every word has a meaning

Неизвестность. Она всегда пугает, даже самых смелых. Неважно, это неизвестность будущего, неизвестность прошлого или настоящего: когда ты не знаешь чего-то точно, что прямо влияет на твою жизнь — ты на взводе. Метаешься из угла в угол, когда чего-то ждёшь в моменте, а когда ожидаешь что-то днями, забиваешь себе так званый график сотней дел, которые в итоге не выполняешь, так как много бесполезных действий из-за рассеяности и беспорядных мыслей. Джейд ожидает прямо сейчас. Она бегает из угла в угол по кабинету Римуса, не имея терпения и сил сидеть на одном месте. Волшебника нет, она одна, но знает, что если её привели сюда, то и он скоро придёт. Наручники сняли с Джейд сразу, только привели сюда. Иронично было, что папа отправил с ней целый конвой, и когда с неё снимали наручники, все спрятали оружие, но несколько солдат были напоготове задействовать сети, что взяли с собой. Сети бы заставили тело Джейд ониметь, от чего её легко бы поймали и одели заново волшебные цепи. Но у неё даже мысли не было нападать на них или избегать, так как она была слишком шокирована всем, что происходит. Она тяжело дышит, мозг рисует самые разные картинки совета. Одна из них, это то, что начинается масштабная война, и начинается она уничтожением Септума и безумными глазами папы, сестры и матери. Второй сценарий, который мелькает в сознании: совет был готов, армии были готовы и уже сейчас её семью любо схватили, либо того хуже — ликвидировали на месте. В первом варианте Джейд хочется бежать от них, во втором же — её берёт злость на Септум и желание следовать за родными. В какой-то момент она резко останавливается, затаив дыхание. Она подперла руками стол, прикрывая глаза и начиная дышать медленно. Хочет успокоить поток негатива в своей голове, но её только начинает трясти и накрывать. Закрытые глаза становятся настолько мокрыми, что неконтролируемо покатилась по щеке слеза. В горле ком, который вызывает тошноту и потому резко Джейд хватается за горло, раскрывая веки. На ощуп второй рукой она находит кресло за своей спиной, и буквально падает в него. Головой откидывается на мягкую спинку и несколько секунд смотрит в стеклянную разноцветную мозаику, что есть окном в потолке башни. Она всегда всматривалась в неё, с детства, никогда не понимая узора. Римус говорит, что каждый видит то, что хочет, о чём думает. Джейд же не видит ничего. Дверь скрипнула и девушка резко подняла голову, смотря перед собой. Её лицо вытянулось, а брови свелись вместе, когда она увидела перед собой не тёмнокожего старика, а загорелую блондинку с перепуганными янтарными глазами. Джейд не задумываясь подорвалась с места, но после немного помедлила, всё ещё не понимая, что перед ней действительно стоит Стелла. И через несколько секунд они кинулись друг к другу и обнялись так крепко, будто не виделись целую вечность. В этих объятиях было всё: тоска, радость встречи, личные муки и боль, поддержка. Джейд держится за Стеллу, как за спасательный круг. Она думала, что не нуждается в этой встрече. Она скучала, бесспорно, но она была слишком отвлечена всем остальным, чтобы думать о том, насколько ей важно увидеть подруг. Сейчас, когда Стелла здесь, она поняла, как сильно ей этого не хватало и как много на самом деле эта девушка может дать только своими объятиями. Она не ценила этого раньше в полной мере. — Я не понимаю, — Джейд немного отстранилась, но продолжила приобнимать фею за плечи. Она отрицательно закивала головой, рассматривая подругу перед собой. — Римус пришёл, забрал меня, — поспешила объясниться блондинка. — Почему ты перестала отвечать? Мы с ума сходили. Это связано с Валтором, Трикс, отцом? Что происходит, Джейд? Двадцать минут назад мисс Фарагонда созвала экстренное совещание директоров и комиссии родителей, она позвала девочек, — Стелла говорила все так быстро, что ведьма уловила только последние слова. — Но тебя нет, что они скажут? — Джейд уже полностью отстранилась, но они продолжали держаться за руки. — Они не знают, что я здесь. — Тебя будут искать, тебе нужно вернуться. — Да, но пошли со мной, — Стелла настойчивыми глазами впилась в лицо Джейд, а ладони сжала крепче, показывая своё намерение не отпускать подругу. Джейд на этом моменте будто чем-то приглушили. Её глаза расширились, а ресницы задолжали. Римус даёт ей уйти. Римус даёт ей