What happened afterwards?

Мастер стал понемногу просыпаться, а открыв глаза, он увидел, что Джейк остался с ним, только оделся. Привстав, Фархат увидел, что Сэмюэль сидит рядом и читает какую-то книгу, видимо про драконов. Фархат поприветствовал парня, после чего уселся поудобнее, поправляя майку. — Давно сидишь, пацан? — Хан поглядел в зеркало, что находилось за его спиной. Мужчине стоило причесаться, поскольку его волосы были сильно потрепаны. Сэм почесал затылок, кладя руку на страницу, чтобы не забыть, где он читает, после чего ответил: — Всю ночь просидел так, брат же заболел, — последнее слово Сэм произнёс громче, будто виня Джейкоба. Как не крути, а Сэм был расстроен тем, что брат простыл. Вообще Фархат отчасти хотел, чтобы Сэмюэль улетел с Дионом и Джозефом, поскольку мужчина хотел позаботится о Джейкобе сам, но, видимо, не судьба. Хотя с одной стороны о Джейкобе лучше брата никто не позаботится, да и Хан не очень хорош в этом, ведь тридцатичетырехлетний девственник... почти, даже не знает как правильно это делать. Сейчас оставалось надеяться на то, что Сэму, может быть, потребуется помощь с Джейком. Мужчина потрогал окуляр, после чего встал, подходя к спящему парню. Несмотря на то, что Фархат помог Джейкобу, Дион выручил, Сэмюэль пристально наблюдал за каждым движением мастера, поскольку не полностью ему доверял, особенно своего брата. Единственное, что успокаивало Сэма в таких ситуациях — это сам Джейкоб, который своим голосом и убеждениями мог успокоить любого. Джек начинал шевелиться, что значило, что парень просыпается. Интересно, а как Джек отреагирует, когда увидит вместо Сэма Фархата? — Оо... привет, Хан, — парень выглядел удивленным и отчасти довольным, но его болезненный вид был виден, даже несмотря на то, что парень старался его скрыть. Фархату понравилась такая реакция, из-за чего на его лице разыгралась улыбка. — Как чувствуешь себя, Джейкоб? — мастер наклонил голову в бок, после чего посмотрел на рядом сидящего Сэмюэля, который, оказывается, глазу не сводил с Фархата, как только тот стал подниматься, подходя к Джейку. Сэмюэль и Хан оба парня грозные, но даже сейчас Фархату становилось не по себе от такого пристального, будто неживого взгляда Сэмюэля. Казалось бы, что от такого взгляда поедет крыша, но этого не произошло. — Да нормально, — у Джейкоба был весьма хриплый голос, что никому не нравилось. Сэмюэль поднялся, закрывая книгу, вставая с дивана, после чего принялся подходить к брату и мастеру. Мастер немного напрягся, поэтому выпрямился, так же оказываясь выше Сэма. Мужчина часто так делал, чтобы возможная "угроза", поджав хвост ушла, но с Сэмюэлем, видимо, такое не работало. — Грязевые драконы на анаголе называются "mudwings", что значит грязь и крыло... грязе-крыли, хотя используют земле-крылы, — Сэмюэль приложил ладонь ко лбу Джейкоба, хмыкая. У парня была температура, что заставило его брата смутится. Джейк удивлённо взглянул на Сэмюэля. Кажется брата заинтересовали драконы. Вообще во всех академиях есть уроки как Драконология, которую все обязаны учить, но мало кто ею интересовался так сильно, как Джейкоб. Школьные годы у Джека вышли не самые лучшие, поскольку парень был изгоем, коих в Брешлеве можно сосчитать по пальцам. Джек многим отличался ото всех, хотя бы тем, что его интересовало то, что не интересовало бы кого-нибудь другого, что делало его белой вороной. С возрастом Джейкоб все больше привыкал к одиночеству и больше проводил времени с родителями. Джек много проводил времени с книгами, в особенности теми, в которых говорилось о драконах и им подобных, некоторые книги так и назывались "Драконоподобные", поскольку вирмы, линдвирмы, дрейки, виверны, амфиптеры, драконы удачи — это все драконоподобные, не являющиеся драконами. После школы разразилась война, которая длилась около четырёх лет, которой дали название — Руническая война. На ней Джейкоб и повстречал Джозефа, который уже тогда был знаком с Майклом, с которым обращался как с собачкой, Итан и Мишель были в другом корпусе, но по одному случаю они пересеклись с Сэмюэлем и Джейкобом. Джозеф был тем, кто постоянно цеплял внимание девушек, но как он повстречал Джека и Сэма, то сразу присоединился к ним, оставляя дам позади. Мишель и Итан были единственными друг у друга друзьями, поэтому расширить круг общения — они были тоже не против. Джейкоб встал, собираясь рвануть куда-либо, но только подальше