ГЛАВА 9 Обратного пути нет
26 января 2020 г., 19:37
Давайте начистоту — я не боец. Я не умею драться или хорошо стрелять, не знаю правил выживания, и то, что я до сих пор жива — большое везение для меня. Именно поэтому Хосок уже битый час пытается научить меня правильно держать оружие и целиться. Я стараюсь понимать, но мне кажется, еще немного — и его терпение закончится.
— Ты вообще никогда не стреляла?
— Стреляла пару раз, но мне никогда не давали своего оружия.
На западной базе оружие было только у тех, кто выходит за ее приделы. Как-то раз Йонг дал мне подержать свой пистолет, и это был мой первый и единственный опыт в стрельбе. И вот сейчас я даже не могу попасть в дерево перед собой.
— Так не пойдет. Ты почти всю обойму выпустила, но так ни разу и не попала. Неправильно целишься, смотри как надо, — парень подходит ко мне сзади и, обхватив мои руки своими, направляет ствол в нужную сторону. — Держи оружие твердо, прищурь один глаз, если не можешь прицелиться, и стреляй.
Мы одновременно нажимаем на курок и попадаем прямо в красный круг, который Хосок нарисовал баллончиком на дереве.
— Ну вот, получилось. Оказывается, ты не так безнадежна, — от адресованной мне улыбки я почему-то смущаюсь.
— У меня хороший учитель.
Парень громко смеется, прикрывая лицо рукой.
— Ты мне льстишь, но мне приятны твои слова. Теперь попробуй сама.
Я повторяю все, чему он меня учил: навожу дуло пистолета, прищуриваюсь, стреляю. Пуля, хоть и попадает не в центр, но все же задевает красный круг.
— Молодец! Для первого раза отлично.
— Спасибо. Благодаря тебе я буду не так бесполезна в бою.
Улыбка как-то резко спала с лица парня, и сейчас он просто молча смотрит на меня. Эта тишина застает меня врасплох, но я не решаюсь сказать что-то. Спустя несколько секунд Хосок прочищает горло и говорит как ни в чем не бывало.
— Ладно. Думаю, на сегодня хватит. Пойдем уже, у нас еще много дел.
— Да. Конечно.
Половину пути мы проходим в тишине, но тут я вспоминаю, что хотела у него кое-что спросить.
— Так кто идет?
— Все свои. Мы с тобой, Юнги, ну и вся честная компашка: Тэхен, Чимин и Чонгук. Наверное, Мина, но там еще не точно. Тэхен пытается ее отговорить.
— Не слишком много народа.
— Джин не отпустил бы больше. Мы все знаем, что это верная гибель, и рисковать большим количеством людей они не станут.
— Но нам же позволяют идти.
— Лишиться десятерых не так страшно, как лишиться пятидесяти людей, — парень грустно улыбается.
— Логично.
Он провожает меня до медпункта и, попрощавшись, уходит. Наверное, это странно, но, когда я общаюсь с этим парнем, я забываю обо всех проблемах: об эпидемии, о боли, о возможной смерти. Хотя, не так уж это и странно. Хосок очень приятен мне как человек, и мне нравится с ним общаться. Я улыбаюсь своим мыслям, и эта улыбка еще до вечера не сходит с моего лица.
***
Я не видела Мину весь день и встречаю ее только на вечернем собрании. Замечаю ее заплаканное лицо и понимаю, что для кого-то сегодня не самый удачный день. Наверное, они с Тэхеном сильно поссорились из-за всего происходящего. Собрание продлилось недолго: все еще раз обговорили, как безопаснее пройти через город и где лучше остановиться на ночлег. Я не очень во всем этом разбираюсь, но слушаю и изображаю участие. После принятия решения о том, что группа выдвинется на рассвете, все расходятся. — Идешь? — Мина, направляясь к нашей палатке, с равнодушным видом зовет меня с собой. — Нет. Ты иди, я хочу прогуляться перед сном. Она уходит, а я стою и смотрю ей вслед. Мне немного страшно за подругу: место, куда мы направляется, полно опасностей, и, возможно, не всем из нас удастся выжить. И если она так ранима и впечатлительна… Ей будет очень нелегко. Возможно, Мина сильно погорячилась, решив тоже идти. Хотя, что я могу сказать про себя? Я точно такая же. — Чего встала? — Вечер добрый, Юнги. Не знаю, сколько он стоял сзади, но после этого он быстро обходит меня и становится прямо перед моим лицом. — Еще не передумала идти? — Нет. А должна? Он отводит взгляд куда-то в сторону и ухмыляется, а потом опять смотрит на меня все с таким же холодом и равнодушием. — Жаль, что ты так и не включила свой мозг. Я думал, что со временем ты одумаешься и поймешь, что