прекратился, но Северус продолжал смотреть на Гарри с веселым блеском в черных глазах. — Адам, — ответил он, перехватывая ладонь Гарри и начиная целовать его пальцы. Он издал короткий смешок, заметив, как недовольно Поттер сощурил глаза. — Хастлер. Должен же я был как-то удовлетворяться в отсутствие тебя. — Хастлер, — медленно повторил Гарри, не зная, радоваться ему или нет. — Я всегда думал, что ты можешь найти себе кого-нибудь получше, — между тем продолжал Снейп. Его язык обвел подушечку указательного пальца Гарри, и тот подавил стон, — Поэтому пытался максимально от тебя отдалиться. Но, видимо, зря я так старался, — Северус вобрал в рот сразу два пальца, и Гарри ахнул. Возбуждение прошило его насквозь, — Когда я заметил тебя возле борделя сначала хотел подойти, но потом… Ты так удивился, когда ко мне подошел Адам, что я не мог не доиграть этот маленький спектакль до конца. — Вот же ты засранец! — возмутился Гарри, выдергивая свою ладонь из рук Северуса, — А я повел себя как последний идиот… Стал за тобой следить. — Да уж, это было довольно глупое решение, — подтвердил Северус, наваливаясь на Гарри всем телом, давая почувствовать твердость его намерений, — Мало того, что я сам сколько пробыл шпионом, так еще и твою магию я узнаю из тысячи. А когда ты начал бить те елочные шары… Гарри был пунцовый от стыда и возбуждения. Хотелось одновременно и провалиться сквозь землю, и обхватить гибкое тело ногами и любить его до конца ночи. — Тогда я понял, что ты гораздо более заинтересован, чем сам это осознаешь. И, не давая Гарри и слова вставить, медленно поцеловал, вкладывая всю нежность и нерастраченную заботу. — Осталось только тебя дождаться, — закончил свой рассказ Северус после того, как оторвался от своего мальчишки. — Расставил на меня сети, значит, — довольно улыбнувшись, подытожил Гарри, — Получил безотказный подарок прямо к Рождеству. — А ты безотказный? — усмехнулся Северус. — Можем перенестись на более удобную горизонтальную поверхность, и я покажу тебе, насколько, — пообещал Гарри, засмеявшись.       За окном медленно падал снег. Свет в кухне в бывшем Тупике Прядильщиков погас. До Рождества оставалось два дня.