Следствие ведет Оверлорд

      Вообще-то Фортресс Максимус не планировал откладывать осмотр «пустого места», зашифрованного в головах жертв работорговли, но Оверлорд убедил его не привлекать внимания. «Я поговорю с приятелями, они по старой дружбе там пошарятся», – дословно его предложение звучало так.       Фортресс Макисмус скептически относился к «старым друзьям» стажера: гладиаторам с подпольных арен, контрабандистам, владельцам полулегальных казино и сомнительных пунктов техпомощи, где из сабспейсов торговали запрещенными присадками. Однако связи Оверлорда помогли уже не в одном деле. И пока что он ни разу не запятнал репутацию наставника совсем уж откровенными незаконными выходками.       У каждого энфорсера свой стиль. Кто-то ходит и зачитывает пункты Тайрестского соглашения, прежде чем выстрелить, кто-то действует исподтишка, выводя преступников на чистое масло. Оверлорд прикидывался своим парнем. Это получалось у него просто отлично – потому что он и был «своим» долгое время. Тайрест не из тюрьмы его, конечно, на шею Фортресс Максимусу посадил, но – Оверлорд был близок.       Координаты не совпали с теми, где «Невинные радости» затарились рабами. Это, очевидно, был ложный след. Тем временем приятели Оверлорда выяснили, что на месте таинственного «ничего» находится звездная система. Никаких форм жизни на поверхности планет, минимальная энергетическая активность. За все время еще только один корабль забрел сюда, повисел на орбите ледяного шарика, седьмого от местной звезды, и смылся.       Еще приятели Оверлорда проследили за кораблем. Оказалось, «Клыки и когти» принадлежат охотникам за головами, зарегистрированным и аккредитованным. Работорговля, очевидно, была их прибыльным хобби параллельно с официальными заказами.       Потом, правда, случилась стычка, одни преступники чуть не грохнули других. В итоге все данные, которые были теперь у энфорсеров: к седьмой планете охотники прибыли сразу после захвата маленького частного транспортника, а улетели оттуда без живого груза.       И теперь Оверлорд нудел. Он становился категорически невыносимым, когда был уверен в своей правоте. Превращал жизнь Фортресс Максимуса в агонию. Громко шлепал губами. Болтал, несмотря ни на какие приказы, входил в режим непрекращающегося заигрывания, словом, мучил куратора до заикания. Можно было засыпать его угнетающими заданиями с головой, это не сбавляло градус упрямства.       – Мы не должны заявляться туда открыто, – повторял он. – Мы их спугнем.       – Если я отправлю туда только тебя, как ты хочешь, то мы тоже всех спугнем. Только я еще и лишусь шанса посмотреть! – в конце концов не выдержал Фортресс Максимус. – В чем твой план вообще, Оверлорд?       – Ну наконец-то вы спросили, сэр, – осклабился тот. Прием с переходом на «вы» и обратно был его любимым, потому что раздражал особенно. Фортресс Максимус не настаивал на соблюдении формальностей в общении один на один, Оверлорд, в конце концов, пусть и моложе, но уж точно не неопытный мех. Увы, нормально общаться с этим кретином не просто невозможно. – Я хочу стать интерфейс-рабом!       Фортресс Максимус опустил фейсплейт на ладони. Когда он поднял голову, Оверлорд стоял почти вплотную, перегнувшись через стол и безумно улыбаясь во всю пасть.       – Ты на всю голову больной, – только и сказал он в ответ.       – Смотри! – Оверлорд выпрямился. – Я попадаюсь этим охотникам за головами…       – А они смотрят на тебя, такого распрекрасного, и думают – как много найдется покупателей на этот капкан между ног!       Стажер совершенно точно плохо на него влиял. Оверлорд взглянул на наставника с неподдельным уважением, но гонор не потерял.       – Если ты правда хочешь знать подробности, пожалуйста. Я попрошу других старых знакомых по дружбе продать меня «Клыкам и когтям», – он удовлетворенно проследил за тем, как Фортресс Максимус поднимает взгляд к потолку. – Так вот. Когда я попаду на фабрику интеров, то посмотрю, что там к чему. Соберу информацию. Наверняка же не только в этих координатах дело! На то, чтобы удалить с наших звездных карт целую систему, надо иметь ресурсы и знакомства похлеще бордельных магнатов.       Тут он был прав. Никто и никогда не залетел бы в тот галактический глушитель, ориентируясь на официальные карты и общедоступные реестры. Идеальное место, чтобы спрятаться. Попросту невозможно организовать такое без поддержки со стороны меха с очень высоким уровнем допуска. Изменения внесли в архивы государственной безопасности! Вряд ли тот, кто это сделал, сидит на «ледяном шарике».       – Ты – личность известная, – залебезил Оверлорд. – Если ты, да еще на этой посудине, подлетишь на пару парсеков к этой звезде, они об этом узнают. Раз – и след простыл. А я в криминальной среде крутился, там от гладиаторов в рабы не очень далеко. Неудачный бой какой-нить – и все. Что я стажер, никто не знает же.       Пользуясь старыми знакомствами, Оверлорд не спешил рассказывать направо и налево о новой избранной карьере. Поэтому с ним до сих пор и вели дела.       – Я быстро не прыгну туда на подмогу, если понадобится, – Фортресс Максимус устало покачал головой.       – Я справлюсь сам. А если не справлюсь, тебе выпадет удовольствие вытащить меня из полного шлака и всю жизнь потом напоминать, что мог сделать своей интерфейс-игрушкой, – Оверлорд сузил линзы и вытянул вперед губы. – Только представь, каким я буду смирным…       Фортресс Максимус не собирался ничего такого представлять. Он скривился и зарычал мотором.       – Я не планирую проводить с тобой всю жизнь.       – Ты разбиваешь мне искру, – низко простонал Оверлорд.       – Прекрати паясничать! – слегка повысил голос Фортресс Максимус. – Фраг, как же я ненавижу… толика здравого смысла в твоих словах есть. Толика, – повторил он. – В этом плане полно дыр. Как ты соберешь информацию, если тебя перепрошьют? Как мы будем держать связь? Как я узнаю, когда пора вытаскивать твой необъятный бампер из этой передряги? А?       – Ах! Ты беспокоишься обо мне, – разумеется, стажер паясничать не прекратил. Только разошелся сильнее, ощутив, что лед тронулся. – Договоримся о сроках заранее. Нет условного сигнала – все по умолчанию плохо. Пару контактов я тебе оставлю – если не будешь светить именем, кое-что тебе подскажут. Просто дай им знать, что ты от меня.       Теперь он еще и пытался втянуть Фортресс Максимуса в свои грязные дела. Ну уж нет.       Сложно было теперь не представлять его безмолвным и потупившимся, как мехи с «Невинных радостей». Фортресс Максимус молча порадовался, что у него плохая фантазия. В роли покорной интерфейс-куклы – насколько он мог вообразить – Оверлорд выглядел еще более жутко.       Фортресс Максимус не любил, когда расследования превращались в приключения. Оверлорд, наоборот, обожал рисковать. Им было категорически противопоказано работать вместе, но с назначениями Тайреста спорить не станешь.       – Хорошо. Наведешь меня, – буркнул он. – Но только я буду решать, когда пора сворачиваться.       – Йес! – громыхнул Оверлорд. – Обожаю миссии под прикрытием… Надо же где-то реализовывать свое актерское мастерство!       – Я думал, ты любишь притворяться ублюдком, – процедил Фортресс Максимус.       Оверлорд весело взглянул на него.       – А зачем мне притворяться?