Следствие ведет Оверлорд

      Непросто было отставить сопротивление и терпеть пинки, но вскоре Оверлорд вошел во вкус. Иногда и осознания, что ты одной ладонью мог бы смять чью-то голову, достаточно. Его и других перевозимых на «Клыке и когте» рабов не били и не калечили, хотя очень много фантазировали об этом вслух. Болтовня о том, как выставленные на всеобщее обозрение порты пленников скоро будут юзать все по очереди, пока инт-системы не вывалятся, явно была бравадой. Очевидно, что товар никто не портит. Даже если охранникам в таких местах перепадает – то в качестве премии за хорошую работу. Однако ощущение власти им нравилось, вот они и запугивали пойманных мехов.       Компания товарищей по несчастью Оверлорду попалась тухлая. Все тряслись, молились, чтобы их спасли, и обещали за себя выкуп. Половина скручивалась на полу и ныла. Оверлорд смеху ради притворился сатириатиком и провоцировал охранников – к ужасу всех остальных. И никто не полез его трахать! Даже в рожу шокером не ткнул. Так и есть – им запрещено трогать рабов.       За исключением невероятной скуки, не разбавленной даже коротеньким грязным коннектом с надсмотрщиками, ничего особенного Оверлорд не испытывал. Ни на «Клыке и когте», ни тут. Где – тут, сказать сложно, хотя Оверлорд подозревал, что находится под многокилометровым слоем льда на планете, которую обнаружили его старые подельники. Но у пленников шанса узнать координаты или увидеть что-то своей оптикой не было. Их всех вывели из камер, в ошейниках и под прицелом, затолкали в корабельный телепорт, а в месте прибытия засунули в одну силовую клетку, просторную и без мебели. Охрана сменилась – местные не поддерживали разговор вовсе. Оверлорд ради развлечения еще разок изобразить вожделение и надежду на групповой коннект в камере, однако мехам по ту сторону силового поля от заигрываний Оверлорда стало не по себе, и теперь они старались не подходить с того боку, где расположился принявший вызывающую позу громила.       Другие рабы тоже предпочитали держаться от Оверлорда подальше. Но пойманного за джампер экс-гладиатора заводили только тюремщики, увы! Своих сокамерников он не домогался.       – А что поделать, опасно углублять фетиши при таких размерах, – пожаловался Оверлорд трясущемуся внедорожнику, неосторожно занявшему место поблизости. «Охотникам» он впаривал, что может достать все на свете, лишь бы отпустили, а после телепортации скуксился и притих. – Без властных игр уже не встает!       Готовясь к новой роли, Оверлорд отключил оружие (а большую часть – вообще снял), удалил идентификатор энфорсеров из личной метки, а еще попросил Фортресс Максимуса оставить на нем вмятин и царапин. Не портить товарный вид, но продемонстрировать, что бывшая звезда арен пала низко, проигрывает бои и годится только порты чесать. Куратор с удовольствием помял его, можно сказать, отыгрался всласть. Еще Оверлорд нарочно перед миссией заправлялся дешевым низкозаряженным шлаком и изо всех сил старался чувствовать себя неважно. А ведь все равно он разорвал бы любого местного охранника надвое, если бы захотел. Что тут скажешь – скука!       Хотя бы на новом месте ждать пришлось недолго. В помещение вошли двое – невысокий мех с выражением космического презрения на лицевой и звероформер повыше, с острым клювом на шлеме. Последнего Оверлорд мельком видел на «Клыках и когтях», он отдавал распоряжения, но явно не был там главным. С рабами вместе он не телепортировался, однако ничто не мешало ему прибыть на планету позже. Видимо, он представлял интер-ферму в переговорах с поставщиком. Здесь он казался менее внушительным: невысокий и презрительный отчитывал его негромко, но хлестко, почти не жестикулируя.       – Что я говорил о транспортировке? – негодующе прошипел он. И так выразительно скривил губы, что Оверлорд присвистнул негромко.       – Трепан, да какая разница?..       – Не твоих мозгов птичьих дело! Я ясно выразился: никаких трясущихся стонущих ублюдков на моей станции!       – Тайгерчопс передавал извинения. После недавней стычки они экономят на транквилизаторах…       – Экономят? – еще сильнее взъярился тот, кого назвали Трепаном. Звероформеру он едва доставал до пояса. Тонкие руки, две дополнительные линзы на шлеме… и красивое злое лицо. – Значит, я больше не буду работать с ними!       – Ты все равно удалишь…       Ему пришлось остановиться, иначе он налетел бы на Трепана. Тот взмахнул рукой, и Оверлорд, которому рост позволял рассматривать все в подробностях даже из заполненной камеры, окруженной охраной, увидел взметнувшиеся иглы. Мех с клювом на шлеме расправил сегментированные крылья, чтобы удержать равновесие, качнулся вперед и тут же отпрянул. Испуг не был наигранным.       – Ты не понял, – еле донесся до Оверлорда звенящий голос. – Еще раз привезешь мне толпу перепуганных мехов онлайн, я соберу – о, я очень бережно соберу – все их страхи и залью в твою башку!       Значит, вот и таинственный мнемохирург собственной персоной, сказочно крутой и заботливый. Оверлорд проследил за тем, как иглы медленно ползут обратно в пальцы. Что ж, Трепан явно не последний мех здесь. По звероформеру видно было: его порядком достало, что его отчитывают прилюдно, но он бессилен возразить. Да уж, даже преступники ненавидят начальство…       – Прости, Трепан. Я им так и сказал. Но они все равно лучшие поставщики, надежные…       – Пф! – скривился тот. – Они не способны выполнить простую инструкцию, Вирлинг! И ты, похоже, тоже.       – Зато они находят фактурных типов… – в сторону Оверлорда простерлась рука с оттопыренным когтем. Трепан впервые обратил внимание на клетку и первым делом увидел самого большого меха в ней. Взгляд был внимательным, но коротким. Желтая оптика тускло отсвечивала презрением; так смотрят на вещь, в полезности которой не уверены.       – Да, пожалуй, – ядовито произнес он.       – Ты главный, да? – спросил Оверлорд громко. – Хоть ты-то меня трахнешь?       – О, не сомневайся, – скучающим тоном сообщил Трепан и повернулся к звероформеру: – Среди них есть кто-то интересный?       Крылатый сверился с датападом:       – Администратор торгового склада на «Гедекте».       Внедорожник встрепенулся. Для него лишнее внимание могло значить что угодно: и хороший исход, и плохой. Он же не знал, что вариант на самом деле один: он станет интерфейс-игрушкой и будет обслуживать всяких отморозков…       Или нет. Кто сказал, что всех здесь перепрошивают одинаково?       Администратор склада, кстати, не такая уж прибыльная должность. На продаже элитного безропотного раба они заработают больше, даже если последние лет двести он брал на лапу от органиков, которые на станции «Гедект» торговали всякой дрянью, пользуясь тем, что кибертронцы в их быте не шибко разбираются.       Надо было не падшим гладиатором, а снабженцем каким-нибудь прикидываться. Кто же знал!       Похитители, отметил Оверлорд, общались совершенно спокойно – знали, что пленники никому ничего не расскажут. Этот эпизод исчезнет из их памяти навеки, не будет никакого Трепана, никакого судна работорговцев. Оверлорд почувствовал приятное волнение. Ему мало кто мог бросить вызов в сражении, но если все, что он узнал о мнемохирургии от Ревайнда, правда, то существуют бескрайние поля битв, о которых он раньше даже не подозревал. Психологическое давление, правильно выстроенные допросы и насмешки, бьющие точно в цель, рядом с такими возможностями меркнут. Оверлорду приходилось доводить мехов до слива топлива одними словами, а до платформы – взглядами. Но все эти приемчики – дурацкое развлечение по сравнению с мнемохирургией!       Ревайнд оказался отзывчивым лектором. Сам он не был мнемохирургом, но, чувствовалось, тема ему интересна. Он и правда много знал. Оверлорд не задавал ему практических вопросов – само собой, он не собирался так откровенно демонстрировать, что лезет на запрещенную территорию. Однако он спросил – в общих словах, исключительно ради расследования, – чего можно добиться с помощью игл. А потом – чисто гипотетически, – что чувствуют те, кто становится объектом прочтения, переписывания или корректирования воспоминаний…       Даже теоретические размышления его заводили. Ясно же, что все прочие развлечения меркнут рядом со столь интимной близостью.       Фортресс Максимус бы сильно смутился, узнай, что Оверлорд обращался к Ревайнду, минуя прочие ступени. Но кассетботу, кажется, было скучно, и стажер-гладиатор его забавлял. Оверлорд так и не решился спросить, вставлял ли Хромдом иглы в него – и как это отразилось на коннекте. Пожалуй, их диалог не допускал подобных скабрезностей. Но он хотел бы знать!       Трепан сложил руки перед собой: одну сжал в кулак, другой его обхватил. Погладил кончиками пальцев выступающие крепления. Вирлинг косился на него с опаской, именно на кисти. Такие аккуратные и маленькие, что представить их бьющими кого-то – невозможно. А вот замершими над оптикой… Ревайнд упоминал, что подключаться можно спереди, это сразу заметно потом – линзы трескаются. Оверлорду кисть Трепана целиком бы в рот поместилась. Можно ли войти в мозговой модуль через глотку? Работать, пока тебе перемалывают сустав дентами? Он представил картину и шумно стравил пар, вызвав у внедорожника с «Гедекта» испуганный возглас. Одухотворенный вид помешанного на интерфейсе бугая его нервировал.       