Боль в подарок

Отполированный на высоту в метре от пола кирпич. Выше – до высоты двух метров все покрыто черным граффити. Еще выше на том же кирпиче сконденсирована влага, больше всего капель возле вентиляционного отверстия под потолком. Все охвачено мягким исходящим сверху белым светом. Знакомым был только запах от еще одного отверстия - в полу. Его не мог перебить даже сильнейший удушливый аромат индийских благовоний, исходивший от палочки, тлевшей на полу. Если бы не запах, Северус ни по чем бы не узнал в ярком свете азкабанскую камеру. Свет исходил от патронуса, который раскинул крылья на всю небольшую площадь потолка. Люциус Малфой, сидевший на полу, привалившись спиной к гладкому, словно глянцевому, кирпичу, неприязненно щурился на этот свет – так, что открыт у него был только один глаз. - Хочу поговорить, - сходу заявил Дамблдор. - Вряд ли вы бы пришли помолчать со мной, - усмехнулся в ответ Люциус. - Вы шутите. Это хорошо. Значит соображаете достаточно, чтобы разговаривать имело смысл, - заметил его собеседник. - Я вас слушаю. Глаза Малфоя мало-помалу привыкли к свету, и он взялся осматривать свои ногти, чтобы не встречаться взглядом с Дамблдором. Ничего хорошего на своих руках он не увидел, так что устыдился их, убрал из поля видимости, и стал рассматривать патронуса. - Вам грозит поцелуй дементора. А по меньшей мере, пожизненное заключение в Азкабан. - Приговор к поцелую, - поправил его Люциус, - он уже лет сто не исполнялся. - Ради последователей Лорда Волдеморта сделают исключение и приведут приговоры в исполнение, - проинформировал его посетитель. - Вы меня запугиваете? Вряд ли это удастся, - сардонически усмехнулся Малфой, - что вам от меня надо? - Запугивать вас не имеет смысла, потому что вы итак перепуганы дальше некуда. Да и терять вам, казалось бы, уже нечего. Люциус коротко согласно кивнул. - Снейп – ваш любовник. - Может быть. - Не может быть, а точно. Ему тоже грозит пожизненное заключение в Азкабан. - Вы, вроде, обещали ему покровительство. Причем тут я? Мне хватает своих проблем, - раздраженно бросил Малфой, - вы его что, обманули? – после непродолжительной паузы поинтересовался он. Дамблдор выглядел удивленным. - Я никогда не говорил, как именно я организую это покровительство, - наконец, усмехнулся он. Теперь удивился Малфой: - Я не понял, вы продаете или покупаете? Они встретились недоуменными взглядами. Снейп невидимой тенью присоединился к ним в их взаимонедопонимании. Дамблдор махнул перед собой рукой, будто разгоняя морок. - Давайте я буду покупать. У меня хотя бы есть, чем заплатить. Оправдательные показания по трем эпизодам и вместо поцелуя будет пожизненное. - Каким эпизодам? – деловито осведомился Малфой, - и вместо пожизненного будет пять лет. - Я дам вам список и показания других свидетелей. Это за позапрошлый год. Пожизненное, и я гарантирую, что у вашей семьи не растащат ваше имущество. - Семь, - снизил цену Малфой. - Пожизненное. Люциус помолчал, любуясь на стену, потом поинтересовался: - Двадцать? - Люциус, по сути это то же самое, - с жалостью заметил Дамблдор, - но крайне сложно устроить. Закон предусматривает только пересмотр не менее, чем через двадцать лет. К тому же пересмотра ни разу не было за ненадобностью. Это масса проблем, и никакого смысла. - Закон предусматривает, что Северус Снейп скрасит мою непродолжительную вечность в Азкабане, - огрызнулся Малфой. - Да вы ведь уже согласились. - Вовсе нет. - Я оставлю вам материал, и на суде вы скажете все, как надо. - Даже не подумаю, - лихорадочно возразил Люциус, - масса проблем не значит «невозможно». Не более двадцати лет, и Снейп ваш. - Я могу обещать только, что в случае оправдательного приговора Снейпу я попытаюсь сделать так, чтобы это не было пожизненным. В разумных пределах. - Вы не оставляете мне выбора, - пожаловался Малфой. - Это лучше, чем ничего. Снейп вынырнул из воспоминания. Приятно было снова сидеть в кресле в хорошо освещенном и отапливаемом кабинете в Хогвартсе. Зачем ему это показали? Нельзя сказать, чтобы ему понравилось быть предметом торга. Это было довольно унизительно, хотя что-то в этом было… такое… - Выходит, он не оставил вам выбора, взяв все на себя? – уточнил Северус, чтобы прервать этот опасный поток мыслей, - либо полное оправдание, либо поцелуй. - Не совсем, - усмехнулся Дамблдор, - я бы никогда не сказал, что он был под проклятьем подвластья, если бы был уверен, что он действовал полностью добровольно. Но согласитесь, что для вас это было лучше, много лучше, чем ничего. Северус не стал разубеждать директора в его прекрасных заблуждениях. Похоже, тот все-таки влюбился в Люциуса. Для самого себя Снейп таких эмоций возможными не признавал, но к их проявлениям у других относился снисходительно. - И… зачем вы мне это показали? Я итак знаю, к чему все это привело. - Я хотел кое-что у вас попросить. Для Малфоя. И хотел, чтобы до этого вы знали, как все в действительности было. - Вы серьезно? Попросить для Малфоя? Малфой сам берет все, что ему нужно, и еще немного сверху – на всякий случай, вдруг пригодится. - Думаю, вам понравится эта идея – хотя бы ради эксперимента. Скажите, вы пробовали создавать иллюзию сразу в двух сознаниях? - Нет… но это… смотря в каких. - С моим вы уже справились легко. Уверяю, с Люциусом будет еще проще. - Почему вы так думаете? - У меня есть основания так думать. Проблема в том, что мне нужно, чтобы процессом мог управлять он. - Так пусть он это и сделает. - Он не умеет. Он не владеет окклюменцией. Так, что порой до сих пор не разбирает где реальность, а где морок, наведенный вашим «темным лордом» когда-то давно. Я хочу, чтобы вы помогли ему – чтобы он смог через вас, через ваше сознание разделить вымышленную реальность, в которой он всегда выполняет волю своего господина, и настоящую – где Лорда Волдеморта уже не существует. Мне надо, чтобы он мог взять на себя контроль. - Зачем вам это? - Считайте, что я экспериментирую.