Order Up!

В течение нескольких долгих, безмолвных мгновений, никто не произносил ни слова. Все изумлённо глазели на кроличьи уши. — Пять секунд назад их там не было, — пробормотал Бомгю. — Я вам клянусь. Я видел. Тэхён не оставил его слова без внимания: — О, мы бы определённо заметили, если бы они там были. Субин дотронулся рукой до своей макушки, его пальцы невесомо прошлись по одному длинному, бурому кроличьему уху, а затем и по второму. На его лице расцвела настолько широкая улыбка, что Тэхён спокойно мог разглядеть оба ряда его зубов, вплоть до самых дальних. — Вы это видите? — взволнованно вскрикнул Субин. — Это так круто! — он развернулся в сторону Бомгю и заглянул ему за спину, чтобы разглядеть собственное отражение в окне. — Вы только посмотрите на них! Ну разве не потрясающе? Кто-нибудь, потрогайте, быстрее! Они действительно настоящие? Бог мой. — Они тебе очень идут, — тихо сказал Ёнджун. Бомгю неуверенно протянул руку, и его палец скользнул по мягкому меху ближайшего к нему уха. — Такое пушистое. — Да, я знаю! — крикнул Субин. — Это не сон. Не могу поверить, что со мной происходит нечто настолько классное! Тэхён не смог сдержать стона. — Субин, тебе не обязательно кричать во всю мощь лёгких. Мы… Мы прямо здесь. — И пытаемся заснуть, — с игривой улыбкой добавил Ёнджун. Субин не обратил внимания ни на одного из них, ну или обратил и ошибочно подумал, что теперь стал говорить тише. — Знаете ли вы, как долго я мечтал стать особенным? — Ты всегда был особенным, — ответил Ёнджун. Бомгю убрал руку от ушей Субина и откусил ещё один кусочек от своего протеинового батончика. — Где ты их взял? — спросил он, будто Субин показывал им ничто иное, как парочку редких бейсбольных открыток. — Не знаю, — ответил Субин. — Я просто сидел здесь, с вами, а потом с моей головы вдруг слетела шляпа. Я подумал: «Эй, это довольно странно. Не могла же моя шляпа отрастить ноги?». Поэтому я попытался вернуть её на место и тогда обнаружил их, — он указал пальцем на кроличьи уши, будто все остальные и так на них не пялились. — Я просто рад, что они тебе нравятся, — довольно вздохнул Ёнджун. Субин буквально подскочил на месте. — Нравятся? Чувак, да я обожаю их! Тэхён улыбнулся. Он уже начал привыкать к тому, что его мир регулярно переворачивается с ног на голову по крайней мере раз в день. Он потихоньку… смирялся с этим. Тэхён был человеком науки и логики, но ведь даже математика имеет множество нерешённых задач. Не существует… Нет, даже не может существовать ответа на абсолютно все вопросы. Некоторые вещи просто… есть. Повезло, что Тэхён уже заранее знал о кроличьей сущности Субина. Теперь, увидев всё своими глазами, он изменил своё отношение к этому факту. Он постучал пальцем по подбородку и произнёс: — Так вот как ты стал самым первым сплетником, — вот почему Субин знал и слышал абсолютно всё. — Мне всегда было интересно, откуда ты знаешь мельчайшие подробности обо всём и обо всех, — пробурчал Бомгю, медленно кивая, словно все кусочки пазла в его голове наконец-то соединились Тэхёну нашлось что добавить: — Если я в холодильнике, ты слышишь всё, что я бормочу себе под нос, Субин. Или, когда ты убираешься в туалете, то улавливаешь чужие разговоры. Или, когда я на другом конце ресторана- — Отлично, мы поняли, — оборвал его Ёнджун. — Он очень хорош в слушании. — Подслушивании, — поправил Тэхён, улыбаясь. Субин пожал плечами, нисколько не обидевшись. — Наверное, я никогда особо не обращал на это внимание. Хммм. На свой слух, я имею ввиду. Знаете… Я просто думал, что… Ну, я всегда полагал, что это всего лишь… я, — он откинулся на спинку сидения. Его улыбка дрогнула, а одно из кроличьих ушей поникло. — Это и есть ты, — спустя какое-то время сказал Ёнджун. — И в этом нет ничего грустного. Твои уши не отличаются от твоих рук, ног, или от твоего сердца. Всё это — ты. Всё это достойно любви, — он перевёл взгляд на Тэхёна, но тот смотрел в другую сторону. Ёнджун сжал его руку. — Тебе нечего стыдиться. Бомгю задумчиво кивнул. — Мм. Прямо как