Проводник души

Луне снились самые разные вещи. Она снова побывала в Хогвартсе - как в первый раз. Все свечи светились магическим огнем и вещи казались такими большими и необычными. Призраки пугали резкими вылетами, а вокруг слышался детский смех. Она вновь была на первом уроке Зельеварения, где потерпела полный крах, потому что это слишком сложно и скучно. Снова встретила Джинни и чудным образом вписалась в компанию ребят, что стали ей друзьями и приняли со всеми причудами. Видела отца, такого же веселого и доброго, как раньше. Опять сражалась, теряла дорогих людей, обретала близких — словно вся жизнь вдруг решила пронестись мимо и подвести итоги, вручить баллы за достижения и напомнить о провалах. Конечно, она ценила хорошие воспоминания и старалась прожить жизнь так, чтобы запомниться, поэтому сейчас Луна была действительно счастлива. Она внезапно открыла глаза и посмотрела вокруг. Вероятно, все ещё была ночь, потому что в окне до сих пор кружился на темном фоне снег, а обстановка комнаты казалась чёрно-белой. Ей почему-то неимоверно сильно захотелось на улицу, туда, в этот снегопад, закружиться в безудержном лёгком танце и улететь. Она, к удивлению, без труда поднялась с кровати и оглянулась. Сама Луна встала, но ее тело продолжало лежать на кровати, будто так и должно быть, и необычного в этом ничего не нет. Старушка медленно вышла из комнаты, забыв закрыть дверь. Около выхода Луна почувствовала какую-то тревожность, необъяснимое волнение, будто происходит что-то важное. И не задумываясь Саламандер дернула на себя дверь. В ту же минуту в комнату ворвался снег, окружил её, распространился вихрями в разные стороны, осыпая все белыми кристалликами. Снежинки были везде, заполонили собой всё, наверное, они были и в лёгких, раз они сжались до столь маленького размера, что стало трудно дышать. Луна широко раскрытыми глазами смотрела на улицу - там все было каким-то другим. Каждый сантиметр белого покрывала искрился светом, а снег падал почему-то не беспорядочно, как всегда, а имел свою загадочную неестественную траекторию. Старушке показалось, что к дому приближается какая-то темная фигура, она подходила все ближе и ближе, но не источала опасность, напротив, все становилось намного спокойнее. И вот, подойдя к самому порогу, фигура остановилась, тогда Луна смогла разглядеть, что это фестрал. Его черное тело и кожаные крылья были расслаблены, а взгляд был немного грустным. Ей стоило бы задуматься о том, что он может здесь делать в такое время, но вопросы исчезли, стоило Луне заглянуть к животному в глаза - они говорили всё. В них отражалась скорбь и тоска, печаль и спокойствие, а главное - неизбежность. И тогда она все поняла, чуть склонив голову и тихо промолвив: - Уже пора? Фестрал медленно кивнул и чуть повернул головой, приглашая старушку прикоснуться к нему. Луна бросила взгляд в открытую дверь комнаты, где можно было разглядеть ее силуэт на кровати и решительно дотронулась до животного. В этот миг всё озарилось светом - она излучала его, лучи проникали всюду, освещая дорогу. И вот вместо старушки стояла белокурая девочка с ясными голубыми глазами и широкой улыбкой - такой она осталась внутри, потому что душа не стареет, если человек не хочет этого, она остаётся молодой и сияющей. И вокруг уже не было гостиной, ее дома, дверей. Только бесконечные просторы снега и метель обвивала их, подталкивая вперёд. Девушка держалась за фестрала и шла за ним сквозь непроглядную пелену из падающих снежных хлопьев, тьму, клубящуюся у ног, доверяя ему каждой своей частицей. Потому что знала: он ведёт ее туда, куда она заслужила, туда, где она найдет вечное спокойствие и счастье, объединится с мужем и встретит старых знакомых.

***

В дверь постучали, ожидая, что ее откроют. Затем раздались недовольные нетерпеливые вздохи и приглушённые мужские голоса, заклинание, и она открылась, тихо скрипнув. В дом вбежали трое детей, громко смеясь и уносясь на кухню - они привыкли встречать бабушку там. Затем вошли Лисандер и Лоркан - они обещали заехать на пару дней в гости вместе с семьями. Сказав пару слов брату, первый бросил взгляд в сторону открытой двери комнаты матери и обеспокоенно обернулся. Тихими шагами он прошел внутрь и остановился, вглядываясь в ее лицо. - Лоркан.. она? Второй мужчина зашёл следом и подошёл к лежащей Луне, опустив руку на ее шею. - Умерла, - тихий голос его дрогнул и отразил боль и нежелание верить. Он опустился на кровать подле неё, беря совсем холодную руку в свою. Говорят, мужчины не плачут, но сейчас они были не взрослыми дядями, а детьми. Детьми, чья мать ушла и больше не вернётся. Они молчали, но даже эта тишина говорила всё за них. В воздухе больше не было лаванды, только скорбь и запах потери. - Смотри, Лисандер, она улыбалась. Надеюсь, ей снились хорошие сны.