Бездна

— С-стой… — блондин немного дрогнул и пытался оттолкнуть меня, но из-за большого количества выпитого алкоголя, сил было не то, что не достаточно, Юлик попросту не мог даже немного подвинуть меня, что свидетельствовало о том, как же Онешко плох в распитие спиртных напитков. Проведя рукой по одной из его ягодиц, я облизал мочку уха своего возлюбленного, а затем мои губы начали проходиться лёгкими касаниями в области шеи и ключиц моего партнёра, из-за чего тот еле сдерживал своё давно сбитое из привычного ритма дыхание. Одна моя рука взяла блондина за плечо и прижала к спинке дивана беззащитного парня, а вторая начала расстёгивать пуговицы на такой уже не нужной рубашке, что начало открывать вид на тело Юлика, которое было таким же привлекательным, как и в моих мечтах. Откинув вещь, я начал поглаживать грудь парня, будто случайно задевая сосок, а затем сжимая его в пальцах, заставляя парня издать сдержанный и довольно тихий стон, но такой сладкий для моего слуха. Взяв уже порядком покрасневшую щеку Онешко, немного обхватывая часть шеи и уха, я поцеловал своего возлюбленного. Я не дал парню привыкнуть к процессу, поэтому наши языки начали сразу же сплетаться, из-за чего рушилась тишина и были слышны лишь звуки нашего поцелуя, шуршание и звуки падения одежды на пол. Хоть от блондина и несло перегаром, мне всё равно удавалось учуять его собственный запах, который одновременно успокаивал и заводил меня. Сняв с себя кофту, я посадил Юлия на колени и взял за талию, прижившись своим голым торсом к его, продолжая страстно целовать Онешко, который уже не сопротивлялся, а наоборот поддавался и отвечал взаимностью, обвивая мою шею своими руками, которые хоть и были изрезаны, но всё равно были красивы для меня. Несмотря на все минусы в характере и во внешности — я всё равно считал блондина самым прекрасным человеком для меня. Через джинсы я уже ощущал что-то твёрдое и утыкающееся в меня, прекрасно понимая, к чему же это приведёт. От груди, моя рука перешла к паху моего партнёра, из-за чего тот дрогнул, но не пытался остановить меня, ведь был слишком увлечён поцелуем, что позволило мне расстегнуть ширинку джинс парня и залезть рукой ему прямо в трусы. Я не спешил снимать с него низ, а лишь мучил блондина медленными движениями по половому органу, что заставляло его немного дрожать, ведь это всё-таки первый опыт Юлика. Я понимал, что он боится, но по стояку и не скажешь, что для него это слишком. Немного приспустив штаны вместе с бельём, я начал дрочить своему парню, со временем делая движения немного быстрее. Я оторвался от губ Юлия и начал ставить засосы на его шее, тем временем, поглаживая головку члена своего партнёра, который не сдерживался и стонал уже в пол голоса, хотя будучи трезвым он, наверняка, был бы скованнее и молчаливее. Он был готов кончить лишь от моей руки, но я не позволил так рано закончить этот процесс, поэтому резко прервался и начал снимать с себя и с него штаны с бельём полностью, так как уже было жутко жарко, несмотря на, мягко говоря, не тёплую погоду на улице. — Эй… Зачем ты остановился? Я ведь… почти… — задал вопрос дрожащим от возбуждения голосом. — Какой не терпеливый. Я продолжу, если ты мне поможешь. — произнёс с ухмылкой я и подставил пару пальцев к губам партнёра. — Что… я должен делать? — Оближи. Юлик залился краской ещё больше, но всё равно послушался меня, что радовало и возбуждало ещё больше. Сначала он прошёлся языком по одному пальцу, а в рот взял уже два, начиная обсасывать их так, будто он сейчас представляет что-то по-настоящему развратное, или же это я сошёл с ума и воображаю такие постыдности. Хотел бы я, чтобы блондин опустился вниз и проворачивал такие действия с моим членом, но я не уверен, что тот готов к такому. Тем временем, три пальца были уже порядком влажные и я не стал медлить. Сначала я медленно вставил один палец в колечко мышц парня, а затем со временем добавил ещё пару, растягивая того, чтобы не возникало трудностей. Это лишь пальцы, а Онешко стонет почти во весь голос. Что же будет, когда я заменю пальцы нечто другим? Уже не хотелось воображать себе что-то, поэтому я вытащил пальцы, а затем подхватил Онешко, медленно насаживая его на свой половой орган, который уже изнывал от возбуждения и нетерпения. В такой позе он вошёл довольно легко, но я не спешил вставлять его полностью, так как хотел растянуть удовольствие, что нравилось и, одновременно, бесило блондина, который вцепился в мои плечи, чуть ли не до крови кусая себе