Ты любишь сладкое?

Наконец, уроки закончились и можно идти домой. За сегодня я уже получил не самое лучшее число в дневник, который и не носил уже пару лет. В коридоре опять полно народу, боже мой. Все толкаются и не дают пройти. Неожиданный удар по голове выбивает из моего и без этого уставшего тела все силы и я с грохотом падаю на холодный бетонный пол. Были бы не так плохо, если бы всё оказалось случайностью.Но одноклассники не отличаются ко мне особой любовью, - хаха, Саниров, смотри куда прёшь, или помочь встать? Хотя, нет, пусть тебя поднимет и успокоит твой братик. Даже не пытаясь выяснить, что случилось, я встал и направился к выходу. Голова всё ещё болит и изнуряет этой болью. Хочется просто снять её и оставить на ближайшей лавке. -Хей, что случилось?! Вот чёрт. Совсем забыл. -Где твоя куртка? У тебя кровь?! На выходе стоял Иван. Он был взволнован и напуган. Очевидно, проснулись братские чувства. -Я говорю: Кто это сделал?! Он начал моментально выходить из себя. А ведь всё из-за тебя. -Ваня, я сам. Я сам упал и ударился. А куртку не забрал, потому что много людей. Сейчас я пойду домой и всё будет хорошо. Винить некого. С самого детства мы часто проводили вместе время и привязались друг к другу. Особенно это можно заметить по отношению Вани ко мне. Один раз мы играли в прятки или что-то подобное и я разбил большую и дорогую для отца статуэтку. В тот раз я очень много плакал и не мог успокоится. Отец, наверное, выпорет меня до полусмерти. -Илья, посмотри на меня, — Ваня взял меня за щеки обеими руками, — всё хорошо. Сейчас мы соберём осколки и склеим фигурку обратно. А папе скажем, что это я. -Нет! Ты что! Эт-то же я р-разбил её-ё. -Тише. Я старше, а значит достанется мне меньше. Тем более, я готов к любому наказанию, — он поцеловал меня в лоб, — идём же скорее. Тогда отец, обнаружив пропажу статуэтки, сначала собирался спросить с младшего, но пришёл Ваня и признался сам. -Как скажешь, — Ваня снял куртку и накинул на меня, — идём. -Вань, холодно же. Пристальный взгляд, который отбивает всё желание спорить и мы уже идём вдоль дороги. Пока мы шли до этого чёрного дома, я мечтал не расплакаться. Не могу объяснить причину. Наверное, тогда на меня нахлынули воспоминания или чувства. -Я дома, — первым делом проронил я, зайдя в небольшую квартирку. Кажется, Вадима нет. -Быстрее, нужно обработать рану, неси аптечку, я помогу. Я послушно направился в ванную. Казалось, ещё минут пять этой ноющей боли в голове и мне не нужны будут никакие энергетики для смерти. Ваня уже сидел за столом в моей комнате. -Может, чай? — меня напрягала обстановка. Да, голова болит, но я больше не тот маленький ребёнок, который нуждается в помощи старшего братика. -Садись. Строгий голос. Как в детстве. После обработки небольшой раны Ваня вздохнул. Оказалось, ничего серьёзного. Но по мере того, как часто я щурился, можно догадаться, что хоть этого и не видно внешне, голова болит. -Как ты? -В порядке. Спасибо. -..в следующий раз.. будь поаккуратнее. -Ваня. Я могу сам о себе позаботиться и.. -Я вижу. Знаешь, не стоит упрекать меня в заботе. Это не просто так. Прекрати делать вид, что такой самостоятельный. -Не просто так? Так что же ты подразумеваешь под вечными подкалываниями надо мной? Неизмеримую братскую любовь? Не знаю, зачем начал это. Мне казалось, что отобрав мои возможности, время, родителей, он захочет и всю мою жизнь заполнить собой. Я думал, что он издевается. -Замолкни. -Нет уж, выкладывай. Да, я ребёнок. Да, всё ещё твой младший брат. Но у меня своя жизнь, а у тебя своя. Если так хочется включить свой отцовский инстинкт, так заведи девушку и стань отцом, — я встал с коленок и повернулся к брату, — чего ты ждёшь? -Отойди. Как он смеет? Как он смеет отталкивать меня? Он же буквально вся моя жизнь. Мы же зависим друг от друга теперь. -Что? Чего ждёшь? Пока у меня появится девушка и ты её очаруешь, да? Знаешь, а я не против. Ты значить для меня больше, чем думаешь, но постоянно отталкиваешь! Неужели ты не помнишь всё время, что мы проводили вместе? Да у меня даже нет друзей, кроме тебя. Ваня сидел напротив, опустив глаза. Как это произошло? Мне и до сих пор стыдно. Я протянул руку вперед, и, взяв его за щёку, потянул на себя.