твои уши? — Да, прямо как они, — согласился Ёнджун и издал сонный смешок. На обработку полученной информации у Тэхёна ушло несколько долгих секунд. Он развернулся к Ёнджуну и уставился на его лисьи уши, торчащие из спутанных волос, и шумно втянул в себя воздух. Словно предугадав слова, уже вертящиеся на кончике тэхёнова языка, Ёнджун непоколебимо выдал: — Не прячь их, — трудно было сказать, к кому именно он обращался. — О, я и не собирался, — ответил Субин. Не отворачивая от него лица, Ёнджун стрельнул взглядом в сторону Тэхёна, словно ожидая ответа и от него. Кротко и тихо, Тэхён произнёс: — Конечно, — а затем, ещё тише: «больше не буду». — Спасибо, — Ёнджун взял руку Тэхёна свою и положил её себе на макушку, прямо между лисьими ушами. — Но я всё ещё хочу, чтобы ты меня погладил. Автобус с грохотом подъехал к конечной остановке — туристическому центру у подножья горы. Под визг тормозов и шипение открывающихся дверей они прибыли к месту назначения. Ну, почти. Им всё ещё предстояла получасовая прогулка вверх по извилистой тропинке, ведущей к скрытому среди деревьев ресторанчику, где подают суп из бычьих костей. В погожие дни, как сегодняшний, с горы можно увидеть весь город — вид просто волшебный. Субин первым двинулся к выходу. — Быстрее, быстрее, я умираю с голоду. — Поддерживаю, — кивнул Бомгю и встал с места вслед за Субином. — У меня во рту и крошки не было. В последнее время. Я совсем ничего не ел. Ну… Ничего существенного. Ёнджун и Тэхён нетерпеливо последовали за ними. Водитель автобуса оглядел кроличьи и лисьи уши, выдав протяжное, задумчивое «хммм». Как только парни спустились по ступенькам вниз, он еле слышно пробормотал: — Не видел подобного уже несколько лет, — после этих слов мужчина закрыл двери и тронулся с места.

***

Нет ничего необычного в том, что город построен вокруг горы — когда-то это место было полно самыми различными ресурсами: реками, полями и лесами. Если верить местной легенде, в одну ночь эта самая гора неожиданно выросла прямо в середине города, сметая дома, деревья и многострадальную реку на своём пути. Конечно же, никаких доказательств этому нет. Любая старушка вам скажет, что гора была здесь испокон веков, как и полагается горам, но в любой легенде есть доля правды. Возможно. Скорее всего. Тэхёну необходимо глубже изучить этот вопрос. — Это больно? — спросил Бомгю, пока они все бок о бок шли по направлению к туристическому центру. — Типа… Ты мучаешься? Субин затряс головой. — Это больше похоже на… Хммм… Как бы это сказать? Словно я наконец вспомнил название песни, чей крошечный фрагмент никак не вылезал у меня из головы. — Я имею ввиду твою уши, — уточнил Бомгю. — Я тоже. — Так… Это больно? Они болят? — Это как… — предпринял новую попытку Субин, — когда ты находишь ту самую рубашку, которую раньше очень часто носил, но думал, что потерял, а она всё ещё тебе подходит, она всё ещё удобная, и она вновь становится твоей любимой. — Эээ, — Бомгю беспомощно взглянул на Тэхёна, в тайне надеясь на перевод. — Мммм. Тэхён преувеличенно сильно пожал плечами, чуть ли не касаясь ими ушей и как бы говоря «даже не смотри на меня». Субин щёлкнул пальцами и выпалил: — Это как вкус ежевичного пирога. Это сравнение оказалось очень эффективным. Губы Бомгю понимающе округлились. — Теперь я тоже хочу. — Пирога? — Тэхён повернул голову в его сторону. — Нет. Ушей. Только какие-нибудь другие уши. Субин понимающе закивал. — Уши это классно. — Ну так… — Бомгю пару секунд раздумывал над новым вопросом. — Ты можешь заставить их появляться и исчезать по своему желанию? — Я знаю одну небольшую уловку, — присоединился к разговору Ёнджун. — Есть, конечно, определённые мышцы, отвечающие за это — со временем ты поймёшь, что я имею в виду, — однако в большинстве случаев… — на секунду он замолчал и с опаской посмотрел на Тэхёна и его скрещенные на груди руки. — В большинстве случаев уши сами по себе появляются в те моменты, когда ты очень-очень счастлив, — Ёнджун демонстративно пошевелил своими лисьими ушками. — Это