Сахарная вата с клубничным молоком

— Научи меня играть также, Юнги-хен. Ох, у Мина сердечко начинает биться сильнее от сладкого голоса Ю. А это его «Юнги-хен»… Ох, как Юнги еще жив? Так, стоп. С чего такие мысли? Он даже его имя не помнит… Да, он красивый, его волосы похожи на розовую сахарную вату. Интересно, они мягкие? Рука Юнги невольно потянулась к голове Виена, но в следующую секунду блондин отдернул ладонь. Благо, Ту не видел этого, иначе Юнги пришлось бы врать. — Напомни свое имя, — произносит Мин, прежде чем Виен снова напомнит о своей просьбе. Ту мило улыбнулся, прикрывая глаза-полумесяцы. Сердечко Мина снова ёкнуло, заставляя Юнги на секунду задержать дыхание. — Ю Виен Ту. Друзья называют меня Ю или Юнту. — Так вот, Виен, слушай сюда и запоминай, я никого не обучаю. Игра на гитаре для меня — тоже самое, что для тебя на пианино. Я потратил годы, что бы играть как профессионал. А ты вот так за несколько дней хочешь обучиться всем основам? Виен Ту от чего-то погрустнел. Его глаза уже не так блестают, как несколько секунд назад. Юнги стало немного жаль парнишку. Совсем чуть-чуть. Виен вышел из комнаты, бросив напоследок грубое «Прости за беспокойство», негромко хлопнув дверью. По пути в свою комнату Ю встретил Тэхена, спешащего к своему другу. Ким поинтересовался о самочувствии Виена, но пианист просто проигнорировал вопрос знакомого, зайдя в свою комнату.

***

— Хэй, Юнги? — позвал друга инженер, зайдя в комнату-студию. Ким сел рядом с блондином, всматриваясь в его лицо. Выражение мордочки Юнги всегда сложно понять. Но Тэ, за многие годы дружбы, научился до малейших деталей определять эмоции Юнги. Вот, например, сейчас блондин с невозмутимым, на первый взгляд, лицом. Но Тэхен знал, что внутри Юнги бушевали различные эмоции: безразличие, злость, и… сочувствие? Ох, наверное Тэ просто почудилось. — Он попросил меня обучить его игре на гитаре. Я сказал, что вот так, за несколько дней не научишся полноценной игре. А он… Взял и… Ушел. Да какого черта творится с Юнги? Какого хрена он стал таким мягким за несколько минут общения с Виеном? Неужели это… — Не неси чепухи, Тэхен. Я не могу влюбиться в кого-то, сам же говорил, что я — бессердечная тварь. — Ну-ну, посмотрим, как ты заговоришь через недельку или две, — усмехнулся Ким, покачав головой и тяжело вздохнув. Уже месяц прошел с того момента, как Юнги переехал в этот проклятый корпус. Каждый день он сталкивается с Ю, видит как он мило общается со всеми, а сердечко Мина разрывается от ревности. Тэхен очень давно знаком с Юнги. Они вместе ходили в среднюю школу, а позже и в старшую. И Ким никогда не видел, что бы Юнги ходил за руку с кем-то. Красноволосому хотелось когда-то свести друга с одним парнишкой, зная предпочтения Юнги он бы смог с ним ужиться. Звали его Пак Чимин. Милый мальчик, учащийся на факультете фотографий. Тамже учится Хоби-хен — хороший друг Тэхена. Всегда поддержит, выслушает и даст совет. Чимин любил Юнги. Постоянно бегал за ним, пытался привлечь свое внимание. Но Мин был как сталь. Он постоянно отталкивал Чимина, пытался не давать себе привязываться к рыжеволосому. А Паку обидно. Обидно от того, что все его попытки быть счастливым с блондином были тщетны. И сейчас Юнги… Только сейчас он осознает эти чувства, что таились в крохотном сердечке Чимина. Если бы парень тогда ответил на его чувства, то что было бы сейчас? Они бы переехали в общежитие, находящееся за пределами корпусов и самого колледжа. Стены в корпусах факультетов тонкие на столько, что можно услышать шёпот соседа, если захотеть. И Юнги слышал. Слышал отборный корейский мат Виена, когда тот приходит с занятий уставшим. Слышал, как тот чуть ли не плачет, когда разговаривает по телефону с каким-то мудаком. Мин слышит четкое и ясное «Сынгыль, я тебя жду.» Ли Сынгыль учится на одном курсе с Юнги. Он хорошо играет на скрипке и бас-гитаре, от чего и заслужил небольшое доверие со стороны Юнги. Ли — высокий, статный парень с черными, как ночь, волосами и глазами цвета крепкого кофе. Но Мин даже не подозревал о связи Сынгыля и Ту. У Тэхена зазвонил телефон. Звонящим оказался Джун-хен, позвавший Кима младшего и Юнги в их старый, добрый бар. И Тэхен ответил, что они обязательно придут. Даже несмотря на состояние Юнги они пойдут и напьются, чтобы забыть, хотя бы на одну ночь, о своих проблемах. Отпустить все сложности жизни. Тэхен ушел в свой кампус, оставив Юнги одного. За стеной слышалась мягкая мелодия. Его мелодия. Юнги сидит на полу, оперевшись о стену и прислушиваясь к звукам пианио из соседней комнаты. Неужели блондин всё-таки влюбился? Но даже если и так, то Виен наверняка натурал. Вокруг него вертится столько девушек, а он с какого-то хрена выберет его? Черт, слишком много времени он просидел на полу. Ноги немного замерзли, а окно надо бы уже закрыть. До бара они добрались на машине Тэ, то есть за двадцать с лишним минут. Зайдя внутрь в нос Юнги ударил запах хорошего коньяка и крепких сигарет. Парни быстро нашли остальную часть компании, лишь пройдя в глубь. Намджун, Чимин, Хосок и Джин сидели далеко от сцены, где играла какая-то группа. Их солист почему-то напоминил Юнги своего соседа. Подойдя ближе к остальным, Юнги, Чонгук и Тэ поздаровались. Джин, как старший, уже заказал выпивку и еду. Парни болтали о всякой ерунде, о новом семестре, о своих планах на будущее. Сколько они вот так не собирались? Месяца… Четыре? Из колонок раздался сладкий, мягкий и такой приятный для ушей голос, что Юнги, как громом пораженный, резко обернулся в сторону сцены. В свете софитов стоял Ю Виен Ту, улыбаясь зрителям. Его волосы сейчас были еще больше похожи на сахарную вату: растрепанные, немного мокрые на висках. Свет от прожекторов отражался на его бледной коже, будто играясь с ней. Юнги задержал дыхание, смотря на своего младшего. — Эту песню написал мой хороший друг, но к сожалению, его больше нет с нами. Имя этого друга — Ким Джонхен, а песня называется «Moon». Голос парня был мягким даже на высоких нотах. Глаза его закрыты, но это не мешало Юнги наслаждаться видом младшего. Сейчас он выглядел как тигр, которого выпустили из клетки. Так кровожадно… Когда его глаза открываются, то взгляд их становится хищным, заглядывая в самые отдаленные и темные уголки твоей грешной души. Мин не мог понять, то ли он ангел, спустившийся к нему с небес, то ли демон, явившийся из преисподней. Виен пел так, будто специально возбуждал Юнги, его действия это вполне подтверждают. Его рычащий голос до сих пор отдавался в голове Мина. Ту стоял возле барной стойки, когда рядом с ним возник Тэ.