от брата, но Хан не дал этого сделать, поскольку подхватил парня на руки, на что Сэмюэль закрыл глаза, наоборот, похвалив. Хан посмотрел на Джека, который отвернулся, краснея, сложив руки на груди. Сэмюэль пошел по лестнице, ведя за собой Фархата, который будто был рад чему-то, о чем знал только он сам. Сэмюэль повел всех в комнату Джейка, по дороге что-то бубня. Зайдя в комнату, Хан без приказов, самостоятельно положил Джейкоба на кровать, накрывая того одеялом. Парню конечно было жарко, но Сэм и мастер решили перестраховаться, чтобы парень не замёрз, что может случится через какое-то время. Джейк перевернулся на бок, что значило для брата, что парень и вправду устал. Джейкоб всегда ложился на бок, когда сильно уставал, а так в основном он лежит на спине, да и Джейк тут клубком чуть ли не сворачивается. — Слушай, Джек, как хочешь, но я сделаю ту самую мазь, которая тебе не нравится и натру тебе ею спину и грудь, а потом и перемотаю, понял? — Сэмюэль сидел сбоку на кровати, укоризненно глядя на своего брата. Сэмюэль достал из комода какие-то вещи, после чего разложил их на столе, словно делал это уже кучу раз до этого. Джейкоб понял, что Сэмюэль сейчас попробует сотворить ту самую мазь, которая сильно жжется, отдавая холодом, а потом опять жарой, — Хан, поможешь мне. Бери те штуки, я не помню что это, и растолчи, выжми сок, что-то из этого. — Это дребень лучистый, типа дребедень, да, — Джейкоб включил заучку, после чего Сэм заткнул Джеку рот тряпкой. Парень начинал злиться, но понял, что это ни к чему не приведёт, поэтому постарался успокоится, что выходило плохо. Мазь сделать не трудно, но Сэм долго с этим справлялся, поскольку хотел сделать все идеально. Фархат взял ту самую "дребедень", после чего постарался сделать все так, как хотел Сэмюэль. По сути Сэм мог сделать все и сам, но он в какой-то мере понимал, что Хан угрозы никакой не представляет, а потому и хотел, чтобы он тоже участвовал в изготовлении мази. Джейкоб вынул тряпку изо рта, после чего сел, скрестив руки на груди, глядя на то, что парни сейчас делают. Оба сейчас были похожи на братьев, у них и то сходств было больше, нежели у Джейкоба и самого Сэма. Парню было приятно видеть их такими, которые помогают друг другу, а не смотрят друг на друга с опаской, хотя изредка Джек замечал подобные взгляды. Сэмюэль подошел к парню, попросив того снять майку, что парень сделал не споря с братом. Парень конечно смущался, но решил перевернуться на грудь. — Знаешь, Джейк, я передумал. Тебя намажет Фархат, — Сэмюэль передал мазь мастеру, на что тот поглядел с изумлением. Джейкоб нервно сглотнул, глядя сбоку на мужчин, после чего увидел, как Сэмюэль ушел мыть руки. Кажется Сэмюэль и Фархат решили поиздеваться над парнем, чтобы тот не расслаблялся. — Не нравится мне это... — сказал Джейкоб, вздыхая. — Да... — Фархат сел на кровать, стягивая одеяло с оголенной спины парня, которая была без шрамов, такая гладкая, белая. Джейкоб поворчав, стиснул подушку в своих длинных пальцах, поскольку он не хотел чувствовать металл на своей спине, такой холодный, неприятный. Фархат взял мазь, растирая на руках, она приятно пахла, не липла к рукам, не оставляла неприятных ощущений, только лёгкий холодок. Хан положил руки на спину Джейка, удивившись, насколько у него мягкая кожа на самом деле, она так приятно отдавала теплом, что мастер невольно подумал о матери, которая о нем заботилась, у нее была такая же, мягкая кожа. Мастер начал легонько водить руками, чтобы Джейкобу не было некомфортно, но парня, кажется, все устраивало. Джек прикрыл глаза, расслабляясь, отдаваясь ощущениям и под горячую, жёсткую, живую руку мастера и вторую мёртвую и холодную, что парню даже нравилось, поскольку это что-то необычное. Фархат невольно сел сверху, нависая над Джейкобом и соблюдая дистанцию, но изредка его внутренняя сторона бёдер касалась парня, что заставляло последнего подрагивать, что-то неразборчиво произнося. Мастер набирал обороты, делая некий массаж, работая руками более вальяжно, но и аккуратно и медленно, в то время как Джейкоб странно изгибался под мастером, пряча руки под подушку и кладя на нее голову. Парень как-то устало глядел на Хана, как-то непонятно, так, чего не мог понять сам мастер. Фархат закончил со спиной, после чего немного отстранился, оставаясь в том сидячем положении, в котором был до этого. Джейкоб понял, после чего перевернулся на спину, видя