губы. Для него это было очень непривычно, поэтому ощущения и чувства были смешаны. Пока не очень понятно, приятно ли ему, или же не очень, но я заставлю его поменять своё мнение, заставлю получать его удовольствие и просить ещё, ещё, ещё… Я начал медленно двигаться в Юлике, а тот подхватывал мои движения. Наши бёдра двигались почти в такт, а я входил всё глубже, из-за чего мой возлюбленный стонал громче и мне следовало бы заткнуть его, ведь нас может кто-то найти, но мне безумно нравилось слышать его стоны, слышать до чего я довожу этого беззащитного парня, слышать его дрожащие дыхание, его приятный голос, слышать шлепки и ещё много пошлых звуков, что мы издавали в этом тёмном помещении. Вдруг, из уст парня издалось нечто похожее на крик и стон одновременно, видимо, потому что я нашёл его слабое место. Это сподвигло меня двигаться ещё быстрее и вдалбливаться в блондина сильнее. Я был на пределе, из-за чего мой член начал пульсировать, но не хотелось лишь одному получить максимум удовольствия, поэтому чтобы Юлик тоже кончил, я начал опять мастурбировать ему, одновременно вставляя в него по самое не хочу. В итоге я излился в Онешко, а тот спустил мне на живот и немного на грудь. Мы тяжело дышали и пытались немного остудить свой пыл. На последок, мы поцеловались, а затем я лёг на диван, а Юлик приютился на моей груди. Хотелось бы вечность так жить, заниматься таким с парнем, лежать с ним вместе и наслаждаться компанией друг друга, дарить тепло и не думать ни о чем плохом. Эта ночь надолго отпечатается в моей памяти… — Я только сейчас понял, что мы занимались этим без защиты… — сказал Юлий и приставил руку к своему лбу. — Да ладно, ты же не девушка, чтобы залететь. И это ещё один твой плюс, солнце. — я погладил парня и улыбнулся. — Да иди ты. — блондин рассмеялся и обнял меня крепче. — Знаешь, нам стоит одеться, а то будет неловко, если, вдруг, охрана найдёт нас в таком виде. Мы вытерлись и оделись, а затем снова легли на диван, так как ноги не держали не только из-за того, чем мы недавно занимались, но и из-за алкогольного опьянения. В глазах темнело, ноги ватные, ужасно клонило в сон, ведь мы порядком вымотались, поэтому уже через пару минут, я и мой парень уснули вместе в обнимку, но не успел я насладиться облегчением и сладким сном, как опять оказался почти в том же месте, что и раньше. Вокруг всё было таким же серым и унылым, но на этот раз я был не внутри заброшенного дома, а возле него, что позволило мне оценить высоту этого здания. Не знал, что есть такие высокие заброшки. Там порядком от 8 этажей, что стало пугать, ведь я вспомнил прошлый сон и его последствия. Неужели он в прошлый раз не побоялся упасть с такой огромной высоты? Главное, что это всего лишь сон… Нельзя поддаваться панике, ведь Юлик сейчас рядом со мной и я не позволю ему уйти от меня. Да и он сейчас толком ходить не может, не то что кончать с собой. Хотя мысль о том, что он, видимо, не раз пытался свести счёты с жизнью — очень огорчала и пугала меня. На этот раз закат тоже был серым, а вокруг была такая давящая тишина, что я даже моё дыхание показалось для меня слишком громким. Будто я попал в место, похожее на тихий дом из легенд, в которые я, конечно, не верю. Но место всё равно было жутковатым даже не из-за того, что моё зрение делало всё серым, а потому что вокруг стояли голые деревья с ветками, будто иглами, которые будто сейчас пронзят меня насквозь как остриё ножа, а земля была вся в трещинах. Казалось, сейчас всё рухнет и я провалюсь в какую-то дыру, но меня резко прервал голос Юлика, который единственный, по-прежнему, не был серым, что очень успокоило меня. На этот раз, блондин первый взял меня за руку и не прошёл сквозь меня. Я сразу почувствовал тепло на душе и мы слились в поцелуе, обнимая друг друга так, будто боимся отпускать, потерять навечно и не найти никогда. И всё могло бы так продолжаться, пока из полуоткрытых век, я не заметил, что Онешко понемногу тоже становиться серым, будто из него высасывают жизнь. Я запаниковал и резко перестал целовать Юлика, но тот не переставал сливаться с пейзажем. Из-за паники, я не мог понять, что делать, как спасти возлюбленного, как не упустить его из виду, поэтому просто начал допрашивать его, пытаясь узнать правду. Но он как на зло замолчал, он просто игнорировал меня, смотря мне прямо в глаза. Но ещё больше меня злило то, что он всегда улыбался, несмотря на весь кошмар, что твориться сейчас. Почему ты со мной так поступаешь? Почему ты улыбаешься смерти?!