нельзя контролировать. Ну, то есть можно, но кому это вообще надо? — Вот оно как, — сказал Субин. — Я и правда очень рад сегодняшнему дню. Серьёзно, я так сильно ждал, когда он наступит, что даже уснуть еле смог! — А-а, так это от счастья у тебя уши выросли, — пытался уложить всю эту информацию в голове Бомгю. — Но ты и на работе обычно в замечательном настроении, так почему раньше этого не произошло? — Может, дело в горе, — предположил Ёнджун. Субин вовсе не удивился: — А я говорил, что об этом месте ходят легенды! — он окинул широким жестом окружавший их пейзаж. Перед глазами расстилалась высокая, таинственная и прекрасная гора, огромной тенью затмевавшая синеву неба. Весна только-только вступила в свои права, тут и там распускались бутоны цветов, тянулись к солнцу, на деревьях лопались почки, и всё это выглядело словно чудесный сон. В безграничное количество сочных оттенков окрасилась трава под ногами, цветы раскрывали свои нежные лепестки, наполняя воздух ароматами земли и нектара. Свежий ветерок приносил прохладу с вершины горы, но стоит пройти лишь паре часов, как полуденный зной вступит в свои права. Именно поэтому компания решила собраться так рано — чтобы поесть, ощущая себя комфортно и, не застав жары, вернуться домой. Они начали подъём в гору, не сходя с дороги. Субин выудил из бокового кармана рюкзака яркую, глянцевую карту. — Дружище, — начал Тэхён, бросив на него скептичный взгляд. — Здесь невозможно потеряться, дорога только одна. Длинные ноги Субина быстро несли его вперёд, не позволяя друзьям поспеть за ним. — Да-да, но смысл этой карты не в этом. Я купил её только ради интересных фактов. Вот ты, например, знал, что это гора практически и не гора вовсе? Услышав это, Бомгю прищурился и покрутил головой, разглядывая деревья по обе стороны от дороги. — Как по мне, выглядит очень даже по-горному. — Ну, блин, в смысле… — Субин приставил к карте указательный палец, чтобы перечитать строчку. — Она не совсем достигает того порога высоты, который позволит ей официально называться горой. — Что, реально существует порог высоты для гор? — изумился Ёнджун. Тэхён в этом разбирался. — В зависимости от угла наклона высота должна достигать не менее тысячи метров, чтобы возвышение называлось горой, но наклон этой горы составляет чуть более двух градусов, а в длину она должна быть где-то… — на секунду он погрузился в архив своих воспоминаний, в поисках нужной информации. Нашёл. — … полторы тысячи метров. — Едва ли, — кивнул Субин и снова опустил взгляд в свою карту. — Нет, или в точности ровно? — Как увлекательно, — прокомментировал Ёнджун, всем своим видом источая скуку. Почувствовав, что ситуация требует срочного вмешательства, Бомгю поспешил сменить тему: — Эй, Субин, ты же не… Ммм, ты же не подслушивал наши постыдные секреты, верно? — Это смотря, что ты считаешь постыдным, — ответил Субин. Он наконец оторвался от карты и обернулся назад, чтобы подождать остальных. Тэхён вдруг задумался о том, когда кроличьи уши успели исчезнуть с головы друга, однако как ни старался, в голову ничего не шло. — Давайте не будем друг друга позорить, — предложил он, отогнав все лишние мысли прочь. — А я что, я просто спросил, — Бомгю спрятал ладони в карманы худи, когда подул влажный, прохладный ветерок. Как только все остальные поравнялись с Субином, тот вновь припустил с места широкими шагами, крепко сжимая карту в руках, будто боялся, что в любую секунду может подняться ветер и унести её неизвестно куда. — Послушайте, я не собираюсь разоблачать ничьи секреты. Я не такой человек. — Уверен? А по мне так среди нас всех ты здесь самый ярый болтун, — не поверил своим ушам Тэхён. — Ребята, — предупреждающим тоном начал Ёнджун, но Бомгю не позволил ему закончить фразу: — Я не злюсь, я просто… Просто хочу знать, насколько много тебе известно. Субину потребовалось довольно много времени, чтобы подумать над ответом: — Ладно… Допустим, я знаю, что ты всегда шепчешь себе под нос «миссия выполнена», когда столик освобождается. Что