сделать выбор сейчас, самостоятельно, без воли отца. Сердце пропускает удар, а воздух в комнате будто стал сгущаться. Корсет платья кажется плотнее и ей стало жарко. Она отпустила руки Стеллы и немедленно скинула со своих плеч накидку на большой обшитый тёмной такнью пуфик. — Джейд? — Стелла сделала шаг на встречу, а ведьма осталась стоять на месте, ошарашенная моментом. — Римус что-то тебе говорил? — Он даже слова не проронил. Я его увидела и сразу поняла, что мне нужно идти, он ничего не сказал. Я только надеялась, что увижу тебя. — фея сделала ещё один шаг к подруге, в надежде, что и она пойдёт навстречу, но Джейд неосознанно отступила на пол шага назад. Стелла была ошарашенная этим и посмотрела на подругу с непониманием. — Джейд, прошу, — фея посмотрела с мольбой на подругу, но Джейд не выдержала грустной пары глаз и отвернулась, тяжело вздыхая. — Стелла, я, — Джейд с дрожью в голосе выдохнула имя подруги, не имея сил посмотреть на неё снова. Ведьма прикрыла глаза, закусывая губу. — Это сложно объяснить. Стелла неуверенно подошла со спины к Джейд, аккуратно беря её за руку, переплетая их пальцы. Она положила подбородок ведьме на плечо, смотря как та нервно подергивает бровями. — Ты можешь мне рассказать, ты ведь знаешь. Помнишь мы спорили на желание? У меня дома, на Солярии, перед балом принцессы. Это моё желание, Джейд, я хочу знать. Абсолютно всё. Джейд облизала уголок губ и поджала их вновь. Она помнит конечно же их лёгкий спор, но из-за событий которые происходили после, она совершенно забыла даже про эти желания. И Стелла использует сейчас то, что Джейд всегда держит своё слово. Ведьма очень хочет рассказать Стелле абсолютно всё. Начиная от отношений с Валтором, заканчивая тем, что черт возьми что происходит с её организмом. Но страх довериться полностью в таких вещах её парализует. Она знает, что из этой комнаты все сказанное никуда больше не выйдет, она уверена в том, что болтливая подруга умеет хранить тайны так же сильно, как сиять ярче солнца. Всё, что она рассказывала Стелле ранее, никто кроме неё и не знает. Но сейчас все совершенно по-другому. События, которые произошли и происходят слишком серьёзные и их очень сложно понять и принять даже самой Джейд, которая в центре всего, а объяснить это кому-то, когда сам всего не знаешь — ещё сложнее. Душа Джейд сейчас активно ведёт борьбу с сознанием. Душа кричит, что хочет, чтобы её наконец-то выслушали на счёт всего, что она устала держать всё внутри себя, ни с кем не делясь своей жгучей болью и бесконечной радостью. Душа тянется к Стелле и убежденная, что фея всегда поймёт Джейд, а когда не сможет понять, то не осудит. Мозг же сопротивляется всему. Он диктует, что все слишком изменилось и никто не сможет понять. Он заверяет, что подруга испугается, узнав про мутацию. Отвернется, узнав о Валторе. Осудит, узнав правду про семью. Но ведь Джейд никогда не была святой и Стелла всегда её принимала. Первая, кто потянулся к ней из компании фей и поверила Лейле, что Джейд с непростым характером, но очень хорошая. Стелла приняла то, что Айси её сестра без единой мысли об осуждении и без неприязни во взгляде. Одна из немногих, кто не осуждает её за то, что она выбрала Облачную Башню и не ставит на неё клеймо безморальной стервы. Джейд не понимает, в какой момент она сдалась и начала свой рассказ, начиная именно с того момента, когда Айси воткнула ей кинжал в сердце. Стелла буквально упала в кресло ошарашенная, понимая, что она уже могла и не увидеть свою подругу никогда. И ненависть к Айси и Трикс только усилилась, а когда она услышала про все мучения, что Валтор ей устроил, блондинка затрялась от злости, а в глазах появились слёзы. Но Джейд невинно улыбнулась, когда в её памяти вспыхнул яркими красками их первый поцелуй в стенах Алфеи, и Стелла уже поняла, что что-то не так, сводя тонкие брови к переносице. Джейд рассказала и подруга не произнесла и слова. Несколько секунд ведьма молчала, ожидая осуждения, но его не было. Только пустой взгляд Стеллы будто сквозь. Джейд напряглась, думая, что больше её фея слушать не станет. Что она вскочит на ноги и уйдёт, рассказывая о том, что Джейд запудрили голову и она опасна. Но ведьма только увидела на себе сконцентрированный взгляд и готовность слушать дальше, а потому выдохнула и продолжила. Она рассказала о том, как они говорили на