Заговорил Трепан вкрадчиво, не интересуясь тем, что происходило в клетке:       – Ты думал, что будешь делать, если в следующий раз какая-нибудь прыткая ржа сбежит и растреплет всем, что с ним случилось?       – Да никто не сбежит, как?! Фраг, мы ведем дела столько лет, сложно что ли немного пойти навстречу? – Вирлинг слегка развел большой и указательный пальцы, показывая размер уступок. – Я сейчас их сам всех вырублю…       – Нет уж, спасибо, умник. Не трогай их, – Трепан покачал головой. – Я хочу, чтобы все шло по плану. О-очень хочу, – протянул он с неожиданной пошловатой ноткой, которая, впрочем, быстро растворилась в общем недовольном тоне. – Наша прибыль зависит не от фактурных рабов, а от меня. И ублажать ты должен меня, а не своих ленивых дружков-садистов…       Оверлорд готов был поклясться, что кто-то из охраны хихикнул. Ох, бедный клювоголовый. За тем, как Трепан вытирает им палубу, должна стоять целая история. Оверлорд надеялся, что заводящая. Соблазнительный и несговорчивый мнемохирург с мерзким характером, создающий идеальных интеров… да он просто обязан быть героем опасливых фантазий всех сотрудников! А весь ужас в том, что в любой момент может выясниться, что он про твои фантазии в курсе.       – Да, Трепан, – проскрипел Вирлинг. Этот звук он издавал не только дентами, но и тонкими продолговатыми сегментами крыльев.       – Передай Тайгерчопсу, что следующая партия должна лежать штабелями и не шевелиться.       – Но мы не сможем просто разорвать контракт! Они знают о нас слишком…       Трепан яростно свернул оптикой в его сторону:       – Ты тупой? Если я захочу избавиться от ублюдков, то ты возьмешь отряд, телепортируешь их сюда, и рабами станут уже они. И ты. Если не перестанешь меня бесить, – он закончил, махнул рукой и развернулся к клетке спиной. – Тащите их мне по одному, снабженца первым, фактурного на закуску.       – Я буду ждать! – подал голос Оверлорд.       Никто ему не подыграл.              

***

      План подразумевал, что Оверлорд должен узнать максимум информации, не позволив всадить в себя иглы. Он не знал, сколько будет у него времени, но планировал, что чуть больше. Что он сможет попасть куда-то еще кроме клетки и мастерской мнемохирурга. Их могли бы провести по станции, при них могли бы обсудить что-то посущественней неквалифицированных доставщиков товара, назвать побольше имен. Но даже личное знакомство с главным подозреваемым – уже неплохо.       Оверлорд собирался раскидать конвой, едва его выдернут из клетки, благо хилые блокираторы и плохой энергон не ослабили его настолько, чтобы он не справился. Но по дороге он решил изменить план – и остался согбенным, насмешливым и нелепо виляющим задом на уровне напряженных физиономий охранников.       Трепан выглядел уверенным шлакоделом. Столько язвительности и недовольства в маленьком мехе! Капризный и в то же время угрожающий тон пробуждал в Оверлорде одну грязную фантазию за другой. Быть не может, чтобы он проиграл. Наоборот, он лишь сильнее желал встретиться с этим типом в своей голове. Там точно найдется то, к чему Трепан не готов! Насколько он растеряется? Или опытных мнемохирургов ничем не удивишь?       Хромдом упомянул, что подключение опасно для обеих сторон. Если что-то пойдет не так, Оверлорд сможет выдрать блокираторы и сдавить Трепана одной рукой, даже лежа под ним на платформе. Как тот вообще организует операцию, учитывая разницу в размерах? Встанет на табуреточку?..       А если Оверлорд сломается, то в финале этой истории удовлетворится хотя бы Фортресс Максимус. Сможет оседлать любимую тему «я тебя предупреждал» и «тебе ничего нельзя доверить».       Впрочем, Оверлорд в себе не сомневался. Будет интересно. Рискованно, но уже не остановиться. На этом задании никто не следит, трахает он подозреваемых или нет. Если что – он вообще-то прикидывался интером, никаких претензий! Все ради роли. И – обязательно зажать кисть в дентах, пусть иглы нервно скребут горло и нёбо. Царапая до энергона. Они же крепкие, эти импланты? Выдержат немного давления, если он только глоссой их покачает?..       