Рождественская история

      В два часа ночи хорошие мальчики не ходят в гости. Даже плохие мальчики в два часа ночи уже разобраны по постелям и точно не шатаются по зимним улицам. Заметно подморозило, и Гарри клял чувствительные пальцы, которые озябли, стоило ему только выйти из дома. Он аппарировал, решив, что не станет возвращаться за перчатками, и вот результат. Тупик Прядильщиков сильно изменился за несколько лет. Теперь это был развивающийся район с малоэтажным элитным жильем. Тупик разрыли до вполне просторной улицы и назвали Буковой аллеей. Гарри до смерти хотелось знать, что об это всем думает Снейп. Наверняка шипит, как змея и плюется ядом. Приходилось признать (врать самому себе последнее дело) — Гарри действительно хочет смотреть, как бывший профессор, ныне глава научной лаборатории, Северус Снейп плюется ядом. А как ощущается Амортенция, может, пора бить тревогу? Гарри не знал. Все, что знал сейчас Гарри — это то, что в два часа ночи, за три дня до Рождества он стоит перед темными окнами дома своего бывшего профессора зелий и до ужаса боится и одновременно желает зайти внутрь.       Четыре дня прошло с того момента, как Гарри случайно встретил Снейпа с его любовником возле бара «Золотая фейри». И что это были за четыре дня… Начать с того, что Снейп стал ему сниться. Каждую ночь он появлялся в его снах и вел себя с все возрастающей наглостью. В первый день Гарри нарезал круги и кипятил воздух вокруг себя. Той ночью Снейп пришел в его сон, сел на кресло и своим бархатным голосом спросил: — И не стыдно вам было подсматривать, мистер Поттер? Разумеется, Гарри ничего ему не ответил. Тогда Снейп ухмыльнулся и начал медленно крутить прядь волос в своих пальцах. Гарри проснулся ровно в тот момент, когда, набравшись во сне храбрости, подошел к Снейпу и протянул руку, чтобы заправить прядь за ухо. Проснувшись на второй день, Гарри сначала выпил кофе. Потом сидра. Потом нарядил ровно половину елки. Потом выпил еще сидра. Потом нарядил еще четверть елки. Потом выпил вина. Потом снарядил Кикимера достать все выпуски Ежедневного Пророка за полтора года. Пока Кикимер выполнял его указания, Гарри выпил еще вина. И еще. Через час пятьдесят две минуты появился Кикимер, и Гарри (все больше и больше пьянея) скрупулезно стал выискивать все упоминания о Снейпе за эти полтора года. Таковых нашлось немало. В том числе и о любовных похождениях нынешнего героя войны. Его замечали минимум три раза с тремя разными парнями. Все трое были моложе его, с темными волосами и светлыми глазами. После этого открытия Гарри разбросал оставшиеся передовицы и снова выпил. Потом он заснул прямо на диване в большой гостиной. Конечно, ему снился Снейп. Снейп улыбался. Открыто и немного дерзко, оценивающе глядя на Гарри. — Что же вы все смотрите, мистер Поттер? — спросил он своим невозможным голосом, — Может, хотите что-нибудь сделать? Гарри не мог ничего ответить. И перестать смотреть он тоже не мог. Снейп издевался, медленно снимая мантию, обнажая белоснежную рубашку. Две верхние пуговицы на воротнике были расстегнуты, и Гарри впился взглядом в его молочно-белую шею. Снейп улыбался, а Гарри проснулся со стояком в штанах. На третий день Гарри боролся с головной болью и постоянным возбуждением. Тяжело принять, что ты хочешь своего бывшего нелюбимого профессора. Однако Гарри привык смотреть в лицо бедам. А растущее сексуальное желание, замешенное на пугающей его самого робости — явно принадлежало к бедам. Той ночью Снейп сразу был в одной рубашке. Причем пуговиц у него теперь было расстегнуто четыре. — Оказывается, мистер Поттер, вы у нас очень плохой мальчик, — прошептал он так, что у Гарри побежали мурашки, — Надо было вас хорошенько отшлепать еще в школе. С этими словами Снейп выдернул ремень из собственных брюк и нарочито медленно стал расстегивать оставшиеся пуговицы. Эта экзекуция закончилась внезапно, Гарри проснулся на самом интересном моменте. Душ в то утро он принимал очень долго. На четвертый день Гарри чувствовал себя больным и измотанным. Он точно знал, чего хочет, но не понимал, как исполнить свое желание и стоит ли оно того. Спустя весь день, несколько повторно прочитанных газетных статей и полбутылки крепленого вина, Гарри стоял в два часа ночи напротив дома Снейпа. На самом деле, то, что он смог так легко найти его адрес немного пугало. Но сейчас это не имело значения.       