обрыве уже в пересечённом времени и что несмотря на его ярость он её не тронул. Рассказала, как они без злости и только с иронией шутили друг над другом и что тогда ей казалось, что она не разговаривает с тем, кого ненавидит вся Вселенная. Это был кто-то другой. Стелла пыталась представить себе это все в голове, но ей не верилось в то, что она слышит. Она понимает, что Джейд не лжёт, но она не признаёт, что подруга говорит о том, из-за кого у неё дома проблемы и из-за кого насторожен весь Магикс. Джейд дальше рассказала о приключениях в пещере и замке, о том, как Валтор её несколько раз спас и об их ссорах. Она рассказала, как несколько дней он проводил с ней, просто забирая её физическую боль на себя. И самое ужасное для феи, что глаза Джейд влюблённо блестят, когда она вспоминает все это. Ведьма призналась, что она до сих пор не понимает, что натворила и продолжает творить, что ей сложно от того, что он сделал и продолжает делать, но после Джейд рассказала частично его историю, ту часть, которую посчитала нужным, чтобы наверное оправдать его. Стелла только сейчас задала вопрос: «И ты веришь в это?». Её голос не звучал огорченно или с неприязню, только интерес. «Верю». В груди у феи всё сжимается, когда Джейд продолжает рассказывать и говорит уже мутации. Короткая история об отце, о том, что был ритуал и что она пыталась замахнуться на мага, но не смогла фею уже не поразили. Но следующее заставило янтарные глаза расшириться в ужасе, а густые ресницы задрожали. Та ночь в баре, когда Джейд впервые обратилась. Стелла забыла как дышать, когда подруга сказала, что в какой-то момент она потеряла контроль. В глазах Джейд была мокрая пелена, а та невинная улыбка, что была в рассказах о Валторе исчезла совсем. Перед глазами ведьмы снова тот мужчина и его плоть на её руках. Она не сказала и слова об убийстве, но Стелла поняла, и когда слеза покотилась по щеке Джейд, а тело бросило в дрожь, фея подлетела с места, крепко прижимаясь к подруге. Блондинка услышала всхлип, а нутром чувствовала ту горечь и тошноту от воспоминания, что сейчас чувствует Джейд. — Мне жаль, правда жаль, — ведьма начала оправдываться, но сама понимала, что оправдания ей как такого нет, помимо её неконтролируемой мутации, что она не считает за достойное. Стелла нежно гладила подругу по волосам, перенимая её дрожь. В ярких янтарных глазах застыл ужас, а сознание рисовало трагический сюжет. Она не хочет показать Джейд свой страх. И страх не только от того, кем стала подруга, но и от того, что она сделала и что её может ждать, если ещё кто-то узнает. Ведьма всхлипнула, вытирая мокрые щёки, и тут же её взгляд изменился с растерянности на сосредоточенность. Несколько секунд, как она продолжила рассказ, её голос дрожал, но она быстро вернула его в норму. Что правда звучал он грубее, но это только от того, как сильно она старалась говорить дальше и не возвращаться воспоминаниями в тот ужасный вечер. Она рассказала за отца, рассказала, что они с Валтором действительно давние знакомые и даже называют друзьями друг друга. Этот поворот событий подверг Стеллу в шок не меньше, чем всё раньше сказанное. Она помнит, как Джейд ещё недавно отзывалась о своём отце, как о самом теплом и невинном воспоминании, хоть и было это всего пару раз, а сейчас она говорит такие вещи, что кровь застывает в жилах. Её отец умышленно развязывает войну против Магикса, когда его друг так же хочет его поработить, как уверенна фея, даже не смотря на слова Джейд о том, что ему не Магикс нужен совсем. Стелла соображает, что эти двое натворят бед для её вселенной очень много, а от понимания, сколько будет жертв и что может стать с её родным домом и близкими, её берёт озноб. И она даже представить боится, что от этого всего чувствует сама Джейд, которая погрязла в этом всём каждой клеточкой тела. Волнение стает комом в горле и мокрой пеленой на глазах. — Джейд, ты должна рассказать все директорам, Магиксу. Они уже тебя подозревают в том, что ты можешь быть причастна тому, что делает Валтор. Я понимаю, что ты не сдашь отца, но люди должны знать к чему готовится. Я бы своего папу тоже ни за что на свете не бросила, даже когда он отвернулся от меня, — фея опустила глаза, а по щеке покатилась слеза горечи и страха. — Но на кону весь мир. — Я думаю, они уже в курсе о моём отце, — Джейд ответила, но в голове