скажешь? Бомгю притих. — Ты серьёзно так делаешь? — удивился Тэхён, переводя на него взгляд. — Ну да, это вроде как… помогает. Понимаешь? — щёки Бомгю горели алым. — Обслуживать столики это почти как переходить с одного уровня на другой в видео игре. Ассоциации помогают мне не заострять внимание на хамоватых клиентах и крошечных чаевых. В опустившейся мгновенно тишине, Бомгю съёжился в ожидании смешков и подшучиваний, но вместо этого… — Как же мило, — искренне сказал Ёнджун. — А я просто представляю у себя в голове, как говорю посетителям всякие обидные колкости в ответ, — добавил Тэхён невозмутимо. — О, не всегда, — вмешался Субин. — Как насчёт того парня с обесцвеченными волосами, который приходил пару недель назад? Ты назвал его одуванчикоголовым очень даже вслух. Тэхён застыл на месте, как вкопанный, настолько резко что шедший впереди Ёнджун дёрнулся назад, потому что их руки были слишком крепко переплетены. — Одуванчикоголовым? — повторил Бомгю. — Нет, серьёзно, одуванчикоголовым? Ёнджун не остался в стороне: — Это на самом деле довольно безобидное прозвище, — после этих слов Ёнджун потянул Тэхёна за руку, чтобы они не отстали от остальных. — Ну, если быть точнее, — решил прояснить Тэхён, — я сказал, что его волосы выглядят такими убитыми, что если на них подуть, то волоски полетят в воздух, как пух одуванчиков. — Да! Именно так и сказал! — хлопнул в ладони Субин. — Теперь я вспомнил. Знаешь, он очень хорошо тебя расслышал. Бомгю прижал ладонь ко рту, но это не помогло ему удержаться от громкого смеха. Теперь настала очередь Тэхёна краснеть. — Он не мог меня слышать. — Хочешь знать, как он тебя назвал? — любезно предложил Субин. — Нет, определённо не хочу. Спасибо. Ёнджун легонько пихнул Тэхёна плечом и пожурил: — А я думал, ты прямо идеальный официант. — На самом деле, я просто ужасен в этом, — шуткой это было только наполовину. — Юнги так не думает, — неожиданно вмешался Бомгю. Субин, уже успевший снова оторваться от компании, второй раз за день резко застыл на месте, и в этот раз не затем, чтобы подождать, а чтобы внимательно всмотреться в глубину густого леса. — Вы это слышали? — О чём ты? — не понял Бомгю. — Вон там, — Субин указал пальцем куда-то между деревьями. Бомгю подошёл ближе, положил руку на деревянный забор рядом с тротуаром и вгляделся, куда показал Субин. Валуны и пни были покрыты толстыми слоями мха, пучки голубой глицинии свисали с ветвей, походя на волшебную паутину, а зелёный плющ крепко обвивал старые дорожные столбы. Редкие пятна солнечного света, проклёвывающегося сквозь деревья, и тёмные тени заставляли лес выглядеть прекрасным и угрожающим одновременно. — Странный шуршащий звук, — объяснил Субин, сосредоточенно прикусив губу, а затем подскочил на месте от резкого осознания. — Как будто кто-то крадётся сквозь кусты! — Вон там? — спросил Ёнджун, крутя лисьими ушами во все стороны, как локаторами, стараясь уловить хоть какой-то подозрительный звук. — Но все туристические тропинки на другой стороне, — Бомгю указал себе за плечо. — Никто не мог случайно оказаться с этой стороны дороги. В голове Тэхёна словно зажглась лампочка. Он догадывался, кто мог красться за ними по пятам сквозь лес. А ведь он почти забыл о сделке. — Да какая разница? — Тэхён повысил голос, чтобы привлечь внимание остальных. Он высвободил свою руку из хватки Ёнджуна и сделал несколько уверенных шагов вперёд. — Мы ведь в свободной стране. Почему людям нельзя гулять там, где им захочется? — В этом есть смысл, — согласился Бомгю и последовал за Тэхёном. Ёнджун только подозрительно прищурился, но всё же отвёл глаза от лесной чащи и молча присоединился к остальным. Субин же не двинулся с места. По крайней мере, не сразу. Он всё не мог оторвать взгляд от просвета между стволами деревьев. Его заячьих ушей было не видать, но это вовсе не значило, что он не мог слышать. После недолгих раздумий, Субин тихонько усмехнулся своей глупой паранойе и кивнул. Он поспешил догнать друзей. — Наверное, ты прав, Тэ-Тэ. Волноваться не о чем.