С этими мыслями он оказался на рабочей платформе Трепана. Та оказалась чуть-чуть маловатой для Оверлорда – то есть гигантской. Всех предыдущих жертв уже увезли, так что – никаких демонстративно выставленных вскрытых затылков, луж энергона (их не бывает, Оверлорд знал, но мечтать себе не запретишь), кусков выжженных мозговых модулей. Если Трепан работает так же чисто, как Хромдом, следов не остается.       Неприятной частью было то, что Оверлорд собирался демонстративно сесть, разрывая оковы, как только охрана уйдет или хотя бы к дверям встанет, а управление корпусом отрубилось, едва он ступил в окружающее платформу электромагнитное поле. Перебороть можно, но системы нагрузишь так, что далеко не уйдешь. Физические фиксаторы тоже были – руки, ноги, грудной отсек, бедра, шея и шлем отдельно. Трепан стоял, прислонившись к столу рядом, и протирал иглы рыхлой белой тряпочкой. Оверлорд невольно залюбовался снова. Трепану шло быть дотошным и аккуратным. Сам он был невзрачной расцветки, но поведением это окупал: нельзя было усомниться, что он здесь – звезда, а все ходят вокруг на мысках и дребезжат в надежде угодить.       Охрана закончила раскладывать Оверлорда – тихо рыча, что приходится возиться с лишенным подвижности корпусом такого размера, – и отступила к двери. Трепан махнул им рукой, и, переглянувшись, они вышли. По маслянистым улыбкам Оверлорд понял, что такое порой случается, пусть и не по протоколу.       – Так трахаться все-таки будем? Класс! – провозгласил он. С этого ракурса самого Трепана ему было плохо видно, а голову повернуть не получалось. Впрочем, челюсть ему не сломали, поэтому он собирался хотя бы поболтать, обдумывая новый план.       Надо было не об интимном свидании с мнемохирургом думать, а допрашивать всех подряд и проламывать шлемы. В произвольном порядке. Что поделать, вечно он падает жертвой своих страстей!       Мнемохирург подошел сзади и навис над Оверлордом. Перевернутое, его лицо осталось таким же симпатичным: симметричные вспомогательные линзы, бликуя в освещении, скрадывали настоящие оптики в пятнистой тени и подчеркивали тонкую, будто прорезанную в фейсплейте улыбку. Та очень быстро исчезла. Теперь Трепан рассматривал его внимательно, склонив голову набок.       – Ты знаешь, что я собираюсь сделать, – наконец произнес он.       – Из твоей… исходной позиции предположу, что начнем мы с оральных ласк, – Оверлорд вызывающе провел по губам глоссой. – Я не буйный, можешь выключить эту защитную штуку.       Трепан скривился:       – На этой платформе мехи трепещут и воют. А ты собран и прикидываешься дурачком.       – Так они воют, если онлайн, – заметил Оверлорд и оскалился: – Ты разве не сказал, что любишь молчаливых? Я просто пытаюсь тебе понравиться!       Над фейсплейтом показались кончики игл. Поколебались в воздухе, задевая линзы. Оверлорд нарочно расфокусировал взгляд и сделал губами демонстративное движение, будто заглотил что-то. Ухмыльнулся.       – Мне нравится видеть оптику, – поделился Трепан, приподнимая пальцы так, чтобы иглы уперлись в линзы под прямым углом. – Гаснущую мысль. Поэтому в конце концов они все онлайн… Так что ты знаешь, фактурный?       – Фраг! А я думал, я хороший актер… – Оверлорд попробовал шевельнуться. Не вышло. Нужно будет пропустить этот эпизод в отчете. И в очередной раз сменить план. – Я пришел, потому что ты пригласил, Трепан.       Тот сузил линзы и поджал губы:       – Неужели.       – Координаты в мозговых модулях твоих жертв. Ты оставил их намеренно, ты же ас… А еще, как я понял, ты здесь главный и у тебя все на мази. Так в чем секрет? – Оверлорд выразительно взглянул на него: – Зачем звать незнакомцев на вечеринку в эту ледяную дыру?       Трепан перестал барабанить пальцами по его оптике и выпрямился, вновь исчезнув из области видеозахвата.       – Кто ты? – спросил он отстраненно. Притворялся, что не занервничал.       – Вроде как тебе не обязательно допрашивать вслух? – пленник преисполнился искреннего разочарования. – Временный младший уполномоченный по Тайрестскому соглашению, Оверлорд, очень приятно. По протоколу обязан упомянуть, что у меня полномочия полноправного офицера до конца миссии… Но ты не обманывайся размерами, за мной еще папка придет.       На органическую терминологию Трепан не обратил внимания. Он заволновался – и потому не захотел, чтобы Оверлорд видел его лицо? А тот бы взглянул, как обладатель такой симпатичной мордахи кусает губы и нервно кривится. И злится.       – Ты прав, – донеслось из-за затылка. – Все никак не могу избавиться от привычки задавать вопросы. Давай познакомимся ближе, энфорсер…