её начали прокручиватся последние слова Стеллы об отце и то, что в опасности весь Магикс. Так и есть, если она знает, что не Валтор несёт эту потенциальную опасность, то её отец своей войной, ведь это война против двенадцати, в лучшем случае, королевств. И самое страшное, что у Даймонда есть эти силы, чтобы поработить их все. Новейшее оружие, искусные тёмные артефакты, готовая армия магов и солдат, которые были научены тому, что пощады не существует, а в боевом деле они лучшие. К тому же и количество превосходное над другими планетами, даже если взять несколько сразу. Столетиями Даймонд славилася самой могущественной армией за все века существования вселенной Магикс. Каждый второй житель боец. Когда другие заботились о благах народа или вели войны у себя на родине, Даймонд всегда растил силы. — Война уже началась.

***

Директора трёх главных школ Магикса собрали влиятельных родителей в большом зале совета Алфеи. Один из родителей главный командующий армией Магикса, дочь которого учится в школе фей, а так же приемник Саладина. Высокий крупный мужчина, густая борода которого чернее самой тёмной ночи, хмурил заросшие брови из-за чего на широкой переносице возрастные морщины выделялись сильнее обычного. Он уже был в военной экипировке. Серебро и золотые наплечники ярко блестели под ярким освещением ламп. Окон в этом зале нет, оно находится чуть ли не ниже всех помещений школы. Хаген хорошо знаком с Димитрисом и знает, что явно он уже подготовил отличную защиту Магиксу. Что правда, только на время, дабы задержать противника. Винкс отправляются на поиски Водных звёзд уже прямо сейчас и вся надежда совета Алфеи, что девушки сумеют найти их. Им в помощь отправляют дюжину солдат и специалистов Красного Фонтана, а так же ловких и остроумных Пикси. — Поиск водных звёзд может занять дни, если не недели, — голос Фарагодны отражается эхом от стен. — Мы научили наших девушек заклинанию, они помогут установить и удерживать защитный барьер над Магиксом. — Хотела бы я сказать то же самое, но мои ученицы всё ещё не найдены. Ни единого следа и зацепки. — Потому что их нет в нашем мире, — бархатный женский голос принадлежит влиятельной матери одной из студенток Гриффин. Ведьма с тёмными тусклыми зелёными волосами и в бордовой мантии выглядела шикарно, но взгляд её был сверепый. — Я и мои подчинённые обыскали в Астрале каждый уголок Магикса, все планеты, даже на Даймонде есть мой ворон. Наших детей нигде нет. Думаю, Валтор их всех переместил куда-то, о чём нам не известно. Её голос резкий и уверенный, без капли грусти и жалости, но внутри целый пожар от волнения за ребёнка, которым она готова сжечь всю вселённую, только бы с её девочкой все было в порядке. Гриффин согласно кивнула Ставрии. — Гриффин, может что-то таки есть в Облачной Башне? Вы проверяли подземелья? — Фарагонда помнит о том, что она и её ученица должны были обыскать школу полностью, но подземелья пропитаны чёрной магией ещё древних ведьм, что может вводить в блуд. — Да, тоже через Астральные миры, нет ничего, даже покалеченых душ. Ощущение, что когда он уходил, он очистил абсолютно всё, даже то, что не было его следом. Даже стены будто не те, все кажется чужим. Школа долго будет возвращаться в свое первоначальное состояние. — Я думаю, есть резон отправить кого-то из специалистов и девушек со светлой магией, чтобы буквально осветить всё и… Слова одной из матерей девушек Алфеи были прерваны стуком. Фарагонда разрешила войти, зная, что это её помощница. — Я вас слушаю, Гризельда. — Джейд прибыла, со Стеллой. На несколько секунд повисло тяжёлое молчание. Родители не понимали кто такая Джейд, а поэтому были удивлены. У кого-то проскользнули мысли о том, что это тоже кто-то, кто должен к ним присоединиться. Директора школ и Хаген переглянулись между собой и Фарагонда вышла из зала, подзывая за собой Гризельду. — Как она? — Выглядит очень уставшей. Морально. Отправила её в комнату со Стеллой, отдыхать и попросила кухню приготовить для неё что-то. Сказала, что вы желаете после с ней поговорить. — Очень желаю, но нужно дать девочке немного времени на передышку. Я не знаю почему, но мне кажется она многое пережила. Она так долго игнорировала нас и так резко явилась, — задумчиво протянула Фарагонда. — Скажи ей, что я буду ждать её вечером у себя в кабинете с директором её школы. — Хорошо.