***

— Хэй-хэй, Виен-и! — Было заметно, что Ким подвыпил. Позади него стоял Чонгук, держащий красноволосого за руку. С другой стороны стоял Юнги, прожигающий дыру в Ту. Виен это заметил и лишь приподнял уголки губ. — Не мог бы ты проводить нас до дома? — Тэхен мило улыбнулся. — А что мне будет взамен, хен? — Виен сделал какое-то коварное лицо, немного прищурившись. — Ох, ну Виен-и, — протянул Ким, улыбнувшись квадратной улыбкой. Ту вздохнул. Видимо, не получится у него сегодня расслабиться. Юнги посмотрел в глаза Ю, взяв того за руку. Ни Тэхен, ни Чонгук, ни Ту не могли понять, что последовало таким смелым поступкам со стороны Мина. Раньше он бы даже близко не подошел к младшему, а сейчас вон, за руку хватает.

***

И ведет он его к комнате Виена. Коридор кажется бесконечным. Юнги на вопросы не отвечает, а лишь старается идти быстрее. Ту неловко, он пытался спросить, что у Юнги такого случилось, а блондин лишь рот ему затыкает и идет, будто ничего и не знает. Виен открывает дверь комнаты, Юнги вваливается туда, попутно схватив Ту за руку и вовлекая его в поцелуй. А розоволосый понять не может и лишь стоит, как столб. Но Юнги не собирается вот так останавливаться. Блондин стягивает рубашку с младшего, кидая его на кровать и покрывая бледную кожу поцелуями. На их месте образовывались красно-синие следы. Ю пытался оттолкнуть Мина, но получалось плохо. Юнги был старше и больше его самого, по этому сопротивляться не было смысла. И дошло все до того, что Мин нашел слабое место пианиста. Его эрогенная зона — шея. Как только Юнги поцеловал опасное место, Виен сладко и протяжно простонал, еще больше возбуждая Юнги. Музыкант специально трогал бледную шею, вслушиваясь в обрывистые стоны младшего. Мин покрывал чужую кожу поцелуями. В штанах уже давно стало тесно, но Юнги никак не решался на опасный шаг. Виен лежал без сил, поддаваясь выходкам хена. Все тело было в алых пятнах. Добегался он. Сейчас и девственности лишится, не успеет глазом моргнуть. Юнги стянул с себя и Ю джинсы, оставляя обоих в одних боксерах. А чего он хотел? Нечего быть на столько сексуальным и вертеть задом перед Мином.