Гарри стоял и смотрел, чувствуя, как леденеют конечности, и все же не трогался с места. Что он скажет? Наверное, он бы так и стоял всю ночь, пока не заработал бы воспаление легких, но судьба опять решила все за него. В окне, прямо напротив Гарри, вдруг зажегся оранжевый свет. Еще через пару секунд в проеме появился силуэт. Гарри затаил дыхание. Это точно был Снейп. Тот не замечал шпиона. Ходил туда-сюда по, видимо, кухне, не заглядывая в окно. Смотря на этот темный силуэт, Гарри чувствовал, что его отпускает. И чего он так распсиховался? Снейп живой, здоровый… Пусть отдыхает дальше, а Гарри зайдет к нему позже. Днем или вообще на Рождество, куда торопиться? Гарри почти улыбнулся, счастливый от этой мысли. Но тут… Силуэт, до этого двигавшийся по диагонали от дальнего угла к окну, вдруг застыл. Юноша видел, как Снейп поворачивает голову и буквально встречается взглядом с Гарри. Немая сцена длилась недолго. Поттер, кажется, даже забыл, как дышать, но Снейп быстро разорвал их зрительный контакт, ехидно приподнимая бровь и удаляясь от окна. Еще несколько секунд Гарри верил, что обошлось. Но потом в отдалении отчетливо послышался щелчок открываемой двери, и на пороге дома возник сам Северус Снейп. — Так и будете стоять там, Поттер? Голос звучал хриплее, чем помнил Гарри, но в этом даже был свой шарм. На негнущихся ногах Гарри подошел к крыльцу. — Добрый вечер, мистер Снейп. — Скорее уж ночь, мистер Поттер, — ответил тот, хмурясь и поплотнее запахиваясь в длинный халат, — Чем обязан? — Да… — Гарри почувствовал, как во рту становится сухо, — Просто проходил мимо… — В два часа ночи? — уточнил Снейп, и на губах его появилась ухмылка. Ну хорошо, ухмылка — это что-то знакомое. — Ну… я проходил мимо случайно. Думал — вдруг вы не спите… — Поттер, — прервал его Снейп, — Прекратите пороть чепуху и скажите, что вам от меня потребовалось. Гарри тяжело выдохнул. Естественно, Снейп не был рад его видеть. Глупо было даже надеться на обратное. Впрочем, за неимением лучшего ответа, Гарри выдал то, что пришло на ум первым. — Да просто хотел вас увидеть. Гриффиндор — это точно диагноз. Гарри не смотрел на Снейпа, чтобы не видеть, как презрительно будет кривиться его лицо. — Зачем? Ладно, это неожиданный вопрос. Ответ требовался соответствующий. — Соскучился. Вот теперь Гарри не выдержал и посмотрел на Снейпа. Тот не выглядел разозленным. Он даже не выглядел удивленным, что уже было странно. У Снейпа был вид человека, которому дали подержать пушистое животное, и он не знает, как с ним обращаться. — Вы, должно быть, шутите, — наконец, проговорил он. — Нет, я! — Гарри замялся, — Я много думал о вас в последнее время, — он чувствовал, что краснеет, и льющийся прямо на него свет из коридора только ухудшал положение, — Я хотел… Хотел бы знать, что у вас все хорошо. И… Поздравить с наступающими праздниками. Ну и, — Гарри сам поражался своей наглости, но остановиться было уже сложно, — Может быть, как-нибудь выпить с вами. Мерлин. Он сказал это. Это ведь почти признание, так ведь?.. Снейп молчал долго. Он скользил взглядом по продрогшей фигуре своего бывшего ученика и, как будто, не мог сложить в голове какой-то паззл. Гарри немало удивляло, что Снейп не сердится. — Что ж, Поттер, — наконец, проговорил Снейп, — И вас с праздниками в таком случае. Потом он вдруг отошел на пару шагов, распахивая дверь шире. — Проходите. — Что? — Гарри во все глаза уставился на хозяина дома. На секунду ему показалось, что в уголках губ Снейпа мелькнуло что-то, похожее на улыбку. Но потом эта искра погасла. — Вы хотели со мной выпить, — холодно ответил тот, — Почему бы в таком случае не сделать это сейчас? Все равно я теперь не засну. Гарри не знал, радоваться ему или пугаться. С одной стороны, какая-то часть его ликовала, но с другой — что можно ожидать от бывшего Пожирателя смерти, знатока ядов и боевых искусств в два часа ночи, при этом являясь одной из причин его бессонницы? — Здорово, сэр, — на автомате произнес Гарри и сделал шаг в залитый светом коридор. Внутри было тепло и пахло чем-то сладким. — Оставьте мантию тут и идемте в кухню, — скомандовал Снейп, не глядя на Поттера устремляясь в глубь дома.       