***

Тыквенный суп и яблочный пирог с корицей были нетронуты. Несколько часов они так и простояли на тумбе подле кровати, с того времени, как гувернантка принесла это Джейд. Она только выпила кружку чая, удивляя Стеллу, так как пила его горячим, чего раньше не любила. Они почти не разговаривали. Фея дала подруге одежду переодеться, найдя что-то не слишком яркое и без блёсток, после чего оставила её одну, уходя в библиотеку. Она обещала подругам поискать ещё информацию о том, как можно потушить огонь дракона не применяя водных звёзд, так как те уничтожат вероятно и сущность Блум. Ничего стоящего она не нашла. Точнее она даже не искала толком. Мозг рисовал хаотичные картинки, заставляя метаться из стороны в сторону, перелистывая книжные страницы одна за одной, совершенно не понимая содержимое. Все мысли были заняты тем, что произошло у Джейд, то как это связано с её домом и то, что надвигается серьёзная война, которую неизвестно как остановить. Когда Стелла вернулась в комнату солнце уже заходило за горизонт, были сумерки. Джейд сидела на краю кровати, смотря в открытое на распах окно. Ей казалось, что такая умиротворительная погода снаружи сейчас абсурдна. При другом раскладе она бы вероятно сидела сейчас где-то в Магиксе, просто наблюдая за золотым небом и приходя в умиротворение. Но сейчас это ощущается будто издевка, такая прекрасная погода и поистине волшебная атмосфера во время того, как в мире происходит хаос. Ветер едва ли колишит листья деревьев. И кое что всё же есть, что предвещает неизбежность многочисленной гибели; что указывает на то, как много людей пострадает; что напоминает Джейд, что Валтор где-то есть, но слишком далеко и в неизвестном для неё месте. Ни единого звука от животных, птиц или насекомых. Раньше Магикс трещал звуками разных живностей. Сейчас лес будто мёртв. Только тихое колыхание листвы. Свет был выключен, а поэтому оранжевый закат освещал всю спальню, яркими лучами окрапляя лицо ведьми. Кусок пирога был надкушен немного, но толком она так и не поела. — Почему ты не осуждаешь меня? Тишину нарушила Джейд. Она не смотрела на подругу, продолжая взирать на большой едва видимый полумесяц в окрашеном яркими красками небе. Её этот вопрос мучал с самого начала рассказа, а особенно когда она закончила и ждала с нервным трепетом яростного осуждения, вспыльчивости и непринятия. Но ничего этого она не получила. Только успокаивающие объятия. — Он столько всего сделал даже тебе лично, но ты не сказала ни единого плохого слова за наши с ним отношения. Стелла поджала губы и сделала ещё пару шагов в сторону подруги. Ей сложно думать об этом. Её плечи опущенны, а физически она ощущает на них что-то тяжёлое, что-то, что давит, не даёт выровнять спину и вдохнуть нормально полной грудью. — Потому что не считаю, что имею на это право. Я осуждаю его. Его действия по отношению к людям и к Магиксу в целом. Но я не знаю какие между вами отношения и чувства на самом деле. Я не знаю, какой он с тобой. По правде, я совершенно не могу представить у себя те картины в голове с ним, о чем ты рассказывала. У меня кажется мозг взорвётся, если я буду представлять это, — Стелла иронично усмехнулась, но после снова нахмурилась, — Я знаю его с другой стороны. Но я не могу осуждать тебя за те чувства, которые неподвластны никому. Я просто хочу верить, что всё обернётся наилучшим образом не только для Магикса, но и для тебя, милая. — Она села на краю возле ведьмы, аккуратно беря её за руку. — Ты ведь знаешь, что я желаю тебе наилучшего, несмотря ни на что? Джейд грустно улыбнулась. — Я здесь. Не знаю, лучше это для меня или нет. Я больше никогда его не увижу вот так вот, — осознание сказанных слов накрыло Джейд. Её глаза расширились и покраснели. В сознании застыл его образ. Его волосы, которые иногда щекотали лицо Джейд. Его ямочка на щеке, когда он улыбается, и так искренне, как только ей. Особенно когда она что-то вытворяла. Что-то нелепое, абсурдное, смешное. Аромат его