темно-карие глаза Хана, который, кажется, был немного не в себе: мужчина дышал через рот, выглядел уставшим, даже возбужденным, но это было лишь на мгновение, ибо он снова окунул руку в чашу с мазью, растирая ее по рукам, чтобы потом опять водить ими по юношескому телу, по груди, в которой колотилось горячее сердце. Джейкоб нервно вздохнул, кладя голову на бок, мельком поглядывая на того, кто сидел сверху. Хан стал растирать мазь по груди, чувствуя, как иногда задевает соски, что вызывало у парня тихие вздохи и выдохи, но непохожие на стоны. Здесь мастер был вдвое аккуратнее, чтобы парню не навредить, но последнего пока все устраивало. Хан поглядывал на дверь, прислушивался к тому, что за ней происходит, но томное дыхание Джейкоба сбивало мастера, туманя его разум. Еще какое-то время мужчина растирал мазь, но как она кончилась, Хан упёрся руками около головы Джейкоба, после чего спустился на локти, стоя на четвереньках, наблюдая за реакцией парня, который прикрыл глаза, немного вжимаясь в кровать, комкая одеяло двумя руками, поджимая тонкие губы. — Джейкоб... мне нужно тебе что-то сказать, — прошептал мастер на ухо парню, который выдохнул громко, поскольку в комнате все это время царила тишина. — Скажи, — Джейкоб стал приподниматься на локти, заставляя мастера привстать. Фархат собрался духом, поджимая губы, но долго не медлил, он начал говорить: — Джейкоб, я... Мастера прервали, он услышал шаги, которые становились все громче, поэтому Хан слез с Джека, устраиваясь рядом. В комнату вошёл Сэмюэль, который в руках держал тёплый плед. Сэм сел на место мастера, который освободил ему его, после чего принялся перематывать Джека пледом. Парень взялся за плед двумя руками, поблагодарив брата и Хана, хотя его голос содрогнулся, как только он попытался произнести имя Фархата. — Тебе было бы неплохо полежать, отдохнуть, — Сэмюэль сел на рядом стоящий стол, глядя на проделанную работу. Джейкоб усмехнулся, после чего залез обратно под одеяло. Прошел час, два, как Джек опять лежал, уставившись в дневник отца Фархата. Парню все так же было интересно, что он писал, поэтому читал его, пока никого не было рядом, чтобы не было неприятностей.

Ну конечно, как я пришел домой, так меня сразу выгнали, никто не хотел слушать меня, что конечно печально, поскольку я не сделал то, что хотел сделать. Вообще этот сукин сын должен был быть благодарен мне, что он стал настоящим мужиком, ведь в будущем ему ни одна баба бы не дала. Мамаша его так воспитала, что у него ни друзей никого, кроме его братца. Дион всегда мне нравилься больше, он вел себя не как культурный засранец, а как настоящий мужик, жёсткий, властный, правильный, его многое отличало от хлюпика Феликса... мне надо было его задушить в раннем детстве, но я не уловил момент. Какая жалость.

Джейкобу было непонятно, почему отец Хана так не любит его? Парень не хотел спрашивать у Хана в чем дело, но может быть он скажет когда-нибудь, ведь когда они сидели у камина и говорили по душам, сидели и говорили на лестнице, он ничего не сказал об этом. Денди не хотел двух детей, он вообще ненавидит детей, но согласился на одного. — Откуда ты знаешь? — Джейкоб стал говорить в слух, словно этого никто не услышит, но его шёпота было достаточно для дракона. — Я живу с начала начал, это трудно, особенно когда слышишь чужие мысли, особенно мысли душевнобольных, — дракон так же стал говорить вживую, находясь где-то в углу комнаты. — То есть его отец не хотел, чтобы он родился на свет? — Джек присел, держа в руках дневник. Послышался глубокий вздох, затем голос стал звучать совершенно в другом месте. — Денди согласился на одного ребенка, мать родила близнецов ночью, что разозлило отца, поэтому он хотел утопить одного из них, но мать постоянно была с мальчиками. Когда они подросли, то любимчиком стал Дион, потому что он был более коварный, грубый и властный, в то время как Фархат был мягким, несмотря на свою... внешность. Они были полными противоположностями друг друга, — дракон принял свои слабые очертания, словно это был дым свечи, который принял облик дракона. — А что было дальше? — Денди решил испортить детство Фархату, он тебе, кажется, говорил. Отец надругался над мальчиком, после чего в нем что-то сломалось, — дракон притих, будто чувствуя себя виноватым, но Джейкоб этого не заметил, почти. Парень услышал то, что хотел, но была одна вещь, которая все так же его