подписала себе смертный приговор своей выходкой. Меня переполняет возмущение. Да как он смеет?! Я сама могу принимать решения и нести за них ответственность. Еще не хватало, чтобы он меня отчитывал. — Какое тебе дело? — Никакого. Просто лишний раз видеть чью-то смерть не очень хочется. Но раз ты и твоя двинутая подружка решили собой пожертвовать, похоже, что это неизбежно. Я не могу найти нужных слов для ответа. Больше всего меня раздражает то, что он прав. Я так же, как и он, прекрасно понимаю, что это очень безрассудно. Но, похоже, больше никто об этом не задумывался. Мина уперлась и не хочет никого слушать, а Хосок даже рад, что я иду. Остальным просто плевать. Может быть, еще Тэхен осознает ситуацию, в которой мы оказались, но он как-то слишком быстро сдался. В любом случае, уже слишком поздно что-то менять. Юнги уже давно ушел, так и не дождавшись от меня ответа, а я стою и пытаюсь забыть о нашем разговоре и о своих безнадежных мыслях. Вокруг опустело, и я медленно отхожу от главного штаба, оглядываясь по сторонам. Завтра меня здесь уже не будет. Как-то даже грустно, ведь я успела привыкнуть к этому месту. На западной базе я провела 2 года, но не могу сказать, что я сильно скучаю. Кто бы мог подумать, что мне так понравится среди Северян. — Надо хорошо выспаться: завтра понадобятся силы. Я улыбаюсь, услышав знакомый голос. — Тогда что ты до сих пор здесь делаешь? — поворачиваюсь и встречаюсь с игривым взглядом Хосока. — Решил проводить тебя. — Тогда пошли. Едва на базу успела опуститься ночь, как вокруг уже никого. Наверное, все и правда решили выспаться перед завтрашним днем. — Какие у тебя прогнозы насчет всего этого? — я обращаюсь к Хосоку, продолжая идти рядом с ним. — Я не могу судить объективно. Какая-то надежда есть, и мне всей душой хочется в нее верить. — Я тоже верю. И раньше верила, пока не застряла на той базе. Но сейчас мне, как никогда, хочется думать о хорошем. Я не вру. И даже после не совсем приятного разговора с Юнги я стараюсь не думать, что этот поход невероятно опасен, и как велик шанс нашей гибели. Мысленно я уже дошла до «Оазиса». Не помню, когда я чувствовала что-то подобное в последний раз. Но я знаю, что на меня так действует, точнее кто. — Что ж, оптимизм — это хорошо. Я сам такой, и всем всегда говорю, что мысли материальны, поэтому нужно думать только о хорошем, — он подмигивает мне и улыбается. — Ну, спокойной ночи? Не хочу прощаться, но выспаться мне и правда не помешает. — Да. До завтра. Парень уходит, а я еще какое-то время стою на улице, вдыхая ночной воздух. Надеюсь, мы все не ошибаемся. Но, в любом случае, это единственное, что мы можем предпринять для своего спасения. Не попробовать было бы неправильно. Отпустив все свои мысли, я залезаю в палатку и сразу же засыпаю.***
Наконец-то наступает этот день. Я не могу скрыть своего переживания, и Мина это замечает. Я вижу, что она тоже волнуется, но мы ничего друг другу не говорим, возможно из-за опасения, что кто-то из нас все-таки передумает. Вижу у входа все те же знакомые мне лица, но один человек особенно выделяется. Я не сдерживаюсь и бегу обнимать Йонга. — Слава богу, ты жив. — Пока что жив. Я тоже иду с вами, и одному только богу известно, что там будет, — он крепко обнимает меня в ответ. Кажется, будто все люди на базе пришли нас проводить. В их числе были и Намджун с Джином. Нам говорят слова поддержки, желают удачи и обещают за нас молиться. Это все, конечно, хорошо, но мы все прекрасно понимаем, что наше выживание будет зависеть только от нас. — Я верю в вас. Мы все верим. И даже если ничего не получится, вас будут помнить здесь как героев, — Намджун подходит к Юнги и хлопает того по плечу. Простите, что? Не лучшие слова поддержки. Спасибо, конечно, но я бы хотела запомниться в этом мире чем-нибудь другим. — Спасибо, мы поняли, — Юнги выдавливает кривую улыбку и первый направляется к выходу. Ворота открываются. Я не спешу вперед, а иду сзади. Вот и настал момент истины. Сейчас мы выйдем наружу и либо все погибнем, либо спасем сотни жизней. Я чувствую волнительный трепет вперемешку со страхом. Нас встречает зарево рассвета, и я осознаю, как давно не видела этой красоты. Обратного пути нет.