парфюма… каждый раз кружил ей голову, когда она его улавливала. А запах кожи после горячего душа? Куда лучше, успокаивал каждый раз. Его искрящие глаза, которые всегда ловили её взглядом. Его тембр голоса, такой манящий, что она готова была душу дьяволу за него продать, лишь бы слышать снова и снова. Его руки, как он крепко держал её, когда спасал, как он нежно обнимал её, когда целовал, как он дерзко и собственнически хватал её, когда они… Джейд остановила поток мыслей, переключаясь в момент. Горло печёт. Она пыталась удержать слезы, но даже не заметила, что они уже потекли по щекам. — Я потеряла семью, я потеряла его. Надеюсь, что мир и жизнь мне отплатят достойно. Внутри всё рухнуло, его образ растворился в дымке и пришло чувство пустоты. Путь выбран и обратно дороги нет. Вероятно и семья, и Валтор уже знают о том, что она ушла, что выбрала сторону. Джейд всхлипнула раз, поднялась, вытерла слёзы и сделала уверенное лицо, будто знает что делает, но на деле она не понимает ничего. У неё то самое чувство, когда мир будто не реален больше. И только глаза её выдавали страх и боль, а душа выла от безысходности и несправедливости.

***

Директора замерли, когда Джейд вошла в комнату. Кабинет Фарагонды был залит золотым светом. Саладин не мог остаться, ему нужно готовить своих бойцов, а потому здесь только сама директор Алефи, Гриффин и Хаген. Джейд смотрела вниз, когда только вошла в дверь, но тут же подняла взгляд, будто опомнившись и одевая маску. Хаген встрепетнулся изнутри, но совершенно не подал виду, оставаясь с каменным выражением лица. Видно, что девушка истощена морально и физически. Внутри Гриффин радовалась тому, что видит Джейд живой и невредимой, но в глазах холодной ведьмы мелькает волнение о том, что с ней происходило все это время. — Я рада видеть тебя, Джейд, рада, что ты в порядке, — Фарагонда пригласила жестом руки девушку сесть напротив. «В порядке?» Джейд мысленно усмехнулась. Она не издала и звука, только молча присела на предложенное место. Её осанка не была такой же ровной как обычно, плечи опущены и подборок не задран — это заметила директор школы ведьм. Маленькая ведьма сразу заметила мужчину, но сначала не обратила на него особого внимания. И всё же внутри грудной клетки началась неприятная, волнительная щекотка, которая заставила её вернуться взглядом к незнакомцу. — Сэр, — вооружённый мужчина посмотрел на маленькую девочку в махровой лиловой пижаме и белых сапожках, которая вбежала вслед за отрядом военных. Главный обернулся, холодно смотря на ребёнка, но тут же понимая то, что это начало провала их миссии. Перед девчонкой дюжина незнакомых ей и страшных вооруженных людей. Что дети делают в таких случаях? Её сковал страх и она во весь голос закричала: «Папа!». Это был писк. В коридоре за спиной девочки уже слышался звон металла и бег нескольких солдат, но и реакция незнакомцев была быстрой. Они схватили принцессу, оттягивая в сторону, от чего та начала биться и извиваться в истерике. — Замолчи! — голос командира звучал сквозь зубы, но Джейд замолкла только когда он сверепо посмотрел на неё, заставляя онеметь от страха. Её реакция на мужчину была заметна, директора настороженно молчали, но Джейд сочла, что ей просто показалось. В сознании картинка расплывчата, как и лицо. Но холод взгляда она помнит. — Вы хотели со мной поговорить, — она повернулась обратно к директору. — Да, но сначала я хочу спросить у тебя как ты? Джейд хотела перейти сразу к основной беседе, ради чего она здесь, но никак не отвечать на любезные вопросы о её самочувствии, потому что если она начнёт говорить правду, её накроет истерикой. Она даже не думает о том, как чувствует себя и отвечает на автомате так, как делала это последние года. — Я в порядке. Гриффин тяжело вздохнула, понимая, что это ложь. Наверное самочувствие — это единственная вещь, где Джейд всегда скрывает истину. Она всегда говорит, что впорядке, но чаще всего врёт, особенно последнее время. Директор слишком хорошо