интересовала: почему его называли Феликс? — Ох... ты про это. Денди таким образом язвил, раздражал парня намеренно, но потом отец попросту забыл, как зовут его родного сына, — дракон появился около Джейкоба, садясь на кровать. В этом облике дракон был куда меньше, чем на самом деле, что с одной стороны было интересно и необычно, а с другой немного странно. — А после того, ну, инцидента, что было с Ханом? — Джейкоб положил дневник в шуфлядку, после закрыл, пряча ключ под подушку, чтобы его никто не нашел, поскольку парень не хотел бы, чтобы мастер углублялся в давнюю трагедию. — Мальчик бежал из дома, он был весь побитый, заплаканный, сломленная душа. Он прибежал ко мне в лес случайно, после чего он... увидел меня. Я помогала ему, а он все чаще приходил ко мне, после чего мы стали с ним близки, он так отреагировал на мое появление, — дракон слегка посмеялся, чего Джек до этого не слышал, но это было мило, — Фархат не сказал тебе? Джейкоб нахмурился, даже не понимая о чем дракон толкует, но позже начал догадываться. — Он хотел мне сказать сегодня что-то, но не успел. — Позже скажет. Дракон испарился, оставляя Джейкоба наедине со своими мыслями. Парень пытался позвать дракона, но его не было, поэтому парень просто встал, одеваясь, поскольку уже можно было снять плед и заняться чем-то другим. Парень встал, чувствуя мягкий ковёр под пальцами ног, который приятно их окутывал. Парень все же решил оставить плед, поскольку в одних трусах и майке тепло не будет. Джейкоб принялся спускаться по лестнице на первый этаж в гостиную, поскольку там может быть кто-то из парней, с кем можно поболтать или просто посидеть в приятной компании. Отворив скрипучую, большую дверь, парень никого не увидел, что его расстроило. Но ведь в гостиной много книг, есть стол, который называют бильярдным, есть дартс, который висел на одной из стен и дротики к нему. Джек постарался завязать плед на шее, но благо плед был старенький, из которого торчали нитки, на которые Джейк завязал плед, чтобы тот не упал во время игры в бильярд. Парень не имел представления, как в него играть, но здесь были длинные палки и шары и треугольная форма, что заставило Джека сообразить быстрее, поэтому парень сделал все, что требовалось и взял одну из тех палок, что лежали на столе. Кий — так их называл Дион, по крайней мере Джейкоб так слышал. Парень взял одну кию, пристраиваясь, надеясь на то, что он делает все правильно. Парень сосредотачивался, после чего сделал первый удар по шару, что заставило его прокатиться и ударить те, что были впереди. Только два попало в лунки, а остальные остались кататься по полю. Джейку понравилось, из-за чего он решил продолжить, пристраиваясь с другой стороны. — В бильярд играешь? — мужчина подошел сзади, а его голос звучал очень дружелюбно, даже дружелюбнее, чем раньше, или просто Джейкоб к нему привык. — Стараюсь, — Джек посмотрел на зелёную плиту, которая была сделана из гладкого, зелёного дерева, которое было очень хорошо отполированно. Джейкоб видел такие столы с бархатом, хотя и видел он их всего-то два раза. — Ты неправильно держишь его, — Фархат накрыл руку Джейка своей, после чего прислонился к парню, что последний явственно ощутил своей спиной даже через плед. Парень сильно засмущался, но промолчал, ожидая последующих действий со стороны мастера. Последовал удар, который заставил прокатиться все шары, большая часть которых попала в лунки. Следующие двадцать с лишним минут Хан учил парня игре в бильярд, а последний охотно на все глядел, да запоминал, чтобы все сделать без ошибок. Последовал очередной удар, и на этот раз Джейк забил куда больше шаров, чем до этого. Ради разнообразия Джейкобу завязали глаза, чтобы парень почувствовал то, как играет в бильярд Хан. — Молодец, Джейкоб, — мастер положил свои тяжёлые ладони на расслабленные плечи Джека, который был повёрнут к нему спиной. — Рад, что ты оценил, — сказал парень, который обернулся к Фархату, но тот по-прежнему держал свои руки на плечах парня. — Джек... Парень непонимающе хмыкнул, приподнимая голову, чувствуя, что сейчас смотрит на мужчину. Мастер прислонился губами к макушке Джейкоба, после чего обнял того за талию, неуверенно. Джейку было страшно, ведь он даже не понимал, нормально ли это, но ничего говорить не стал, лишь приподнял голову выше, отвечая на действия мастера, прикосаясь своими губами к губам мастера, после чего медленно отстранился.