Гарри завертел головой. Дом был маленький и явно очень старый. По углам белела паутина, пол протяжно поскрипывал, но в целом комнаты выглядели обжитыми и даже навевали уют. Он вошел в небольшую кухню. По центру стоял широкий прямоугольный стол без скатерти. На него Снейп выставил два бокала и початую бутылку виски. — Ух ты, — вырвалось у Гарри, — Я думал, вы предпочитаете вино… Снейп скептически приподнял брови. — Я пью вино, мистер Поттер. При отсутствии виски. Гарри стоило больших трудов не напомнить о том розовом бокале четыре дня назад. — Тогда хорошо, что я не прихватил бутылочку, — попытался пошутить он. Снейп хмыкнул. — Ну нет, коллекционное вино из погреба Блэков я бы с удовольствием продегустировал, — произнес он, разливая виски по бокалам. У Гарри начала болеть голова от одного вида янтарной жидкости. Кроме того, он чувствовал в этом какой-то подвох. Но идти на попятную уже было поздно. — С Рождеством, мистер Поттер! — ровным голосом сказал Снейп и пригубил из своего бокала, не отводя глаз от ночного гостя. Гарри кивнул и, набравшись духу, отпил свою порцию. Виски обжег губы и горло пряным ячменным вкусом. В голове бумкнуло, и как будто что-то встало на место. — Мистер Поттер, — о Мерлин, Снейп, кажется, улыбался, — Кто же так пьет виски? Вы же опьянеете быстрее, чем закончится ваш бокал. — Возможно это будет не самый плохой исход, — выдохнул Гарри, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, — Как вы празднуете Рождество, мистер Снейп? Тот фыркнул, откинувшись на спинку стула, продолжая следить за Гарри. — Это именно то, что вы хотели обсудить? Юноша дергано пожал плечами. Ему казалось, что он не видел Снейпа целую вечность. А другую вечность, поменьше, он мечтал о том, как будет говорить с ним, что скажет, как возьмет за руку… Теперь же в голове было звонко-пусто и не хотелось ничего, только сидеть здесь и смотреть в темные глаза напротив. Но Снейпа, похоже, такой сценарий не устраивал. Он снова отпил виски и жестом показал Гарри сделать то же. Поттер отзеркалил движение, и свет в кухне загорелся для него теплее и приглушеннее. — Я вот буду праздновать один. Все друзья либо разъехались, либо видеть меня не желают. А вам есть, с кем праздновать, мистер Снейп? Гарри испытующе посмотрел на бывшего профессора. Тот расслабленно сидел напротив, всем своим видом демонстрируя вежливый интерес. Когда Гарри поднял на него взгляд, Снейп придвинулся ближе, не разрывая прямого зрительного контакта. — Наверное, я приму приглашение Люциуса на ежегодный Рождественский бал. Ответьте мне, мистер Поттер, это именно то, что вы хотели спросить? Гарри находился как в трансе. Ровная тяжелая сила, источаемая Снейпом успокаивала и подавляла. — Нет, — шепотом ответил Гарри. Снейп мягко улыбнулся и поднялся из-за стола. Гарри смотрел, как медленно он обходит стол и оказывается возле юноши. — Я так и думал. С приближением Снейпа внутри Гарри возрастало дремавшее до этой минуты возбуждение. Он порывисто облизал губы, вскидывая голову, когда Снейп оказался в паре дюймов от него. — Скажите, мистер Поттер, — свистящим шепотом произнес Снейп. Он поднял ладонь и коснулся самыми кончиками пальцев щеки Гарри. По телу юноши, словно пустили ток. Он снова облизал губы, замечая, как вздрогнул после этого Снейп, и попытался сосредоточиться на том, что ему говорят. Тонкие прохладные пальцы, выводившие узоры на его коже сильно отвлекали. — Вы сошли с ума? Гарри почти не понял, что значит этот вопрос. Лицо Снейпа приближалось, он уже мог почувствовать дыхание на своем лице. — Нет, — выдохнул он. Губы Снейпа растянулись в хитрой улыбке. — На вашем месте я бы не был так уверен. Дыхание становилось прерывистее, Гарри чувствовал почти незаметный мужской запах, исходивший от Снейпа, черные волосы щекотали лоб. — И не стыдно вам было подсматривать, мистер Поттер? И, прежде, чем эта фраза дошла до сознания, губы Гарри накрыли другие — тонкие и сухие.