знает Джейд, а поэтому видит боль граничащую с выгоранием в её глазах. Женщина хотела просмотреть ауру ученицы, дабы знать наверняка её состояние, потому что если всё ещё хуже, чем она видит так, она будет настаивать на том, чтобы девочку отпустили. И в глазах Гриффин застыл ужас, когда вместо силуэта Джейд, она увидела большое существо, похожее на змея, который навис над ней. Оно было изранено, истерзано, но без капли жалости и виду боли на морде. Глаза горели адским пламенем, а взгляд был такой холодный, что ведьма почувствовала дискомфорт и мурашки по коже. Директриса тут же отвела взгляд с Джейд, думая, почему она увидела именно это и почему вызваны такие странные чувства внутри. Будто этот змей охотник и ждёт момента, чтобы выйти наружу. Он жаждет крови. — Вы хотели поговорить, — она напомнила ещё раз, за чем здесь. — Да, Джейд. Думаю, ты догадываешься о чём? — Предполагаю. — Где сейчас Валтор? — без лишних церемоний спросила Фарагонда, не желая больше томить девочку. — Откуда мне знать? — Мы знаем, что он скрывался на Даймонде, но потом его след исчез полностью из измерения. Он совершил слишком много приступлений не только против народов, но и против природы, как например то, что он вернул твоего отца к жизни. Он похитил учениц твоей школы. И я уверена, что ты знаешь что-то об этом. Я прошу тебя рассказать абсолютно всё. — Что вы хотите от меня услышать? То что я знаю, что он скрывался на Даймонде и я была к этому причастна? Знала, но не помогала. — Но ведь твоя семья помогала, почему ты не делала этого и не делаешь? Почему ты не рассказала властям, нам, когда с тобой пытались связаться? Насчёт семьи Джейд не знает что ответить, поэтому просто пропускает это мимо. У неё нет оправданий, а сказать, что её семья не виновата, язык не поворачивается. — Я не хочу, чтобы страдали невинные люди. Правда, не хочу. Не отвечала, потому что не могла. — Как так получилось, что он вернул твоего отца? — Джейд впервые услышала голос этого мужчины, и снова ей показался он знакомым. Грубый, будто з прокуренной хрипотцой. Командный. Громкий. — Это в природе невозможно. — Возможно, но заклинания затерянные, — Гриффин скрестила руки и чуть приподняла подбородок, говоря быстрее, чем Джейд могла осмыслить вопрос и что на него ответить, — и они настолько тёмные, что к человеку, которого возвращали к жизни, привязывалась сущность из низших миров, которая в итоге овладевала телом. Гриффин опять задумалась о том, что видела вместо ауры Джейд и её брал ужас изнутри ещё больше. Неужели девушка тоже умерла и он её вернул? Это невозможно. Он бы был бессилен после двух таких обрядов очень долгое время. Но это существо, что за спиной Джейд… — Если Валтор нашёл эти заклинания и применил их, тогда вернулся не Дерек, а кто-то иной. — Почему ты так уверена, Фарагонда? — Хаген нервно усмехнулся, — это может быть и Дерек, самый настоящий, ведь цель его не изменилась. Он начал войну с целым миром, только чтобы доказать могущество Даймонда и своё личное. Какие-то там твари из других миров не занимались бы этим. Здесь должно быть что-то иное. Директрисы согласно кивнули. — Печать Даймонда? — Фарагонда выдвинула предположение вслух и вопросом к Джейд, лицо которой перекошено от злости. — Да, печать у Валтора. А на счёт папы, — ведьма выдохнула, поднимаясь со стула. Она начала терять самообладание, но подсознательно ещё старалась цепляться за спокойствие, что в последнее время для неё почти не уловимо. — Цель моего отца не война против всего мира, а защита своих людей и семьи. И я прошу не клеймить его в моём присутствии, особенно если вы хотите говорить со мной. Мне плевать, мне нечего уже терять, я потеряла всю семью и свой дом, придя сюда, но я не позволю вешать на них больше, чем они сделали, и смогу уйти и отсюда. Здесь мне никто не рад, как и никогда не был. Только сплошное лицемерие ради выгоды и моей информационной помощи. — Юная леди, вы не представляете, что натворила ваша семья ещё до вашего рождения и после, — голос Фарагонды звучал громче и грубее. Она так же поднялась со своего места, и теперь их глаза с Джейд на одном уровне. — А в особенности ваш отец. — То, что он был связан с Валтором я уже знаю, — ведьма закатила глаза со вздохом. — А почему они были связаны, знаете? Знаете то, что ваш отец охотился на людей до своей смерти, получая от этого удовольствие, как животное? Сердце пропустило удар, а потом ударило так сильно, что в груди запекло. Джейд будто ударили по голове, настолько все начало плыть перед глазами и кружится. Но это не от волнения, не от того, что она верит в слова директора. Она знает, что это ложь, а поэтому ярость просто начинает кипеть в жилах. Даймонд всегда помогал нуждающимся с разных планет, разным королевствам. Её семья всегда принимала беженцев с других планет, её дом всегда защищал интересы людей. То, что Фарагонда так бесстыже врёт, вызывает тошноту. — Знаете то, что он помогал Валтору в войне против Команды Света? То, что он был дьяволом в красной маске? Вы слышали об этом? — Что вы имеете ввиду? — её голос заметно дрогнул. Она старалась дышать все так же ровно, но на выдохе её грудная клетка задрожала. — Он убивал людей, сначала только в пределах Даймонда, а после по всему Магиксу. Он отправил на тот свет короля планеты Диаспора, а так же графа Мелодии. Просто, потому что ему нравилось. Мы искали его, Команда Света искала его точно так же, как и Валтора, чтобы привлечь к ответственности за все его поступки, которыми он искалечил много жизней. Сколько изуродованых тел было, — тише сказала директриса, — но ваш замок настолько охраняем, что пробраться туда было невозможно изначально. Но даже когда мы пришли, нам не удалось его поймать. Джейд слушала это всё с опущенными глазами, не имея сил смотреть в глаза Фарагонде. Она отрицательно кивала, совершенно не желая принимать то, что говорит женщина. — Это неправда, — она пыталась сделать голос максимально твёрдым, но едва ли получалось. Внутри уже накатывает истерика, но на лице все ещё шок. — К сожалению, это правда Джейд. Я думаю, вы понимаете, как сложно вам верить, учитывая биографию вашей семьи. — Нет, это не… — она вздохнула, а её тело начало содрогаться, но слез не было. Наоборот, внутри наростала такая агрессия и бешенство, что внутри просыпается желание накинуться на директрису прямо сейчас. Когда она поднимает свои глаза обратно на неё, они почти что чёрные от гнева. Она часто задышала, сцепив зубы. — Как вас зовут? — она рывком повернулась к мужчине, её голос звучал очень низко, будто не принадлежал ей. — Хаген, — он настороженно ответил, пристально смотря на девушку. Имя ей ничего не говорит. — Вы тоже были в Команде Света? Он молча смотрел на ведьму. С её глаз он переводил взгляд на её дрожащую левую руку и обратно. Она повернулась к нему всем телом и сделала маленький шаг в его сторону. — Отвечайте. — Джейд, будьте вежливее, — Фарагонда сделала так же один шаг, становясь на готове к любым действиям девушки. — Да. — И вы были в моём замке? Это вы напали на сокровищницу с солдатами. — Нашей целью была не сокровищница. — Из-за вас я чуть не погибла и погиб мой отец. Хаген нервно облизал нижнюю губу, продолжая следить за руками девушки. Отступать ему некуда, она его вспомнила. Не понимает как через столько времени, но вспомнила. Гриффин так же готова в любой момент усмирить свою ученицу, внимательно следя за каждым её действиями, за её эмоциями. Она проверяет её ауру. Змей готов вырваться и напасть. А её глаза… взгляд будто самого настоящего демона из преисподней и низших миров. Жёлтый блеск появился в глазах, а на шее девушки, под кофтой, что-то засветилось. Сначала не ярко, но когда Джейд уже не могла контролировать себя и бросилась на Хагена с не человеческим рыком, её кулон засветился ярким красным светом, облачая весь кабинет. Всех заслепило и каждый почувствовал на себе поток мощного волшебства, а когда видимость вернулась, Джейд уже лежала на полу без сознания.